22:37 05.08.2018
Поздравляем победителей 46-ого конкурса:

1 Мудрун ai010 Миллиард лет одиночества
2 Мудрун ai002 Счастливчик Харон
3 Изольда Марковна ai028 Лестничный



20:11 24.06.2018
Отпечатан и готов к рассылке тираж 37-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


   
 
 
    запомнить
   
Регистрация Конкурс № 48 (осень 18)

Автор: CopyRight Количество символов: 32975
06 Океан-08 Конкурсные работы
рассказ открыт для комментариев

6014 Самый спокойный океан


    Василий выскочил от таможенников злой и взъерошенный. Только присутствие женщин помешало откровенно, без купюр, высказаться по поводу безжалостных церберов. Разворошенный багаж представлял собой жалкое зрелище, сменная одежда торчала из кое-как прикрытых герметичных контейнеров, часть вещей в виде неопрятного вороха оказалась вообще зажата левым локтём.
    
     - Совсем озверели, сволочи! – рявкнул он, едва заметив Димку. – Ну, понимаю я, подводное ружьё и гарпуны, но удочки-то за каким лешим конфисковывать!
    
     Безжалостный приятель, и так, судя по перекошенной физиономии, из последних сил боровшийся со смехом, на месте пал на пол и загоготал. Собственные Димкины контейнеры тоже были изрядно переворошены, но уже наполовину приведены в порядок.
    
     Василий некоторое время с недоумением наблюдал за неуместным весельем приятеля, затем аккуратно поставил один из контейнеров и высыпал на него скомканные вещи. В глазах любителя подводной охоты светилась жажда убийства. Но немногочисленным свидетелям так и не удалось выяснить, что крепче – стандартный герметичный контейнер, или череп весельчака. Крепкая загорелая рука ухватила жертву таможни за плечо и с обидной лёгкостью развернула агрессора на 180 градусов.
    
     Василию хватило одного взгляда на могучую фигуру местного блюстителя порядка, чтобы присмиреть. Загорелый до черноты белобрысый субъект в фиолетовой форме космических сил на какие-то пару сантиметров не доставал макушкой до потолка стандартной высоты (2.10), рукава летней куртки едва не лопались от мускулатуры, а оскаленные в предписанной улыбке зубы могли отхватить не то, что ухо, а солидный кусок черепа!
    
     - Не шумедь, не драдца, карошо? – Незнакомый акцент едва позволял разобрать слова, но сегодня Василий отчего-то отличался отменной сообразительностью и с готовностью закивал. Фиолетовый одобрительно хлопнул послушного гражданина по плечу, отчего тому пришлось выполнить нелюбимое с детства упражнение – приседание, чтобы не войти в пол по щиколотку. Но и весельчак не остался безнаказанным. С ещё более широкой улыбкой (и как только углы рта не сошлись на затылке) фиолетовый подобрал и за шиворот поднял корчащееся от смеха тело, и невозмутимо встряхнул, как запылившийся коврик. Димке сразу расхотелось смеяться, хотя остальные невольно улыбнулись.
    
     - Зобирадься бистро! Спузкадь скора. – Чужой язык тяжело давался охраннику, но никому и в голову не пришло смеяться. Ужимки, истерически смешные у мартышки или шимпанзе, совсем по-другому выглядят в исполнении гориллы. Заключившие негласное перемирие приятели торопливо упаковывали багаж. Остальным оставалось только в очередной раз проверить герметичность контейнеров.
    
     Охранник не слукавил. Всего через пару минут группу вежливо пригласили в посадочный модуль, и приятели впервые в жизни вплотную соприкоснулись с инопланетными технологиями.
    
     Сперва показалось, что людей просто вытолкнули в открытый космос. Распахнувшаяся перед глазами звёздная панорама ослепляла, подавляла, захватывала дух. Океан света и тьмы, пронзительные иглы светил, разрывающие объёмное покрывало вечной ночи. Пожалуй, эта картина впечатляла бы и возле Земли, а Бультавибель расположен гораздо ближе к центру галактики. Василий сглотнул, во все глаза рассматривая неповторимый узор созвездий. Суматоха остальных казалась далёкой и несущественной. Где-то вдали – дальше метра, заполошно визжала женщина, кто-то басом плаксиво просил, чтобы его вернули обратно на Землю, кого-то вытошнило почти что под ноги – Василий просто отступил, чтобы не запачкаться. Всё это было так несущественно по сравнению со звёздами, настолько близкими, что руку протяни - и соберёшь полную горсть.
    
     Димка, застывший поблизости, непрерывно матерился, от восхищения, не иначе. В отличие от остальных, приятели сразу поняли, что по-прежнему находятся в безопасности – дышалось легко, поверхность под ногами присутствовала, даже яростное светило едва грело, не обжигая, при желании, на него можно было взглянуть краем глаза.
    
     Движения не ощущалось совершенно, звёзды лишь чуть смещались, но фиолетовый шарик планеты вырастал прямо на глазах, разбухая, как на дрожжах. Василий с трудом отвёл глаза от звёздного буйства, решив, наконец, обратить внимание на попутчиков. Суматоха, в целом, улеглась, но до настоящего спокойствия было далеко.
    
     Большинство сидело на «полу», из такой же совершенно прозрачной упругой субстанции, как и стены, не позволяющие коснуться небесных огней. Глаза у сидящих были закрыты – нет, зажмурены изо всех сил. Странно, ведь всех вроде бы проверяли на разные там фобии, и болезных не пропускали.
    
     Одна женщина и сразу три мужчины вообще лежали в обмороках, и их знакомые суетились вокруг. Василий невольно усмехнулся, даже если учесть, что мужчин в попутчиках было почти вдвое больше, «слабый» пол на сей раз оказался крепче. Безошибочно, по яркому загару и непробиваемому спокойствию определив людей опытных, не иначе, работников Земной станции, Василий обратился с вопросом именно к ним.
    
     - Простите, это ведь инопланетный транспорт?
    
     Загорелые дружно захохотали, кое-кто с сочувствием хлопал самого мрачного в компании по плечам.
    
     - Говорили же тебе, глупость человеческая безгранична! Обязательно найдётся лопух, который задаст этот вопрос. Гони бабки!
    
     Василий проглотил «лопуха» и «глупость», загорелые, все как один были ребятами крепкими, да и что решит ссора? Вопросы-то останутся.
    
     - Вы не так поняли! Мне интересно, как эта прозрачная штуковина управляется, и где пилот? Вряд ли один из вас.
    
     Уже начавший было уныло копаться в карманах крепыш просиял и мгновенно застегнул герметичный клапан, защищая кровные от алчных спорщиков. Василий с интересом присмотрелся к форме загорелых, внезапно обнаружив, что это натуральные гидрокостюмы, которым придали официальный вид.
    
     Немедленно пришедший в благодушное настроение парень дружески обнял Василия могучей лапищей за плечи и аккуратно развернул на пол оборота.
    
     - Видишь, мужик? Вон там лёгкое искажение, и звёзды смещаются под другим углом. Пилот там. Просто ему неохота с дикарями общаться, вот и замаскировался.
    
     Хотя «дикари» резанули ухо похлеще «лопуха», Василий с остальными любопытными внимательно выслушал импровизированную лекцию.
    
     - Местные, ребята, существа водные. Они всю жизнь в воде проводят, и только ею интересуются. И все их технологии – на основе водички, то, что они с ней вытворяют, это представить невозможно! Наши физики просто с ума сходят, а понять ничего не могут.
    
     Крепыш махнул рукой в сторону своих приятелей, и один из них, не менее загорелый и мускулистый, вяло изобразил прогрессирующее безумие. Василий припомнил знакомых ему физиков, и пришёл к выводу, что климат Бультавибель явно на редкость полезен для учёных. Этот мрачный и небритый здоровяк был с виду куда здоровее кабинетных профессоров. И ничуть не более сумасшедшим.
    
     - Ну а если физиков среди вас нет, то вам же проще. Воспринимайте всё, как магию, и будет спокойнее. Просто один из самых умелых бультавов взял капельку воды… Большую капельку! Придал ей необходимые свойства, да и слетал в космос, забрать очередную партию работников. Наши-то транспортные средства они забраковали – слишком грязные, их драгоценную воду пачкают. Да и космодром толковый не построить, на островах и платформах разрешают возводить только временные сооружения.
    
     «Лектор» даже отобрал у одного из спутников (судя по особенно звероподобному виду – тоже учёного) некий прибор и просветил невидимую стену. В красном свете прибора была отчётливо видна толщина водных стенок – около полуметра, а также то, что неподвижной остаётся только ближайшая часть стены, в пару сантиметров. По этой упругой оболочке как будто текли извилистые ручьи, а дальше вообще творилось что-то безумное. Вода выплёскивалась и собиралась, выбрасывала ложноножки, как будто по космосу плыла чудовищных размеров амёба.
    
     Василий невольно сглотнул, представив себе, что это амёба их всех проглотила и сейчас помаленьку переваривает. Рядом вновь кого-то вырвало, не иначе, с таким же бурным воображением, но с худшей выдержкой.
    
     - Э-э!!! А вот этого не надо. Наш пилот весь мусор конечно приберёт и расщепит, но не стоит его отвлекать сейчас, мы уже в атмосферу входим.
    
     Загорелые зашевелились, неспешно проверяя свои необычные гидрокостюмы и натягивая странные полупрозрачные маски. Над двоими, крепящими баллоны и резиновые намордники, беззлобно подшучивали. Не иначе, не доверяют инопланетным штучкам. Но как тогда хватило храбрости путешествовать в капле?
    
     В атмосфере капля перемещалась гораздо медленнее, хотя всё равно достаточно быстро, чтобы вызвать новую волну визга и ругательств. Теперь Василий понимал кажущуюся жестокость работников станции. Если бы их не подтолкнули, много ли людей решилось бы шагнуть в пустоту, и сколько времени это потребовало б?
    
     Поворачивающаяся под ногами планета была прекрасна. Бескрайние фиолетово-чёрные океаны, намекающие на немалые глубины, с редкими проплешинами островов, возле которых блестели лазурь и голубизна мелководья. Яркий блеск светила отражался от водной глади, практически не искажаясь даже малейшей рябью. Лёгкая дымка облаков не мешала, а добавляла очарования, превращая просто красивую планету в сказочный мир.
    
     Василий невольно пожалел, что Землю ему с такого ракурса рассмотреть не удалось. Подчинённые строгой функциональности и требованиям безопасности, земные транспортные шаттлы вообще не имели иллюминаторов. Металлические коробки, под завязку набитые пассажирами и грузами, содрогающиеся от работы мощных двигателей, провонявшие потом и антисептиками… Нет, уж лучше «капля»!
    
     Прозрачный корабль мягко-мягко коснулся водной поверхности океана и застыл. Двое пассажиров, оказавшиеся в месте соприкосновения внезапно разом подскочили и разбежались в разные стороны. «Пол» в этом участке внезапно поплыл и утратил упругость, заплескался мелкой рябью.
    
     - Ну, нам пора! – на прощанье хлопнул Василия по плечу так и не представившийся крепыш.
    
     Загорелые парни не торопясь, по очереди подходили к импровизированному люку и ныряли, сразу уходя на глубину. Вода была удивительно чистой. Удаляющиеся силуэты виднелись очень долго, и ещё дольше виднелись жёлтые огоньки, в воде сразу загорающиеся на запястьях, талии и щиколотках гидрокостюмов.
    
     Василий огляделся и невольно сглотнул – земли не было видно до самого горизонта. С обречённым видом подобрал свои контейнеры и занял место в очереди.
    
     - Э-э, нет! – полузнакомый крепыш с удивлением обернулся. Из-под маски голос слышался невнятно и тихо. – Вам не сюда! Новичков высаживают у островов.
    
     Уже уходя в воду, самозванный гид ухватился за край «люка» и выдал последний совет:
    
     - Я бы на вашем месте переоделся. У вас ещё несколько минут, зачем мочить одежду?
    
     Василий с готовностью стянул верхнюю одежду, оставшись в плавках, и злорадно ухмыльнулся Димке. Приятель только вздохнул, на всякий случай, заглянув в свои штаны. Чуда не произошло, и семейные трусы в плавки не превратились. В условиях отсутствия раздевалок и перенасыщенности людьми, оставалось только закатить штанины.
    
     Капля теперь мчалась по поверхности воды, то приподнимаясь метра на два, то погружаясь наполовину. Приятели, понаблюдав за этим действом, от всей души посочувствовали физикам. Казалось, воды океана ничуть не сопротивляются ходу необычного транспортного средства. Как не странно, большинство пассажиров было больше озабочено своими проблемами, чем загадками мироздания. Да и на совет по поводу смены одежды почти никто не обратил внимания. И очень зря.
    
     Острова едва мелькнули на горизонте. Сверкнули яркие палатки, заблестели какие-то металлические сооружения. Мало кто даже успел отреагировать на радостный вопль неунывающего Димки: «Земля!». Скорость капли упала до нуля, а в следующий момент пассажиры оказались в воде.
    
     Паника, которой радостно предалось половина пловцов поневоле, правда, была ни к чему. Воды оказалось по пояс, а сверху и по сторонам обрушились только стенки «капли». Василий даже обернулся, надеясь увидеть пилота, но разглядел только уменьшившуюся раз в пять «каплю», неторопливо улетающую обратно. Снаружи капля не была прозрачна, или этот нестерпимый блеск – всего лишь маскировка?
    
     Люди вокруг ругались, отплёвывались, вылавливали свои герметичные контейнеры и брели к берегу. Многие только сейчас принялись переодеваться, как будто это чем-то могло помочь мокрой одежде. Незнакомый приятелям парень в попытках вытащить из контейнера плавки, выронил сам открытый контейнер и рассыпал вещи. Плотность мата в воздухе резко повысилась.
    
     Василию с самого начала показались подозрительными и эти стройные ряды слишком ярких палаток, и эти слишком невозмутимые люди в пляжных нарядах. Но только подойдя поближе к берегу и услышав попытки объясниться вновь прибывших со старожилами, окончательно понял – не наши!
    
     Глупо, конечно, так относиться к иностранцам в нынешние времена, когда любой землянин, будь то американец, бразилец или австралиец, бесконечно ближе и роднее, чем незнакомые и непонятные инопланетяне. Но именно сейчас политическая обстановка была особенно тяжёлой.
    
     После первой волны паники, когда выяснилось, что чужаки собираются договариваться, а не воевать и порабощать, спешно созданный военный альянс пал под давлением коммерческих структур, когда каждая страна, а то и отдельная корпорация спешно заключали договора, стараясь обскакать бывших партнёров и конкурентов. Особенно сложными были ситуации, когда инопланетяне, заключившие соглашение где-нибудь в Зимбабве, возмущались отказом от соблюдения положений договора в Москве или в Чикаго. Взаимные упрёки, ноты протеста, попытки расторжения соглашений вторыми, третьими сторонами, попытки доминирования сверхдержавами и давления комитетами накалили отношения до предела. Пожалуй, при других обстоятельствах уже летели бы ракеты и сыпались бомбы. Но пришельцы не понимали, биологически не способны были понять национальную рознь и вражду внутри одного вида. И первая же попытка разрешения конфликта силовым методом едва не разорвала контакт навсегда. Доходило до абсурда. Под дружные стоны болельщиков даже контактные виды спорта ушли в подполье. Среди контактёров были даже хищники – но и им никогда не приходило в голову причинять вред своим.
    
     Сейчас контакт осуществляла и курировала все внеземные договоры и соглашения Всемирная Контактная Организация, сумевшая донести до сведенья иномирян, что любая сделка, не санкционированная ВКО, будет незаконной. Но внешнее благополучие никого не обманывало. Эта была всё та же война, правда, уже в рамках организации. Сражения адвокатов, схватки экономистов, борьба технологий и противостояние ресурсов. Теперь, наряду с несколькими соглашениями, которые расторгнуть не удалось, каждое слово, каждая цифра договоров ВКО оплачивались сорванными голосами, тайными соглашениями между странами-представителями, инфарктами и погубленными карьерами.
    
     А что вытворяли сами инопланетяне! Самые известные из всех рас-контактёров, шутроны, пользуясь договором с Зимбабве, от которого ВКО так и не удалось отбрыкаться, шлялись по всей планете, влезали во всё интересное, устраивая попойки и драки по любому поводу и заключая бесчисленные браки. Эти безалаберные гермафродиты способны были любое официальное мероприятие превратить в разнузданное гульбище, а их биологические кондиции позволяли этим разнузданным гулякам выживать в любых переделках и скрещиваться с людьми.
    
     Хищники, чьё рычащее самоназвание никто не мог воспроизвести, став выгоднейшими потребителями мяса, немедленно были преданы анафеме большинством религиозных течений и сект. Их практичный склад ума не мог вынести вида кладбищ и крематориев. Но большинство людей было откровенно возмущено таким потребительским отношением к покойникам.
    
     Какой-то из рас вообще запретили доступ на Землю, аргументируя это полной невозможностью сосуществования того вида с человечеством. Даже ушлые журналисты так и не сумели выяснить причины столь ярого отторжения.
    
     Но постепенно, со скрипом, скандалами и взаимным непониманием, механизм контакта, наконец, заработал. Земляне получили доступ к инопланетным технологиям (не всем) а также к растягиваемой чужими сети гиперпространственных туннелей. Правда, часть туннелей так и осталась заблокированной для единственной известной на данный момент воинственной расы. Основные системы и колонии лидирующих трёх рас, а также системы рас развивающихся остались тайной за семью печатями. Даже специалистов в областях (очень немногих), в которых Земля опередила чужаков, осторожные инопланетяне проверяли многократно, прежде чем везти в гости.
    
     Тайно разработанные планы некоторых сверх- и мини- держав стать во главе галактики с дружным треском провалились. Освоение галактики землянами началось, но противостояние стран осталось и даже обострилось.
    
    
     Сейчас, слушая местного «мэра» острова, холодную феминистку, неплохо владеющую русским, Василий невольно вспоминал раздоры далёкой Земли. Раз уж чужак по ошибке привёз их сюда, русским придётся следовать местным правилам. И этих правил оказался воз и маленькая тележка. Не приставать к женщинам. Не посягать на чужое имущество. Не устраивать пьяные оргии. Не, не и не. Любые попытки узнать что-либо о планете, работе, договорах с инопланетянами воспринимались в штыки. Так что даже те, кто воспринял ошибку чужака, как приятную неожиданность и шанс подтянуть иноязычное произношение, быстро остыли. Примерно сутки пройдут, прежде чем их найдут и перевезут на нужный остров. А до тех пор нужно просто продержаться «в тылу врага».
    
     Василий послушно пошёл, куда сказали, устроился, где предписано, и глубоко задумался. А может, вся эта затея – большая ошибка? Конечно, тяжело учиться в политехническом, если программу, оглядываясь на инопланетные знания, меняют чуть ли не каждый день. Когда преподаватели пьют горькую, выяснив, что почти дописанная докторская – никому не нужный устаревший хлам, а академики сходят с ума, не в силах принять крушения аксиом. Когда выученное в предыдущем семестре не просто не нужно – вредно!
    
     Как здесь не возьмёшь академ-отпуск, да не запишешься на инопланетную программу. Чтобы вернуться отдохнувшим, с деньгами, к хотя бы слегка устоявшейся программе. Во всяком случае, только самые ярые фанатики остались в альма-матер поддерживать борющихся с чужим знанием преподавателей.
    
     Но в проспектах обещали простую и интересную работу на курортной планете. Про изъятие рыболовного снаряжения, недружелюбных иностранцев и фанатичных стерв там и слова не было!
    
     - Хандришь? – весело поинтересовался неунывающий Димка. – Вот, попробуй лучше местных деликатесов!
    
     Василий приоткрыл один глаз и немедленно пожалел об этом. Таможня, холодная война и феминистки - это же мелочи, не стоящие внимания. Но никто и никогда не заманил бы его на эту мерзкую планету, если бы он знал заранее, что на обед здесь – салат из водорослей!
    
     - Пошли лучше искупаемся! Чего здесь без толку валяться, вон, какая погода чудесная, волн почти нет.
    
     Василий тяжело вздохнул. Конечно, на разных там вечеринках Димка – на вес золота. Но порой, в неприятных ситуациях, его извечный оптимизм легко спутать с идиотизмом.
    
     - Ты хоть что-нибудь читал об этой планете, гений?! Это же колония водников, они здесь всё контролируют. Бури здесь невозможны в принципе, да и сильные волны тоже. Это – самый спокойный океан.
    
     Нанеся, таким образом, смертельную рану заветной мечте друга – хотя тот был заядлым серфингистом только в теории, да и о доске только мечтал, Василий перевернулся на другой бок и укрылся тонким одеялом с головой. Одна из аксиом студентов: нечем заняться – ляг и поспи. А накупаются да наплаваются они ещё прилично. Здесь вся работа – подводная.
    
     Хотя за гостями поневоле приехали даже раньше, чем предполагалось, вся партия уже толпилась на берегу, истомлённая местным «гостеприимством». Не сказать, что местные грубили, издевались или намеренно напрягали. Просто выспренная вежливость, дурацкие предубеждения местных и холодная недоброжелательность, доводили вновь прибывших до бешенства. Так и вышло, что «наши» собрались на самом пустынном берегу острова, чтобы поболтать на чистом «своём» языке и слегка спустить пар.
    
     Конечно же, первым визитёра заметил Димка. А после его вопля и остальные обратили внимание на отблеск у горизонта. Слабый блик быстро приблизился, обретая форму, да ещё какую!
    
     Здоровенный, загорелый почти до черноты мужик как будто ехал по поверхности воды. То есть стоял, и не прилагал с виду никаких усилий, но быстро приближался. Блестели же полупрозрачные, наверняка водяные, доспехи, да пылал жёлтым огнём роскошный трезубец. Если не Нептун, то кто-то из его приближённых!
    
     Уже почти в упор стало видно, что стоит владыка морей на широкой полосе воды, неподвластной мелким волнам, и быстро приближающейся к берегу. Правда, до самого берега полоса не дошла, и суровому воителю пришлось-таки выходить на берег, погрузившись в воду по колено. Но та же вода ещё эффектнее подчеркнула полупрозрачные доспехи, каждая капля зажглась на поножах бриллиантовым блеском.
    
     Лично для Василия лучшей рекомендацией вновь прибывшего оказались не достоинство, «свой» язык и пижонские доспехи, а то, что мисс Дайана, местная шишка на ровном месте, объявившаяся чтобы сказать пару ласковых идейному противнику, постаралась испариться быстро и тихо, не привлекая внимания.
    
     Охотник Яков – так, во всяком случае представилось это бронированное чудо, и сам не жаждал скандала. Просто предложил грузиться на своё транспортное средство вместе с багажом, а самым обиженным местными предложил отправить свои претензии в известное трёхбуквенное место… В ВКО, конечно, после возвращения на Землю. Здесь условности и дрязги землян никого не интересуют.
    
     Когда недружелюбный остров уже скрылся за горизонтом, охотник призвал к тишине, чтобы прояснить, наконец, ситуацию.
    
     Островов в океане немало, хватает на всех, просто, по традиции, определённые закреплены за определёнными нациями, и активно общаются только находящиеся в дружеских отношениях.
    
     О планете: это молодая колония расы, условно именуемой Бультавами. Это русскоязычное название. Самоназвание не воспроизведёшь, у людей нет подходящих органов. Бультавы – одна из трёх ведущих рас, вероятные стратегические партнёры Земли. Мирные, жизненные пространства почти не пересекаются, поскольку живут на землеподобных планетах, в солёной воде. Поэтому, параллельная колонизация вполне вероятна, если сможем договориться. Пока что допустила людей только на эту колонию, где почти нет суши, чтобы присмотреться. В идеале, намерены колонизировать земные океаны, взамен предоставив в полное владение сушу родной планеты и второй колонии.
    
     Работа проста, проходит на неприятном для бультавов мелководье, в основном – изменение подводного рельефа, уничтожение вредных и высевание полезных водорослей. Для интеллектуалов – работа по совмещению земных и бутавских наук, составление словаря. Для рисковых крепких парней – охота на опасных морских тварей, исследование планеты, обеспечение безопасности подводных колоний.
    
     - Вот, гляньте, прямо под ногами. – Яков ткнул пальцем, и только сейчас большинство обнаружило пару полуметровых извивающихся существ, прилепившихся снизу к везущей их полосе воды. Толи кальмары, толи каракатицы. – Это и есть наши хозяева. Молодые бультавы, осуществляющие нашу транспортировку. Ловля рыбы и подводная охота запрещёна для начинающих, чтоб не пострадал молодняк. Опять же, между нами, бультавы, при всём их могуществе, робкие и миролюбивые существа. Их экспансия так замедленна именно из-за трудоёмких и опасных способов борьбы с естественными врагами. Земляне, способные истреблять всё опасное просто для удовольствия, для этой расы – просто находка. Конечно, когда старейшие перестанут нас бояться. Так что, все желающие, хорошо плавающие и жаждущие приключений – добро пожаловать к охотникам!
    
     Конечно, приятели хотели! Но желания и возможности – очень разные вещи. Яков с огорчением предложил им хорошенько потренироваться в плавании, и получить опыт в простых подводных работах. Хотя бультавы творят чудеса, заклеивая раны и восстанавливая разлившуюся кровь, но для этого надо ещё победить и извлечь робких союзников из их убежищ. Мертвецу не поможет ничего.
    
     Так что сейчас приятели, отработав положенное, до одурения тренировались под надзором одного из охотников, вместо того, чтобы загорать на пляжах или выплясывать вокруг костров из сушёных водорослей. Даже диета будущих охотников по большей части состояла из рыбы, а не водорослей. И тощие тела студентов помаленьку наливались силой, плаванье из тяжёлого труда постепенно превращалось в удовольствие, водяные маски казались частью тела, а водяное оружие, воплощение мастерства бультавов и больной фантазии землян, всё послушнее и точнее било в цель.
    
     Своеобразное соревнование приятелей продолжалось недолго. Если Димка был признан одним из самых многообещающих бойцов ближнего боя, то Василий проявил совсем другие способности. Теперь его тренировки проводили сами бультавы. И постепенно, он учился читать воду и повелевать ею. Уже через три занятия он мог достаточно свободно «говорить» со своими юными наставниками из «бунтарей» и «землофилов», а в идеале мог достигнуть уровня слабейших бультавов. Для землянина – весьма серьёзное достижение.
    
     Как-то быстро и незаметно промелькнул стандартный контрактный месяц, и приятели подписали полугодовые контракты. Димка уже поговаривал о том, что бросит, ко всем рогатым, этот институт, да сделает хобби профессией.
    
     Василий пока думал. Его манили Земные воды. Пусть, по договору, ему не привезти на Землю бультавские артефакты, а то, что он сможет создать сам, даже после завершения обучения, не пойдёт ни в какое сравнение с местными масками, доспехами и оружием. Но действовать ведь будут? Почему бы не заняться исследованием тайн Земли, не дожидаясь прихода вероятных союзников. А тот же авантюрист Димка с удовольствием променяет охоту на опасных тварей водорослевых джунглей на поиск затонувших сокровищ.
    
     Утро посвящения выдалось хмурым и неприветливым. «Самый спокойный океан» был таковым только на полностью освоенной бультавами территории. Там, где охотники зачищали местность от хищников, осмеливались появляться только молодые сорванцы, неспособные к контролю погоды. Василий интересовался, как бультавы собираются поддерживать нарушенную экосистему, но ему намекнули на генетически изменённые виды хищников, и предложили не забивать себе голову.
    
     Испытание для новичков предполагало одиночный поединок с панцирником. Эти твари, далеко не самые крупные и агрессивные, отличались изрядной сообразительностью и живучестью. При том, что панцирники любили вкус людей не меньше, чем бультавов, боец для победы должен иметь хорошие нервы и мастерски владеть оружием. Хотя инструктора подстраховывали молодёжь, особо грубая ошибка могла закончиться плачевно.
    
     Вот кто-то из старших охотников разорвал пакет – и тёмно-красная жидкость быстро растеклась, растворяясь. Панцирники, как и земные акулы, чуют кровь на огромном расстоянии, и не умеют отличать настоящую от подделки бультавов. Трое «колдунов» неторопливо формировали пузырь, в который поймают приближающуюся стаю, чтобы выпускать по одному для поединков. Василий с завистью наблюдал за этим действом. Так он пока не умел. Требовалось завершить обучение и очень много практики.
    
     А вот появившийся внезапно молодой бультав был совсем не по сценарию. Эти робкие существа только в крайних случаях могли объявляться в опасных водах, а уж чтобы приплыть самому, без охраны охотника…
    
     Но сообщение было действительно серьёзным. Контроль над поверхностью серьёзно ослаблен из-за подводного извержения. Большинство умельцев отправилось защищать свои подводные селения, и надвигающееся цунами просто некому остановить.
    
     Острова в серьёзной опасности, надо срочно предупредить людей, чтобы уходили на глубину, к селениям бультавов. А, как на грех, почти все охотники, проходившие длительный курс общения, в дальнем поиске. На большинстве островов просто не слышат предупреждений!
    
     Примчавшиеся на зов панцирники остались очень недовольны. Призвавшие их охотники умчались на своих водных «салазках», распределив между собой «глухие» острова.
    
     Василий чуть не сорвал голос. Димка вообще был способен только хрипеть. Им, на свою беду, неплохо знавшим английский, достался один из американских островов. Но пока удалось загнать ленивых и недоверчивых янки в воду, прошла, казалось, целая жизнь. Да кому нужны ваши вещи! После бури, если что уцелеет, их выловят и вернут! А вас, куда черти несут, миледи? Какой, к дьяволу, опреснитель!? Жизнь спасать надо!
    
     Последних, особо упорных, вообще тащили силой и пинком провожали в глубину. Ох и пополнит этот день жалобами копилку ВКО!
    
     Но всё равно не успели. По их приблизительным подсчётам, ещё не менее десятка особо упорных идиотов пряталось по палаткам, ожидая своего пинка, когда Димка поймал приятеля за плечо и махнул рукой в сторону океана. Огромная волна величественно накатывалась на островок. Небо потемнело, и даже ветер приутих в ожидании развязки.
    
     - Поздно… - каждое слово тяжело, с хрипом и кашлем давалось сорвавшему голос приятелю. – Создавай… барьер!
    
     Уставший до отупения, Василий уселся прямо на песок.
    
     - Не осилю! Вон, какая мощь прёт, проломит, как мыльный пузырь.
    
     - Создавай, вон… тот… поможет!
    
     Совсем близко от берега, там, где инстинкт обычно останавливал бультавов, всплыл небольшой водный пузырь.
    
     Затаив дыхание, приятели смотрели, как вскипает неспокойная вода, образуя встречную волну – не такую высокую, и далеко не такую длинную, но всё равно внушающую уважение. И следующую. И ещё. Встречные мини-цунами сходились с гигантской волной и разлетались бессильными брызгами – но с каждым ударом, в этом месте волна проседала и ослаблялась.
    
     - Если бы я мог ему помочь, - выдохнул Василий, переводя затаённое дыхание. – Но нас ещё не учили объединять усилия. Скорее помешаю!
    
     Вместо ответа Димка невежливо пихнул его в спину. Уже падая в воду, Василий вдруг понял: бультав не успеет уйти! Остатки разрубленного по ширине острова цунами уже подхватили водный шар и понесли к берегу. Всей силы водника не хватало, чтобы прорваться сквозь массу разъярённой воды, нырнуть и уйти на глубину.
    
     «Лунная дорожка» - самое сложное из доступных умений колдуна-недоучки, возникла как будто сама собой. Полоска неестественно спокойной воды затрепетала, но выдержала вес Василия. Позади, по колено в воде брёл упрямый Димка.
    
     Василий остановился в нескольких десятков шагов от стремительно приближающегося пузыря, и принялся формировать барьер. Если пузырь разобьётся о сушу, бультав проживёт в воздухе не больше нескольких секунд.
    
     Волна налетела, ударила, ослепила брызгами, завертела и отшвырнула. Барьер продержался лишь доли секунды. «Лунная дорожка» разъехалась под ногами. Дольше всего, конечно, продержался сам пузырь бультава. Василий ощущал, как перепуганный инопланетянин пытается удержать расползающуюся плёнку подвластной воды, но помочь ничем не мог.
    
     Ещё веер брызг – и пузырь разлетелся, жёсткое тело почти со взрослого человека размером попало прямо в объятья, яростно хлещущие в поисках опоры щупальца обожгли не защищённые доспехами руки. Вроде бы, яд бультавов для людей почти безопасен?
    
     Василий коснулся ногами дна – берег близко, попытался упереться, но усмирённая не до конца волна легко поборола слабое сопротивление. Неужели бедняга умрёт прямо у него на руках!
    
     Внезапно, что-то горячее ударило в спину, на миг замедлив движение и вышибив дыхание, ещё и ещё – Василий с потрясением понял, что не просто остановился – движется навстречу волне! Оглянулся – Димка позади хладнокровно стрелял из своего «трезубца» в спину приятелю. Понятно, доспехи рассчитаны на случайное попадение, но если дважды попадёт в одно место, будет не просто больно! А для бультава, если их развернёт – и того хуже.
    
     Василий зажмурился. Нет, пожалуй, правильное решение, но пару пинков всё же Димка заслужил! Теперь понятно, что чувствует человек, в которого кидают горячими утюгами!
    
     Неожиданно волна закончилась. Они съехали, как на горке с заднего гребня, и тяжесть человека тут же вдавила бультава в воду. Тот, мгновенно придя в себя, немедленно вырвался и стремительно ушёл на глубину.
    
     Поддерживаемый приятелем, Василий выбрался на берег. Даже изрядно ослабленная, волна катком прошлась по острову, снося палатки, разбивая опреснители, унося разноцветное барахло. Слышались заполошные вопли упрямцев, пытающихся спасти своё бесценное имущество. Надо бы поймать и загнать в воду, буря только начинается. Хорошо хоть, бультав дал им немного времени.
    
     Ноги тряслись от усталости, болели ожоги и ушибы на спине, да и работы ещё непочатый край, но Василий сорвал маску и от души рассмеялся.
    
     Приятель не стал вновь насиловать сорванные голосовые связки, а ограничился вопросительным взглядом.
    
     - Ты никогда не был в Москве, нет?! Но анекдоты ведь слышал? Знаешь, то, что бедняга буркнул, перед тем, как смыться, на русский лучше всего переводится, как «Понаехали!»
    
     5.03.2008г. (10.04.2008г.)
    
    
    

  Время приёма: 08:09 14.04.2008