06:14 07.08.2017
Вітаємо переможців!

1 Фурзикова af006 Участковый
2 Левченко Татьяна af029 Мундштук
3 ЧучундрУА af018 Вискал Уробороса


06:39 23.07.2017
Сегодня, в 17.00 заканчивается приём работ на конкурс. Пожалуйста, не оставляйте отправку рассказа на последнюю минуту.

   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс №43 (лето 17) Фінал

Автор: А.Г. Количество символов: 21783
05 Космос-08 Конкурсные работы
рассказ открыт для комментариев

5029 Слишком много Ничего


    В пластмассовом белом ведре одиноко бултыхалась плотвичка. Небольшое лесное озеро с отменным умением отражало своей поверхностью черное звездное небо, предсказывая тем самым отличную погоду на завтра. Вдалеке время от времени плескались большие рыбины, подставляя сверкающие чешуйчатые бока лунному свету. Изредка всквакивали лягушки, но быстро смолкали в смущении, поскольку общую идиллию нарушал раскатистый могучий храп припозднившегося рыбака.
     Рыбалка была для Сени Туманова важным увлечением, и относился он к ней с большой ответственностью и даже иногда с фанатизмом. Возведя свои бдения у воды в некий ритуал, он вот уже пятнадцать лет исправно упражнялся в рыбной ловле строго по субботам, невзирая на погодные катаклизмы и прочие праздники. Заснул же он по причине второго своего главного жизненного увлечения, а именно пламенной любви к горячительным напиткам разной степени крепости. Третьим и последним жизненным увлечением, а заодно и достижением Сени была его жена Лариса, которая в свою очередь ненавидела его первое увлечение, и тем самым породила второе.
     Вот и сегодня, интеллигентно откушав на свежем воздухе флягу старки, Сеня притомился, уронил удочку и задрых. А проснулся уже далеко заполночь.
     Очухавшись, начал спешно собираться, на ощупь сложил снасти, кое-как затолкал складной стульчик в мешок и принялся шарить в траве куда совсем недавно положил ножик и кулек из под бутербродов. Не совсем трезвому человеку, несмотря на потрясающе чистое небо и полную яркую луну, света явно недоставало для столь тонкой работы. Сеня уже отчаялся, когда неподалеку зажглись фары и осветили полоску берега скудным немного синеватым светом. Нож сразу нашелся.
     - На утро остались, видать прикормили. - хмыкнул Сеня на фары и заторопился домой.
     Встреча с беспокойной супругой не предвещала ничего приятного, и стоило немедленно придумать надежное оправдание. Можно было снова попасть в браконьерский капкан, но про это он врал уже два раза и в успехе третьего сомневался. Оставалось либо спасать утопающего старика Митрича, либо его же отвозить в больницу с острым желудочным спазмом, про это он врал часто, но зато всегда успевал договориться с самим Митричем, жившим неподалеку, и тот регулярно подтверждал свое чудесное спасение посредством Сениных героических усилий.
     - Извините.
     - А? – обернулся Сеня.
     - Можно к Вам обратиться?
     За свои пятьдесят с гаком лет Сеня выучился подолгу не трезветь, поэтому почти не испугался, когда перед ним мягко выплыли из света фар две полупрозрачные высокие тени в легком оранжевом свечении.
     - Можно. – кивнул он, фокусируя взгляд. – А чего?
     - Понимаете ли, мой коллега Эйрол и я в сложной ситуации. – проговорила тень слева постепенно обретая плотность и контраст. – Да, едва не забыл - мы пришли с миром. Меня зовут Фланс.
     Правая тень также придвинулась, моргнула несколько раз оттенками рыжего и затвердела в образе тощего улыбающегося парня в ярко оранжевой куртке.
     - Сеня. – представился Сеня и тут же поправился. – Семен Игоревич.
     - Здравствуйте, Семен.
     - Здрасте. – снова кивнул Сеня, чувствуя, как крупные мурашки ровным строем маршируют у него по спине от загривка до самого кобчика.
     Левый оставался слегка прозрачным, сквозь него просматривались стволы деревьев и кусок какой то темной махины с тремя овальными фарами. Некоторое время пришельцы молча рассматривали его, а поскольку Сеня регулярно смотрел телевизор и слыл человеком образованным, в том, что это были пришельцы - он нисколько не сомневался.
     - Мы Вас надолго не задержим Семен. – пообещал прозрачный. – Нам очень нужна вода. В этом естественном углублении вода?
     - В озере то? Вроде того. Ну да, то есть. Пресная.
     - Вроде того… - повторил тип в оранжевой куртке, и заключил: - И Вы готовы уступить нам вашу воду?
     - Да пожалуйста! - Смущенный и благодушный Сеня махнул рукой в сторону озера, берите мол, не жалко.
     Пришельцы неловко переглянулись, и тот, что в оранжевой куртке достал откуда-то из-за спины большую канистру по виду литров на двадцать. Сбоку на канистру была прилеплена коробочка с двумя кнопками и лампочкой. Оно и понятно, решил Сеня, разве может быть у пришельцев канистра без лампочки.
     - Что бы Вы, Семен, желали получить взамен?
     - Это за воду то? – изумился честный Сеня. – Дак, во первых она не моя, а вообще, и потом даже не фильтрованная. Я понимаю, если бы в бутылке была, или минеральная какая, ессентуки всякие. А тут… Черпайте уж так.
     - Так? – испугался прозрачный и моргнул всем телом. – Так нельзя! Это прямое нарушение закона о расовой, видовой и частной собственности! Переход права собственности осуществляется только путем равноценного замещения. Насколько мне известно, из разумных существ категории выше третьей здесь только гуманоиды вашего вида?
     После продолжительного осмысления столь каверзного вопроса, Сеня утвердительно кивнул:
     - Гуманоиды, это да, это я понимаю. Ноги, руки, голова. Люди мы. Земляне.
     - Прекрасно. Значит с Вами, Семен, как с представителем расы Людей, мы вполне можем заключить сделку. Что обычно у вас принято менять на нефильтрованную воду?
     - Ничего.
     - Очень удачно, - облегченно замерцал прозрачный, - полагаю, мы можем предложить бартерный обмен.
     Как инженер-конструктор сборочного цеха, Сеня очень плохо разбирался в торговых операциях, но все же знал, что бартер, - это когда платят натурой, то есть попросту «за пузырь». Разговор сразу начал иметь интерес. Однако следующий вопрос поставил Сеню в тупик.
     - Сколько именно Ничего? – подал голос оранжевый с канистрой. – И где? У нас довольно много Ничего, есть из чего выбрать.
     На это представитель человеческой расы промычал «…ы-гы…» и впал в ступор, время от времени растерянно хлопая глазами. Прозрачный и оранжевый терпеливо ждали, полагая, что их партнер по сделке размышляет.
     - Это как? – наконец выдохнул Сеня. – Чего у вас много? Много ничего где?
     - Там. – оранжевый с канистрой показал глазами на небо. – Я сейчас покажу. Вот так…
     И тут на них упало озеро. Водная гладь вместе с отражением качнулась и встала перед Сеней стеной, бесконечная во все стороны и черная до рези в глазах. Луна куда-то подевалась, но зато до звезд, казалось, можно было дотянуться и потрогать их пальцами.
     - Вот тут, Семен, обратите внимание… - по деловому начал оранжевый, очерчивая длинным пальцем кучку созвездий. – Отличный сектор, квойрать объемных зейферов. Очень качественная пустота почти без вкраплений.
     - Звезды… - протянул Сеня на выдохе. – Это как же так… Это серьезно что ли?
     - Конечно. – мягко шепнул прозрачный. – Но я бы на Вашем месте, взял бы вон ту туманность, она поближе.
     - Так вы чего же это! – от внезапной догадки волосы у Сени зашевелились даже в труднодоступных местах. - Космосом торгуете?
     Сеня попытался руками и лицом изобразить Космос, что ему, очевидно, удалось, поскольку деловые пришельцы синхронно помотали головами. Прозрачный даже пошел лиловыми пятнами от огорчения.
     - Если бы космосом. – усмехнулся оранжевый. – У звезд есть свои владельцы. Все эти планеты, астероиды, спутники, и прочий мусор принадлежат либо местным жителям, либо странникам вроде нас. Так что в обмен на воду мы можем предложить только Ничего. То есть совершенную пустоту. Но зато очень много.
     - И как же вы это ничего обменяете, если оно и есть ничего.
     - Зато много. – убедительно встрял прозрачный - Очень много, Семен. Пожалуй, у вас даже воображения не хватит, чтобы понять насколько много Ничего мы предлагаем.
     - Да сколько ни есть, все равно же ничего нет. – вдруг уперся представитель человечества. – У меня вон тоже много чего нет.
     - Правильно. У вас нет того, что могло бы быть. – согласился прозрачный и посветлел. – А мы владеем Ничем вообще. Но зато в огромном количестве.
     Поразмыслив, Сеня подошел к вопросу с другой стороны:
     - А как ничего может чего ни будь стоить?
     - Все имеет цену. – веско заметил оранжевый и помахал канистрой. – Вода вот, к примеру, вещь ценная, поэтому Ничего за нее мы предлагаем несоизмеримо много.
     - Так ведь все равно… - гнул Саня. – Да сколько ни есть много а ничего не стоит.
     «Странникам» попался исключительно непонятливый и дотошный абориген. Поняв, что разговор будет долгим, тощий парень в оранжевой куртке задумчиво потрогал себя за кончик носа, сел на канистру, вытянул ноги и глубокомысленно заявил:
     - Космос, как вы, Семен, изволили выразиться, за вычетом времени состоит всего из двух компонентов: из Ничего и Нечто. Если бы не было Ничего, то ничего бы и не было. А поскольку Ничто существует, существует и все остальное, что можно потрогать, увидеть или понять. Пустота не менее важна, чем наличие материи. И если можно владеть чем-то материальным, то вполне допустимо владение Ничем. А если возможно владение, то есть и цена. Все зависит от количества. Тем более, что в нашем случае Ничего вполне измеримо расстоянием или объемом. Мы на законных основаниях владеем пустотой в масштабах почти неисчислимых, и предлагаем вам большой кусок этой пустоты.
     Трехмерный призрачный экран, который Сеня принял за поднявшееся озеро, масштабировался в меньшую сторону и стал больше похож на карту. Кое-где у самых густых звездных скоплений появились коротенькие надписи. Несколько неразличимых точек были помечены треугольничками, пустоты обведены пунктиром, мигали красные стрелки. Карта разрасталась подробностями и Сеня с восторгом наблюдал, как звездная пустошь аккуратно режется на куски трассами и направлениями.
     - А где тут мы? – спросил Сеня.
     Оранжевый поднялся с канистры и уверенно ткнул куда то сквозь вселенную вглубь и налево. Карта послушно развернулась, разрослась, окунулась в лес. Мимо Сениного уха с шипением пронеслась комета.
     - Здесь. – палец странника уткнулся в крохотное ватное пятнышко с мизерной золотой песчинкой внутри.
     - Это солнце?
     - Звезда класса три. Идеальный температурный режим для развития популяции вашего вида. Ну так как? Берете Ничего вокруг туманности, или…
     - Здесь беру. – уверенно заявил Сеня. – Возле дома, оно верней. И присмотреть в случае чего, и на виду.
     - Ну, должен предупредить, - замялся оранжевый, - Тут Ничего дешевое.
     - Так зато много. – усмехнулся представитель местных гуманоидов.
     Странники попереглядывались, явно советуясь, и прозрачный согласно кивнул, после чего резко порозовел и подплыл ближе. Палец оранжевого быстро забегал по карте, оставляя за собой пунктирный след.
     - Значит, вот этот кусок, - приговаривал он, одновременно другой рукой указывая на небо. – От Пронсго по розе в каждую сторону на квардцать объемных зейферов. Итого полный шар без учета временных искривлений. Годится?
     В блестящей толще космической карты появилась прозрачная сфера очень похожая на мыльный пузырь, в котором ютились серебристые облака галактик и мерцало пустотой обещанное Ничто. Сеня лишь пожал плечами:
     - Я, признаться, и не понял ничего. Какие кварцы, чего за зефиры? Какой там радиус то у вашего шарика получился.
     Прозрачный вдруг на секунду осветился изнутри и что-то пронзительно скрипнул. Оранжевый скрипнул в ответ, и оба посмотрели на Семена.
     - Никак не могу перевести это на ваш язык. – Смутился странник с канистрой. – Самое приблизительное «очень, очень, очень много»…
     - Дохрена, короче. – согласился Саня. – А если на самолете лететь, то сколько по времени.
     Оранжевый тонко присвистнул и усмехнулся совершенно по человечески:
     - Очень, очень, очень, очень долго. Ну, так что, берете?
     Шар был красивый, от него тянуло покоем и тайной, так что Сеня невольно залюбовался, и даже прикинул, как будет смотреться такая штука в серванте между их с Лариской свадебными бокалами и хрустальной ладьей с конфетами.
     - Ну хоть скажите, зачем оно нужно то – это самое ваше Ничего?
     Тут прозрачный оживился и принялся быстро объяснять:
     - Самое надежное, конечно, налог на пролет и транспортировку. Когда в ваше Ничто вторгается чужое Нечто, вашего Ничего становится меньше как раз на объем этого, так сказать, гостя. Соответственно вы теряете свое Ничего на постоянной или временной основе, за что вполне можно предъявить хозяину счет. Вот, например, наш старый знакомый Фа’РгХотос коллекционирует кометы и гоняет их по нашей пустоте в хвост и в гриву, простите мне эту идиому. И мы имеем небольшой доход с каждого пролета. Кстати, он частенько бывает в этих краях, так что ваши потомки могут рассчитывать на некоторую ренту.
     - У-у-у, потомки. – погрустнел Сеня. – Дождешься от них, как же.
     - Ну, еще аренда. Перепродажа. Выпуск векселей обеспеченных вашим Ничем. При должной технологической подготовке Ничего можно сворачивать и консервировать, сжижать в конце концов. В жидком Ничто, обычно хранят бесконечность и антиматерию. Концентрат чистого Ничего сейчас довольно дорого стоит, но затратная часть, к сожалению несравнима, да и условия хранения настолько специфичны…
     - Беру! – решился представитель высших приматов. – Так и быть, по рукам! Заключим, что ли, этот самый, контракт?
     Пришельцы явно повеселели, прозрачный принялся легкомысленно мерцать, в то время как оранжевый бодро выхватил «мыльный пузырь» из схемы. К великому Сениному сожалению, красивое наполнение шара осталось в карте, хваленая сфера в квардцать объемных зейферов оказалась совершенно пуста. Впрочем, приобретая Ничего, глупо было рассчитывать на большее. Карта по мановению руки оранжевого растворилась. Озеро вновь стало горизонтальным, небо высоким, а ночь теплой.
     - Контракта не надо. Когда расплачиваешься Ничем, возникает сплошная путаница и юридические неувязки, поэтому ограничимся прямой передачей. У вас найдется какой ни будь сосуд или коробка?
     Семен покосился на ведро со своим незавидным уловом. Вытащил одинокую плотву и показал ее странникам:
     - Рыбки не желаете? В нагрузку.
     Несколько дольше, чем следовало, плотва и пришельцы подозрительно разглядывали друг друга.
     - Нет, спасибо. – Скептически отозвался прозрачный. – Нам как-то ни к чему.
     - Настаивать не буду. – С этими словами Сеня выкинул рыбешку обратно в озеро, плеснул воду из ведра в камыши. – Вот и сосуд нашелся. Накладывай!
     Тип в оранжевой куртке осторожно присел около ведра, расколол шар, как яйцо о бортик сковородки, и лихо пересыпал Ничего из пустого в порожнее.
     - С горкой. – пошутил Сеня. – А не потеряю?
     - Ничего невозможно потерять. – Строго заметил прозрачный. – Его можно только уступить, или, в крайнем случае, заполнить. Но у Вас Ничего слишком много, так что второе маловероятно. И, спасибо, Семен, вы нас очень выручили.
     - Да, не за что. Все же по честному. Может еще чем помочь? Нет? Ну, так, наверное, пора мне.
     Неловкой тишины не образовалось. Оранжевый улыбнулся, молча помахал рукой, подхватил канистру и пошел к воде. Прозрачный согласно кивнул:
     - До свидания. Удачно добраться, может Вам посветить?
     - Да нет, я тут каждую тропку знаю. Ну, бывайте!
     С пустым ведром и прочим своим рыбацким скарбом Сеня бочком засеменил вдоль берега, потом развернулся к странникам спиной и решительно зашагал прочь. Еще долго до него эхом долетал звонкий перескрип залетных гостей и тихое бульканье наполняемой канистры.
     Шагалось легко. До городка было рукой подать, неприятности с любимой супругой казались уже неизбежными, и потому не волновали. Треск ночных насекомых приятно ласкал слух. И все было бы вовсе замечательно, если бы не заявилось в Сенину голову внезапное протрезвление. Спиртовые пары окончательно выветрились из мозга недавнего представителя человечества, и взамен им по извилинам потекли тревожные мысли.
     И с каждым шагом становилось все беспокойнее. Сеня невольно сорвался на бег.
     Перед глазами мелькали деревья и прозрачная оранжевая куртка. Где-то в глубине подсознания недобро мигала лампочка на канистре, а отпущенная плотвичка смотрела с крайним осуждением. Тревога никак не могла сформироваться в мысль. До окраины города оставалось всего ничего, обогнуть забор старой котельной, да подняться по узкой тропинке заброшенного яблоневого сада. Семен мчался уже дробной рысью, сшибая ведром сомкнувшиеся бутоны одуванчиков.
     На углу пустой улочки, как обычно, торчал знакомый фонарный столб, исправно освещая скудный клочок асфальта. С размаху врезавшись в фонарь, Сеня обнял его, как родного, и отдышался. Его била крупная дрожь. Все в порядке. Все путем.
     Успокоившись, рыбак мельком оглянулся назад и привычным маршрутом направился домой. Мимо проехал грузовик с молокозавода, по уличным скамейкам все чаще попадались парочки и маленькие компании выпущенных на свободу студентов. Кто-то смеялся, упала и с жабьим уханьем разорвалась пивная бутылка, кто-то удрученно ругнулся по этому поводу. Все как обычно. Ночь благоухала и тянула на подвиги. Вокруг были люди, вдалеке на перекрестке сверкнула рекламой круглосуточная палатка с пивом и мороженным. Добрался без приключений. Потыкал еще немного дрожащим пальцем в домофон, поднялся на третий этаж, позвонил.
     Монолог жены Сеня слушал с вящим вниманием, со всем соглашался, кивал, аккуратно бил себя кулаком в грудь и всем видом изображал крайнее раскаяние. Такие представления были для них не редкостью, и каждый знал, чем кончится дело. Когда словарный запас Ларисы истощился, вместе с ним иссяк и праведный гнев на загулявшего супруга. Подсуетившись, Сеня исхитрился чмокнуть благоверную в щеку, и та совершенно остыла.
     - Хорошо хоть рыбы не притащил! – заметила суровая женщина. – А то возись еще с ней.
     - Золото ты мое… - умильно согласился Сеня.
     - Иди чаю пей и спать. Я тебе бутерброд с сыром оставила.
     - Бегу, бегу. Только руки помою.
     - Воды нет. – напоследок заявила Лариса и ушла в спальню.
     Семен снял сапоги, прошел на кухню и покрутил кран. Водопроводная система приветствовала его сосущим гулом и фырканьем. Ни капли. Бывший представитель человечества в делах торговли с инопланетными гостями медленно прокрался в темную ванную. Трубы молчали, в кранах пусто. Воды не оказалось даже в бачке унитаза. Жуткая догадка пронзила Сенин Мозг. Неспроста мигала лампочка на канистре оранжевого пришельца. И если очень, очень, очень много Ничего умещалось в шаре размером с кулак, страшно представить сколько могло войти воды в ту проклятую канистру.
     Посеревший лицом Сеня метнулся в прихожую, свалил пустое ведро, шарахнулся от него, как от гранаты, и выскочил на улицу. Побежал через парк к дому старика Митрича, спотыкаясь о собственные ноги, через кусты и скамейки. У забора Сеня заметил старую колонку и с бешено колотящимся сердцем бросился к ней. Нажал на рычаг. Ничего. Сеня взвыл и помчался дальше. У знакомого частного домика отдышался и застучал кулаками в дверь:
     - Митрич! Открой, Митрич!
     Минут через пять дверь осторожно приоткрылась и показались сначала двустволка, а потом и сам старик.
     - Сенька! Ополоумел этак орать в четыре то ночи! Чего надо?
     - Митрич, у тебя вода есть?
     - Водка? – не понял старик. – Найдется. Осталось чутка…
     - Вода, вода! – заорал Сеня, размахивая руками. – В кране вода!
     Пожав плечами, Митрич спрятал ружье и сказал:
     - Так отключили вроде, не текет. Ни горячей ни холодной. Но, у меня в графине кипяченая есть, коли тебе надо. А чего случилось то?
     В голове у Сени помутилось, и он едва не разревелся от страха и досады. Осознание непоправимой потери мгновенно породило в воображении безлюдную пустыню, заметаемые песками дома и его Сеню лично бредущего по барханам под палящими безжалостными лучами звезды третьей категории. И в самый трагичный миг впилась в Сенину душу злая досада, когда понял он, как элегантно был подставлен, обманут и попросту кинут мерзкими пришельцами, похитившими воду. И за что! За ничего. За очень много, но совершенно Ничего! Радужный мыльный пузырь. Выеденного яйца не стоит.
     - Прости меня, Митрич! – заголосил бывший представитель местных гуманоидов, - За все прости! Я же не хотел! Откуда же я знал… Ну я им дам! Я им дам водички!
     И Сеня, оставив ошарашенного старика хлопать глазами, помчался назад к озеру, размазывая по щекам злые слезы. Давно он так не бегал. Полное ведро Ничего, это надо же, вот же дурак, просто сказочный кретин, - переживал он на бегу, одновременно нащупывая в кармане складной ножик. Надо было взять ружье у Митрича, далеко они уйти не могли, не должны были. Столько воды разве быстро утащишь. Лишь бы успеть, - он им покажет! Уж будут помнить Сеню дурака…
     С соседней улицы вдруг донеслось едва слышное журчание. Потом чьи то голоса и вновь забулькало. В просвете между домами мелькнула оранжевая тень. Семен остановился, хищно прислушался, принюхался, и как тигр двинул через кусты на звук. Зажав нож в правом кулаке, с мутными от слез глазами, он был полон решимости и неукротимой праведной злобы.
     Оранжевая куртка мелькнула совсем близко, за ней еще одна. Вода клокотала совсем рядом.
     - А-а-а! – заорал Сеня, выпрыгивая на врага из тени. – Чего же это вы, гады, удумали! А ну немедленно…
     - Мужик, ты чего?
     Трое водопроводчиков в ярко оранжевых жилетах, ковырявшиеся в затопленном люке здоровенной железякой, изумленно уставились на Сеню. По тротуару мутным потоком бежала к озеру прорвавшаяся на волю искомая вода.
     - А чего это вы тут? – осипшим голосом спросил Сеня, неуклюже пряча за спину ножик.
     - Слепой что ли? – язвительно поинтересовался один из тружеников разводного ключа. – Прорвало капитально, нахрен. Весь город без воды, блин.
     - Как же так то? – подавленно забормотал спаситель человечества. – Я ж думал… А вон оно как. Я пришел, воды нет. Я подумал… Извините.
     - Да не дрейфь, мужик! – радостно хмыкнул самый молодой водоборец. – Если, к примеру, без перекуров, то к утру починим. Ну, максимум к обеду. К вечеру точно будет. А чего это ты, мужик, к примеру, босиком то? Не холодно?
     Глянув вниз, Сеня обнаружил, что, выбегая из дому, сапоги он так и не надел. Стало как-то зябко, немного стыдно и очень весело.
     - Закаляюсь! – крикнул Сеня и пошел домой.
    
     Самое интересное, что Сеня так и не бросил выпивать, и по прежнему по субботам регулярно ходит на рыбалку. Однако с той самой таинственной встречи, у него появилось четвертое главное жизненное увлечение. В ясные ночи, когда небо мерцает над озером прохладным темным куполом, Сеня поднимает голову и по хозяйски осматривает свои владения. И если падает звезда, то он строго грозит ей пальцем.
     Там, глубоко в космосе, у Сени по-прежнему ничего нет. Но зато фантастически много.

  Время приёма: 12:39 29.01.2008