19:23 29.08.2019
Отпечатан тираж 39-ого выпуска.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Или на reglav @ rbg-azimut.com
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


17:23 11.08.2019
Вітаємо переможців 50-ого конкурсу!

1 Юлес Скела am017 Річку перескочити
2 Shadmer am018 Интересная жизнь
3 Панасюк Сергій am002 Краплі дощу


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс фентезі Приём рассказов

Автор: Сильно_Грамотный Количество символов: 10001
Конкурс № 49 (весна 19) Первый тур
рассказ открыт для комментариев

al023 Осколки мечты


    На фоне угольно-чёрного неба с искорками далёких звёзд вспыхивало ядерное пламя. Лазерные лучи пронзали разреженную атмосферу. Осколки разбитых кораблей сыпались вниз огненным дождём, сквозь который пылающими болидами проносились крупные обломки – толчки от их падения ощущались даже здесь, на позициях, заставляя вздрагивать поля иссушённой почвы. Пока что бой шёл в отдалении, но очень скоро лавина ярости и гнева докатится до нас.
    – Вон, вон они! Летят! – грохнуло из шлемофонов.
    Над иззубренной линией гор у самого горизонта засверкала россыпь крошечных блёсток. Свет угасающего солнца отражался от крыльев истребителей АС-801, прозванных «шершнями». Проникнуть сквозь заградительный огонь им вряд ли удастся – значит, в наши наспех вырытые окопы пожалует наземный десант. Всё, как и предполагалось. Надо подготовиться.
    Я перевёл скафандр в боевой режим и в последний раз проверил оружие; остальные занимались тем же. За невысоким земляным валом, куда ни глянь, простиралась пустыня, – мы стояли в первом ряду обороны. Позади нас не очень много сил, так что надо постараться не пустить врага дальше.
    – Ну и врежем мы им сейчас, – пробасил Гуннарсон. Его широкие плечи буквально распирали сделанный по спецзаказу скафандр. Плазменное ружьё в могучих лапищах казалось игрушкой.
    – В лоскуты порвём и пинками назад погоним! – выставив перед собой ракетомёт, Карлос оглянулся по сторонам. – Эй! Верно, ребята?!
    Я молча кивнул – говорить не хотелось.
    Краем глаза я заметил, как Таня изящным движением вскидывает винтовку. За пару дней, проведённых в этом отряде, я познакомился с ней и вроде бы произвёл хорошее впечатление. О большем речь не шла – тесные отношения мне не требовались, да и Таня искренне любила Рагнара, что ни для кого не являлось секретом. Он здесь, рядом: занял позицию слева от неё…
    Будто заметив мой взгляд, Рагнар обернулся и кивнул. Конечно, не мне – наверняка он смотрит на Таню. Вот он неуклюже изобразил рукой в бронированной перчатке воздушный поцелуй. Она ответила ему, не стесняясь. Наверное, оба улыбались.
    Прямо перед нами каменистая земля взметнулась вверх фонтанами тёмной пыли. Силовой барьер, накрывавший позиции, погасил ударные волны многочисленных взрывов, но тут сквозь пылевую завесу ударили пронзительно-синие лучи. За ними тускло заблестели корпуса лёгких танков и боевых роботов-штурмовиков, надвигавшихся приливной волной.
    Я выбрал цель, подождал, пока её контуры чётче проступят в тёмной пелене, и выпустил в упор длинную струю огня. Затем ещё, и ещё... Вокруг всё сверкало и гремело. Повсюду стелился густой чёрный дым, среди которого лазерные лучи и плазменные разряды казались особенно яркими. Они неслись мимо меня, слева, справа и сверху — порой в таком количестве, что казалось, будто я стою один в узком тоннеле с ослепительно сверкающими стенами. Мне ничего больше не оставалось — я просто стрелял во всё, что двигалось передо мной, перезаряжал винтовку и снова стрелял. Шлемофоны извергали потоки невнятных приказов вперемешку с руганью и яростными выкриками.
    Казалось, устоять невозможно – и всё-таки оборона держалась. На место погибших вставали новые бойцы. Гуннарсон, раненый уже несколько раз, отталкивал медиков и упорно рвался в бой – искорёженные пластины скафандра дымились и тлели, но это его не беспокоило. Карлос бросил опустевший ракетомёт и возился с лёгким орудием, устанавливая его на треногу. Я продолжал стрелять.
    Нападавших отбросили, но они сумели закрепиться неподалёку и собрать силы для новой атаки. К ним подтянулись подкрепления. Истребители бешено расчерчивали небо над головами, обрушивая вниз водопады огня. Время от времени кто-то из них сам проливался на землю дождём пылающих осколков, но остальных это не останавливало.
    Слева от меня противник дрогнул и попятился. Таня непрерывно стреляла, прикрывая солдат, готовых броситься в контратаку. Рагнар выпрямился в полный рост, вскидывая винтовку.
    И тогда я убил его.
    Это оказалось просто – потребовалось всего лишь слегка «подтолкнуть» в нужную сторону луч, выпущенный тяжёлым орудием. Защита скафандра не выдержала. Рагнара отбросило назад, на дно окопа.
    Поднявшиеся клубы дыма скрыли Таню, но неважно. Я и так знал, где она.
    
    Позже, на боевой станции, мы встретились в коридоре, идущем вдоль внешней стены. Это одно из немногих мест, где космос можно наблюдать сквозь настоящие иллюминаторы, а не на экране. Застыв у изогнутого стекла, Таня смотрела в черноту, расцвеченную искрами звёзд и огоньками вспомогательных судов, но вряд ли видела их, погружённая в себя.
    – Что-то случилось? – спросил я, проходя мимо.
    Она помолчала, будто не слыша. Затем медленно пожала плечами.
    – Так... ничего. Задумалась...
    Только что она получила письмо, сообщавшее о гибели её старого наставника, генерала Броуфинна. Я знал это, поскольку сам же его и отправил. Вежливо кивнув, я проследовал дальше. Она осталась стоять – стройная фигурка на фоне необозримого космоса.
    Таня мужественно перенесла потери, способные сломить даже закалённого бойца. Никто больше не видел, как она смеётся; высказывания стали резче, взгляд – твёрже и острее. Теперь она избегала привязанностей к чему бы то ни было. Но однажды, в кают-компании, я заметил, как она гладит кошку, давно прижившуюся на станции.
    Не люблю работать с животными, но что поделаешь. Кошка погибла во время очередного налёта, когда защитная система не сумела отклонить случайную торпеду и взрыв повредил жилые отсеки. Это произошло практически на глазах у Тани.
    Неприятности на этом не закончились. Следующая атака не нанесла станции особого ущерба, однако порой и мелочи имеют значение. Из-за повреждения связи Таня не расслышала приказ офицера. Доказать факт поломки не удалось. Военная прокуратура возбудила дело о нарушении субординации.
    Мы снова встретились – на пустынной палубе, в одном из редко посещаемых местечек. Проходя мимо, я заметил, что она плачет.
    – Извини... э-э... я могу чем-нибудь помочь?
    – Нет, вряд ли, – Таня обернулась, и рассеянный свет, идущий из шлюза, выделил в полумраке её точёный профиль. – Но всё равно спасибо.
    – Я слышал, на тебя сразу столько всего навалилось… Как говорится, беда одна не ходит.
    Она молча кивнула, глядя куда-то мимо меня — будто нас окружали призраки тех, кто её покинул.
    Тяжело вздохнув, я прислонился к стене.
    – В бою всё кажется таким простым – ты стреляешь, в тебя стреляют. А вот потом, когда бой закончился – тут-то и начинаешь считать потери.
    – Особенно ночью. Когда не можешь заснуть и лежишь… вспоминаешь… – она не договорила.
    – Иногда этот мир выглядит совсем паршиво. Так и тянет сказать – ну что я здесь делаю?
    – Да уж. Ещё недавно я так не думала, а теперь... Хотела бы я оказаться отсюда подальше. Неважно где. Просто исчезнуть – и всё.
    Я промолчал, поскольку слова уже не требовались.
    Затем она исчезла.
    
    Длинный коридор с белыми стенами выглядел хорошо знакомым, но это узнавание не несло радости.
    Я нашёл нужную дверь, вежливо постучал и вошёл.
    Лежавшая на кровати женщина лет сорока приподнялась на локтях. Её лицо выглядело невыразительным и вялым, под стать расплывшемуся, грузному телу, но взгляд казался вполне осмысленным. Хорошо. Могу поздравить себя с очередной качественно выполненной работой.
    – Татьяна Викторовна? – я присел на стул у кровати. – Вы меня понимаете?
    Её глаза внимательно изучали моё лицо.
    – Да. Я... – голос звучал хрипло и невнятно, но это скоро пройдёт. – Я вас знаю. Вы...
    – Совершенно верно. Мы встречались... там. Видите ли, я сотрудничаю с компанией «Грёзотрон» в плане оказания её клиентам психологической помощи.
    Женщина ничего не сказала, но во взгляде я прочитал вопрос.
    – Дело в том, что в некоторых случаях привыкание человека к виртуальной реальности становится чрезмерно сильным. Он настолько вживается в игровой мир, приспосабливается к нему, что наотрез отказывается добровольно с ним расстаться. Если такого человека просто отключить от игры, последствия могут быть... печальными. Он напрочь откажется воспринимать реальный мир, подавит воспоминания о своей подлинной жизни. Возможен даже аутизм – или, наоборот, буйное помешательство.
    Она по-прежнему молчала.
    – Моя задача – облегчить ему выход из виртуальности. Подтолкнуть к этому решению. Постоянно наблюдая за этим игроком, я изменяю ход событий, создавая разные неприятности, трудности... Грубо говоря, я делаю его жизнь невыносимой. Наконец человек сам начинает стремиться к прекращению игры – вот тогда и наступает подходящий момент для возврата в реальность.
    Молчание.
    – Мне жаль, что пришлось доставить вам такие неудобства, но выхода не было – ваше присутствие требуется на слушании дела о наследстве. Там возникла какая-то сложная финансовая ситуация... ну, это вам подробно объяснят адвокаты. Вы можете связаться...
    – Вам действительно жаль? – голос стал чётче и в нём явственно послышались враждебные нотки. – Вы же сами – не геймер, да? Сами не летаете, и другим не даёте?
    – Я всего лишь...
    – Вам же только это и надо! Только этого вы и добиваетесь! – она уже кричала, сев в кровати. – Чтобы я осмотрелась здесь, поняла, как тут всё хорошо, в расчудесном реальном мире, и покончила с играми. Вы этого хотите?!
    – Вы можете распоряжаться своей жизнью, как вам угодно. Я просто выполняю свою работу.
    Она откинулась на подушки и замолчала, тяжело дыша. Я ждал.
    – Извините, – наконец произнесла женщина, уже нормальным тоном. – Я не должна была...
    – Да, я вас понимаю. Это обычная реакция.
    Закончив все дела, я с удовольствием вышел наружу, на свежий воздух – после больничной атмосферы «Грёзотрона» казалось, что он пахнет как-то по-особенному. Сперва я направился к остановке троллейбуса, но затем передумал и решил пройтись пешком. Весна, зелень, лёгкий ветерок...
    По дороге я купил стаканчик мороженого. Подержал в руке, чувствуя приятный холод. Мне требовались настоящие чувства, ощущения. Я всё ещё помнил ослепительные вспышки и грохот выстрелов, запах горелого пластика, лёгкость во всём теле при низкой силе тяжести чужой планеты. Под высокими клёнами я остановился и закрыл глаза.
    В конце концов, я сказал правду. Каждый сам выбирает, как ему жить.
    Мороженое оказалось вкусным. Я зашагал дальше по тихой улице.

  Время приёма: 19:04 13.04.2019