22:37 05.08.2018
Поздравляем победителей 46-ого конкурса:

1 Мудрун ai010 Миллиард лет одиночества
2 Мудрун ai002 Счастливчик Харон
3 Изольда Марковна ai028 Лестничный



20:11 24.06.2018
Отпечатан и готов к рассылке тираж 37-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


   
 
 
    запомнить
   
Регистрация Конкурс № 48 (осень 18)

Автор: Деркач Любовь Количество символов: 26208
Конкурс № 37 (осень) Первый тур
рассказ открыт для комментариев

z018 Укор


    Это место было сложно даже назвать городом. Больше всего оно походило на самую обычную земную свалку металлолома. После равномерной однообразности стальных стен корабля, потрясающих своими геометрически правильными формами, на поверхности взгляд цеплялся буквально за все. За обломки стен, за стальные пластины, закрывающие дыры, которые когда-то были окнами. Или не были. Кто знает, принято ли у местной нации делать в домах окна. Взгляд зацепился за стену, сфокусировался сквозь забрало скафандра. Размашистая нецензурная надпись на слишком знакомом языке уверила в одном – если местные здесь и проживали, то их популяция была явно меньше человеческой. Не даром это место напоминало свалку. Люди не заботились о порядке в «чужом доме».
    На экране, отразившись от внутренней поверхности забрала, моргнуло сообщение. Система просканировала условия окружающего мира и начала адаптацию организма к его особенностям. Это должно было занять несколько часов. Или дней. Все зависело от того, насколько непригодными для человеческого организма были условия.
    - Франц? – окликнули из-за плеча. Мужчина в скафандре обернулся, посмотрел сверху вниз на того, кто к нему обращался. – Вы немножечко выделяетесь, - усмехнулся собеседник. Он, по-видимому, пробыл на этой планете уже достаточно долго. Его кожа отливала едва заметным пока синим цветом местного загара. Этот феномен пока не был изучен, его отложили до лучших времен. Если таковые вообще настанут. Планета была колонизирована исключительно с расчетом на использование ее ресурсов. Изучать ее при этом правительство не было заинтересовано.
    Человек в скафандре развел руками.
    - Адаптация, - коротко объяснил он.
    - Да уж, мерзкое мероприятие, - засмеялся его собеседник, хлопнув по Франца плечу. – Я Виктор, - представился он, - пойдем. А то на тебя начинают пялиться.
    Обзор в скафандре был равным обзору глаз, настройки давно проводились строго индивидуально. Но глядя сквозь забрало Франц все равно чувствовал себя лошадью с шорами. Словно мог смотреть только строго вперед. Так что, в очередной раз услышав замечание о том, что на него смотрят, мужчина откровенно закрутил головой.
    На него посматривали многие. Но был и тот, кто смотрел неотрывно. Голубой оттенок кожи выдавал в нем если не местного, то приехавшего очень давно. Все сомнения развеялись, когда, чуть прищурившись, он не повел плечами, чуть настороженно мотнув хвостом. Это совершенно точно не был человек. А помимо людей на планете могли быть только местные… Франц прищурился, чуть внимательнее присматриваясь к парню. Если разделение по гендерному принципу на этой планете соответствовало общепринятому, конечно. А так он мог оказаться и женщиной, и двуполым гермафродитом. Кто их разберет, как местные размножаются.
    Они смотрели друг на друга практически одинаково – как на инопланетян, которыми и являлись друг для друга. Только «инопланетянин» Франца не мог видеть его глаз. Их защищало забрало, отражая лучи светила, которые организм пришельца пока не мог воспринимать. Непроницаемый снаружи, изнутри шлем препятствовал обзору исключительно психологически. Франц ловил чуть напряженный взгляд парня и никак не мог понять, что же прячется там, в глубине.
    - Эй! – подал голос Виктор. А после попросту топнул ногой о землю, словно прогоняя нашкодившего кота, - А, ну, брысь! – бросил он коротко. Против ожидания, парень и отреагировал, как нашкодивший кот. Франц даже проследить за ним не успел – он скрылся за углом, загрохотал стальной бак, в который он врезался.
    - Местные, - пояснил Виктор, угадав даже сквозь забрало то, что во взгляде Франца было удивление. – Не разумнее зверей. Так что пусть вас с толку их вид не сбивает, - Виктор махнул рукой, кивком позвав Франца за собой, - зачатки какие-то сознания есть, но ограничиваются примитивом.
    Франц обернулся. Будь он одет проще – он мог бы просто обернуться через плечо. А так пришлось выворачивать все тело от пояса.
    Парень снова смотрел на него, только в этот раз скрывшись за углом. Из-за щербатого края дома было видно только половину лица.
    - Мне казалось, гуманоиды по умолчанию разумны, - проговорил он, скорее обращаясь к самому себе.
    - Заблуждение, - Виктор махнул рукой. – Нам хочется верить, что те, кто похож на нас, разумны. На деле же это далеко не всегда так… у тебя уже есть допуск к базе? – уточнил он, не меняя интонации. От того Франц не сразу сообразил, что на последние слова нужно ответить.
    - Да, - Франц кивнул. Они успели дойти до входного шлюза базы. Франц еще раз обернулся назад, на город. Он помнил, как эта картина выглядела с высоты. Круглый купол базы, отливающий сталью в свете синего светила. И во все стороны от него то, что издали казалось просто горами разнообразного мусора. На деле это оказались дома, собранные из запчастей, из больших стальных плит, или из сероватого камня, явно местного происхождения. Кто знает, как местные жили вдали от человеческой базы, но здесь они подражали людям. Подбирали за ними то, что оказалось не нужным. Паразитировали или просто мимикрировали, изучая незваных гостей? Тревога коснулась затылка, пробежала холодком по волосам. Что-то было не так. Что-то было не так в том взгляде, которым Франца провожал местный.
    Дверь отьехала с тихим шорохом, пропуская внутрь. Виктор проверил карточку, контрастно выделившуюся на белой перчатке скафандра. Он скользнул по ней скучающим взглядом, почти небрежно провел сканером, заставив Франца усмехнуться. Хорошо, забрало скрывало все проявления эмоций. Виктор мог сколько угодно делать вид, что проверка – это чистой воды формальность. Францу прекрасно было известно, насколько дотошными бывают колонизаторы на дальних планетах. Проверок должно было быть не меньше дюжины.
    Нейронная сеть скафандра уловила несколько сканирований. Две дружеские системы обменялись сигналами, словно звери одного вида при встрече. И остались друг другом довольны достаточно, чтобы Франца пропустили внутрь базы. Мужчина окинул взглядом помещение. Если база и отличалась от лачуг, что ее окружали, то только внешне, снаружи. Люди слишком долго жили в этом помещении. Где-то горой были навалены запчасти, полуразломанный механизм, который, возможно, кто-то чинил в свободное время. На приборной доске стояла чашка с давно остывшим чаем. Ее окружали не менее десятка круглых отметин от предшественниц. На потертом кресле, перед мониторами, гордо раскинулся клетчатый плед. Точно такой же, бережно свернутый и запакованный бабушкой, хранился в вещах Франца. Люди все-таки везде одинаковы. А база колонизаторов это всегда больше загородный домик, чем военная единица. При условии, что планета не агрессивна, конечно.
    - Можешь снять это ведро, - Виктор кивнул на шлем, небрежно сдвигая плед и устраиваясь в кресло. Франц покачал головой и, запоздало вспомнив, что движений его головы не видно, проговорил:
    - Адаптация может сглючить, если ее прерывать. Пусть уж закончит.
    Виктор понимающе кинул. Он раскинулся на кресле, совсем уж по-хозяйски устраиваясь.
    - Сейчас ведутся дополнительные исследования, - подал голос он. Говорил Виктор неспешно, скучающе, по очереди выводя на экраны ряды данных. Франц скользнул по ним взглядом, но всматриваться не стал. Вот так с порога за работу он приниматься не собирался. Да никто от него этого и не ожидал. Виктор проверял какие-то показатели исключительно по своему желанию, - На счет местных как раз-таки. Добыча временами опасна, залежи находятся на обрывах, несколько у целых озер кислоты. Так что мы значительно снизили потери среди личного состава, заменив его на местных…
    Франц облокотился на соседнее кресло. На одном из экранов вывелся скан нейронной системы местного жителя. Франц никогда не был слишком силен в анатомии, но с ходу особенных отличий не обнаружил.
    - Мы не имеем права использовать местных, как бесплатную силу, - проговорил он. Подобные выводы касательно представителей другой расы нужно было делать крайне осторожно. Виктор только отмахнулся.
    - Я тебя умоляю, они же просто звери. Достаточно разумные, чтобы поддаваться дрессировке. Этого достаточно, - Виктор поднял голову и усмехнулся.
    - Нельзя отбрасывать того, что их «разумность» может отличаться от нашей. То, что они…
    Виктор закатил глаза. Нравоучений он наслушался предостаточно. Колонизаторам постоянно промывают мозги на счет взаимодействия с местными жителями. Но если он и собирался ответить, то сделать этого не успел. С тихим шелестом отьехала дверь базы.
    - Виктор! – позвал кто-то. Мужчина поднял руку, останавливая Франца, как будто тот мог что-то сказать. Пришедших было двое. Насколько Франц мог с ходу вспомнить, такую униформу носили дежурные при базе. Один из них крепко держал за плечи представителя местного населения. Длинные темные волосы свешивались до пояса, но ими была занята только половина головы. Вторая была покрыта коротким ежиком, по которому короткими бликами пробегали отсветы люминесцентных ламп. Структура волос явно была отлична от человеческой.
    - Забрела на склад, этот олух не уследил, - дежурный кивнул на напарника. Тот только фыркнул недовольно. А после мотнул каким-то предметом в руках.
    - Это было при ней.
    - Отдай! – зашипела девушка, дернувшись всем телом. Длинный хвост мотнулся по полу, в глубине глаз зрачки сбежались из черточек в точки. Виктор вздохнул.
    - Заприте ее. Выпустим через пару дней, авось поумнеет, - проговорил мужчина, покачав головой. – А это выбросите, это просто хлам, не оружие.
    - Отдай! – голос сорвался на высокой ноте. Девушка снова дернулась, зашипела совсем по-звериному, извиваясь и мотая хвостом из стороны в сторону. Она задела мужчину, который ее держал. Но он только поморщился. Виктор махнул рукой и девушку утащили. Странный предмет, который она принесла с собой, небрежно бросили в кучу хлама.
    - Они говорят? – спросил Франц.
    - Отдельные слова, - отмахнулся Виктор. – Как попугаи, - он вернулся к приборной панели.
    Но Франц неотрывно смотрел на предмет, который кинул в кучу мусора. Что-то он ему напоминал. Франц несколько мгновений смотрел на предмет, прежде чем осторожно его поднять.
    - Попугаи не играют на музыкальных инструментах…
    
    К заключенной Франца пропустили сразу, не спросили ни причин, ни разрешения. Списали все на чистое любопытство новичка. Охота ведь поглядеть на интересного зверя. Не часто во всем вселенной встречаются разумные негуманоидные формы жизни. Не разумные человекообразные – и того реже. Их даже не изучали отдельно, они были всего лишь частным случаем.
    Ее могли запереть где угодно, в любой комнате. Каждая дверь была снабжена замком, который открывался только картой доступа. Но помимо этого на каждом проходе был настроен сканер, который пропускал только людей. Будь это представитель любой другой расы – и он не сможет пройти, даже если ему удастся достать карту. Люди порой слишком самонадеяны и, при контакте с другими расами, уверены, что себеподобные – безопаснее. Стадный инстинкт, присущий любой расе.
    Не так просто отличить камеру для человека от звериной клетки. Но в комнате помимо стальных стен был стол и стулья, которые и заставили Франца мимолетно подумать о том, что никто на самом деле не воспринимает ее, как неразумное существо. Люди пытаются, повторяют про себя, как мантру, что местные – всего лишь звери. Но пойди в это поверь, когда встречает тебя прямой, открытый, а, главное, совершенно осмысленный взгляд. Пусть и далекий от дружелюбного.
    - Здравствуй, - проговорил Франц, когда дверь за ним с тихим шипением закрылась. Девушка не ответила. Ее взгляд, побродив по зеркальной поверхности шлема, опустился вниз. Да так и замер на инструменте, который Франц держал в руках. Она едва заметно подалась вперед. Когда ее привели – она рвалась и кричала, пыталась отобрать инструмент. Сейчас же осторожничала, словно чуяла подвох. Даже когда Франц положил его на стол и отступил назад. Прошло несколько минут полного молчания, прежде чем девушка потянулась к нему, пододвинула к себе. Сначала осторожно, коснувшись только кончиками пальцев. А после чуть судорожно вцепилась в ту часть, которую Франц про себя назвал грифом. Астронавту приходилось видеть таких вот мастеров. Не только музыканты, но и художники, писатели… и всех был свой инструмент для творчества. Он мог представлять из себя просто блокнот с невнятными пометками, понятными исключительно автору. Такой был у бывшей девушки Франца. И она точно так же цеплялась в него, расстраивалась, когда не могла его найти… И шипела, порывалась кусаться, когда блокнот у нее отобрали. Отобрали у нее все, в конечном итоге даже жизнь. На некоторых планетах все еще следовало следить за тем, что говоришь миру. Особенно когда единственный, кто может прикрыть тебе спину, - на том конце галактики. Ищет дальнюю планету, на которой обитают неразумные гуманоиды.
    - Знаешь, - подал голос Франц, - на нашей планете творчество считается высшим проявлением разума, - проговорил он. Девушка смотрела насторожено, чуть напряженно, словно готовый сорваться в бег зверь. – Ты умеешь играть? – спросил мужчина.
    Девушка не ответила. Она дернула хвостом и едва заметно оскалилась, показав между сухих губ тонкие иглы зубов. И, спустя мгновение, зашипела.
    Франц вздохнул.
    - Ты меня понимаешь?
    Сколько нужно времени, чтобы выучить чужой язык? Люди здесь уже достаточно долго. Не настолько, чтобы научиться говорить, но достаточно, чтобы приловчиться понимать человеческую речь. Но девушка не отвечала. Может, Франц ошибся. И инструмент на самом деле был просто игрушкой для этого полуразумного зверя. Но ведь кому-то он принадлежал. Значит, на этой планете есть разумная жизнь. Или была…
    Франц покачал головой, развернувшись к выходу. Нужно было возвращаться к работе. За несколько дней он все закончит и можно будет хлопотать об отпуске. Колонизаторы в этом смысле были даже в более благоприятных условиях. Они жили вне дома, но хотя бы не вынуждены были мотаться по чужим планетам, каждую неделю меняя место жительства.
    Музыка коснулась слуха, когда Франц уже потянулся за карточкой. Он обернулся. Девушка разместила инструмент у себя на коленях и мягко касалась длинными пальцами клавиш. Пальцев было по шесть на каждой руке. От того и музыка была такой, которая никогда бы не смогла вырваться из-под пальцев человека. Или, быть может, все дело в неземном инструменте?..
    Франц сел напротив.
    Музыка стихла постепенно, звук за звуком. Девушка подняла голову. Во взгляде не изменилось ровным счетом ничего. Она медленно вдохнула, по лицу едва заметно пробежала судорога, словно она силилась что-то сделать, в чем не была уверена.
    - Люди, - выдохнула она.
    - Да… - Франц подался к ней, облокотился о стол, заставив чуть отпрянуть. – Да-да, мы люди. Что ты пытаешься сказать?
    Он смотрел неотрывно в ее глаза. Видел, как судорожно сжимаются зрачки. Сбегаются в точки и снова расплываются разрезом по всей радужке. Необычное строение. Но люди давно научились идентифицировать любые анатомические варианты строений, все классифицировали и всему дали названия. Было всего одно «но». Вариантов внутривидовых коммуникаций было слишком много. И отличить то, что принято было назвать «речью», от неразумного инстинктивного взаимодействия зверей было невозможно. Слишком тонкая грань. И – миллиарды ошибок в распознавании разумных рас. Если они не желали общаться с людьми – то чаще всего их признавали неразумными. А сейчас девушка хотела общаться.
    - Старше, - снова прошипела девушка.
    - Старше? – не понял Франц.
    - Злее, - продолжила она. – Пришли сделать рабами, - выговорила девушка осторожно. В памяти Франца мелькнуло то, что говорил ему Виктор. Использование местных… Они их изучали, присматривались к пришельцам, не спеша выходить на открытый контакт. И что видели? Люди превратили клочок земли в откровенную свалку. И посягали на то, чтобы использовать местных в опасной работе. Потому что их, в отличии от людей, не жалко.
    - Нет, - Франц покачал головой, - мы здесь не для этого. Нам нужны ресурсы… мы… мы открыты для диалога, мы можем наладить торговлю. Люди… человечество может дать вам не меньше, чем вы ему… - Франц осекся, запоздало подумав о том, что она едва ли понимает хоть половину. Люди не попытались с ними коммуницировать. Человечество всегда было прямолинейным. Если планета не вошла в космическую эру – значит, разумной жизни на ней нет. А дальше все строилось на принятом стереотипе.
    - Так… уже было.
    - Нет! – перебил Франц, - нет, мы никогда никого не порабощали!
    Зрачки девушка расширились, с горла вырвалось шипение. Франц чуть отклонился, почувствовав опасность. На этот раз девушка собиралась с силами чуть дольше. Словно пыталась выговорить что-то сложнее, или, быть может, припомнить правильный термин.
    - Черный континент.
    Простое словосочетание, выговоренное с заметным трудом, произвело на Франца недоброе впечатление. Сердце осеклось в своем ритме.
    Люди никогда никого не порабощали. На других планетах. Что же касается их собственной…
    Франц откинулся на спинку стула, опустил руки на колени. Как объяснить что-то настолько тонкое, если собеседник понимает настолько мало в твоих словах? Что человечество оступилось, но с тех пор выровнялось, выбрало путь гуманизма и мира.
    Но, изучая расу, в первую очередь ищут историю их планеты. А она сейчас давала человечеству не лучшую рекламу.
    Система выдала тревожное сообщение. Франц поочередно нажал несколько клавиш на внутренней стороне руки. В скафандре что-то зашипело, заставив девушку отпрянуть чуть назад. Франц сбросил фиксаторы со шлема.
    - Знаешь, почему черный континент так назвали? – спросил он. «Процесс адаптации прерван» - снова выдала система. Придется запускать его повторно. Но внутри базы окончательная адаптация и не была необходима. Франц снял шлем. Чуть мотнул головой, с непривычки даже легкое движение воздуха в комнате обдало щеки холодом.
    - Там жили мои предки, - коротко договорил Франц. Зрачки девушки, уже знакомо для Франца, сбежались в точки. Она сняла инструмент с колен, бережно положила на край стола. И в следующее мгновение бросилась вперед. Неповоротливый в своем скафандре Франц не успел даже поднять руку навстречу. Она взлетела на стол, хвост мотнулся вверх, задел потолок. Сверкнув голубоватым цветом кожи, в плечо Франца уперлась рука.
    Время словно замедлилось. Но только мгновение спустя Франц понял, что девушка замерла. Она коснулась его и так и осталась, касаясь губами его губ. Глаза, совсем рядом, почти неразличимые на таком расстоянии, смотрели напряженно, ожидающе. Девушка задержалась на несколько мгновений, словно давая Францу прийти в себя. И совсем легко шевельнула губами, не по-человечески шершавыми и неожиданно горячими. Сердце Франца гулко стукнуло в груди. А в сознании поднялась паника. Ему приходилось встречаться с расами, для который поцелуи были чем-то вроде приветствия. Они так опознавали друг друга, обменом биологический жидкостей. А попросту – слюны. Но как принято у местных…
    Пальцы на плече сжались, ощущаясь даже сквозь толстую материю скафандра.
    Нужно было принимать решение. И Франц ответил на поцелуй.
    
    Виктор сидел у приборной панели и пил чай. Похоже, большая часть следов от чашек на панели были именно его рук делом. За время, пока Франц дошел от входа в комнату до мужчины, тот успел отпить по очереди из двух разных чашек, что стояли перед ним.
    - Виктор, - окликнул Франц, - сколько здесь местных?
    - В смысле? – не понял Виктор. Франц склонился над панелью, что-то быстро набрал, выводя на экран карту планеты.
    - В прямом. Мы базируемся ближе всего к месторождениям. Они обнаружены только на одном материке, - Франц всматривался в карту, размеченную спектром. Он обозначал как наибольшие месторождения, так и полное их отсутствие. На более чем на двух третьих планеты. – Что на счет остальных? Там кто-то был?
    Виктор задумался.
    - Нет, не думаю. Нас интересовали только ресурсы, - мужчина пожал плечами, - Сам знаешь, финансирование на изучение сейчас не выдается. Мол, планет и так много, - он криво усмехнулся, поднимая взгляд на Франца. – А тебе хорошо без шлема. Не знал, что ты… - Виктор осекся. Но через мгновение все же закончил, - темнокожий.
    Франц пропустил замечание мимо ушей.
    - Виктор, местные здесь были изначально? – спросил он коротко.
    - Нет, - лениво откликнулся мужчина, откинувшись на спинку стула и снова отпивая из чашки. – Когда часть наших расселилась вокруг базы они и приблудились. Говорил же тебе, они просто коты бродячие. Безвредные. Что ты так всполошился? – Виктор криво усмехнулся. Не первый новичок, который поднимал панику на пустом месте. Но от аудитора он такого все же не ожидал. Или им, как всегда, прислали новичка, едва прошедшего стажировку? Конечно, дальними планетами всегда пренебрегают. А потом работай на оборудовании из прошлого века и со второсортным персоналом.
    - Сколько? – снова подал голос Виктор. Франц поднимал старые файлы, просматривал их, выделяя что-то и разыскивая упоминания о местных жителях.
    - А кто и знает… с десяток, может, чуть больше, - пожал плечами Виктор, - да кто их там считал? Они же не опасны, - в который раз повторил мужчина. Франц нервно пригладил ладонью волосы.
    - Черт… они развед-отряд, Виктор, - проговорил он, наконец, обернувшись на собеседника и пристально глядя в его глаза. – Прикидываются неразумными и изучают гостей, прежде чем вступать в контакт. Они, должно быть, слабые, не воины… - Франц снова поднял голову на экран. – Кто же здесь может жить?
    - Да? – Виктор нахмурился, перевел взгляд на экран, пытаясь понять, что там такого увидел в столбиках и точках графиков Франц. Нет, когда-то и он разбирался в этих данных. Но когда месторождения были разработаны вся эта информация стерлась из памяти, за ненадобностью. – Ну так хорошо, пусть приходят, пообщаемся… - Виктор пожал плечами.
    - Они… она сказала, что люди старше. Молодая раса. Скорее всего, они занимают только один континент…– Франц продолжал стучать по клавишам, - Но они разумны. Кто-то должен был о них уже слышать… - казалось, что он не слышит того, что говорит Виктор. Но Франц все же ответил.
    - А ты подумай. Вы относитесь к ним, как к домашним животным. И подумываете о том, чтобы «дрессировать» и заставлять работать на себя. Кем они считают нас? – прошипел Франц сквозь зубы.
    - Ой, - выдохнул Виктор.
    Франц продолжал печатать. Он словно бы даже ускорился в два раза. Не стоило так паниковать, все ведь до этих пор было в порядке. Но Франц нервничал. Это недоразумение, недопонимание затянулось и так слишком надолго. Его нужно было устранить.
    - Что ты делаешь? – спросил Виктор, глядя на экран, который быстро заполнялся строчками.
    - Пишу запрос в Конгломерат, - ответил Франц. Сообщение рисковало стать очень путанным, но главное, чтобы главный вопрос был понятен. И чтобы ему на него ответили.
    - Без толку, они никому не отвечают, - проговорил Виктор. Он уже просто наблюдал за тем, что делал аудитор, про себя репетируя речь о том, что не стоило так переживать. Здесь тоже не дураки работают и все под контролем. И если сказали, что местные не разумны, - значит, так и есть. Но люди слишком склонны заблуждаться.
    - Мне ответят, - откликнулся Франц, ставя последнюю строчку и отправляя сообщение. Партизанское сопротивление Конгломерату все еще было ему кое-что должно. Он не смог уберечь одну жизнь, но прежде спас не один их десяток.
    - Франц, послушай, нечего так нервничать, - все-таки начал Виктор, вставая с места и потягиваясь, - я понимаю, тебе в новинку эта планета. Но мы здесь давно. Нам всем поначалу хотелось верить, что они разумны, но это не так. Они только на свое пиликанье и способны…
    - На свое пиликанье?! – Франц резко обернулся, - вы знали, что они способны на творчество, и даже не додумались проверить?
    - Господи, - Виктор закатил глаза, - ну способны, ну и что? Тоже мне достижение, даже дауны рисовать умеют, - проворчал он.
    - В том-то и дело, - огрызнулся Франц, отворачиваясь к экрану. Система приняла входящее сообщение.
    - О, Господи… - медленно выдохнул Франц внезапно севшим голосом. Ему хватило даже беглого взгляда, чтобы понять. Но он все же начал вчитываться, чтобы понять нюансы. Они в дальнейшем могли их спасти. Если дойдет до открытого конфликта. Тут даже не ясно, какой исход хуже. Местные могли уничтожить базу, жители которой давно расслабились и не скоро соберутся к борьбе. И люди, привыкшие к войне, могли уничтожить мирную расу, только учащуюся защищаться. Брать на свою душу такой грех…
    - Что там? – Виктор сунулся посмотреть, но, оценив размеры входящего письма, быстро потерял к нему интерес.
    - Нам нужно срочно инициировать контакт, - проговорил Франц тихо. Темные глаза скользили по строчкам, выхватывая отдельные данные, которые складывались в памяти. Они ловко замаскировались, ловко прикинулись неразумными. Им не впервые приходилось защищаться. И людям не просто будет убедить напуганную малочисленную общину в том, что они не агрессоры.
    - Боюсь, уже несколько поздно, - не своим голосом выдохнул Виктор. Франц резко обернулся.
    Они стояли у входа в комнату, словно только что переступили порог. Их было меньше десятка, но люди поспешили схватится за оружие. Может, от испуга, а может и разумно рассудив, что вооруженный отряд, даже небольшой, не разумно встречать безоружным. Франц вздрогнул и судорожно хлопнул себя по карманах, потом по креплениям. Музыкантша украла у него карту. Запоминание системой того, кто прошел недавно, сыграло злую шутку. Франц вернулся в главную комнату, ни разу не воспользовавшись картой, а от того не заметив ее исчезновения. Но это было не единственным и не самым страшным, что у него украли.
    Мимикриты – раса, не имеющая своего внешнего облика. У каждого в запасе от трех до пяти обликов, один из которых они передают своему ребенку. Их было меньше десятка. И среди них не было даже одно пары совпадающей по расе. Если не знать, что они все – те же местные, что разумно прикидывались представителями одной расы, - они казались отрядом из разных планет. Некоторые из этих рас Францу уже приходилось встречать…
    Мужчина вздрогнул и коснулся пальцами губ.
    Каждый из них способен копировать облик любого существа при обмене биологической жидкостью. Например, слюной.
    - Так вот как они прошли… - едва слышно выдохнул Франц, неотрывно глядя на девушку, стоящую во главе. Она была той же, держала под мышкой свой инструмент, а в ладони сжимала пистолет. Угадывались черты лица, напряженный взгляд… но она совершенно точно была человеком.
    - Мы шли воевать, - заговорила она. Люди вздрогнули и только сейчас ощетинились оружием. Тяжелый взгляд девушки скользнул по комнате. И, словно по команде, ее люди с отвращением бросили оружие на пол.
    - Но пришли говорить.

  Время приёма: 23:05 20.10.2015