09:45 09.03.2019
Отпечатан тираж 38-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


10:02 03.02.2019
Поздравляем победителей 48-ого конкурса!
1 Юлес Скела ak003 Таємниця Живени
2 Ліандра ak024 Всі діти світу
3 Нездешний ak002 Подпольщики


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 48 (зима 19) Фінал

Автор: Трурль Количество символов: 31918
01 Космос-07 Конкурсные работы
рассказ открыт для комментариев

018 Лорелея


    Опять пахло гексаном. В первом отсеке Юхану часто казалось, что пахнет гексаном, хоть этого не могло быть, так же как и неожиданной отмены общего собрания. Слегка закружилась голова, и пришлось опереться на гладкую холодную стену.
     - И все же хорошо, что мне не мерещатся аромат бензола или тонкий дух изопропанола, вот уж их-то бы я не вынес, - подумал Юхан, морщась от приступа тошноты.
     Его рука легла на панель, открывающую вход в конференц-зал, бесшумно заскользила вверх двухтонная переборка, и тошнота отступила перед неизбежностью, потому что капитан с выражением праведного гнева Немезиды на лице уже сидел во главе стола.
     - Проходите, Юхан, - сухо сказал он, и сразу стало ясно, о чем пойдет речь в первую очередь.
     Почему-то странное недомогание всегда исчезало вместе с причиной своего появления, когда уже не нужно было нервничать, произойдет что-то неприятное, или нет. Например, если становилось очевидным, что проблем не избежать.
     Все старательно прятали глаза. Плотный и широкий штурман Джонс смущенно вздохнул, давая понять, что он вовсе не заодно с остальными. Юхан подмигнул ему, повернувшись так, чтобы капитан ничего не заметил. Джонс ответил широкой улыбкой. Радист Ли, длинный и желтый, в нелепом джутовом свитере, сидел за столом с отсутствующим видом, словно и сейчас еще слушая что-то на своей волне. Он был сам по себе с начала полета и ни с кем не разговаривал дольше пары минут. Пилот тихонько барабанил по подлокотнику кресла, заразительно изображая вселенскую скуку. Навигатор шепотом переговаривался с робототехником. Леонид Иванович, начальник лаборатории, приглаживал пышную седую шевелюру, явно готовясь наслаждаться публичной казнью.
     - У нас возникла серьезная проблема, господа, - начал капитан, как только Юхан сел, - мы свернули в эту систему, потому что различные спектральные данные обещали большое количество рения, а теперь выясняется, что произошла ошибка, и никакого рения нет, так?
     - Нет, и не было! – вмешался Леонид Иванович, хотя вопрос адресовался явно не ему. - Я эту Дельту пять раз снимал, и ничего, стандартный набор элементов, как тут вообще что-то можно было увидеть?
     Он негодующе тряхнул головой и с хорошо читающимся укором в глазах взглянул на Юхана.
     - Ошибки быть не могло, - спокойно сказал тот, - я же показывал эмиссионник…
     Леонид Иванович кашлянул.
     - Спектр, - поправился Юхан, - прибор еще никогда не подводил.
     - А если дело не в приборе? – спросил капитан, намекая, видимо, на чьи-то кривые руки.
     - Ну, попалось что-то богатое рением, - миролюбиво заметил штурман, - и сбежало в первую подвернувшуюся черную дыру, чего только в жизни не бывает…
     - Сейчас важно другое, как мы объясним компании, зачем потратили столько топлива и энергии, - перебил его капитан, - ошибка прибора или еще что-то, но нам грозит остаться без премий…
     Все разом шумно вздохнули и посмотрели на Юхана. Он упрямо нахмурился и заявил:
     - Нельзя прекращать поиски. Да, исследования звезды, всех планет и их спутников не дали положительного результата, но я уверен…
     - Искать-то больше и негде! – резонно возразил Леонид Иванович.
     И хотел продолжить в том плане, что надо было слушать опытного специалиста, а не тридцатилетнего не-пойми-кого, выскочку, это ясно читалось на его одухотворенном лице, всех ждала речь, но внезапно ожил коммуникатор внутренней связи, вызывал Жослен, запасной пилот, дежурящий в центре управления.
     - Капитан, компьютер засек чей-то корабль! – крикнул он прямо в микрофон, отчего к звуку его голоса добавился противный скрип. - Вы не подойдете в центр?
     Все вскочили на ноги, и только Леонид Иванович остался в кресле, жутко недовольный тем, что его не выслушали.
     - Контакт? – радостно предположил штурман и тут же добавил:
     - Вот вам и рений!
    
     ***
    
     В панорамный иллюминатор открывался прекрасный вид на последнюю планету системы, разбившую их надежды найти здесь рений. Теперь все заметили еще и темное пятнышко, которое ползло, как казалось, по наружной поверхности стеклопластика, медленно словно муха, надышавшаяся инсектицидом.
     Жослен продемонстрировал схемы обнаруженного корабля, сгенерированные компьютером, а потом вывел на монитор его видео-изображение. Камера выхватывала куски покрытия один за другим, пока не показался хорошо различимый ряд цифр и латинских букв.
     - Контакт сорвался, господа, - с явным облегчением заявил капитан, - наша конструкция. Хоть и зверски устаревшая. Надо послать на Землю его номер, пусть разбираются сами.
     - Когда это делали таких гигантов? – недоверчиво спросил Жослен. – Он в десять раз больше «Пирамиды»…
     - А что у вас, батенька, по истории космонавтики? - протянул с довольным видом Леонид Иванович.
     Жослен недолго думая выпалил:
     - Я все лекции прогулял, все до одной, еле-еле на средний балл сдал. С пятого раза.
     Никто не обратил на его реплику ни малейшего внимания: все смотрели на монитор, радист безуспешно пытался вызвать неизвестный корабль. Только Юхан улыбнулся и сказал:
     - На таких летали лет двадцать назад, ты как раз только родился, Жос. Устаревшая техника всегда поражает своими размерами, ведь прогресс чаще всего стремится к минимализации.
     - Черт побери, – флегматично сказал радист, снимая наушники с головы.
     Все разом посмотрели на него, понимая, что для Ли это максимум возможных эмоций.
     - Отозвались? – недоверчиво спросил капитан.
     - Да нет, там глухо. – Последовала небольшая пауза. - С Земли ответили. Этот идентификационный номер принадлежит «Ромулу».
     После этих слов в центре управления повисла тишина абсолютного вакуума, словно все находившиеся в нем совсем перестали дышать. Даже компьютер прекратил гудеть, видимо, из солидарности с людьми.
     - Да это же моя детская мечта – узнать, какого лешего случилось на «Ромуле»! – радостно выпалил штурман и нежно погладил монитор, на котором огромная конусообразная металлическая туша медленно проплывала над сиреневой планетой.
     - Какие инструкции дает Земля? – хмуро спросил капитан.
     Ли спокойно отрапортовал:
     - Прочесать корабль. Самостоятельно. Отправить им отчет и ждать дальнейших распоряжений.
     - А военных не вышлют? – в ужасе прохрипел Леонид Иванович. - Да это же просто невероятно, они посылают нас на верную смерть, ведь там могут поджидать инопланетные агрессоры! Мы же ученые, а не тупые боевые машины!
     Он резким движением выхватил платок из кармана, сморкнулся и с размаху шмякнул его на стол, плохо понимая, что творит. Радист окинул платок брезгливым взглядом и отвернулся, устраивая наушники обратно на их законное место.
     - Во-первых, они не требуют идти именно вас, - осторожно начал штурман, - да и вообще кого-либо, у нас же есть роботы-разведчики. А во-вторых, вряд ли несчастные инопланетяне, убив весь экипаж «Ромула», сидели на корабле двадцать два года и ждали нас, нет там ничего страшного…
     - Там может быть что угодно, – сурово заметил капитан. - Но в этот сектор вселенной долетели пока только мы… и «Ромул», а Земля не хочет ждать результатов. Дело интересное, кого-то застать на борту – почти нулевая вероятность, так что не будем паниковать, скорее всего, произошла какая-нибудь пространственная или временная аномалия, найдем скелеты членов экипажа и конец страхам. В любом случае, сначала выпускаем роботов.
     Роботы-разведчики прощупали «Ромул» со всей тщательностью и доложили, что корабль цел и невредим, почти все системы исправны, никаких следов мин и прочих взрывных устройств нет, на борту живых объектов не обнаружено.
     - Стыкуемся, - коротко велел капитан, ознакомившись с отчетом.
     Робот легко попал из переходной камеры на корабль, люк открылся, как новенький, резать не пришлось, через некоторое время начали поступать очередные сообщения – анализы воздуха.
     - Ничего себе, пригодно для дыхания! – присвистнул Жослен. – Там могли быть живые люди!
     - Но нету! – весомо заметил Леонид Иванович, настроение которого заметно улучшилось, когда он, наконец, понял, что его не погонят на «Ромул».
     - Посылайте отчет на Землю, Ли, - велел капитан, - что они захотят от нас теперь.
     Радист кивнул и углубился в свое занятие.
     - Их аналитики считают, что можно послать туда двух человек, риск минимален, - объявил он через некоторое время.
     - Это не наша работа, мы можем отказаться, - спокойно начал Юхан, обращаясь к капитану, но тот прервал его:
     - Тогда «Пирамида» исчезнет, как и «Ромул», только ее уже никто не отыщет. Никто и никогда.
     - Что за чушь, да вы все с ума посходили, - пробормотал Леонид Иванович, бледнея.
     - На корабле есть ракеты. И маленькая, но эффективная бомба, которая оставит от нас только воспоминания. Ею управляют дистанционно, с Земли. Дело не в том, наша это работа или нет, мы должны делать то, что они хотят. Вопросы есть?
     - Ракеты, - протянул Жослен, - неплохо. В кого они планируют их запускать, кэп? Мы же одни во вселенной!
     - Нас это не должно волновать! Считайте, что ракеты – просто для защиты.
     - Нечего тут спорить, - громко сказал штурман, - я все равно не прощу себе, если не побываю на «Ромуле», так что один доброволец уже есть. Юхан, ты со мной?
     - Пойдем, коли не шутишь.
     - Пойдут Юхан и Жослен, - безапелляционно заявил капитан и добавил в ответ на немой укор в глазах штурмана:
     -Тобой мы не имеем права рисковать, Джонс.
    
     ***
    
     Жослен даже в скафандре выглядит моложе, уныло подумал Юхан и тут же почувствовал, что в его баллоне воздух заменили парами гексана.
     - Лазер держать наготове, чем черт не шутит! - напомнили им. - Все, вперед!
     Юхан нырнул в люк и приготовился плавно подлететь до потолка, но приборы не врали – никакой невесомости. Он включил прожектор, удобно закрепленный на шлеме скафандра, и огляделся. Все было совсем не так, как на их «Пирамиде», например, поручни явно сделаны из другого сплава, а под ногами какая-то ненадежная на вид решетка вместо литого металлического пола.
     Узкий коридор с блестящими серебристо-серыми стенами прекрасно освещался их прожекторами. Они дошли по нему до задраенной переборки в один из отсеков корабля.
     Вход оказался открыт, никаких проблем не возникло.
     Свою цель – местный центр управления, они нашли довольно быстро. По пути Жослен, отключившись от оставшихся на «Пирамиде», жестко нарушал правило поведения в условиях возможной опасности и взахлеб пересказывал Юхану историю «Ромула» вместо того, чтобы сосредоточенно молчать. Конечно, содержание байки знали все, но она обросла за долгие годы многими интересными подробностями, и слушать было не очень скучно.
     «Ромул» пропал двадцать два года назад, вышел последний раз на связь, а потом затих навсегда, никаких поломок, эпидемий и прочих ужасов у них не было, сигнал СОС тоже не поступил.
     - «Мария Селеста» нашего времени! – восторженно выкрикнул Жослен и указал на раскрытый настежь вход впереди них. – Кажется, мы пришли.
     Едва перешагнув порог центра, Юхан заметил живого человека. Он крикнул:
     - Осторожно, Жос! – и направил лазер прямо перед собой.
     Перед пультом управления сидела девушка. На ней был мужской комбинезон, заметно более крупного размера, чем нужно, а ее светлые волосы укутывали все кресло оператора и стелились по полу. Она обернулась к ним и протянула перед собой обе руки.
     - Приветствую вас, - сказала она на вполне понятном едином языке.
     - Ого! – содержательно изрек Жослен и опустил лазер. – Как роботы умудрились не засечь ее?
     Юхан не повторил его жеста и продолжал напряженно всматриваться в девушку.
     - Включи внешнюю связь, - тихо велел он, хотя она не могла услышать их переговоры, и продолжил уже громко и четко:
     - Мы с исследовательского коскора «Пирамида», у нас мирные цели, я Юхан Гейрсон, спектроскопист.
     - Жослен Ляшом, запасной пилот, что по сути означает – стажер, лишний человек на корабле, - бодро отрапортовал его спутник, совершенно не переживая больше по поводу невидимости девушки для роботов.
     - Лорелея Мильдштайн. Дочь Ганса Мильдштайна, - она улыбнулась им обоим.
     Несмотря на комбинезон, уродующий ее фигуру, складывалось ощущение, что Лорелея Мильдштайн имеет идеальные пропорции. Лицо девушки было редкостно красиво.
     - Кто-нибудь еще выжил? – спросили мужчины почти одновременно.
     - Выжил? Простите? – Лорелея слегка наклонила голову вбок.
     Она вела себя очень спокойно и невозмутимо, что в сочетании с идеальной внешностью наводило на мысли о невозможности ее существования.
     - Тут, на «Ромуле» есть еще люди? Кроме вас? – пояснил Юхан, напряженно раздумывая, а человек ли перед ним, и уж тем более – живой ли человек.
     Как будто в ответ на эти мысли очнулись, наконец, наблюдатели на «Пирамиде».
     - Это голограмма, - выдал еле узнаваемым голосом капитан.
     Одновременно прозвучал ответ девушки:
     - Да, отец здесь, на борту. Больше никого нет, и никогда не было.
     «Никогда не было, - подумал Юхан, - сильно»
     - Можно видеть вашего отца? – спросил он вслух.
     - Нет, нельзя. Он не выходит из своей комнаты. Дверь мне не открыть, и я давно его не видела.
     - Сколько времени?
     Девушка чуть нахмурилась, видимо, считая в уме, и ответила:
     - Два года, семь месяцев и двенадцать дней.
     - Святые угодники! – вскрикнул Жослен и повернулся к Юхану.
     - Ясно, - ответил тот и попросил:
     - Но мы бы хотели попытаться открыть дверь. Вы позволите?
     - Да.
     По пути к каюте Ганса Мильдштайна им приходилось идти за Лорелеей, показывавшей дорогу, ее волосы шлейфом скользили по полу, и было очень трудно не наступать на них время от времени.
     - Наверное, ей невесело ходить в… ну, ванную комнату, - прокомментировал Жослен.
     - Вы общаетесь с ней, как с человеком, но она не может быть человеком, - заявил капитан.
     - Ну а кто она, кэп? Я уже пару раз наступил на ее волосы, так что голограммой тут даже не пахнет!
     - Биоробот, может быть, - предположение прозвучало неуверенно.
     - Биоробота бы засекли как живой объект, - вмешался Юхан, которому было не по себе от происходившего, но никакой угрозы он уже не ощущал и повесил лазер болтаться на поясе.
     Капитан промолчал.
     - Логично, но у нее такое странное поведение, что я сначала тоже невольно подумал, не робот ли она, - заметил Жослен.
     - Вот, - сказала Лорелея, остановившись перед дверью каюты.
     И добавила, посмотрев Юхану прямо в глаза:
     - Я не биоробот!
     - Черт, Жос, ты внешнюю отключал? – быстро проверив показатели своих динамиков и отключившись от «Пирамиды», крикнул он.
     - Зачем так кричать? – парень поморщился и попытался потереть ухо, но скафандр здорово мешал сему простому действию. – Все выключено, как бы я иначе пошутил про ванную? А что это ты вдруг проснулся?
     - Отключись от кэпа, - лаконично прошипел в ответ Юхан.
     - Уже. Не совсем же я дурак.
     Лорелея смотрела на них, застыв на месте и терпеливо ожидая. Голова античной статуи склонилась к плечу жуткой мешковатой фигуры.
     - Она читает наши мысли, - скорее себе, чем Жослену, сообщил Юхан.
     - С чего ты взял?
     - Ты не слышал?
     - Что не слышал, фразу «Она читает наши мысли» или крик до нее?
     Они уставились друг на друга, потом Юхан мрачно сказал:
     - Надо как-то разобраться с дверью, - он включил связь с «Пирамидой» и спросил:
     - Какие распоряжения насчет каюты?
     - Сами не суйтесь, дорогу выяснили, и хватит с вас. Пустим роботов, - ответил капитан. - Вы там вот что – быстро обследуйте самое важное, гляньте бортовой журнал, если он еще жив, это в первую очередь, и по ходу дела допросите эту дамочку.
     - Что произошло? – упрямо спросил Жослен.
     - Давай, я потом тебе расскажу…
     Лорелея согласилась снова пойти с ними, это было неплохой новостью, потому что терять ее из вида не хотелось.
     Бортовой журнал открылся без всякого пароля, но ничего интересного в нем не содержалось. Складывалось ощущение, что в последние дни перед «исчезновением», на «Ромуле» все шло как нельзя более гладко и обыденно.
     - Словно бы специально придумывали, - пробормотал себе под нос Юхан, и тут Лорелея очень четко произнесла:
     - Вас мучает странный запах, особенно, когда вы отчего-то переживаете.
     Судя по выражению лица Жоса за стеклопластиком шлема, он на сей раз все услышал.
     - Но я могу избавить вас от этого, - девушка улыбнулась и протянула руки вперед, тем же жестом, каким приветствовала их, - если дотронусь до вашей головы…
     - Не смей! – в панике крикнул Жослен, бросаясь между ней и Юханом.
     Лорелея посмотрела на него, продолжая улыбаться, и опустила руки, словно бы говоря: «Не хотите, и не надо».
     - Да я и не собирался, - спокойно ответил Юхан и закрыл бортжурнал, - тут ничего интересного, я поговорю с фройляйн, а ты займись каютами и медотсеком. Будь на связи.
     Жослен нехотя двинулся выполнять поручение, поглядев напоследок на девушку с опасением. Вдруг он застыл на месте и довольно эмоционально выругался, а потом круто развернулся и ушел. Юхан понял, что Лорелея что-то сказала парню, но решил поговорить об этом, когда они вернутся на «Пирамиду».
     - Простите, фройляйн Мильдштайн, - начал он, но она перебила:
     - Можно просто Лори, так называет меня отец.
     «Она не понимает, что он, скорее всего, мертв», - пронеслось в голове Юхана.
     - Лори, расскажите мне, пожалуйста, о себе, все, что вы помните, это очень важно.
     «Черт, если она спросит меня, почему это вдруг очень важно, я же ничего не смогу ей сказать, ну, пропали какие-то члены экипажа, она-то тут причем, для нее их никогда и не было…»
     Но Лорелея охотно начала рассказывать о себе, ничего не спросив. Всю свою жизнь она провела на «Ромуле», отец научил ее говорить, писать, читать, обращаться со многими приборами на корабле. Объяснил, что где-то есть другие люди, такие же, как они, и эти люди могут прилететь к ним в гости. Извлечь из этого рассказа хоть что-нибудь полезное было крайне трудно.
     - Я тут кое-что нашел, - раздался в наушниках голос Жослена, - в медотсеке.
     - Что там?
     - Здесь сильно покорежена дверь, причем, изнутри, как будто кто-то был заперт и прорубал себе путь наружу. Но самое интересное в другом. Знаешь, какую последнюю операцию выполнил робот-хирург? Причем за неделю до исчезновения корабля. Кесарево сечение!
     - Откуда в программах «Ромула» кесарево сечение? – растерянно спросил Юхан.
     - Пиратская версия, ставили сами с какого-нибудь диска.
     - А ведь это объясняет присутствие здесь Лори.
     - Ничего это не объясняет! – вмешался капитан. – Вы там, видимо, решили, что существовала некая женщина, родившая вашу Лори, но на борту «Ромула» были одни мужчины, будь они неладны, одни мужчины!
     - Значит, данные недостоверны, а мы сделали открытие и…
     - Прекратите, Юхан, на «Ромуле» просто неоткуда было взяться женщине! Вы же знаете, что даже в наше время в космос пускают только мужчин, а уж двадцать лет назад…
     - Неоткуда взяться женщине? А как же фройляйн Мильдштайн?
     - Неужели вы считаете, что она – человек? Вам легче поверить в какую-то мифическую даму, родившую Лорелею на борту «Ромула», чем в то, что никто ее не рожал вообще? Звучит странно, но поверьте на слово, вероятность нахождения женщины на корабле в те времена значительно ниже, чем вероятность встретить в космосе нелюдя в наши дни. Это существо - не человек.
     - Ну а кто же? Сложно наведенная галлюцинация? Призрак?
     - Этого я не знаю, попросите ее под каким-нибудь предлогом встретить наших роботов, и мы быстро выясним, кого под каким соусом подавать к столу. Жослен, что там в каютах?
     - Везде пусто, кэп, никаких следов членов экипажа.
     - Ладно, сворачивайтесь. Вам там больше нечего делать.
    
     ***
    
     На «Пирамиду» они вернулись глубокой ночью, в санитарной камере их скафандры обработали жестким ультрафиолетом, потом ионным душем и полностью просканировали на все возможные микроорганизмы.
     Жослен вылез из своей защитной оболочки довольный, как кот, и тут же с радостной улыбкой растрепал волосы.
     - Что это она там говорила про преследующий тебя запах? – спросил он Юхана.
     Тот вздохнул и ответил:
     - Только никому не говори.
     - Обещаю.
     - Это своего рода нервный тик, или фобия, или психоз, не знаю. Совершенно безобидный, не бойся, поэтому его легко и с чистой совестью можно было скрыть от комиссии космофлота. Перед самой защитой дипломного проекта я был весь на нервах и совершенно естественно опрокинул на себя огромную бадью с гексаном и благоухал им весь день. С тех пор я всегда, когда нервничаю, например, проходя по первому отсеку на совещание, чувствую этот чертов запах, глюк такой, понимаешь?
     - Да, тяжело тебе, но она обещала снять это, так что… если ты ей веришь…
     - Дождусь, пока ее, наконец, признают человеком, пока закончится карантин, пока… Черт, наверное, этого никогда не случится. С тобой Лори тоже говорила?
     Жослен покраснел и отвернулся.
     - Да, хорошо, что ты не слышал, - пробормотал он, - озвучила некоторые подробности моей личной жизни.
     - Ладно, забудь, Жос, это никого не касается. А мне Лори сказала, что она не биоробот. Непонятно, зачем что-то говорить сразу всем, а что-то одному?
     - У нее, видать, своя логика. Пошли отчитываться: старики, наверное, уже заждались.
     Юхан вздохнул при слове «старики», чувствуя себя очень немолодым, и поплелся за Жосленом с разбитым видом.
     В центре управления их действительно ждали с нетерпением.
     - Интересуетесь, кто такой этот Ганс Мильдштайн? – спросил штурман с довольной улыбкой. – Раньше сей факт скрывали, а нынче мы на особом положении, и Земля ответила на запрос!
     Он просто сиял от счастья.
     - Экипаж «Ромула» подобрал его в космосе, на спасательной шлюпке, совершенно одного! Стандартная ситуация, на его корабле не было ни эпидемии, ни контакта, какая-то авария и взрыв. Ганса приняли даже без карантина.
     - Теперь вы нам, пожалуйста, подробно опишите все, что увидели, - вмешался капитан, - вдруг мы тут что-то важное упустили, потому что камеры не засекли это.
     - Лорелея очень красивая! – охотно сообщил Жослен.
     Леонид Иванович недовольно скривился.
     - Это мы сами заметили, - уверил его капитан, - что еще?
     Он начал подробно выспрашивать о каждом их шаге, и они терпеливо пересказывали все, что помнили.
     - Мои ребята у каюты, какие распоряжения, кэп? – прервал допрос робототехник.
     - Пусть загерметизируют отсек, на всякий случай.
     - Выполнено. Резать дверь?
     - Валяйте. Ладно, Жослен, займитесь-ка настройкой изображения, вдруг найдем что-то необычное.
     На мониторе было хорошо видно, как образовался проход в каюту Ганса Мильдштайна, камера медленно поплыла внутрь. На кровати лежало худое коричневое тело в комбинезоне космофлота.
     - Бедняга, он, похоже, замумифицировался, - пробормотал Джонс.
     - Надо выяснить причину смерти, - велел капитан, - патологоанатом готов?
     Робототехник кивнул.
     - Запускайте его.
     Комбинезон сохранился значительно лучше человеческого тела, он трещал, но не сдавался. Юхан отвернулся от монитора и печально посмотрел в темноту за открытой переборкой. Хотелось наконец-то лечь спать. Взяв себя в руки, он вернулся к приятному просмотру вскрытия Ганса Мильдштайна. Оказалось, оно еще не началось.
     - Что это у него на животе? – спросил капитан, щуря глаза. - Жослен, приблизьте-ка камеру.
     Уродливый грубый шрам, идущий вдоль всего живота, был отчетливо виден на высохшей коже.
     - Он пытался сделать себе харакири, - неуверенно предположил Леонид Иванович, но штурман перебил его:
     - Да какое харакири! Швы же, глядите! Это была операция при жизни, разрез успел срастись… а знаете, на что он похож?
     - На шрам от кесарева, - ответил Юхан.
     - Точно, - кивнул Джонс, - странно, правда? Дурацкое совпадение…
     - Причем здесь совпадение? – мрачно спросил капитан. – Я же сразу сказал вам, что на корабле не было женщин, так что Мильдштайн не только отец Лорелеи, он еще и, простите, ее мать. Во всяком случае, это он родил ее.
     Он обвел всех тяжелым взглядом, физически ощущая их шок.
     - Вы говорите так, словно знаете что-то об этом, кэп, - Юхан посмотрел ему прямо в глаза, - ведь так?
     - Ничего я не знаю. Конкретно про Мильдштайна – ничего. А насчет родов… были прецеденты. Всего несколько случаев, в дальних галактиках. Они есть, понятно?
     - Инопланетяне? – в благоговейном ужасе прошептал Леонид Иванович.
     - Какие инопланетяне! Их же даже никто не видел, ну, из выживших. Так что о том, откуда они взялись, судить трудно. Что там говорить – невозможно! Может, они просто прилетели с какой-то планеты, а может, пришли из другого мира, этого мы не знаем. Но их очень мало. Похоже, наши космические друзья вымирают, поэтому мы нужны им.
     - Для продолжения рода, так получается? – поинтересовался Юхан. - Но ведь мулы и лошаки, например, бесплодны, так какой смысл…
     - Видимо, они знают, какой смысл. Что ж, господа, соберем все факты, пошлем отчет и подождем ответа с Земли, но уже можно догадаться, каким он будет, - заметил капитан и вышел из центра управления.
     - Они просто убьют ее, Юхан, - прошептал Жослен, - даже если подтвердится, что она человек. Пустят ракету и взорвут вместе с кораблем.
     - Да, скорее всего. Мы должны как-то остановить это.
     - Как ты себе представляешь наше веское вмешательство? Сесть в шлюпку и поиграть с ракетой в камикадзе? Сработает только два раза - ракет очевидно больше.
     - Я сейчас вернусь, - тихо ответил Юхан и направился к выходу.
     Жослен нахмурился.
     Через пятнадцать минут все, кроме Юхана, были в центре.
     - Что там обнаружили ваши роботы? – спросил капитан без всякого интереса.
     - Девушка дала себя обследовать, и, судя по всему, она - человек, - ответил робототехник. - Никаких отклонений, аномалий…
     - Ясно. Ли, это уже отправлено на Землю?
     - Да, кэп.
     - И что?
     - Пока молчат.
     - Подождем и мы, - хмуро подвел итог капитан и погрузился в серое кожаное кресло. – А где Юхан?
     - У него живот скрутило, - по старой студенческой привычке соврал Жослен.
     Леонид Иванович неодобрительно посмотрел на него, но промолчал.
     - С Земли ответили, - тихо-тихо проговорил радист через некоторое время.
     - Что там? – устало спросил капитан.
     - Велят взорвать ее вместе с кораблем.
     - Что ж, будем выполнять. Отходим на безопасное расстояние!
     - Даже не узнав, что же там случилось, - грустно проговорил Джонс, - неужели им не интересно?
     - Опасность слишком велика, - авторитетно заявил капитан, - они просто сильно испугались.
     - Кэп, неужели вы безропотно подчинитесь? – Жослен недоуменно посмотрел на него.
     - А что вы предлагаете?
     - Оставить ее в покое, - раздался голос Юхана, все обернулись к монитору и обнаружили на нем знакомый вид – центр управления «Ромула», - Лори больше двадцати лет никому не мешала, почему бы просто не улететь отсюда и не дать ей спокойно жить дальше?
     - Это невозможно, - ответил капитан, - возвращайтесь на «Пирамиду» или мы заберем вас сами.
     - Дайте экипажу проголосовать.
     - У нас нет выбора! Или мы взорвем ее с кораблем, или нас распылят по вселенной! Что вы предлагаете скормить Земле?
     - Взрыв можно смонтировать…
     - Подделку быстро обнаружат. Да и дело в другом, Юхан, неужели вы не понимаете, насколько она опасна? Пусть будет голосование, валяйте, кто хочет спасти мутанта?
     Руку поднял только Жослен.
     - А кто за то, чтобы уничтожить ее?
     - Как там в легенде? – щурясь, спросил Леонид Иванович и поднял руку. - Жила-была красивая девушка, заманивала песнями романтичных юношей на середину реки, где благополучно их топила. Похожий сюжет?
     - Возможно, нашей Лорелеи уже мало просто нескольких загубленных жизней, и она замахивается на большее, например, на все человечество, - медленно проговорил капитан, - и мы не имеем права не остановить ее.
     - Остановить что? Нашу собственную фантазию? – с горечью ответил Юхан.- Почему мы вдруг решили, что она хочет кого-то там уничтожить? Какие есть предпосылки, не говоря уже о доказательствах. Джонс, ты хороший человек, я не верю, что ты можешь спокойно смотреть, как убивают невинное существо.
     Штурман крякнул и пробормотал:
     - Ты назовешь это мещанством, но я хочу иметь жену, детей, ферму с коровенками где-нибудь в спокойном местечке, и не бояться за нашу жизнь, ни одного мига не бояться, понимаешь?
     Он медленно поднял руку.
     - Воздержавшихся нет, вопрос решен, быстро возвращайтесь! – велел капитан.
     Изображение на мониторе дернулось, по нему прошла какая-то рябь. Жослен бросился настраивать камеры. Как только снова стало отчетливо видно, что творится на «Ромуле», все заметили Лорелею, стоящую рядом с креслом оператора. Юхан поднял руки к голове.
     - Я рассказал Лори про ее отца, - сообщил он всем, - объяснил, как мог, что такое смерть. Ей очень плохо сейчас.
     - Не делай этого! – закричал Жослен, бросаясь к монитору, словно мог остановить происходящее.
     - Если вы снимете шлем, то не сможете вернуться на «Пирамиду», - быстро сказал капитан.
     - Я знаю, - ответил Юхан и снял шлем.
     - Неужели ты думаешь, что это их остановит? – со слезами в голосе проговорил Жослен.
     - Мы уже на достаточном расстоянии от «Ромула», - тихо сказал пилот.
     - Тогда я запускаю ракеты, - ответил капитан, и подошел к пульту управления.
    
     ***
    
     Лорелея сняла с него наушники, положила руки ему на голову и прошептала:
     - Больше вас не будет преследовать этот запах.
     - Больше не будет, - грустно улыбнувшись, согласился Юхан.
     Он слышал последние слова капитана, и теперь ему оставалось только закрыть глаза и думать:
     «Как же хочется умереть достойно!»
     Но время шло, а ничего не происходило.
     - Юхан, - позвал его чей-то беспомощный далекий голос, - ты жив?
     Он открыл глаза и понял, что слова доносятся из наушников, лежащих на плечах. Пристроив их на место, он неуверенно ответил в микрофон:
     - Я жив, Жос, а что там у вас? Где обещанные ракеты?
     - Юхан, они все застыли, как восковые фигуры, я тут как в паноптикуме, слышишь? – прошептал Жослен. – Их словно бы выключили – раз, и все.
     - О чем ты говоришь? Кого выключили?
     - Всех, кроме меня, понимаешь?
     - И Джонса?
     - Всех. Пульса ни у кого нет. Я уверен, что они мертвы.
     Юхан откинул голову на спинку кресла и потер виски пальцами.
     - Черт! – крикнул он, глядя в потолок чужого центра. – Неужели это я убил их?
     - Ты-то здесь при чем? – спросил Жослен. – Слушай, не понимаю, почему я остался, с какой стати?
     - Ты единственный не хотел убивать Лори. Как и я. Больше ничего не могу придумать.
     - А это логично, - медленно проговорил Жослен, - вспомни, в медотсеке на «Ромуле» покорежена дверь. Мы еще думали, что там кого-то заперли. Как тебе такой вариант – они заперли там Ганса Мильдштайна, заметив его состояние, поместили в карантин, но Земле ничего не сообщили, родилась Лорелея, а потом, когда она, может быть, напугала их чем-то, решили убить обоих? И тогда она их вырубила – всех. Выключила, как и… ну, ты понимаешь. Младенец, проживший всего одну неделю. Ганс нашел способ выбраться из медотсека, и они с дочерью стали распоряжаться на корабле.
     Юхан взглянул на Лори, грустно улыбавшуюся ему, и ответил:
     - Да, похоже на правду, но она поступает так не осознанно, и это не агрессия, а самозащита. Ее можно понять.
     - Не спорю, но мне не по себе от такой самозащиты, - заметил Жослен.
     - Тебе было бы легче, если бы мы с Лори взлетели на воздух?
     - Святые угодники, конечно, нет! Мне бы хотелось, чтобы все были живы.
     - Но так не могло быть, Жос, - устало вздохнул Юхан, - улетай на Землю, парень, скажи им там, что я убил всех членов экипажа, а ты успел спрятаться и сбежал, спасая себя и корабль, пока я был на «Ромуле». Преувеличь там возможности Лори, пусть боятся. Ну, прощай.
     - Полетим со мной! – попросил Жослен. – Как я могу тебя здесь бросить?
     - Нет, тогда нас обоих распылят на атомы. Давай, заводи машину, и хватит спорить. Ты сможешь управлять «Пирамидой»?
     - Да, запущу автопилот, и корабль сам домчит меня до Земли по тому же курсу, что привел нас сюда. Мы иногда сможем общаться, Юхан, так что будь на связи!
    
     ***
    
     - В атмосфере планеты есть серная и азотная кислоты, так что генератору воздуха достается и кислород, и азот. Удачное местечко, скажу тебе, - Юхан улыбнулся, - Ганс старался увести корабль как можно дальше, туда, где бы его еще долго не нашли, и потратил на это большую часть топлива, поэтому ему нужно было сделать «Ромул» спутником какой-нибудь планеты, поместить его на орбиту и перевести двигатели в режим поддержки жизнеобеспечения. Так все и получилось. Атомный реактор я проверил, нам его надолго хватит.
     - А члены экипажа? Ты их нашел? – спросил Жослен.
     - Нет, я думаю, Ганс похоронил их по старой традиции – выпустил тела в открытый космос.
     - Теперь многое понятно. Мы раскрыли тайну «Ромула»!
     - Да, похоже, что раскрыли.
     - Как ты вообще поживаешь, Юхан?
     - Все прекрасно. Скучаю по старой жизни, но… здесь совсем неплохо!
     - Мне трудно представить. Я тут с ума схожу от скуки, один на огромном корабле. Что с тобой?
     Юхан зажал рот рукой и поморщился.
     - Черт, что-то меня тошнит, - пробормотал он, пытаясь улыбнуться, - ничего страшного, сейчас пройдет.
     - Лори же обещала тебе избавить от этого тика?
     - Да нет, никакого запаха гексана я не чувствую, да и нервничать особо нечего, это, наверное, от местной еды. Прости, Жос, я скоро вернусь, - Юхан вскочил с кресла и бросился куда-то из поля зрения камеры.
     Жослен проводил его удивленным взглядом.

  Время приёма: 14:53 28.01.2007