20:36 30.01.2021
Поздравляем победителей 56-ого конкурса
1 Христя Хмиз av004 Дресирувальниця космічного цирку (3 балла)
2 Сокира av001 Три слоїки (2 балла)
3 Инка av023 Остання відьма (1 балл)


11:00 14.01.2021
Поступила в продажу новая книга "Серце мiста". Цена прежняя - 150грн/экз.

   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс №57 Приём рассказов

Автор: shean Число символов: 29593
07 Эквадор-08 Финал

E065 Сосед по столу


    

    Больше всего бесила Рутгера необходимость трижды в сутки вести светские беседы с мерзавцем Пегби.
    - Элен, лапочка, унеси этот чай и настойчиво – ты слышишь, настойчиво – попроси стюарда, чтобы он заварил новый у тебя на глазах. А лучше под твоим руководством.
    Так о чем бишь я?...
    Рутгер проводил взглядом вспорхнувшую с места серву. На Нибелунге обычай предписывал, чтобы  дизайн андроидов позволял отличать их от людей, да и человеческих имен им не давали.  Элен ба-Пегби, в отличие от привычных Рутгеру андроидов, выглядела, двигалась и  даже пахла, как и подобает юной очаровательной женщине. Тьфу!
    - Вы излагали ваши воззрения в области международной кредитной системы, господин, - с улыбкой сказал Виктор ба-Пегби и отправил в рот изящно отрезанный кусочек мяса.
    - А! Собственно, я не понимаю, почему при стольких возможностях мгновенной передачи данных банковская межпланетная система до сих пор не едина. Почему я, черт возьми, должен держать свои деньги на какой-то конкретной планете, а если они мне понадобятся в другом месте,  платить банку трансферт за перевод из него в него же?
    Рутгер поразмыслил, насколько противоречит правилам хорошего  тона его нежелание объяснять Пегби законы взаимодействия планетарных экономик. Вдруг ему подумалось, что именно благодаря этой особенности современной экономики он вынужден есть в общем ресторане первого класса, за одним столом с проклятым Пегби и его сервами. «Гражданин империи и сопровождающие лица», ага. Что же,  - попытался успокоить себя Рутгер, - даже это соседство лучше, чем шкенское семейство с двумя женами и выводком детей. Особенно учитывая акцент Рутгера, который Пегби не уловил, а шкены бы выкупили вмиг.
    - Вы даже не представляете, как я с вами согласен в данном вопросе, - хрипло сказал Рутгер.
    - Почему не представляю? Вы что, меряете мое воображение по своей тевтонской мерке? Уверяю вас, я могу представить себе все, что угодно. Да, Элен, поставь сюда. Я подожду, пока остынет. Вот это чай, я могу понять. Надеюсь, ты сказала стюарду, чтобы он постоянно заваривал чай для меня отдельно?
    Рутгер медленно пережевывал безвкусный кусок. Итак, его акцент все-таки слишком очевиден, раз даже нарцисс Пегби обратил на него внимание.
    - И не пыжьтесь так, Дуцки, - продолжал Пегби, - вы разговариваете чисто, почти как гражданин; вашу фамилию вполне можно принять за какую-нибудь славянскую… Но с таким подбородком вы не можете быть никем, кроме тевтона. Я с младенчества не привык сдерживать свою любознательность, так что будьте добры, Дуцки, поведайте мне – как вы уцелели? Насколько я помню, перед зачисткой Империя депортировала тевтонов отовсюду.
    Рутгер с огромным трудом взял себя в руки и пробормотал:
    - При том, как вы гордитесь точностью формулировок, я крайне  удивлен, что вы можете называть уничтожение обитаемой планеты зачисткой.
    - Ах, ну ведь в устной речи так трудно ставить кавычки. А имперские бюрократизмы очаровательны, согласитесь. Зачистка! Да, я полагаю, в некотором роде там теперь довольно чисто. С… э, гигиенической точки зрения. Абсолютная стерильность. Интересно, объявлен ли тендер на ретерраформирование Нибелунга? По идее, Ашкен выиграет его, если подаст заявку – шкены ближе всего, да и когда этот народец отказывался от двойных дивидендов?
    Виктор ба-Пегби кашлянул.
    Рутгер глянул в его сторону и убедился, что Виктор едва заметно качает головой. Разумеется, серв-андроид не позволит сломать хозяину челюсть. Виктор криво улыбнулся, извиняясь.
    - Отвечу на ваш первый вопрос, - холодно сказал Рутгер, - с военной точки зрения у меня есть алиби. Весь конфликт я пролежал в клинике на Эверестине. Собственно, я только-только выписался из клиники и взял билет на первый же корабль в Империю.
    - У вас, судя по всему, есть похвальная привычка иметь при себе наличные, - заметил Пегби. Судя по блестящим глазкам, Пегби был в восторге. Еще бы – настоящая «история».
    - Напротив. У горнолыжников.. ммм… я имею в виду – серьезных горнолыжников, обычно есть более похвальная привычка скидывать на буферные счета местных больниц суммы, дополнительные к страховым. Чтобы дополнительные операции – если они понадобятся – выполнялись без переписки со страховым агентством. И без риска того, что агентство сочтет их не входящими в страховку. Хм… Оставшись живым и здоровым, с агентством можно судиться. Постфактум.
    - Превосходно, - сказал Пегби и протер блестящие губы салфеткой, - а больницы возвращают остатки безропотно?
    - О, да. Во-первых, они проводят все процедуры, что им заблагорассудится -  и за любую цену… Во-вторых, если лыжник возвращается с Эверестины невредим – так они несколько недель крутили его деньги. В третьих, зачем пугать клиентуру?
    - А что, травма была серьезная?
    Рутгер холодно усмехнулся.
    - Понятия не имею. Мне позволили прийти в сознание через четыре месяца после того, как я сорвался, и еще три ушло на окончательную доводку. Полагаю, я был мертв. А может быть, нет.
    - И у вас еще осталось кое-что на билет в первом классе. Ах… Я начинаю подозревать, что в прошлой жизни вы, Дуцки, были весьма не бедны. Даже относительно того, что скайтинг на Эверестине вообще не нищенское хобби.
    Рутгер ковырнул вилкой живописно разложенные по тарелке овощи. С одной стороны, формулировка «прошлая жизнь» выдает в Пегби не только безжалостного, но и очень умного собеседника, что всегда только на пользу. С другой стороны, не так уж и хочется лишний раз влагать персты в раны.
    - Ну, раз уж мы перешли на личные темы, может быть, и вы расскажете, как гражданин Империи – явно не на службе – оказался в нашем захолустном секторе?
    - Туше, - холодно отозвался Пегби, - встретимся за ужином. Виктор, приготовь мне пюпитр.
    Элен вскочила и помогла хозяину встать. Рутгер проводил гражданина Империи и его сервов тяжелым взглядом и откинулся в кресле. Что же. По крайней мере, десертом и кофе он насладится в заслуженном одиночестве.
     
    Может быть, стоило все же не жаться и оставить за собой забронированный заранее «суперлюкс»? В любом случае, проезд до Капитолии ближе и дешевле, чем до Нибелунга. Нет же, решил сэкономить. Разумеется, и речи не было о том, чтобы лететь в плацкартных каютах второго класса. Рутгер отлично понимал, что держать имущество и последние деньги в проходном закутке  - очень сомнительная экономия. А жирный поганец Пегби, в сущности, просто раздражитель. Которых будет еще более чем достаточно. Небольшая тренировка. Не так уж тяжело по сравнению с выгаданной суммой. Которая – если поместьице матери на Капитолии не отобрали в казну как выморочное – является всем наследством последнего из семьи Дуцки. 
     
    Глубокой ночью Рутгер вскочил с неясным чувством беспокойства. Что не так? За дверью каюты тихо. Легкий гул воздухообменной системы все тот же. Что же? Едва заметная вибрация гравитации (как будто лифт то разгоняется, то останавливается) на мгновение превратилась почти в невесомость. Прошло. Рутгер покачал головой, затем достал парализатор из изящной гражданской кобуры, висящей на вешалке под смокингом, и скользнул в коридор.
     
    На всем этаже первого класса – никого. А вот выше по лестнице, на площадке этажа люкс, виднеются обутые по-военному ноги и спина, перетянутая кобурой. Рутгер торопливо вспоминал рядовой состав корабля. Похож на одного из матросов? Нет. Эту спину Рутгер видел впервые. Ну, если что – извинимся…
    Получив в спину из парализатора, стоявший на площадке осел, как тюк. Рутгер быстро огляделся – ни выше по лестнице, ни в лифте, ни по коридору – никого, и присел к подстреленному. Хе, вооружен точечным гравидеструктором. Извиняться не придется. Он взвел парализатор на максимум и выстрелил лежащему в лоб. Часов на десять этот парень не считается. Рутгер забрал гравидеструктор,  тщательно установив его на предохранитель, наушник связи повесил себе на шею, вытащил у лежащего из карманов карточки и магнитный ключ.
    Двумя этажами  (и еще одним парнем с гравидеструктором)  выше он столкнулся лоб в лоб с офицером корабля.
    - Что вы здесь, вашу мать, делаете? - злобно спросил офицер, выхватывая оружие, - и свалился на пол еще до того, как Рутгер нажал на курок.
    Из-за полуоткрытой двери высунулся Пегби, держа наготове тяжелый военный парализатор.
    - Сюда, Дуцки! В любой момент сюда может кто-нибудь сунуться. Тащите его!
    - Так команда в этом участвует? – спросил Рутгер,  подхватывая офицера за ноги.
    - Не вся, разумеется. Двоих я видел мертвыми.
    Пегби резво прикрыл дверь за Рутгером и спросил в микрофон:
    - Ну, что?.. А, ладно. Давайте.
    Он вытащил из кармана халата носовой платок и протер лицо и шею.
    - Почему вы так долго, Дуцки?
    - А вы меня, что, ждали?
    - Пуфф! Мальчик с Нибелунга,  в возрасте героев, да еще которого некому выкупить? Кто еще на этом корабле может и имеет глубокую необходимость оказать сопротивление захвату?
    - А вы?
    - А за возможность похоронить меня «в результате несчастного случая» (Рутгер на этот раз отчетливо уловил кавычки в его речи) Империя еще и приплатит! Так что мы с вами те самые утопающие, спасение которых – дело рук самих утопающих. Но я полагал встретить вас раньше.
    Пегби щелкнул пальцем по микрофону.
    - Пока надо выждать… А! Готово?
    - Я сейчас приду сам. Уже безопасно, господин, - отозвался из наушника голос Виктора.
    - Уже? – удивился Рутгер.
    - Не так быстро… - поморщился Пегби.
    Легкий шорох в коридоре, и в дверь скользнул серв с активированной декой в руках.
    - Их было пятеро в пристыковавшемся корабле и семеро из команды. Сейчас четверо в рубке, двое у кают офицерского состава, и хакер в корабельном ИЦ.
    - Так он нас видит? – нахмурился Рутгер.
    - О, нет, - улыбнулся Виктор и вдруг стал похож на пообедавшего мышкой кота, - он ДУМАЕТ, что он вас видит – спящих. И эту комнату, пустую, разумеется… Все этажи и коридоры… Тех парней, которых вы, господин Дуцки, сняли, он некоторое время не видел вовсе, были помехи… А теперь снова видит, бдящих, как им и подобает.  Рубку и офицерский этаж он действительно видит, пока…
    Он нахмурился и быстро зашевелил пальцами в перчатке деки.
    - Она уже у рубки.
    - Что в рубке?
    - Похоже, пилота уже раскололи. Надо бы побыстрее, пока он жив…
    - Что мы сейчас делаем? – быстро спросил Рутгер.
    - Не мешаем боевому андроиду делать его работу, - хмуро отозвался Пегби, - разве что можно подняться к офицерским каютам… Но и это она сделает потом, не спеша. Мы с вами расчистили коридоры, где ее могли заметить и поднять тревогу. Ну и хватит с нас.
    - Я считал боевым андроидом вас, - признался Виктору Рутгер.
    - Что вы, я скромный  библиотекарь, - рассеянно отозвался Виктор, - а хакер у них, кстати, очень хороший… для человека, разумеется. Да, все в порядке, господин. Сейчас я открою рубку и заблокирую управление – так, на всякий случай… ай, как нехорошо…
    - Что такое?
    - Они пытаются провести санитарную разгерметизацию этажей второго и третьего класса… Видимо, чтобы не забивать голову небогатыми заложниками… Да. Так. Они считают, что все получилось. Какие… аморальные ребята.
    - Я все-таки пройду к офицерским каютам, - хмуро сказал Рутгер,  - от греха подальше.
    - Постойте, - изменившимся голосом сказал Виктор, - ее взяли.
    - Что?  - прошипел Пегби.
    - Они ждали андроида. Я виноват… Резонаторы у них под одеждой, аппаратура рубки их не видит. Я не предупредил ее.
    - И?
    - Она парализована, лежит. Один резонатор поставили ей прямо на грудь, так что вряд ли она сможет что-то предпринять.
    Рутгер сдернул наушник с шеи Пегби и снял гравидеструктор с предохранителя.
    - Держите связь, Виктор, - сказал он,  выходя из комнаты.
     
    Перед входом в рубку Рутгер прижался к стене в маленькой нише и зажмурился, прослушивая и тщательно запоминая инструкции серва:
    «Двое стоят над креслом первого пилота. Один в кресле второго пилота, не откинувшись, а тоже наклонившись к первому креслу. Один лицом к дверям, гравидеструктор снят с предохранителя. Элен лежит у этого прямо под ногами, немного слева. Наблюдательское кресло вырвано и лежит у двери в штурманский центр. На его месте торчит штырь. В остальном рубка выглядит стандартно».
    - Открывай дверь, - тихо сказал Рутгер.
    - Секундочку… Ждите, мы попробуем их немного отвлечь. Дверь начнет открываться на слове «идиоты», включаю вам прослушку рубки…
    - Алло, алло, меня кто-нибудь слышит? – раздался гнусавый голос Пегби. Виктор вдруг понял, что слышит Пегби не напрямую, а через раздающуюся в рубке голосовую экстренную связь.
    Раздались приглушенные раздраженные голоса.
    - Какого рожна?
    - А я знаю, почему экстра переключена сюда?
    - Кто-нибудь меня слышит? Моя серва отправилась в буфет принести мне перекусить, и вот ее полтора часа уже нет. Буфетная не отвечает на вызовы. Где она, черт побери, шляется? Дайте вызов по кораблю, я хочу есть, в конце концов!!!
    - Мигал, отключи ему воздух!!! – рявкнул кто-то в рубке
    - Тыц, не вздумай! - перебил его другой голос, - это третья, где гражданин. Он тут, считай, самый дорогой, хоть и не в люксе. Это, между прочим, его андроид.  Погоди.
    Голос изменился, став елейным.
    - Глубокоуважаемый гражданин, мы немедленно предпримем меры по разысканию вашей сервы. Тем временем, не позволите ли вы служащим буфета принести вам легкие закуски?
    - Ваши служащие, все как один, - завизжал Пегби, -  путают чай со свежеразбавленной мочой! А масло на бутерброд они мажут так, как будто это лубрикант на сухой вагине! Ни одного из этих идиотов нельзя допускать к приготовлению пищи воспитанным людям!...
    Одновременно со второй репликой Пегби голос Виктора шепнул в ухо Рутгеру:
    - Тот, что стоит у дверей, отвернулся к экстренной панели. Тот, что был между пилотскими креслами, стоит возле самой панели, лицом к ней. Удачи.
    Дверь открылась бесшумно. От истерического визга гражданина Империи, раздававшегося в рубке, у Рутгера заложило уши. Но и черт с ними, с ушами – ворвавшегося тевтона успел заметить только тот, который стоял, наклонившись, над первым пилотским креслом. Террорист  отбросил нейрощуп и потянулся за оружием, но было поздно.  Его исковерканное тело рухнуло прямо на пилота.
    Рутгер последний раз почувствовал в руке отдачу гравидеструктора, и голова того, который начал было выглядывать из второго пилотского кресла, смялась в неровный ком, похожий на тыкву.
    - Ап! - печально сказал Виктор, - а оставить хоть одного для допроса? У вас же в левой руке парализатор?
    - Да хакер же еще есть, - ответил Рутгер, оглядываясь.
    - Хм-м, боюсь, уже нет никакого хакера, - виновато признался Виктор, - точнее, то, что есть, для допросов непригодно.
    - Ну, парализованные мальчики на этажах, - недовольно сказал Рутгер, - так, пилот в отключке, нужен врач. Как помочь Элен?
    Он отшвырнул труп с тела андроида.
    - Тороид у нее на груди. Э-э… Ну, проще всего, суньте его в мусорку.
    Рутгер поднял маленькое пластиковое устройство размером с пальцевый эспандер. Пальцы едва скользнули по обнаженной коже Элен между краев грубо разорванной одежды – ему на миг показалось, что пальцы обожжены. Брезгливо, как жука-кровопийцу, Рутгер зашвырнул резонатор в мусорку.
    На дверце зажглась надпись:
    «Вы пытаетесь подвергнуть дезинтеграции рабочее устройство, продолжить работу?»
    Рутгер торопливо нажал кнопку «да», потом подтвердил еще раз.
    Элен тихонько застонала.
    - Второй у кого-то из них под одеждой, - сказал Виктор,  -  он, похоже, поврежден, но еще работает.
    Чертыхаясь, Рутгер начал обыскивать трупы. Второй резонатор отправился вслед за первым, после чего Элен села, разминая руки.
    - Вы как? - спросил Рутгер, тщательно вытирая пальцы.
    - Секунду. Уже, в общем, в порядке.
    - Двое возле офицерских кают, - напомнил Виктор.
    - Идемте вместе, на случай, если и у них резонаторы, - сказал Рутгер и протянул серве руку.
    …Удивленный взгляд серых глаз из-под золотистой челки. Затем она грациозно приняла руку и легко поднялась.
     
    У тех парней, что охраняли офицерские каюты, резонатор был, но воспользоваться им они не успели. Рутгер и Элен вошли в коридор одновременно с разных сторон и не стали тратить времени на переговоры. Парализованных террористов и пускающего слюни хакера стащили в медицинский блок и зафиксировали по форме «буйный»; трупы засунули в холодильник. Виктор быстро и профессионально привел в чувство парализованного корабельного врача и только потом принялся за остальной состав – начиная с капитана.
     
    - Я к себе, - громогласно известил всех Пегби, - Элен, принеси мне, наконец, чаю, чтобы я мог поспать.
    Серва мгновенно исчезла.
    Рутгер проводил ее взглядом и остался ждать, когда капитан выпьет обезболивающее и перестанет держаться за голову.
     
    * * *
     
    За завтраком – а Рутгер так надеялся спокойно поесть – случился скандал.
    - Как они узнали? – шепотом спросил Рутгер у Пегби.
    Тот возвел очи горе.
    - Да кто их  знает, откуда они все узнают?
    Глава шкенского семейства изловил одного из старших офицеров и кружил вокруг, не давая несчастному сбежать.
    - С каких пор отменено правило семь – двадцать штрих АС, а именно «при захвате гражданского корабля заложниками недопустимо совершать какие бы то ни было действия, могущие повлечь небезопасность пассажиров»? Почему на корабле происходили боевые действия? Почему было применено оружие, способное повредить целостность корабля и нарушить его транспортные способности?
    Офицер страдал молча, но тут взвился.
    - Данный тип оружия применялся не защитниками корабля, а его захватчиками! Впрочем, я не уполномочен делать любые заявления. Обратитесь за разъяснениями к капитану, в конце концов.
    - Капитан отказался дать мне аудиенцию, - сварливо продолжал шкен.
    - Капитан занят, - с готовностью ответил офицер, - побеседуйте с юристом корабля.
    - Но его нет на рабочем месте!
    - Ой, - вдруг сказал офицер, - да, пожалуй. Он же убит. О Господи, вы можете повременить со своими претензиями хотя бы пока команда приведет все в порядок? Хотя бы сутки?
    - Святой Холокост!!! – прошипел шкен, - так это все, что вы можете мне ответить?
    - Пока – да, - учтиво отозвался офицер, радуясь, что легко отделался, - уверяю вас, не далее чем завтра будет назначен временный заместитель юриста, с которым вы сможете побеседовать.
    - Хана офицерику, - весело сказал Пегби, - готов иск о намеренном оставлении в неведении.
    Рутгер побарабанил пальцами по столу.
    - Думаю, что мы с вами следующие кандидаты в ответчики.
    - Разумеется, - фыркнул Пегби и потянулся вилкой к следующему оладью, - разумеется. Я сам не пойду, пошлю Виктора. Когда ты последний раз обновлял лицензию адвокат-андроида?
    - Полная лицензия свидетеля и адвоката была мной обновлена непосредственно перед полетом, господин, - ответил Виктор и деликатно отхлебнул чаю.
    - А ваш серв может использоваться как ваш адвокат? – поинтересовался Рутгер.
    - Какая разница, чей. Андроид в любом случае запрограммирован на абсолютную правдивость в зале суда. Потому-то владельцы их не часто и применяют, хе-хе. Ну, в нашем случае ситуация однозначная, к счастью. Вы ведь не пользовались гравидеструктором до того, как эти парни попытались пустить вакуум в жилые отсеки?
    - Нет.
    - Ну и все. Для суда неважно, пассажиры какого класса подверглись смертельной опасности, и истцы подотрутся. А вы, последний тевтон, будете сами защищаться? Пользоваться услугами местных адвокатов – не советую.
    - Зачем сам? Мне в суд лучше не появляться, - сказал Рутгер задумчиво, - могу разозлиться, и все пойдет кувырком… Ха! Одолжу у вас Виктора же. Виктор, вы не против? Один адвокат вполне может представлять интересы обоих ответчиков.
    - Теоретически идеально, - хитро сказал Пегби, - но вы же сами напомнили, что он МОЯ собственность. Как вы объясните суду, на каком основании он вас представляет?
    - Ну так мы с вами заключим аренду на время слушаний, - пожал плечами Рутгер.
    Пегби откинулся в кресле.
    - Похвальное остроумие и хладнокровие, - заметил он, - от тевтона в возрасте героев чаще ждешь подвигов, мнэ… иного плана.
    - Я уже три года как покинул возраст героев, - сухо ответил Рутгер,  - по всем требуемым кондициям. Просто мой дед считал меня излишне рассудочным. Он полагал, что мной совершено недостаточно спонтанных поступков для того, чтобы я впоследствии мог управлять кланом с должным пониманием. Так что я отправился проматывать деньги в казино Капитолии и кататься на Эверестине. Кстати, оба занятия показались мне чрезвычайно скучными.
    - А почему? – вдруг спросил Виктор.
    - По их полной бессмысленности. На Эверестине, правда, прекрасная природа. Да только в процессе спуска как-то все не до красот.
    Пегби высоко поднял брови, но не успел ничего сказать, - в стороне шкенского стола снова поднялся крик. На этот раз там собралась целая группа пассажиров, желающих стать соистцами требований о компенсации.
    - Как ваши, гм, покойные соотечественники додумались бороться со шкенами военными методами?
    - Когда я был еще дома, - медленно ответил Рутгер, - то, что они делали с нашими торговыми путями, выглядело именно как военная интервенция. Никому не приходило и в голову, что Империя примет всерьез их претензии на пятидесятипроцентный налог  с провозимых ценностей на том основании, что мы не признаем мессианство Холокоста, и тем более  на том, что наши мифические предки где-то когда-то убили пятьдесят миллионов их мифических предков.
    - Уверяю вас, - засмеялся Пегби, - гораздо меньше, нежели пятьдесят миллионов. К тому же далеко не все современные ашкены происходят от евреев.
    - Евреи? – удивился Рутгер, - а при чем тут евреи? У меня есть несколько знакомых евреев на Эверестине.
    Виктор прижал ко рту салфетку и сдавленно хрюкнул. Пегби махнул рукой.
    - Все ясно.
    - Я всегда считал, - продолжил Рутгер, - (как и официальные представители моей семьи, кстати) – что нам следовало попросту перекрыть проход сквозь туманность. Проход открыт и размечен нибелунгскими исследователями, следовательно – наш. Пара звезд по проходу совершенно спокойно катализируется до Сверхновых… И проблемы нет. Ашкен не стал бы конфликтовать с планетой, до которой надо добираться через десятки суверенных территорий. Это невыгодно.
    - Но ваши пожадничали.
    - Совершенно верно. Сейчас уже не найти концов, но очевидно, что имел место ряд провокаций… И теперь Ашкен пользуется проходом сквозь туманность как своим… А тевтоны стали наглядным уроком имперской миротворческой деятельности.
    Между столиками показалась Элен с подносом, на котором стояла джезва с натуральным кофе. Люди непроизвольно поворачивались ей вслед.
    Интересно, что их больше привлекает, - подумал Рутгер, - божественный запах или ее движения? Какой проклятый гений ее, черт возьми, проектировал?...
    Серва поставила поднос на краешек стола и аккуратно налила кофе в чашку хозяина. Виктор пододвинул к ее пустой тарелке автонагревающую кастрюльку с оладьями. Она улыбнулась всем присутствующим и села.
    - Элен, - сказал Рутгер, - скажите, а вас кто-нибудь поблагодарил за вчерашнее?
    Девушка-андроид опустила ресницы и усмехнулась.
    - Капитан благодарил меня… Но как минимум половина благодарностей принадлежит вам. Позвольте…
    Рутгер взял руку Элен и поднес к губам. Чистая прохладная кожа пахла свежесмолотым кофе – и цветами.
    Рутгер посмотрел на девушку и негромко продекламировал:
    - Снежная пропасть, грозна и прекрасна, Скалы уходят в воздухе ясном К лицу безмятежных небес…
    Элен улыбнулась, не отнимая руки, и тихо докончила:
    - Вызвав богов на бой рукопашный, Даже из самых отважных отважный -  Не каждый найдет эдельвейс.
    - Кхм! – раздался недовольный голос Пегби, - вы, юноша, если цитируете современных поэтов, так хоть пользуйтесь последними редакциями.  Не «скалы уходят», а «лавина взывает». Или вы просто учили Назо в школе?
    Рутгер только головой покачал. Но вдруг он задумался.
    - Насколько  я знаю нашего библиотекаря, в семейной библиотеке Дуцки если что-то называлось «последней редакцией», то это последняя редакция и была. Мой экземпляр был издан даже после того, как Назо был лишен права на проживание в Империи. Если вы имеете более новое издание…
    - Хе-хе, - лукаво сказал Пегби, - судя по всему, вашему библиотекарю далеко до Виктора.
    - Я думаю, - вывернулся Рутгер, - два профессионала были бы друг другу интересны.
    Виктор согласно кивнул.
    - Ну вот, скажем, слышали ли вы, - Пегби слегка откашлялся, - вот это: если выпала судьба в Империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря…
    Рутгер молча  дослушал стихотворение.
    - Необычная тема для Назо. Но слог его. Нет, не слышал. И… я-то все удивлялся, за что его выслали. Теперь понимаю.
    - Собственно, это не совсем его, гм…проще говоря, переложение на язык Империи одного из древних авторов. И, как таковое, не причина высылки а ее, хм, результат. То есть совсем, кхе-кхе… новьё. Так-то.
    - Ходят слухи, что новый император собирается вернуть Назо. Сколько он уже, лет двенадцать в изгнании?
    - Вряд ли, - коротко сказал Виктор, - чисто с юридической точки зрения - маловероятно.
    - Но ведь быть может! – горячо возразил собственному серву Пегби.
    - Мы с вами уже обсуждали этот вопрос, господин. Весьма, весьма маловероятно.
     
    Так или иначе, насчет шкенов Пегби оказался совершенно прав. На ближайшей же стоянке Рутгеру принесли повестку, Рутгер нацарапал на ней, что предоставляет защиту нанятому адвокату-андроиду, доплелся до Пегби, чтобы тот письменно подтвердил факт аренды Виктора, и вернулся в каюту. Еще не хватало тащиться в суд!
     
    Он даже не стал интересоваться исходом слушаний, и только наутро со скрытым злорадством наблюдал, как ссорятся соистцы по поводу того, как им делить убытки по оплате судебных издержек.
    - Виктор, вы великолепны, - искренне сказал Рутгер андроиду, - вы даже шкена в суде переиграли.
    - Ну, с нашим раскладом это было несложно, - отозвался Виктор.
    Рутгер усмехнулся.
    - Многие так думали, прежде чем остаться без штанов.
    - Виктор – очень профессионально сделанный андроид, - вмешался Пегби, - стоимость серва данной серии превышает стоимость этого корабля…Пожалуй что, и вместе с пассажирами.  Кстати, я вам это говорю, не чтобы похвастаться, а чтобы между нами не  возникло неловкости. А то, боюсь, вы скоро бы попросили у меня продать вам Элен. Не говоря о том, что все андроиды, без которых я мог обойтись, давно проданы.
    Рутгер нахмурился.
    - Я имею представление о ценах на андроидов, - сдержанно ответил он, - и не расположен ловить луну в воде. Таким, как я, - он посмотрел на Элен и улыбнулся, - следует молча любоваться луной, пока не настало утро…
    Элен вдруг покраснела и закусила губу.
     
    Той же ночью он услышал тихий стук в дверь своей каюты.
    Перед дверью, глядя не в глазок монитора, а куда-то в сторону, стояла девушка-андроид.
    Рутгер рывком открыл дверь.
    - Вы?
    - До Капитолии осталось пять корабельных суток, - сказала она тихо, - до захода луны так немного… - она посмотрела Рутгеру прямо в глаза.
    Рутгер наклонился к Элен, осторожно прикоснулся к ее подбородку, приподнял его и легко коснулся губами ее губ.
    В следующее мгновение он уже падал спиной вперед в каюту, какая-то сила развернула его – они с Элен оказались на ковре и ее горячая кожа (они же только что были одеты?) скользила по груди Рутгера.
    - Молчи, молчи, - яростно шептала она,  хотя ему и так было не до разговоров. Рутгер наслаждался ее силой и гибкостью – она сама начинала такие вещи, на которые он редко решался, боясь повредить партнерше. Наконец – спустя, судя по настенным часам, довольно много времени – они лежали рядом, обнявшись, как давно женатые супруги. Голова Элен удобно устроилась на груди Рутгера.
    - Вы были… все такие? – спросила она.
    - В основном лучше, - хрипло сказал Рутгер и поцеловал ее в висок.
    - Это невозможно, - сказала Элен и тихо засмеялась, - если бы я была женщина, я попыталась бы родить от тебя ребенка.
    Рутгер молча сжал челюсти.
    - Еще четыре ночи, - шепнула она, - луна еще высоко…
     
    Корабль пристыковался к капитолийской таможенной станции на границе между глубокой ночью и ранним утром. Элен быстро оделась и выскользнула из каюты Рутгера. Он остался стоять в дверях, провожая ее взглядом. Вот она исчезла за поворотом коридора. Рутгер все смотрел на зеленый ковер, еще хранивший легкие отпечатки ее шагов, когда с противоположной стороны раздался топот.
    Более десяти сотрудников службы борьбы с нелегальной иммиграцией прошли мимо, громко переговариваясь. Рутгер похолодел.
    Как оказалось позже, совершенно зря  - на стойке контроля  рядовой таможенник совершенно спокойно принял его (совершенно легально приобретенный) эверестинский паспорт. Одинокий нелегальщик равнодушно взглянул на паспорт Рутгера через плечо таможенника, никаких задержек не последовало.
     
    Рутгер вышел на этаж ожидания челнока с сумкой через плечо. Впереди – Капитолия, неизвестность. Что позади… То позади.
    Он смотрел невидящим взглядом в настенный телевизор, и вдруг встрепенулся – словно послышались знакомые шаги. Не может быть. Не может. Но шаги звучали.
    Элен выскочила в холл с лестницы и подошла к Рутгеру.
    - Я должна… Кое-что отдать.
    Рутгер взял из ее рук томик, переплетенный в простой белый пластик.
    «Назо. Издалека» - значилось на обложке.
    - Открой…те, - тихо сказала Элен.
    Из книги выпал какой-то документ, запаянный в защитный слой – и рукописная записка.
     
    «Во-первых, я полагаю, что вас порадует возможность иметь самоновейшую редакцию Назо – кстати, это эксклюзив; а возможно, других обновлений вообще не последует. Мои надежды на помилование не оправдались, Виктор прав, как всегда (черт бы его побрал).  По всей видимости, боевой андроид мне более не понадобится – охрана, предоставляемая Императором, выше всяческих похвал. Вы, возможно, сочтете, что этот подарок ценнее первого – я склонен заранее это простить, как заблуждение молодости. С годами вы передумаете.
     
    Айвен Пегби Назо»
     
    Снизу, накарябанная совсем криво, была приписка мелкими буквами:
    «Наверняка вы постесняетесь выяснять, хотя для того, кто должен восстанавливать целую нацию, вопрос существенный. Элен вполне способна к вынашиванию детей, разве что зачинать их придется в пробирке. Надеюсь, что в тевтонском вопросе Империя побреется – и что к этому хоть слегка будет приложена и моя рука, хе-хе»

  Время приёма: 07:33 26.05.2008