17:23 11.08.2019
Вітаємо переможців 50-ого конкурсу!

1 Юлес Скела am017 Річку перескочити
2 Shadmer am018 Интересная жизнь
3 Панасюк Сергій am002 Краплі дощу


17:41 01.05.2019
Вышел в свет НУФ-2018
Поздравляем писателей и читателей с этим событием!


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 50 (лето 19) Фінал

Автор: Чукча-Социолог Количество символов: 44437
Конкурс № 50 (лето 19) Фінал
рассказ открыт для комментариев

am004 Настоящая работа


    - Вижу, тут у вас царит полное доверие! – ядовито проговорил Жоржик, с трудом протискиваясь через двери меньшего лифта. Его тело, тяготеющее совершеннейшей из фигур – шару, не слишком привыкло ещё к сатурнианскому притяжению, несильно уступающему земному. В невесомости лишние полцентнера жира ему никак не мешали.
    Обе встречавшие его хозяйки очень одинаково фыркнули, в другое время это бы его позабавило. Но сейчас Жорж был не в настроении.
    - Понимаю, что в центральных отсеках «Януса» формально – строгий режим: они совместные с Югом. Но тут-то какого рожна у вас кодовые замки? Мне пришлось на маленьком лифте в итоге ехать! От кого? Тут же только вы, две северянки!
    Тон его с каждой репликой становился всё более ядовитым. Не любил он, когда мало пространства. И когда на эсперанто говорить приходится.
    Одна из девиц – кажется, это была Анайя, а не Амрита – ответила:
    - Инструкция... - она бросила быстрый взгляд на другую деву. Та продолжила её реплику:
    - …не запрещает держать открытыми оба лифта. Это у нас организационная накладка.
    Первая девица только чёрными глазами гневно сверкнула.
    Жорж спросил:
    - Вы откуда обе?
    - Из Карачи… - ответила Анайя.
    - Из Мумбаи, - подтвердила его опасения Амрита.
    Одна – из старой Индии, другая – из Пакистана! Час от часу не легче! Мало тут двух враждующих военных блоков, готовых развязать войну в любой момент, так теперь ещё и патриотки двух не существующих государств! Бывшие Индия и Пакистан – в Северном Союзе. Но спорам и подначкам, похоже, это не мешает!
    Жорж вздохнул. Какой с них спрос? Они не единственные, кто ссорятся из-за ерунды. Старушку Землю тоже никак поделить не удаётся…
    Жорж мельком посмотрелся в зеркальную стену… Забавно они смотрятся рядом. Две симпатичные смуглые южноазиатки – и жирдяй на полторы головы выше них, вызывающий отвращение с первого взгляда: одышка, искажённые в гримасе недовольства полные губы, презрительно смотрящие серые глаза… Очень проницательные глаза. Да, он свой имидж прорабатывал тщательно!
    
    ***
    Гоба выглядел на этот раз особенно харизматично: к его травяно-зелёным глазам добавились зелёные же брови, ресницы и того же цвета ирокез. В сочетании с чёрной кожей смотрелось эпически. Сейчас, при гравитации, стало заметно, что он на голову выше Жоржа. Да и в целом эта гора мышц, заставляющая вспомнить древних Леблана, Федоренко или Шварценеггера, смотрелась… ну, более осмысленной для планетных условий. А вот сам Жорж, соответственно, казался лишь в связи с особыми обстоятельствами прибывшим на Сатурн высокопоставленным обитателем Внеземелья. Так он и хотел. Хотя, конечно, все телесные «излишества» – в любом случае признак «умников» вроде них.
    Думать о деле не хотелось. А придётся.
    - Будем надеяться, что это самодеятельность учёных, удовлетворяющих своё любопытство за общественный счёт, - сказал он вслух.
    Гоба бросил на него угрюмый взгляд:
    - Несанкционированные эксперименты тоже не айс. Это промышленная станция, а не исследовательская.
    Главное, чтобы это не были махинации кого-то из участников проекта! Увы: по большому счёту, в Консорциуме лишь два участника: Север – и Юг. Северный Союз – и Южно-Атлантический Альянс. «Лавразия» - и «Гондвана». Девять миллиардов человек, готовых вцепиться друг другу в глотки.
    И если тут, на переднем краю науки, кто-то пытается кого-то обмануть, то решение придётся принимать им двоим. Вернее – ему одному. Потому как это вряд ли Лавразия: ему бы хоть намекнули. И если это Гондвана, то Гоба, значит, будет лишь ломать комедию, саботируя расследование. Н-да… И угораздило же оказаться ближайшим к месту событий лавразийским Полномочным Аудитором!
    
    ***
    Сирена завыла внезапно.
    - Вирус в сети! – воскликнула Амрита. Терминал, к которому она метнулась, зажил своей жизнью: цифры на индикаторах менялись с поразительной быстротой.
    - Это ещё что такое? – Жорж обернулся на крик Анайи.
    Рабочие роботы-«пауки», вместо того, чтобы проводить профилактику оборудования Калориса, вошли в зал управления. Анайя лихорадочно давила на кнопки ручного пульта, но что-то очевидно шло не так. Роботы вдруг замерли. Чуть погодя все три «паука», как по команде, развернулись – и, игнорируя Анайю и Жоржа, двинулись в сторону терминала и Амриты.
    У Жоржа возникла догадка. «Пауки» раньше имели особую программу на случай попытки захвата управления одной из сторон Консорциума. Они в этом случае должны блокировать доступ к оборудованию до прибытия аудиторов. Но такие машины тоже опасны: выход из строя их механизма контроля не лучше, чем попытка захвата. Старых роботов постепенно заменяли на новых, лишённых этой функции. Но какое-то количество машин старого образца всё ещё оставалось.
    Жорж выхватил свой «аудиторский жезл», гарантирующий подчинение любой техники в сфере досягаемости. Щелчок, вспышка… Из прибора повалил дым. Как они это устроили??? Один из роботов развернулся в его сторону. Жорж отскочил за угол со всем доступным ему проворством – и оказался в лифте. Вовремя: туда, где он только что находился, щёлкнул разряд. И лифт прозрачен, робот его видит… Двери закрылись, второй импульс вонзился в прозрачный пластик. Жорж отъехал на этаж выше, пытаясь вытащить застрявший в кобуре бластер.
    Персоналу оружие иметь нельзя, но любой инженер сделает его из подручных средств запросто. В руке Анайи – Жорж всё видел через прозрачные стены лифтовой трубы – появилось нечто вроде плазмодрели. Там вся переделка – прицел поставить… Робота, оказавшегося ко всё ещё сражающейся с терминалом Амрите ближе всего, она сожгла на месте. Развернувшись, успела подпалить и второго – который Жоржа прессовал. Но вот от третьего, не с разрядником, а тоже с плазмодрелью, ей укрыться за креслом. Спустя миг замерла и эта машина: позади неё стояла Амрита с монтажным пистолетом в руках.
    Мимо Жоржа проехала вторая кабина лифта. Внутри – ещё два робота…
    Он сжёг их за полсекунды, в нос ударил запах жжёного пластика, пришлось натянуть респиратор. Но он мог бы и не утруждаться: лифтовая кабина вдруг замерла. Потому что внизу Анайя, тоже надевшая респиратор, деловито расстреливала энергокабели, саму лифтовую трубу – и вообще все узлы, которыми отсек Калорис крепился к станции Янус! Плазмодрель – мощная штука…
    Будто вся станция дрогнула: вибрация, треск… И вот Калорис медленно, торжественно отделился от остального Януса. И поплыл вниз, унося Амриту и Анайю вместе со всем отсеком в недра Сатурна.
    Куда?!! Вынеся бластером пол лифтовой кабины, Жорж шагнул в бездну.
    Это было глупо. Испугаться он почти не успел: наверное, его дневное сознание так и не смогло поверить до конца, что он это сделает. Но перед его мысленным взором возник целый этаж летучего дома, медленно уходящий в мутную облачную бездну… Что ему оставалось делать?
    Оттолкнувшись рваного края лифтовой трубы, он скакнул вроде в нужную сторону… В грудь и живот ударил тугой поток воздуха… И через несколько мгновений, скользнув над воистину бездонной пропастью, Жорж плюхнулся в воду, как летающий инопланетный бегемот в пруд московского Космозоо из очередного фильма про Алису.
    В ВОДУ?!? Вынырнув, он отрешённо наблюдал, как мимо них – Калорис уже успел сместиться – в недра Сатурна один за другим летят роботы-«пауки». В разорванном конце лифтовой трубы их много: минимум сотня! Похоже, старых роботов к ним нагнали со всего Януса.
    
    ***
    Жорж глянул на экран-«иллюминатор»: станцию Янус ещё пока не видно, но и сами жёлтые сатурнианские облака смотрелись довольно импозантно. Но уж очень однообразно.
    Сигнал вызова помешал наслаждаться пейзажем:
    - Гоба, Жорж…
    Гондванец и лавразиец посмотрели на Джоанну одинаково мрачно. Впрочем, ей не привыкать: она за свои почти 70 и не таких видала. Три четверти жизни провела во Внеземелье: тип фигуры слегка напоминал Жоржиков, с поправкой на нереалистичные по меркам планет вторичные половые признаки.
    - Ребята… - голос её звучал предельно серьёзно, - Осторожнее там. Что-то встревожило гондванские спецслужбы, вся Киншаса на ушах стоит…
    Жорж пожал плечами:
    - Там сегодня отмечают день победы в Великой Африканской. И где Киншаса, а где мы?
    - В одной планетной системе, Жорж… - в её голосе на миг проявилась старуха. – По-осторожнее там!
    Она формально гондванка, но родилась ещё в старой Бразилии, массовая миграция из Африки только начиналась. Благодаря этому она претендовала на некую нейтральность, которую подразумевала должность Диспетчера Аудиторской службы.
    - Спасибо, будем иметь в виду, - безо всякого выражения ответил Гоба. Связь отключилась.
    А вот Гоба – чистокровный африканец: чуть ниже эмблемы Аудитора у него на груди характерная цифра «два» видна. Поздравить его, что ли?
    
    ***
    - …Чего ж тебе в лифте-то не сиделось? –осведомилась Анайя, когда они вывалились из шлюза. Голос из-под респиратора звучал глухо, но усталость и раздражение в нём слышались отчётливо. Снимать респираторы до того, как из воздуха будут отфильтрованы остатки аммиака, явно не стоило…
    - Вообще-то вы падаете! – возмутился Жорж. – Тонете в Сатурне! Благодаря тебе!
    Амрита кинула по острому взгляду на подругу – и на Жоржа…
    Ах да! Они же на эсперанто говорят! А местоимение «ты» в нём хоть и имеется, но используется весьма редко, это не русский, французский или немецкий: только как признак особой близости или, наоборот, грубой фамильярности… Бестактно прозвучало, да. Но Анайя сама первая его так назвала!
    И они действительно тонут. Полноценно передвигаться в атмосфере Калорис не может: подъёмной силы его несущих плоскостей при мощности его двигателей не хватает. Цифры на настенном дисплее показывают очень плавное, но снижение.
    - Полагаешь, с тобой на борту мы будем падать медленнее? – ядовито осведомилась Амрита. – Мы вдвоём весим меньше тебя одного!
    Жорж возмутился:
    - Мозги стоят массы! – это обычная присказка таких, как он.
    Анайя мрачно добавила:
    - Осталось гравитации это объяснить…
    Какая-то мысль мелькнула, но уплыла, смытая раздражением.
    - А зачем вам эта лужа на крыше? – со смешком спросил Аудитор.
    Анайя независимо пожала плечами:
    - Это наш бассейн.
    Открытый? На Сатурне???
    - И вы там купаетесь? – надо признать: им удалось его удивить.
    Анайя фыркнула:
    - Не волнуйся, мы туда не писаем…
    - А аммиак и прочее?
    Амрита пожала плечами:
    - Телепорт. Слой воздуха над ним очищаем от всего ненужного. Венере не будет вреда от нескольких лишних граммов аммиака.
    - И чья эта идея?
    Анайя, поджав губы, кивнула в сторону Амриты:
    - Индийская школа. «Если не получается, но очень хочется – сделай, как получается»… Или хоть сделай вид.
    Амрита возмутилась:
    - Так чего ж тебя оттуда было краном не вытащить?!
    - Но чего ж так аммиаком тащило от волос постоянно?!
    Да, это нормальный для них стиль общения…
    А ведь «паучки» приходили по его душу – и никак иначе! Как там Гоба? Сражается с ними? Или он это всё и организовал?
    - …Только ваши могли фальсифицировать ядерный взрыв в тысяча девятьсот семьдесят четвёртом неядерной взрывчаткой! Прямо вот никто не догадался!
    Амрита рассмеялась:
    - Почему-то во всём остальном мире поверили, и только в вашей великой технологической державе…
    - В девяносто восьмом, после ваших первых настоящих испытаний, у нас сразу провели тоже! – голос Анайи звучал теперь звонко даже сквозь респиратор.
    Амрита театрально вздохнула:
    - Провинциалам сложно было признать, что они настолько отстали, поэтому там и придумали такую версию, - обратилась она к Жоржу. – А на самом деле индийский взрыв семьдесят четвёртого года просто не носил военного характера: всего лишь физический эксперимент такой провели. А к девяносто восьмому даже Пакистан развился достаточно, чтобы…
    Теперь Анайя повернулась к Аудитору:
    - Это она всё гордится, что при бриттах у них, в Мумбаи, была столица Бомбейского президентства, а Карачи тоже в него входил. Поэтому мы, мол, провинциалы. Осталось ещё в палеолит заглянуть!
    - ХВАТИТ! – рявкнул Жоржик. Вообще-то он не любил повышать голос, но не хватало ещё погибнуть из-за этих южноазиатских разборок каменного века!
    В глазах Амриты мелькнуло ироничное удовлетворение. Она прекратила спор мгновенно:
    - Прошу прощения, Аудитор. У нас тут своя атмосфера, знаете ли…
    У Анайи хватило бестактности ухмыльнуться:
    - С ней сложно иногда, извините её…
    Трудно было отделаться от впечатления, что, не будь на ней респиратора, Анайя бы показала мигом обернувшейся к ней коллеге язык.
    Жорж мысленно выругался. Сколько им лет? Около тридцати уже вроде как!
    - Воду из бассейна слили? – перешёл он к делу.
    Амрита кивнула:
    - Сразу, как тебя выловили. Балласт тоже сбросили.
    - Кстати, об атмосфере… - Анайя сняла респиратор, втянула воздух… - Порядок.
    К счастью, пара «пауков» нового поколения у них всё же осталась: герметичность они восстановили быстро.
    Внезапно наступила тишина: Амрита и Анайя, сбросившие напряжение в сваре, выжидающе смотрели на гостя. Он ведь тут формально старший по званию.
    
    ***
    Ляна Ли, директор «Януса», встретила их у шлюза. Обычная азиатская «дюймовочка» лет пятидесяти. Во Внеземелье – больше половины жизни, больше организатор, чем учёный. Оно и понятно: «дюймовочек»к выбирали по критерию массы тела, а не уровня интеллекта… Но и научные заслуги имеет. Сейчас её муж – доктор Цвингер, действительно большой учёный – отбыл со второй женой на Нептун, и её положение осложнилось…
    - Господа Аудиторы, - она по-восточному склонила голову. – Приветствую вас на «Янусе». Мы готовы оказать всестороннее содействие…
    Жорж её не слушал. Ангар в высоту – метров сто! Станция простиралась от холодных высот с температурой ниже арктических до жарких глубин, где газ сжат до многих атмосфер. Промышленная телепортация требует больших объёмов…
    Ответное слово взял на себя Гоба, Жорж лишь поддакивал. Госпожа Ли, кинув на Жоржа пару откровенно заинтересованных взглядов – не так уж она скучает по мужу, похоже! – развернулась и пригласила следовать за ней.
    Больше всего раздражало отсутствие обычного предчувствия. У Жоржа оно всегда возникало: ощущение, когда должно начаться что-то серьёзное – настоящая работа. Он тогда успевал сконцентрироваться. Сейчас же не было ничего подобного. Зачем они вообще припёрлись сюда?
    
    ***
    - Телепорт. Мы потеряли связь, рассинхронизировались с «Янусом», и он перестал работать. Если бы он давал энергию, нам бы удалось форсировать движок и подняться. А без этого через шесть часов…
    Амрита и Анайя согласно кивнули.
    Да, «Янус» участвовал в общей работе по телепортации воды с Сатурна на Венеру – в чём и заключался Венерианский проект, объединивший Гондвану и Лавразию. Но закон сохранения энергии обмануть нельзя. Невозможно переместить что-то «вверх»: только вниз по «склону». Сатурн в гравитационной яме Солнца расположен «выше» Венеры, так что процесс энергетически выгоден – несмотря на более сильное притяжение Сатурна. Но энергия этого процесса им теперь недоступна. Если только…
    - Если мы запустим телепортацию самостоятельно, то вопрос будет решён, - сказал Жорж. – На Калорисе всё для этого есть.
    Амрита и Анайя синхронно склонили головы на бок. Всё-таки они очень похожи! Амрита чуть выше ростом, у Анайи грудь больше на пол-размера и капельку темнее кожа.
    - Замечательная идея, - протянула Амрита. – И куда мы что можем отправить?
    Ох! – Жоржу мысленно дал себе по лбу. «Акцепторный конфликт» же! В одно и то же место из двух разных точек переместить что-либо невозможно. Все телепорты Сатурна работают как единое целое: пока что техника столь несовершенна, что определить точку прибытия точнее, чем «планета Венера», не получается. Пока их снова не включили в систему, отправить туда что-либо они не смогут.
    Анайя пожала плечами:
    - Или нам кто-то что-то может скинуть? Но связи нет.
    - Я уже думаю над этим! – отрезал Жорж.
    Ответом ему стала пара заинтересованных, но и снисходительных взглядов почти одинаковых чёрных глаз:
    - Над этим многие думают уже много лет… - тактично сообщила Амрита. Она помягче коллеги будет. Зато Анайя – явно темпераментнее…
    - До сих пор этим не занимался я! – Жорж стал закипать. Ай-кью 170, между прочим!
    Амрита вздохнула:
    - Мы пока двинемся в Серый вихрь. Там восходящие потоки мощные, время можно выиграть… Может, удастся систему связи починить. Ани, займёшься?
    
    ***
    Госпожа Ли на этот раз оказалась одета в легкомысленный халатик: тёмно-фиолетовый в звёздочку. И встречала Жоржа в своём личном кабинете в отсеке Марс. Да, определённо, по мужу она скучает не очень!
    Во Внеземелье мужчин мало, но всё же она формально замужем. Но Цвингер со второй женой сейчас далеко… Вторая у него, кстати, гондванка: ещё и по этой причине Ли заняла этот пост – считается относительно «нейтральной» из-за семейных связей.
    - Госпожа Ли… Венерианский проект – это слишком важно! На Земле тесно, но многие земляне не желают перебираться в космос. Вот планета – иное дело! Даже малейшая задержка…
    Ляна Ли вскинула руки:
    - Уверяю вас, Аудитор, что наши сотрудники полностью содействуют Венерианскому проекту. Все исследования направлены исключительно на повышение эффективности телепортации. Что, в конечном счёте, только в плюс проекту!
    Она смотрела на Жоржа чуть разочарованно, но слова звучали искренне… хоть и обтекаемо. Ну-ка…
    - А не подскажите ли, директор, какие именно исследования из проводимых на «Янусе» на могли бы потребовать масштабных натурных экспериментов? Вы ведь хорошо знаете своих сотрудников!
    Ли на минуту задумалась, потом перечислила:
    - Моя заместительница, Герда Нкрума. В научном отношении однозначно превосходит всех. Эйо Дия, пожалуй, тоже могла быть заинтересована в чём-то подобном. Ван Минь... нет, это вряд ли. Ну и отсек Калорис! Там как раз выдвигали недавно теорию относительно частотной настройки нуль-поля…
    И вот тут предчувствие и кольнуло. Настоящее дело ждало Жоржа где-то тут: оно связано с кем-то из перечисленных…
    
    ***
    - Ани, чего там?
    - Вроде работает, но связь не устанавливается. То ли глюк всё же, то ли Янус сознательно молчит… - Анайя раздражённо стукнула кулаком по стене.
    Жорж, интенсивно общавшийся с ИИ Калориса, едва слышал их.
    Так… Гравитационная яма у Сатурна куда глубже, чем у Венеры: вторая космическая на нём – 35 километров в секунду, а на Венере – всего 10. Но чтобы уйти от Солнца с расстояния орбиты Венеры нужна скорость 49 километров в секунду, а чтобы с орбиты Сатурна – всего 14! Этого достаточно, чтобы перемещение стало возможным.
    Но Венера закрыта для них. Идеальным вариантом было бы Солнце, но работать в столь агрессивной среде современные генераторы нуль-поля не способны: хоть они находятся на Сатурне, поле-то на Солнце тоже должно возникнуть. Даже Меркурий слишком близок к звезде: энергетические поля слишком мощные. Туда ничего не отправишь.
    Амрита вздохнула:
    - Если скорость наберём, сможем хоть сесть на него сверху. Лишь бы набрать!
    …И Земля-Луна отпадает: родина человечества прикрыта от любого воздействия. Защищающие Землю генераторы нуль-помех вполне эффективны. А ведь им хватило бы совсем чуть-чуть! Несколько десятков тонн воды отправить «вниз» – и им бы уже могло хватить энергии!
    - …Ну да, сядем на корпус, - согласилась Анайя. – Начнёт скользить – быстро выскочим… Зря что ли тренировались?
    Амрита хмыкнула вполголоса:
    - Мы-то тренировались… А вот…
    Жорж заткнул уши наушниками.
    …Вывалить вещество просто в космосе нельзя: телепорт вдали от гравитирующих масс не сможет «прицелиться». Марс… Его гравитационная яма слишком «мелкая». Хотя со спутника Сатурна, Титана, на Марс переправляется азот, с самого Сатурна это невозможно. Да ещё «акцепторный конфликт», они при всём желании не смогли бы…
    А жаль. Венера раньше чем через несколько столетий не будет полноценно терраформирована. А вот Марс… Если туда «слить» достаточно воды, а желательно – ещё и кислорода… Ладно, это фантастика.
    Юпитер… То же самое, что Солнце: его сверхмощная магнитосфера пока делает телепортацию на него или с него невозможной. Даже близкие спутники, которые тоже в гравитационном отношении «ниже» Сатурна, не подойдут.
    
    ***
    Герда Нкрума… Африканерское имя, «чёрная» фамилия, классическая африканская внешность: круглое чуть грубоватое, но симпатичное лицо, полные губы, короткие – сантиметр – курчавые волосы... И «двойка» на груди, как у Гобы.
    Предчувствие «настоящего дела» на миг возникло – и сразу стихло. Хм…
    Жорж поздоровался на немецком – и получил ответ с вежливой улыбкой. Немецкий учит большинство носителей языка африкаанс. Так…
    Для немногочисленных «белых» там она – слишком «чёрная», а вот для других чёрных – слишком «белая»: хотя бы только в связи с языком…
    В досье сказано, что удочерена семьёй бастеров – это немногочисленные темнокожие носители африкаанса. Но они смешанного происхождения, гораздо светлее неё. В трёхлетнем возрасте семья перебралась в Киншасу. При совершеннолетии Герда отказалась от бастерской фамилии, взяла от каких-то дальних родственников.
    Звучный грудной голос. Абсолютно без эмоций.
    …Нет, ей неизвестны подробности чужих исследований. Да, всех не проконтролируешь: особенно теперь, когда Цвингер и его вторая отбыли на Нептун. Да, у неё есть самостоятельные исследования, но ничего такого, что выходило бы за пределы допустимого…
    Обычные вопросы, обычные ответы… Жоржа чуть нервировала её реакция: подчёркнутая вежливость. Взгляд очень ясный, спокойный, выражение лица подчёркнуто-доброжелательное… Идеально-вежливо-дружелюбное. И… Ну да: полное отсутствие сексуальной реакции. Или она скрыта так глубоко, что он не чувствует.
    Но в условиях сильного дефицита мужчин «фоновое» внимание любой гетеросексуальной женщины вызывает любой мужчина. И в досье она обозначена как вполне здоровая гетеросексуалка!
    - И у вас нет подозрений? Возможно, кто-то из ваших коллег мог бы…
    Герда Нкрума задумалась.
    - Проще всего это осуществить – без согласований – в краевых отсеках. В Ростре – я. В Посте – Мисси... Сомневаюсь, что у неё на рабочем месте хватает сил на что-то, помимо общения с Ван Минем и парой подруг. В Штире – Эйо, она там царица и богиня. Она талантлива и может многое . В Баке – Нийя, Накамура и Санчез: гондванка и пара лавразийцев, они не договорятся даже, с какой стороны восходит Солнце, какие уж тут заговоры… В Марсе – сама Ляна Ли. В Калорисе – наши южноазиатские неразлучницы… Вот у них, кстати, безумные идеи периодически возникают. Я бы на вашем месте с них, наверное, проверку начала. Или с нас с Эйо.
    Предчувствие кольнуло вновь… но опять ушло.
    Жорж сделал мысленную отметку. Уточнил:
    - Мисси – это?..
    Нкрума легонько взмахнула рукой – жест вышел пренебрежительно-ироничным:
    - Мирабель Джонс, миленькая неандерталочка такая…
    А, ну да – рыжая, он её видел. Вроде как рыжий цвет волос заимствован от… «Неандерталочка», значит?
    Ну да: доктор Нкрума – «дважды разумная». В отличие от всего остального человечества, у уроженцев Центральной Африки нет генов других подвидов человека. У всех неафриканцев от 1 до 4 процентов неандертальских генов, а у азиатов – ещё и денисовских, и прочих… И кое-кто в Африке гордится этим обстоятельством. Взгляд Жоржа скользнул по цифре «2» на груди Герды Нкрумы.
    Ультрагуманистка, значит. «Неправильное» бастерское воспитание она компенсирует тем, что рассматривает себя зато как чистую по крови… Потому и реакции на мужчину-«унтерменша» столь невнятная. И она так уверена в себе, что даже специально схулиганила...
    - Благодарю вас за помощь в аудите. Уверен, мы ещё встретимся.
    Жорж откланялся – и вышел из отсека, успев поймать момент, как вежливая улыбка на грубоватом, но симпатичном лице превращается в откровенную усмешку превосходства.
    
    ***
    Первым, что услышал Жорж, сняв наушники, оказался смех:
    - Ну нет, Ами. Если он переломает при посадке ноги, тащить его мы не сможем. Но вполне сможем катить!
    Раздался новый взрыв смеха.
    Эт-то ещё что такое?!
    Ами обезоруживающе улыбнулась в ответ на его разъярённый взгляд:
    - Прости, Жорж, мы тут о своём…
    Страха смерти в их поведении не чувствовалось совершенно. Возбуждение, адреналин… но и только. Но ведь это не они сами на себя натравили роботов?
    Прикалываться над ним, покуда он об общем спасении думает… Каковы нахалки! Да и предчувствие бесит: они, того и гляди, погибнут, а подсознание уверено, что это и не настоящая работа вовсе – а так, развлечение!
    Ну хватит!
    - А скажи мне, Ани… - Жорж улыбнулся Анайе, при том глаза специально оставил «холодными», такое выражение лица он долго тренировал. – Ты зачем вообще нас отстыковывала?
    Анайя, чуть подобравшись, ответила:
    - Вообще-то нас роботы атаковали. Чёртова прорва сбрендивших «пауков»!
    Жорж вздохнул:
    - Но ты не могла видеть их на тот момент. Лифты тебе закрывали обзор, «пауки» шли по лифтовой трубе. Их даже я не видел: потолок лифта мешал… Ты воспользовалась нападением трёх «пауков» для того, чтобы отправить нас в свободное плавание. Ни о чём другом ты не думала. Иначе, - он улыбнулся, встретившись с Анайей глазами, - не оставила бы им на растерзание меня.
    Ани мрачно скривила губы. Ами вздохнула – и взяла слово:
    - Я объясню. Так будет проще…
    
    ***
    Эйо Дия оказалась классической койсанкой. Во Внеземелье довольно много представителей этой низкорослой расовой группы, Эйо ещё из высоких – почти полтора метра. Характерная для потомков бушменов-готтентотов густая желтизна кожи, угловатое лицо с чуть миндалевидными глазами… Впрочем, то, что представительницы капоидной расы кажутся весьма симпатичными для подавляющего большинства человечества, общеизвестно. Но это она ещё молода: морщины у них начинают появляться раньше. И жир забавно откладывается в первую очередь на бёдрах. И есть особенность в строении половых органов – «готтентотский передник», да…
    Стоп: она его интересует не с этой точки зрения! А то, что его мысли приняли такой оборот, связано с тем, что у неё, в отличие от Герды Нкрумы, Жоржик вызывал нормальную женскую реакцию. Несильную, но заметную. Он за несколько минут общения с Гердой успел от этого отвыкнуть! Надо же…
    Ответы Эйо Дии неожиданностей не принесли. Не знает, не делала, её коллег лучше опросить напрямую, у неё нет подозрений. Готова предоставить доступ к собственным данным.
    - Кого вы считаете наиболее перспективными учёными на «Янусе»? Чьи исследования потенциально наиболее полезны?
    Эйо на миг замерла, понесла руку к губам…
    - А это разные вещи: потенциал человека и перспективность исследований. В личном плане лидирует Герда. А вот исследования самые перспективные, наверное, ведут в Калорисе.
    Калорис, значит? «Южноазиатские неразлучницы» - в невеликих чинах, но с перспективными исследованиями?
    Сердце вдруг ёкнуло. Сердце – но не предчувствие…
    
    ***
    - В качестве основного донора воды используется Сатурн. Инфраструктура развёрнута тут ещё во времена, когда отсюда лёгкий гелий качали.
    Жорж кивнул: когда двигатели перевели на бороводородную смесь, плавающие станции Сатурна остались без работы.
    Амрита продолжила:
    - На заре освоения Внешней Системы Сатурн в качестве источника гелия взяли потому, что он ближе к Земле, на тот момент это ещё имело значение. Кроме того, хотя формально вторая космическая тут – 35, на практике не всё так плохо. Сутки – всего десять с половиной часов, поэтому на экваторе скорость вращения планеты – уже 10 километров в секунду! Плюс ветра – до двух… И выходит, что реальная скорость запуска не столь уж и отличается от той, что была бы на Нептуне или Уране: 22-23 всего. И Сатурн ближе!
    Это Жорж уже знал. К чему это она?
    - При телепортации действует закон сохранения энергии: движущиеся атомы-молекулы перемещать энергетически проще. До возможности перебрасывать что-либо на Марс не хватало совсем чуть-чуть!
    Жорж кивнул: что-то в этом духе он и подозревал:
    - Так вы нашли возможность перебрасывать воду на Марс?
    - Не мы, - признала Ани. – Это разработка Цвингера и Ляны Ли. Мы лишь поработали с картой воздушных течений. Когда внешний рукав Серого вихря оказывается в наиболее выгодном положении и скорость его движения складывается с господствующими ветрами и суточным вращением, гравитационный градиент начинает работать в нашу пользу!
    А в Серый вихрь они сейчас и направляются. Но…
    - А акцепторный конфликт? – сообразил Жорж. – На Марс уже льют азот с Титана!
    Ами улыбнулась – и мягко сказала:
    - А вот эту проблему мы решили. Частоту нуль-поля можно взять другую. Мы провели несколько экспериментов, но теперь необходимо попробовать по-настоящему.
    Жорж даже похвалил себя: его дыхание не дрогнуло! Вообще-то за такое девушкам светил Нобель. Он говорит сейчас с серьёзными учёными. Лавразии повезло с ними – и миру в целом!
    Но зачем так сложно? Не проще им было бы с Ляной Ли договориться? Неужто так за приоритет боялись?
    - А почему?..
    - Наша очередь спрашивать! – перебила его Ани. – Тебе это зачем?
    Анайя окинула взглядом его фигуру. Жорж фыркнул:
    - Мозг оправдывает массу…
    Ани усмехнулась:
    - Я видела твоего коллегу. Он иначе выглядит. И Цвингер – иначе. Твой вариант встречается нечасто.
    Послать к чёрту как-то неудобно…
    Ами покачала головой, прервав повисшую тишину:
    - У нас был один знакомый, родившийся на Титане. Вот он тоже…
    Жорж поднял брови:
    - И что?
    - Ты не с Земли! – торжествующе заключила Анайя. – Ты космач! Умники из их числа не любят выглядеть красавчиками. Чтобы их не путали с… - она запнулась, прикидывая подходящую формулировку.
    - С мужчинами, оказывающими услуги женщинам, - помогла ей Амрита. – Во Внеземелье их, в отличие от Земли, немало.
    - Я просто люблю пожрать! – прорычал Жорж.
    Чистая правда, между прочим!
    Ани нахально улыбнулась:
    - Одно другому не мешает…
    Жорж заткнулся. Да ведь он понравился Анайе! Её поддразнивания – проявление этого! Да и Амрите, только та чуть менее откровенна…
    Ну, раз так… Дело – прежде всего?
    
    ***
    - У Мисси всё нормально, - покачала головой Амрита. – С Ваном они вроде как всё же сошлись. Ван Минь уж очень резкий в суждениях. Гондвану ненавидит, у него отец погиб в время Астрейского инцидента… А его формальные жёны больше друг друга предпочитают.
    …Анайя скривила губы:
    - Нийя – взрывная даже по африканским меркам. Ничего общего с Гердой! Не знаю, как Итиро её терпит… А Матильда Санчез – так, периодически к ним подбивается. У неё если и есть тайный проект, то совместный с Ляной Ли: они подруги. А у Ляны и мужа свободные отношения, но на «Янусе» у неё никого нет…
    - Герда… - повисла заминка. Амрита попыталась подобрать слова:
    - У неё были сложное детство и юность. Друзья её приёмных родителей недолюбливали чистокровных – реакция на расизм с их стороны. И в тех учебных заведениях, куда они её посылали – лучших в Киншасе, не думай! – их тоже не любили. Были всякие инциденты. В одном случае даже пожар произошёл. В другом – её ранили… Она не любит рассказывать про это. А чистокровные её не принимали из-за того, что она из семьи бастеров. Герда не любит Киншасу.
    А потом она всё же нашла друзей – ультрагуманистов, защищающих интересы «истинного человечества»…
    Анайя кивнула:
    - Она немецкий ещё учила… У неё коллекция всяких штук есть. Даже нож такой был, там на рукояти написано «Blut und Ehre», и пара молний – стилизованные буквы С… Это что-то на немецком, да?
    Жорж вздохнул:
    - Почти. Когда-то было на немецком. А теперь это означает «Homo sapiens sapiens». Или «дважды разумный». Или СС. Или 2С. Или просто цифра 2…
    Анайя протянула:
    - Никогда не понимала, что их с Эйо объединяет… Ну совершенно же ничего общего!
    Да и расы разные. Хотя…
    - А сфера научных интересов у неё?
    Ами ответила:
    - Она пытается сжать акцепторную зону: чтобы та распространялась только на часть поверхности планеты. Тоже был бы вариант преодоления акцепторного конфликта: в разные регионы можно было бы разные вещества сливать...
    - А у Ван Миня?
    - Примерно то же самое. Разумнее им было бы объединиться, но…
    Но лавразийский радикал и убеждённая ультрагуманистка – не пара…
    
    ***
    - Ну? – Ами смотрела на приборы на терминале.
    - Мы в потоке! – прокричала Ани из пилотского кресла.
    Амрита посмотрела на Жоржа, вдруг подмигнула – и сказала с непередаваемым акцентом:
    - Poehali!
    Лёгкое жужжание ознаменовало включение телепорта. Впереди Калориса теперь возник силовой конус, внутри которого те молекулы, что соответствовали заданным параметрам, перемещались к акцептору. Конечно, лишь небольшая их часть: можно спокойно войти в конус нуль-поля – ничего не сделается…
    Ани бросила пилотирование, теперь она склонилась над терминалом, за котором сидела Ами. С них можно было бы, наверное, лепить скульптурную группу «напряжённое внимание»…
    - Да, - изменившимся голосом сказала Ами. – Он идёт. По варианту А.
    - По варианту А… - эхом отозвалась Ани.
    «Неразлучницы» обернулись друг к другу – и порывисто обнялись.
    Кажется, Жоржу опять что-то не договорили?
    
    ***
    - Молекулы воды при переброске частично распадаются, - пояснила Ани. – Это следствие изменения частоты нуль-поля. В итоге в атмосфере Марса накапливается не только вода, но и кислород с водородом.
    Ами восторженно улыбалась:
    - Лёгкий водород очень быстро диссипирует в космос. Кислорода же будет становиться всё больше…
    Жорж мысленно кивнул: ну точно – Нобелевка. И – решение проблемы противостояния сверхдержав. Если лить на Марс воду в большом количестве, то часть её будет автоматически «перегоняться» в кислород. Терраформ закончится в кратчайшие сроки!
    Вот только чего ж так муторно стало?.. И… Когда же настоящее дело-то?
    
    ***
    Жорж вздохнул:
    - Увы: распад молекул воды требует энергии. Для нас её уже не остаётся. И мы продолжаем падать…
    Анайя стукнула кулаком по столу.
    Амрита устало признесла:
    - Перестань, Ани! Чуть меньше КПД оказался. Этот вариант мы тоже считали… Просто думали, что нас будет кому подобрать.
    Повисло молчание.
    - Но даже если и нет… - продолжила она чуть позже.
    - Брось свои индийские штучки! – Голос Анайи звучал откровенно устало.
    Жорж пожал плечами:
    - Если мы погибаем, то становимся легендарными героями. Вероятность того, что терраформ Марса проведут быстро и радикально, от этого только растёт.
    Ани поджала губы и кивнула:
    - Это да. Извини, что так вышло. Тебе прыгать к нам было не обязательно.
    Жорж хмыкнул:
    - Меня бы там иначе прикончили «пауки».
    Ани улыбнулась:
    - Но ты-то об этом не знал! Чего тебя понесло к нам?
    Жорж нервно хмыкнул. И признался:
    - Я действительно космач. Местный: на Сатурне родился. Моя мачеха погибла здесь… Упала туда, - он кивнул в сторону ближайшей стенки.
    Амрита и Анайя не перебивали его.
    - Наш «плот» потерял два двигателя и стал проседать. А мы как раз близ нижней кромки шли: ещё бы чуть-чуть – и подняться бы не удалось. В таких случаях положено сбрасывать балласт: весь нижний этаж. Так вот она как раз там оказалась… Я помню, как он отстыковался и пошёл вниз…
    - Она сама приняла такое решение?
    - Нет. Отец отсоединил её. Возможно, она согласилась бы с этим – всегда была фаталисткой… И у отца не было выхода – по крайней мере, он так говорил: очень маловероятно, что она бы успела выбраться, а если бы не успела – погибли бы все, в том числе моя мать и я. Он много раз это рассказывал. Вот только мать… не смогла оставаться с ним после этого. Семья распалась… Он погиб через несколько лет на Юпитере. Мать вернулась на Землю. А я учился тут, на Титане.
    Когда он увидел уходящий вниз Калорис, его слегка переклинило. Но, в конце концов, хуже ведь от этого не стало? Лучше даже…
    Амрита и Анайя помолчали. Потом Ами улыбнулась:
    - А мы на Земле учились в одной старшей школе. Всё время цапались с ней, представляешь?
    - Да быть того не может! – пробормотал Жорж.
    - Ага. Пакости всякие друг другу делали… Вспомнить страшно!
    - И что же поменяло ситуацию?
    - Однажды… - начала Амрита, Анайя же вдруг отвернулась. – У нас очень долго большинство родителей мальчиков хотели. Так много где было, но у нас задержалась традиция. Они оказались в большом избытке. А в школах с нашей специализацией диспропорция стала особено заметна. В общем, однажды Ани попала… в сложную ситуацию. И… мне пришлось вызывать полицию и выносить дверь коптером.
    Анайя, не поворачивая головы, сказала:
    - Не уверена, что я бы на тот момент для тебя бы сделала то же самое. Хотя… наверное, сделала бы. Вражда враждой, но всё имеет предел…
    Ами невесело усмехнулась:
    - Ну я сама серьёзно думала, перед тем как...
    - И что потом?
    - Нас быстро потом выпустили с наивысшими оценками, чтобы замять дело – и, в соответствии с ними, мы получили билет во Внеземелье… И десять лет работали над этой темой.
    Понятно, почему они ведут себя, как школьницы: они во многом ими и остались! Нобелиатки…
    - А еды тут у нас, случайно, нет?
    Амрита слабо улыбнулась:
    - Даже тебя прокормим. Экономить нам теперь незачем…
    Жорж посмотрел на часы… Они коснутся нижней кромки через два с половиной часа.
    
    ***
    Конечно, в холодильнике оказалось только то, что производилось на Янусе.
    - Когда-нибудь можно будет заказывать еду прямо с Земли. По телепорту доставлять будут… - сказала Ани.
    Ами хмыкнула:
    - Кто позволит-то? Помнишь скандал месяц назад, когда в атмосфере над Африкой обнаружили повышение концентрации гелия-три? Чуть война не началась… Потом выяснилось, что утечка с какого-то тамошнего забытого склада топлива. Его забросили, когда бороводородные движки появились…
    - Да уж…
    Жорж вспомнил: повышение концентрации лёгкого гелия – крайне редкого на Земле – прямо над долиной реки Конго здорово взбудоражило стратегов обеих сторон. Возникло подозрение, что кто-то придумал способ обойти блокировку телепортации и «льёт» что-то с Сатурна прямо в атмосферу Земли.
    А кстати…
    - В душ – я первая! – возгласила Анайя.
    Амрита обвела взглядом монументальную фигуру Жоржа – и возразила:
    - Давай вместе, а то воды не хватит на всех. А через полтора часа нам положено быть чистыми…
    Они ушли, перешёптываясь… Но через минуту Ами выглянула из дверей душевой. Голос её прозвучал совсем по-особенному:
    - Жорж? Ты лишним не будешь…
    
    ***
    Жорж смотрел в потолок. Сейчас он был полностью спокоен. Как в детстве, до той катастрофы. Ами и Ани не спали, но и ничего не говорили, в виде исключения…
    - Поженимся? – спросил он в пространство.
    - Замётано, - ответила Ани.
    - Уговорил, - поддержала Ами.
    
    ***
    Забытая мысль вернулась мгновенно.
    - А что будет, если на планете-акцепторе поставить везде, кроме одного региона, генераторы нуль-помех?
    Ами – справа от него – заинтересованно-озадаченно, пробуждаясь от лениво-обречённой неги, ответила:
    - Не считала, но, похоже, всё вещество может сконцентрироваться в одном этом месте!
    Ани дёрнулась:
    - Лёгкий гелий? Долина Конго?!
    «Что-то встреводило гондванские спецслужбы, вся Киншаса на ушах стоит…»
    Да: в критической ситуации «неразлучницы» действительно работали, как одно двухголовое четверорукое существо! Не прошло и десяти минут, как…
    - Всё верно, - Амрита стряхнула пот со лба. – Если гнать с Сатурна лёгкий гелий с дейтерием, то, при отключении одного генератора, они станут концентрироваться именно в зоне его действия. А не столь уж сложными манипуляциями можно фактически сжать акцепторную зону в точку. В этом случае произойдёт… термоядерный взрыв!
    Мрачная Анайя добавила:
    - Любой заданной мощности: сколько туда перешлёшь, столько и сдетонирует.
    Жорж вздохнул:
    - Сегодня празднуется победа в Великой Африканской войне. Вся верхушка соберётся… Каково сейчас население Большой Киншасы?
    Ами и Ани ответили хором, одинаково угрюмым тоном:
    - Около ста миллионов.
    Сто миллионов граждан, столица Гондваны, всё руководство…
    - Ван Минь? – удивленно спросила Ани.
    Ами резонно возразила:
    - Но как бы он обеспечил отключение на Земле одного из гондванских генераторов?
    Кто у нас тут Киншасу так не любит? И у кого там связи есть?
    
    ***
    Последнюю попытку наладить связь Жорж предпринял сам. И…
    - Привет, - Гоба выглядел измождённым. Кожа его казалось не чёрной, а тёмно-серой.
    - Что у вас? – Жорж был готов влезть в экран.
    - С чем именно?
    - С Киншасой!
    Гоба чуть усмехнулся:
    - Всё нормально. Я повязал её. Это было сложно… Жива. Изолирована.
    - Но как?..
    Герда Нкрума не просто больная психопатка, но и чёртов гений! Повязать учёного-маньяка на рабочем месте – задача не из простых!
    - Мне помогли, - признался Гоба, издав ещё один нервный смешок. – Этого она не ожидала.
    К чёрту подробности, времени мало!
    - Слушай, нам нужна помощь…
    Выслушав его, Гоба пожал могучими плечами – и довольно улыбнулся:
    - Да не вопрос! На две секунды переведу Титан-1 с Марса на вас. Этого хватит за глаза!
    Ну да: слив азота с Титана на Сатурн даст достаточно энергии!
    Ну что, дамы? Похороны откладываются!
    
    ***
    После приветствия Жорж прошипел:
    - Гоба, интриган чёртов! «Янус» же тоже в Сером вихре был, ты мог нас просто подцепить – и всё!
    Гондванец усмехнулся:
    - Мне нужно было, чтобы в истории осталось, что выдающихся учёных, обеспечивших быстрый терраформ Марса, гондванцы спасли.
    - Своего не упустишь?
    Гоба хмыкнул:
    - Ты бы того… Пот смыл бы, что ли. И застегнись: засосы на груди и шее уж больно светятся…
    - Завидуй молча! – фыркнул Жорж.
    Гоба тонко улыбнулся:
    - Да у меня всё хорошо. Даже замечательно…
    
    ***
    Душевой комплекс на этом этаже был общий: когда экипаж перестал быть чисто женским, нравы поменялись и этому перестали придавать значение… Так что, когда, выйдя из душа, Жорж встретил вытирающуюся голую Эйо Дию, это его почти не удивило. Ну да, «готтентотский передник». Ну он же и так это знал? И засос под левой грудью. Молодец, Гоба!
    Но он не случайно его сюда послал.
    - Почему? – спросил Жорж.
    Эйо, отложив полотенце, взялась за одежду…
    - В сравнении со всеми позвоночными у людей самый высокий процент половых гормонов в крови. Разум – мощнейший тормоз сексуальности, природе пришлось пойти на крайние меры.
    - Очень интересно, - признал Жорж.
    Эйо иронично улыбнулась:
    - Только в период течки, когда гормональный фон – самый мощный, самки высших обезьян напоминают человеческих женщин. Люди – очень сексуализированные обезьяны…
    Жорж понял, к чему это она:
    - Так капоидная раса, в связи с гипертрофией некоторых элементов половых органов, считается… наиболее далёкой от обезьян?
    Эйо кивнула:
    - Параллельная ветвь. Мы отделились от основного ствола «дважды разумных» почти сто тысяч лет назад. И чуть-чуть опередили их – биологически.
    - И ультрагуманисты согласились… считать себя вторым номером после вас? – поразился Жорж.
    - А они – честные люди. Они и правда считают, что биология имеет значение… Тем более что нас всвё равно меньше на три порядка.
    Жорж рассмеялся:
    - Странная идея…
    Эйо усмехнулась тоже:
    - Предкам из числа бегавших по Калахари биологическое совершенство не помогало. Человек – социальное существо… Биология вторична.
    Жорж не ответил. Эйо, уже одетая, посмотрела ему в глаза:
    - Я не верила никогда в эту муть, но мой научник был ультрагуманистом. Без его помощи бы мне сюда не добраться… И она вовсе не чудовище. Просто в некоторых случаях её клинит. На… избыточно рациональный подход.
    Удар по Киншасе можно списать на Лавразию. Под предлогом необходимости отразить нападение – объединить всех вокруг нового расистского руководства… Священная месть стала бы объединяющей идеологией Юга… Рационально!
    - И я не предавала её. Но… сто миллионов, большинство – такие же дважды разумные! Никому бы не стало лучше!
    Эйо почти кричала.
    Вот и ответ, как Гоба повязал Гердочку.
    - А он сам тоже связан с…
    Эйо, уже шедшая к выходу, пожала плечами:
    - Слегка. Лишь для продвижения по службе…
    Она махнула ему рукой – и вышла в коридор.
    А забавная у неё цифра «три» на груди. Там же, где у Герды и Гобы – двойки.
    
    ***
    Жорж ждал невест в коридоре возле кабинета Ляны Ли. Очень уж той хотелось поговорить с ними… У неё были подозрения, но она не доверяла Аудитору от Гондваны. Поэтому и пыталась… наладить неформальные отношения с Жоржем.
    И что теперь? Дело закончено? Когда работа… даже не начиналась? Нет! Вот теперь предчувствие НАСТОЯЩЕГО дела как раз возникло. Всё, сделанное до сих пор – не более чем прелюдия. А теперь…
    Но, чёрт побери, что он ещё должен сделать???
    Он закрыл глаза, вздохнул – и признался себе: Герда. В ней всё дело.
    Да: гондванцы заловили её на горячем, но… Но ультрагуманисты очень сильны. Точно ли её отправят под суд? Или, наоборот, дадут хотя бы дожить до суда? И она же… гений, практически. Да, она поддерживала связь с единомышленниками, но проект удара по столице принадлежит именно ей! Да они с Гобой вместе не стоят её одной… Если бы она не доверяла Эйо – нипочём бы Гобе её не взять!
    А раз так, то…
    Но ведь ничего не произошло! Сто миллионов смертей – лишь в его воображении! В нереализованных планах! Никто не погиб. Всё ещё можно исправить!
    Да, она всю жизнь искала «своих». Тех, кто примет её такой, какая она есть. И она считала, что уж «новые эсэсовцы», обращающие внимание только на гены, как раз из таких… Но они – в лице Эйо и Гобы – тоже предали её! Вся Гондвана предала…
    А вот Лавразия, прошедшая подобные болезни роста столетия назад, не предаст! Там примут кого угодно. Там можно найти своих! И получить помощь. И…
    Гоба не имеет права отказать ему. Жорж скажет, что хочет просто… поговорить с ней! И вот тогда… начнётся настоящая работа. Возможно, убедить Герду уйти в Лавразию – самое важное из того, что ему приходилось делать до сих пор.
    Дверь в кабинет открылась, сияющие Ани и Ами вышли…
    «Ну, дорогие… - Жорж кинул взгляд на своих наречённых, - пожелайте мне удачи!»

  Время приёма: 17:01 28.07.2019