09:45 09.03.2019
Отпечатан тираж 38-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


10:02 03.02.2019
Поздравляем победителей 48-ого конкурса!
1 Юлес Скела ak003 Таємниця Живени
2 Ліандра ak024 Всі діти світу
3 Нездешний ak002 Подпольщики


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 49 (весна 19) Первый тур

  Количество символов: 12399
Конкурс № 49 (весна 19) Первый тур
рассказ открыт для комментариев

al017 Путь


    Родился ребёнок и пополз по полю зелёной травы. Земля продавливалась под тяжестью его ползущего, счастливого тела, а травинки гнулись не в силах противостоять улыбающемуся личику. Солнце согревало спину, ладошки и колени охлаждала земля. Счастью ребенка не было предела, ведь он стал частью огромного, прекрасного мира, который принял его и отправил в свой собственный путь.
    Некоторое время он радостно полз, затем с не меньшей радостью выпрямился, встал на ноги и стал выше травы.
     «Ух ты!» — подумал ребёнок, увидав бескрайние просторы мира.
     Согнув руки в локтях, улыбнувшись ещё шире, он чуть ли не бегом продолжил свой путь. Трава гнулась всё легче, а земля продавливалась всё глубже, оставляя на себе чёткий, весомый след человека.
     Несколько лет он шёл радостным, весёлым, с высоко поднятой головой и счастливым, лёгким сердцем, затем вдалеке увидел двух взрослых людей. Он добежал до них и очутился на небольшой поляне без травы. Слева стоял его отец и указывал рукой себе за спину, где была кирпичная узкая дорожка. Справа стояла мать и указывала за свою спину, где была узкая, протоптанная, песчаная дорожка. Левее от отца стоял его отец и указывал за свою спину, а правее от матери её отец, указывая за свою. У всех у них были улыбки на лице, но улыбка матери показалась ребёнку теплее. Он подошёл к ней. Мать погладила его по голове и отошла в сторону. Ребёнок медленно, осторожно пошёл по дороге матери. Она была тёплая, но не такая, что была раньше. Дорога эта отбивала лучи солнца, которые обжигали ноги и слепили глаза. С каждым днём идти по неё становилось всё труднее — ноги пекли и болели, в ступнях появились занозы, рука устала от бесконечного нахождения на весу, так как пыталась защитить глаза от лучей солнца. Трава больше не щекотала лодыжки, а солнце, из—за ожогов, не приносило радости. Лицо юноши перестало излучать улыбку.
     — Эй! — послышалось откуда-то сзади.
     Юноша обернулся. К его дороге присоединилась похожая по виду дорога. По ней шёл какой—то незнакомый юноша:
     — Привет! Давай дружить! — крикнул он радостно.
     — Давай.
     — Как ты? Идём.
     Они пошли дальше по двум соединившимся дорогам.
     — Так как ты? — повторил новый друг.
     — Никак. Чувствую, что мир отвернулся от меня. Солнце меня теперь не греет, а обжигает, земля не прохлаждает, а колется, и я больше не оставляю следов. Я перестал быть человеком?
     — Почему же ты выбрал эту дорогу? — спросил друг в ответ.
     — К маме пошёл.
     — Вот оно что… — задумчиво произнёс юноша. — Тогда тебе нужно выбрать другую дорогу. Ступай на мою!
     — Почему?
     — Потому что моя дорога приятная и ведёт к самому Солнцу!
     Юноша переступил на дорогу нового друга, теперь они шли рядом.
     — Ну как? — радостно спросил друг.
     — Да, — кивнул юноша, его губы начали расплываться в улыбке, — твоя дорога действительно приятнее.
     Дальше они шли бок о бок, пока друг не начал опережать юношу.
     — Эй, ты куда? — спросил юноша. — Почему ты так быстро начал идти?
     — Потому что могу! Догоняй!
     — Но я не могу идти так быстро, мне становится больно ногам, когда я ускоряюсь.
     — Старайся лучше! Давай! Вперёд!
     Друг начал идти ещё быстрее и со временем совсем исчез за горизонтом.
     — Привет, — услышал снова одинокий юноша, который уже стал парнем. Он обернулся. К нему сзади подбежал незнакомец примерного его возраста.
     — Ты кто? — спросил парень.
     — Я хочу стать твоим лучшим другом! — ответил незнакомец.
     — Ну не знаю, был у меня уже друг…
     — И что с ним стало?
     — Он ушёл куда-то вперёд.
     — А ты что?
     — А я не могу, его дорога не подходит для моих ног! Чёртовы ноги! Зачем мне такие ноги?
     — Спрыгни.
     — Что?
     — Спрыгни в траву.
     — Зачем это?
     — Там тебе станет легче.
     — Но я не смогу по траве идти так же быстро, как иду по дороге.
     — Но тебе же не подходит эта дорога?
     — Всё! Не хочу я с тобой дружить. Я буду стараться и догоню друга.
     Незнакомец остановился и остался смотреть вслед парню, который преодолевая боль, продолжал идти по колючей дороге, пока не прибыл на пыльную круглую поляну. Поляна расходилась в несколько десятков дорог. Перед каждой из дорог стояли люди. Опять мама, но улыбки на ей лице уже не было. Папа, наоборот, улыбался ещё шире, как и дедушки, которые зазывали к себе за спину. Ещё там было огромное количество других людей, среди которых был и тот самый друг, на дорогу которого ступил парень, ещё будучи юношей.
     Каждый из людей имел за своей спиной разную по размерам, форме и составу дорожку. Парень осмотрел каждую. На дорогу своего «нового друга» он решил больше не ступать. Его заинтересовала дорожка за одним из других людей. Она была золотая, широкая, гладкая, не способная ранить ноги. Парень подошёл к дорожке.
     — Я выбираю эту.
     Отец, даже понимая, что не его дорожку выбрали, заулыбался ещё сильнее, но мать совсем загрустила.
     — Плати, — проговорил страж дорожки.
     — Что?
     — Чтобы использовать эту дорогу, ты должен заплатить.
     Парень засунул руки в карманы шорт, но ничего там не нашёл.
     — У меня нечем заплатить.
     — Как это нечем? Ты ещё вон как молод. Плати временем.
     — Как это?
     — Просто соглашайся и тебя ждёт неимоверное путешествие.
     Парень глянул на мать, та сжала губы и жалостно смотрела на своего ребёнка. Затем на отца, тот показывал два больших пальца. Парень выдохнул.
     — Хорошо.
     Страж отступил. По первым ощущениям дорожка оказалась приятной, гладкой, почему-то даже прохладной. Солнце отбивалось от неё, но уже не так слепило, ведь страж дороги дал солнцезащитные очки: «Небольшой бонус». Улыбка снова появилась на лице парня, он уверенно зашагал вперёд.
     Спустя некоторое время к его дорожке прибилась другая дорожка, с неё послышался женский голос.
     — Привет!
     — Привет! Кто ты? — спросил парень.
     — Твоя любовь!
     — Как это?
     — А вот так!
     Девушка перепрыгнула со своей дорожки на дорожку парня, они пошли под руку.
     — Это любовь?
     — Конечно! Вперёд, любимый!
     Парень пошёл дальше. Дорожка начинала казаться уже не такой приятной — ноги вспотели, болели от усталости, потому что скользили и вынуждены были держать равновесие.
     — Можно и я немного поношу? — спросила девушка.
     — Что?
     Она ничего не ответила, просто стянула очки с глаз парня и натянула на себя. В глаза ударили лучи солнца, со лба потёк пот.
     — И что ты делаешь? — послышалось откуда-то справа.
     Парень и его любовь повернулись и увидели, как по траве вприпрыжку скачет молодая девушка, которая, судя по возрасту, должна была быть далеко позади.
     — Мы идём вперёд, — ответил парень.
     — Скачи куда скакала! — выкрикнула девушка из-за спины парня.
     — Ну ты и болван! — крикнула девушка с травы и начала отдаляться.
     — Почему я болван? — спросил парень, но его любовь ничего не ответила.
     Каждый шаг давался всё тяжелее и тяжелее, ноги скользили всё сильнее, а пот со лба обжигал почти закрытые глаза.
     — Эй!.. — кто-то шепнул снизу. Мужчина глянул вниз и увидел там своего «лучшего друга», который полз в траве. — Эта дорога не твоё место, прыгай ко мне!
     — Отвали!.. — грубо шепнул мужчина. — Эта дорога ведёт к солнцу, не мешай!..
    Лучший друг остался позади. Вскоре они дошли до очередной пыльной поляны, парень уже стал мужчиной, а его любовь женщиной. Она ступила на поляну и сказала:
     — Ну, выбирай.
     — А ты разве не будешь?
     — Буду, но после тебя.
     — Я больше не хочу идти по золотой дорожке.
     — Почему?
     — Мои ноги не приспособлены для неё… Чёрт бы их побрал, эти ноги!
     — Ничего, ты же сильный, можешь и потерпеть. Я жду!
     Женщина затопала одной ногой, скрестив руки на груди. Мужчина ничего не ответил. Дорог опять бесчисленное множество. У золотой стоял ни чуть не постаревший парень. Мужчина удивился, затем глянул на отца, который лишь слегка постарел, и мать, которая практически не изменилась с прошлой встречи. Затем его взгляд пал на своего первого друга, тот тоже лишь слегка изменился, и его всё ещё можно было называть парнем.
     — Как так?
     — Ты отдал мне своё время взамен хорошо вымощенной, приятно дороги, — ответил парень у золотой дорожки.
     Мужчина сглотнул.
     — Ещё желаешь?
     — Нет, спасибо.
     — Сынок, давай уже ко мне, — проговорил отец с ноткой какой-то грусти, хотя на лице у него была улыбка.
     Мужчина глянул на свою любовь — та молча смотрела на него.
     — А может, эту попробуешь? — спросил ещё один человек, за спиной которого была платиновая дорожка.
     Мужчина глянул на дорожку. Она была серая, приятная на вид и ещё глаже золотой.
     — Что это? — спросил мужчина.
     — Логическое продолжение твоей предыдущей дороги.
     — Но она отличается.
     — Да, она другая. Она лучше, могущественнее, властнее.
     Мужчина глянул на женщину, та подмигнула и кивнула.
     — Не хочу, — ответил мужчина, затем подошёл к отцу и проговорил: — Хорошо пап.
     Они обнялись. Мужчина ступил на кирпичную дорогу отца.
     — Идём, — сказал он своей женщине. Та слегка скривилась, но всё же пошла.
     — Не нравится мне эта дорога, она враждебная, не моя, — заговорила женщина через несколько дней.
     — Так и предыдущая была не твоя.
     — Да, но она хоть была золотой.
     Мужчина промолчал. Спустя ещё какое-то время женщина крикнула: «Мне не нравится. Мне трудно идти!» и запрыгнула мужчине на спину.
     — Это любовь? — спросил мужчина сам себя.
     Так они пошли дальше.
     Лицо мужчины уже давно не примеряло улыбку, руки безжизненно свисали, плечи обвисли, ноги едва волочились. Он то и дело бился пальцами об края кирпичей, периодически спотыкаясь. Ещё и любовь повисла на спине. Солнце близилось к закату, но всё ещё продолжало слепить глаза и обжигать тело. Начинало холодать.
     — Ладно! — крикнула любовь. — Ну тебя!
     Она спрыгнула со спины мужчины и перешагнула на откуда-то взявшуюся платиновую дорожку, по которой шагал другой мужчина — высокий, гордый, улыбчивый.
     — Куда ты?
     — Мне твоя дорога совсем не по душе.
     — А я как же?
     Женщина ничего не ответила. Она взяла другого мужчину под руку, они удалились.
     Мужчина простоял некоторое время, затем продолжил путь. Его взгляд был устремлён под ноги. Сил в теле оставалось всё меньше.
     — Эй, друг, — кто-то шепнул справа. Мужчина глянул вбок, там стоял его «лучший друг». — Пора бы уже… — протянул он без какой-либо радости в голосе.
     Мужчина лишь покачал головой, затем вернул взгляд под ноги и побрёл дальше.
     До следующей поляны он добрался уже старцем. Поляна всё так же имела сотни продолжений и перед каждой дорогой стояли люди. Каждый из них зазывал к себе за спину.
     Старец медленно повернул голову в одну сторону, затем в другую. Тоска не покидала его сердце. Он обернулся. Сзади была кирпичная дорога, которая принесла ему одни беды. Как и все предыдущие дороги, так качественно вымощенные кем-то другим. Он вспомнил свою первую тропу, те травинки, что сгибались от давления его ещё молодой головы; вспомнил тепло внутри, улыбку на лице и приятные солнечные объятия.
     Старец обернулся, подошёл к маме с папой, глянул вниз. Между их дорогами была трава. Между травинками что-то было. Старец нагнулся и раздвинул травинки. На земле был отпечаток маленькой ноги. С глаз слетела слеза и упала прямо в след.
     Старик выпрямился, глянул на мать — та широко улыбалась, затем на отца — тот сиял от радости. Старец улыбнулся им и шагнул в траву. На земле остался след от его больной, разбитой ноги. Он пошёл дальше. Все его тело, что болело на протяжении долгого времени, начало наполняться энергией, почти мёртвое сердце — теплом, увядшая душа — счастьем, но ноги, ноги болеть не переставали, они ныли с каждой секундой всё сильнее. Несмотря на боль, старец начал идти все быстрее и чуть не перешёл на бег, как увидел перед собой пожилую женщину, но выглядевшую более здраво.
     — О, а вот болван явился, — сказала она.
     — Почему я болван?
     — Где ты был?
     — Жил.
     — С кем ты жил?
     — С любовью.
     — Правда? И где же она?
     Старец задумался. Они простояли молча несколько минут, затем старец ответил:
     — Передо мной.
     Пожилая женщина улыбнулась, её глаза сузились, вокруг них образовались весёлые морщинки.
     — Мне пришлось топтать траву самой!
     — Прости меня… — протянул старец, опустив голову.
     Пожилая женщина рассмеялась и убежала куда-то в поле.
     — Эй, постой, куда ты?
     Но она ничего не ответила. Старец решил догнать её, но вдруг сзади услышал:
     — Ну, наконец-то!
    Старец обернулся — перед ним стоял «лучший друг», который уже тоже был стар. Они помолчали немного, затем старец спросил:
     — Почему я сразу тебя не послушал?
     — Мало кто слушает, — улыбнулся лучший друг в ответ.
     — Но кто ты?
     Лучший друг вытянул из-за спины зеркало. Старец увидел в нём лучшего друга.
     — Ты — это я?
     Лучший друг улыбнулся. Старец улыбнулся в ответ.
     — Скажи, если бы я всегда шёл своим путём, жить было бы легче?
     — Нет. Но ноги не болели бы.