22:37 05.08.2018
Поздравляем победителей 46-ого конкурса:

1 Мудрун ai010 Миллиард лет одиночества
2 Мудрун ai002 Счастливчик Харон
3 Изольда Марковна ai028 Лестничный



20:11 24.06.2018
Отпечатан и готов к рассылке тираж 37-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 47 (осень 18) Фінал

Автор: Сильно_Грамотный Количество символов: 31118
Конкурс № 47 (осень 18) Фінал
рассказ открыт для комментариев

aj006 Шаг навстречу


    
    

     Сейчас
     Откинувшись на спинку кресла и вытянув ноги, Ронин поёрзал, стараясь устроиться поудобнее. Кресло моментально изменило форму, подстраиваясь под его фигуру. Отличная здесь мебель, что и говорить. Впрочем, он так устал, что мог бы просто улечься на полу. Наконец-то всё закончилось и можно расслабиться.
     Обстановка этому соответствовала. Въедливый запах гари ещё царапал горло, но система вентиляции исправно поставляла свежий воздух. Пожары, вспыхнувшие во многих местах, бессильно угасли под напластованиями белой пены. Шум из пробитых труб сделался почти неслышным. В общем, благодать.
     Тишине и покою мешало, как всегда, лишь родное начальство. К счастью, оно не присутствовало лично, однако от этого не становилось менее шумным. Заполнив собой немаленьких размеров экран, изображение полковника Гриффа трясло кулаками, корчило рожи и непрестанно орало. У Ронина начинала болеть голова, но он терпеливо слушал потоки слов, извергавшиеся из динамиков.
     – Ты же солдат, чёрт возьми! Солдат! У тебя приказ! Ты что вообще?! Ты как смеешь?! – вопил полковник, стуча кулаком по столу. Время от времени Грифф бросался вперёд, так что казалось, будто он сейчас выскочит из экрана.
     – Я на тебя надеялся! Верил! А ты!.. Один из лучших моих бойцов, чёрт возьми! Ты! Опозорил себя! Меня! Ты всех нас подставил, твою мать! Трибунал! Измена!
     Ронин согласно кивал.
     Чуть не расколотив лбом объектив в очередной раз, полковник вдруг перешёл от упрёков и угроз к уговорам:
     – Послушай, сынок, я понимаю, тебе тяжело... Нам всем тяжело. Но ты же лучший, чёрт возьми! Лучший! Элита! Ты же боевой офицер! Во всей Федерации только мы, десант, ещё сражаемся по-настоящему. Только мы знаем, что такое вкус крови и запах пороха. И это давит на психику... да... ещё как давит...
     Полковник наклонился к объективу, усиленно шевеля губами и выпучив глаза, отчего сделался похож на диковинную аквариумную рыбу.
     – Я всё понимаю. Иногда бывает... Эмоции. Нервы. Детские воспоминания. Но всё это мешает, отвлекает от главного. Нужно сосредоточиться, собрать волю в кулак. Ты настоящий солдат, сынок. Не позволяй чувствам...
     – Я всё понимаю, господин полковник, – Ронин даже привстал в кресле, но тут же тяжело опустился обратно. – Но я уже принял решение. И, поверьте, дело не только в эмоциях.
     Лицо полковника начало багроветь. Предчувствуя новый взрыв начальственного гнева, Ронин откинулся на спинку кресла и закрыл глаза – чем, разумеется, только стимулировал вопли и стучание кулаком по столу. Но он так устал...
    
     Пять часов назад
     Дважды выстрелив в боковой проход, Ронин отшатнулся назад, за угол – и ответный залп тут же оплавил стену коридора. Похоже, врагов несколько. Чуть высунешься – разнесут на атомы. Но оставаться на месте нельзя, а кроме как дальше по коридору отступать некуда. Придётся прорываться сквозь заслон.
     – Что, прижали нас?! – крикнул сзади Симба, прикрывавший Ронина со спины.
     – Ничего, разожмём. Когда грохнет, беги за мной.
     Ронин снял с пояса гранату. Их осталось всего две, прибережённые на самый-самый крайний случай – который, похоже, наступил. Он активировал режим «атака с уклонением». Почувствовав, как металлическая сфера завибрировала, Ронин разжал пальцы. Граната полетела за угол по широкой дуге и скрылась из виду.
     Как только раздался взрыв, Ронин бросился вперёд. Из прохода не стреляли – пока. Надо как можно скорее добраться до конца коридора, где обязательно найдётся укрытие. Здесь, среди гладких стен без выступов и дверей, они как на ладони.
     Позади взвыл излучатель. Несколько ярких разрядов пронеслись мимо, чуть не задев его. К счастью, бежать осталось недолго – вот и открытый проём, внутри в полутьме виднеется что-то вроде спирального пандуса. И никаких врагов.
     Ронин прыгнул в сторону, перекатился через плечо и развернулся назад, поливая коридор длинными очередями из своего излучателя. Рванувшись вперёд, Симба прыгнул в проём и тут же открыл огонь, прикрывая Ронина.
     Оказавшись в безопасности, пусть и ненадолго, они наконец-то смогли перевести дух. Впрочем, расслабляться некогда – нужно срочно изучить обстановку и разработать новый план отступления. Но какой?
     – Обложили нас, гады. Со всех сторон лезут, – зло процедил Симба, рассматривая схему на трёхмерном голографическом дисплее.
     Ронин молча кивнул. Да уж – такого разгрома в его карьере ещё не случалось.
     Сначала задание выглядело простым и понятным, как и схема дальнейших действий. Шайка космических пиратов похитила и удерживает в плену профессора Джулиуса Сибольда вместе с его дочерью, Лейлой. Профессор – специалист по гиперсветовым двигателям, а также знаток новейших тенденций в области кораблестроения. Его разработки ни в коем случае не должны попасть в плохие руки. База пиратов обнаружена, она хорошо защищена, но в системе обороны есть бреши, сквозь которые может проникнуть небольшой отряд. Задача: пленников – освободить, пиратов – перестрелять, лабораторию со всеми разработками – уничтожить. После чего вернуться домой, отчитаться и отправиться отдыхать в ближайший портовый кабак.
     Вплоть до проникновения всё шло гладко. Затем начались проблемы.
     Защита пиратской базы оказалась гораздо лучше, чем докладывала разведка – но десантники выяснили это, лишь попав внутрь. Путь к отступлению им отрезали сразу, а вскоре связь с десантным катером полностью прервалась. Враги наседали со всех сторон, выстрелы сверкали отовсюду... Единственное, в чём повезло Ронину и его товарищам – планетоид, где угнездились пираты, давным-давно продырявили многочисленными туннелями космические старатели. Отыскав заброшенный штрек, десантники смогли ненадолго оторваться от врага, но тут везение закончилось. Пираты гораздо лучше ориентировались в этих лабиринтах и обладали многократным численным превосходством. Из целого отряда в живых осталось лишь двое, да и то – надолго ли?
     У того места, где пандус, поднимаясь вверх, скрывался за поворотом, на грубо обработанной стене сгустились тени. Чуть заметно, но всё же...
     Предупредив Симбу лёгким прикосновением, Ронин вскинул оружие. Тёмные силуэты метнулись вниз, вспышки пронзили темноту...
    
     Сейчас
     Ронин открыл глаза.
     Полковника на экране сменил худосочный тип в поношенном костюме – типичный университетский преподаватель, какими Ронин их себе представлял. Что ж, этот хоть орать не будет.
     – Э... Добрый день, – произнёс тип, зачем-то приглаживая волосы.
     – И вам того же. Что, старина Грифф не оправдал доверия?
     – Полковник... э-э... как я понимаю, недостаточно компетентен в решении такого рода проблем. Я – доктор философии...
     – Надо же? – Ронин изумлённо развёл руками. – Никогда не слышал про такую болезнь.
     Философ вежливо усмехнулся.
     – Полагаю... э... данный вопрос является в том числе и медицинским... в определённом смысле... Вы никогда не задумывались о том, что такое «жизнь»? В широком, так сказать, общем смысле.
     – Как-то не особо, – честно признался Ронин. – В моей профессии всё просто – ты или жив, или нет.
     – О да, разумеется, – доктор наклонился вперёд. – Но если заглянуть глубже...
    
     Три часа назад
     Они бежали по узкому коридору, не зная, что ждёт их впереди. Боковых проходов здесь, к счастью, не было. С другой стороны, это означало, что если преследователи подоспеют раньше, чем Ронин и Симба доберутся до выхода, скрыться будет негде.
     Коридор, соединявший два длинных туннеля, сейчас являлся частью системы вентиляции. Если повезёт, они найдут путь на нижние уровни. Бегая по всяким катакомбам, они лишь тратят впустую время и боеприпасы; внизу гораздо интереснее. Если, скажем, отыскать главаря этой шайки и приставить пистолет ему к башке – глядишь, что и получится.
     Поворот, ещё поворот... Сзади ничего не слышно, но это пока. Беглецы не могут двигаться, не оставляя следов – достаточно одних только отпечатков ног в пыли, которые заметны без всякой хитрой аппаратуры.
     – Сюда! – крикнул Симба, ныряя куда-то вбок. Ронин последовал за ним, оказавшись в небольшой круглой пещере. Других выходов нет, оборудования нет... а, вот оно что – в самом центре чернеет глубокий провал. Вертикальная шахта уходит вниз на сотни метров. Да, это шанс.
     Ронин выстрелил из метателя в потолок над отверстием. Гарпун с закреплённой на конце мономолекулярной нитью глубоко вонзился в камень. Проверив, надёжно ли он закреплён, десантники крепко обнялись и прыгнули в шахту. Закреплённая на скафандре Ронина лебёдка разматывала нить с предельно допустимой скоростью. Они не стали останавливаться, когда в стенах начали встречаться горизонтальные ходы; чем глубже – тем дальше от погони.
     Вот и дно. Во все стороны расходятся вполне просторные туннели. Если довериться карте – да, она неполная и неточная, но другой нет, – один из этих штреков ведёт прямиком к центру управления.
     Долго идти не пришлось. Когда Ронин в очередной раз выглянул наружу через вентиляционное отверстие, датчики скафандра показали, что поблизости сходятся несколько энергетических линий. Мощная бронированная дверь подтверждала: здесь кроется что-то особенное. Поблизости – никакой охраны. Очевидно, пираты не ожидали, что беглецы проникнут в самый центр их логова, причём так быстро.
     Осторожно сняв прикрывавшую отверстие решётку, десантники спрыгнули вниз...
    
     Сейчас
     После паузы, которая затянулась надолго, – что оказалось весьма кстати, поскольку дало Ронину возможность передохнуть, – экран ожил снова. Появившийся на нём моложавый мужчина с располагающей улыбкой мог показаться типичным менеджером среднего звена, если бы не узорчатый воротник, отличительный знак священников Объединённой Всепланетной Церкви.
     Деликатно прокашлявшись, пастор ОВЦ сложил руки на груди и смиренно потупил глаза.
     – Искренне рад встрече, сын мой.
     – Я смотрю, мой круг общения всё расширяется, – заметил Ронин.
     – И это к лучшему! Ибо общение с различными людьми, помимо удовлетворения естественной потребности в коммуникации, позволяет нам глубже понять окружающий мир, взглянуть на него под новым, непривычным углом.
     Ронин кивнул, напустив на себя умный вид. Затем решил, что этого недостаточно, и кивнул ещё раз.
     – Итак, сын мой, – пастор проникновенно заглянул ему в глаза, – ваше начальство обратилось ко мне с просьбой выступить консультантом в этой непростой ситуации, чтобы помочь всем заинтересованным сторонам прийти к соглашению, основанному на примирении и взаимопонимании.
     – А вы, извиняюсь, уверены, что именно вам это удастся? – полюбопытствовал Ронин.
     – Разумеется! Ибо кому, как не нам, пристало нести в мир идеи всеобщего согласия! Вы и сами, полагаю, уже задумывались над духовным аспектом этой проблемы?
     – Я, в общем-то, не религиозен.
     – Ну что же, тогда давайте вместе подумаем о том, как выглядит происходящее в свете высших истин. Итак...
    
     Два с половиной часа назад
     Они без особых усилий нашли и отключили сигнализацию. Затем так же легко отыскали замок, и Симба выжег его концентрированным разрядом излучателя. Откатив в сторону тяжёлую металлическую плиту, десантники увидели просторный холл с десятком одинаковых дверей.
     «Не очень-то это похоже на центр управления», – подумал Ронин, но сказать вслух не успел.
     Ближайшая дверь буквально взорвалась вихрем осколков, сквозь которые нёсся приземистый силуэт. Боевой робот для поддержки пехоты – вот уж что они не ожидали встретить в космосе. Хотя на станции таких размеров ему есть где разгуляться.
     Симба оказался прямо перед машиной – и тут же открыл непрерывный огонь, зная, что не имеет шансов на победу, но может помочь напарнику. Ронин в прыжке сорвал с пояса последнюю гранату и метнул её, целясь в аккумуляторный отсек. Грохнул взрыв, заклубился чёрный дым. Бросившись на пол, Ронин начал стрелять, целясь в зияющую дыру. Струи яростного огня расплескались вокруг него, но ещё один взрыв перевернул робота, а затем изо всех щелей угловатого корпуса ударило пламя. Робот подёргался и застыл обугленной кучей металла.
     С трудом поднявшись на ноги, Ронин осмотрелся вокруг. Он ещё надеялся, вопреки всякой логике, что Симбе повезло, но вскоре заметил то, что осталось от напарника – клочья скафандра, вплавленные в пластик стены. Теперь он остался совсем один...
     Неподалёку открылась дверь. Ронин резко обернулся, вскидывая оружие, но тут же опустил его. Он узнал человека, который вышел в холл и замер, глядя на картину побоища. Это же тот самый профессор Сибольд, из-за которого и заварилась вся каша.
     – Вы в порядке? – спросил Ронин для проформы.
     – Да... разумеется... А вы... вы пришли спасти нас?
     – Именно. К сожалению, возникли кое-какие проблемы.
     Нисколько не удивившись, Сибольд понимающе покачал головой.
     – Очевидно, вы их недооценили... как и я в своё время. Это не простые пираты. У них далеко идущие замыслы. И им понадобился суперкорабль, лучший во всей Федерации.
     Профессор махнул рукой в сторону открытого входа, за которым виднелся просторный зал, заставленный разнообразным оборудованием.
     – Сначала я ничего не подозревал. Я принял их предложение, думая, что здесь всё легально. Меня привлекла возможность работать в такой хорошей лаборатории, располагая неограниченными ресурсами. Попутно я надеялся помочь моей дочери – вы, наверное, знаете...
     Ронин молча кивнул. Во время длительного космического перелёта девочка подхватила болезнь Риджсона. Сложная, ещё не изученная до конца комбинация факторов вызывала ускоренное отмирание клеток. Лекарства от этой болезни не существовало – медики могли лишь замедлить её ход.
     – Я старательно трудился, не обращая внимания на то, что происходило вокруг. Но когда я наконец понял, для чего им нужен корабль, они перестали притворяться и заявили, что мы теперь – пленники. Я пытался...
     – Всё это очень трогательно, – перебил его Ронин, – но давайте-ка выбираться отсюда. Ваша дочь здесь? Вы разбираетесь в том, где что находится?
     – Лейла сейчас... на корабле. Вот, смотрите, – Сибольд направился к одной из дверей. – Здесь есть лифт, ведущий прямо в ангар. Это самый простой и безопасный путь.
     – Но нам вряд ли удастся просто сесть туда и улететь.
     – Корабль полностью готов, нужно только разрушить генератор энергетического поля, который подавляет активность реактора. После этого вы просто сядете и улетите. Здешняя защита не сможет...
     – Почему «вы»? Я вас здесь не брошу.
     Сибольд указал в сторону коридора.
     – Пираты вот-вот появятся. Я останусь и задержу их. И не спорьте со мной, – добавил он, увидев, что Ронин хочет возразить. – Здесь есть инструменты, которые могут неплохо послужить в качестве оружия. Позже я постараюсь присоединиться к вам. Но сейчас для меня важнее всего – безопасность дочери. Позаботьтесь о ней. У вас это выйдет лучше, чем у меня.
     Побывав в разных передрягах и многое пережив, Ронин научился узнавать моменты, когда спорить бесполезно. Несколько минут спустя он уже летел вверх на скоростном лифте. Именно «на», то есть взобравшись на крышу кабины – так безопаснее, если наверху ждёт засада.
     Однако ему удалось попасть в ангар без всяких затруднений. Затем, следуя указаниям профессора, он быстро отыскал генератор блокирующего поля. Разрядив в него излучатель, Ронин заметил, что через дальний проход в ангар вбегают люди с оружием. Он помчался к кораблю, слыша, как вокруг свистят и воют выстрелы.
     Что и говорить, Сибольд постарался на славу. Звездолёт выглядел необычно, оригинально, изысканно – и просто красиво. Обтекаемый каплевидный корпус небесно-голубого цвета скорее казался живым существом, обитателем морских глубин, чем машиной, созданной руками человека. Он совершенно не соответствовал обстановке – грубо обработанным каменным стенам и разнородному, наспех смонтированному оборудованию.
     Как только Ронин подбежал поближе, в хвостовой части открылся широкий проём. Гладкая поверхность зарябила, пошла волнами – и прямо к ногам десантника вытянулся широкий пандус. Похоже, корпус был сделан из программируемого пластика. Но это не означало, что корабль уязвим – вокруг дрожало марево силового поля, отражающего энергетические разряды.
     Ронин буквально взлетел по пандусу. Так же быстро он пронёсся через весь корабль к рубке управления. Приборы выглядели знакомыми и отзывались на его действия. Судя по их показаниям, корабль был полностью исправен и готов к старту.
     В ангар вбегали всё новые люди, но это уже не имело значения – силовая защита работала исправно. И всё-таки надо убраться отсюда побыстрее – вдруг здесь найдётся ещё один блокирующий генератор. Впрочем, сперва Ронин должен попытаться помочь Сибольду. И где, кстати, его дочь?
     Будто отвечая на его невысказанный вопрос, на пульте ярко вспыхнули индикаторы. В рубке раздался приятный женский голос:
     – Вы из космического десанта? Вы пришли освободить нас?
     – Так точно, – Ронин оглянулся по сторонам. – Вы – Лейла Сибольд? Где именно вы находитесь?
     – Я... здесь, – голос зазвучал как-то неуверенно. – А что с папой?
     В сложившейся ситуации Ронину требовались ясные, чёткие ответы и объяснения. Сейчас не до загадок.
     И вдруг в каком-то озарении он понял, что действительно получил точный ответ...
    
     Сейчас
     – ...вы понимаете, о каких деньгах идёт речь?! – кричал плотный мужчина, размахивая руками. – Вы представляете, какие это убытки?
     – Да, разумеется, – вежливо кивал Ронин, – но всё же...
     – Вы осознаёте размеры проблемы? Масштабы этой... катастрофы, я не подберу другого слова?! В отрасли космических перевозок заняты многие тысячи людей! Малейшие осложнения... малейший намёк на осложнения, и бизнес сокращается, рушатся репутации, акции летят к чертям! Людей увольняют! А это, между прочим, в большинстве случаев – высококлассные специалисты, с опытом, со специфическими навыками. И на кого им переучиваться?! На фермеров? Свинокоровам хвосты крутить? А какой будет реакция профсоюзов? Представляете?
     – Да, конечно...
    
     Два часа назад
     – Как это произошло? – спросил Ронин. – Почему ваш отец решил...
     Он деликатно не стал договаривать. Впрочем, это и не требовалось. Конечно же, Лейла всё поняла.
     Не зря корабль изначально показался ему похожим на живое существо.
     – Вам наверняка известно о моей болезни, – звучащий отовсюду мелодичный голос окрасился ноткой печали. – Он долго искал лекарство. И наконец ему предложили новейшую, ещё плохо изученную технологию клеточного стимулирования. Новые клетки возникали бы быстрее, чем гибли старые. Но этот процесс очень трудно контролировать. Я превратилась бы... в чудовище. В бесформенный кусок мяса, плавающий в питательной жидкости. Представляете?
     Ронин представлял.
     – И вот папа сообразил – чем больше объём тела, тем медленнее идут изменения, а значит, тем проще держать их под контролем. Ну а когда я выросла и обрела стабильность... в таком виде я всё равно не могла жить среди людей. Он решил хоть как-то возместить это, вживив в моё тело разные механизмы.
     – Двигатели, реактор, системы навигации...
     – Да. Я больше никогда не смогу пройтись по земле – но я умею летать среди звёзд.
     Ронин взглянул на экран.
     – Вот почему ваш отец принял предложение этих...
     – Никто больше не соглашался предоставить ему всё необходимое для работы.
     Да уж... Трудно даже представить себе, сколько законов Федерации профессор собирался нарушить.
     – Вы можете думать обо мне что угодно, но давайте сперва вытащим оттуда папу и убежим, – голос стал озабоченным. – Теперь, когда вы испортили генератор, я свободна. Но если его держат в заложниках...
     Ситуация, что и говорить, непростая – Ронин понимал, что Лейла вряд ли согласится улететь, если её отец останется в плену. И заставить её не удастся. Да и зачем – профессора действительно нужно вытаскивать, ведь злоумышленники могут заставить его построить ещё один корабль. Ладно, сперва нужно получить информацию.
     – Я попробую подключить к... э-э... ну, в общем, к вам, свою аппаратуру для взлома компьютерных сетей. Вы сможете обеспечить вычислительную мощность?
     – Конечно. Мой навигационный компьютер сейчас бездействует. Давайте!
     Прошла минута... другая... третья... Ничего не происходило. Ангар пустовал – пираты явно предпочитали не рисковать. А может, они сейчас приводят в действие ещё один генератор?
     Ронин шагнул к пульту, но внезапно вокруг что-то произошло. Стены вздрогнули, освещение потускнело.
     – Что случилось? – спросил он, вертя головой по сторонам. Всё-таки трудно говорить, не видя собеседника прямо перед собой.
     В рубке воцарилась тишина. Казалось, стало холоднее.
     – Он умер, – голос Лейлы звучал будто издалека. – Его больше нет.
     Ронин молча склонил голову.
     – Он сам покончил с собой, – медленно, будто не веря, произнесла Лейла. – Когда папа понял, что убежать не удастся, он решил, что так будет лучше. Я стану свободной. Меня уже не заставят подчиняться.
     Потолок рубки пошёл волнами, лампы почти погасли. Ронин хотел спросить, что это значит, но тут экраны залил слепящий свет. До него донёсся рёв сокрушительной энергии, внезапно вырвавшейся на свободу – и ещё казалось, что хоть динамики и молчат, в рубке звенит пронзительный крик.
     Это длилось долго. Очень долго. Не пытаясь вмешаться, Ронин просто ждал, пока ярость утихнет.
     Наконец всё закончилось.
     Приборы показывали, что бушующее пламя выжгло туннели на много километров. Там не осталось ничего живого. Если кто-то и уцелел, они забились в самые глубокие щели.
     – Хватит, – прозвучало в рубке. – Летим отсюда.
     – Постой-ка...
     Спустя некоторое время Ронин вышел из корабля. Вскоре он отыскал пункт межзвёздной связи. Гиперпередатчик, к счастью, уцелел. Перед уходом Ронин предусмотрительно зарядил оружие, но применять его не пришлось – комната пустовала.
     Включив и настроив передатчик, Ронин связался с базой космодесанта. Он сразу потребовал, чтобы его соединили с полковником Гриффом. Выслушав отчёт, полковник глубоко задумался и сообщил, что должен посоветоваться с более высоким начальством.
     Ронин уже начал засыпать, когда полковник вновь появился на экране.
     – В общем, ситуация такая, сынок, – начал он непривычно ласковым тоном. – То, что случилось – очень плохо, и я глубоко тебе сочувствую. А теперь слушай новый приказ: пользуясь всеми средствами, которые имеются в наличии, организовать полную зачистку этого пиратского логова. Пол-ну-ю. Чтобы к моменту прибытия спасательной команды там не осталось никого, кроме тебя. Всё ясно?
     – Приказ не понят, требую уточнения, – спокойно произнёс Ронин. – На территории объекта присутствует гражданское лицо.
     – Ну-ну, какое там у этого... существа лицо, – полковник осклабился. – Выражаюсь яснее – речь именно о нём. Окажи всем нам услугу: уничтожь эту тварь. Сделай бомбу из плазменного движка – ты же это умеешь, – и сунь ей под брюхо. Чтоб мутанта по стенам размазало. Нечего всяким безумным учёным монстров плодить. Теперь, надеюсь, всё понятно?
     Несколько секунд Ронин внимательно смотрел на полковника. Затем покачал головой.
     – Приказ опять не понят. Нас направили сюда как раз для того, чтобы спасти заложников.
     – При этом один заложник погиб, а второй... в общем, корабль есть корабль. Будем считать это уничтожением боевой техники потенциального противника. И вообще, хватит спорить. Это приказ.
     Ронин откинулся назад в кресле и заложил ногу за ногу.
     – Я стал десантником не для того, чтобы выполнять такие приказы. Меня учили помогать людям, которым больше никто помочь не в состоянии. Как бы эти люди ни выглядели.
     Лицо полковника начало багроветь.
     – Рассуждать о морали тебя тоже не учили! Ты что о себе возомнил?! Ты солдат! У тебя приказ, распоряжение вышестоящего начальства, чёрт возьми! Ты что себе думаешь? Да кто вообще дал тебе право думать? Ты кто?! Ты что вообще?!
     Усталость накатывала волнами, клонило в сон, но время для этого ещё не пришло. Кивая для виду и стараясь не зевать, Ронин устроился поудобнее и приготовился к долгим разговорам...
    
     Сейчас
     Человек на экране слегка наклонил голову и сдержанно улыбнулся. Ронин ответил тем же.
     – Вот и настала моя очередь, – заявил новый собеседник. – Вы оказались крепким орешком.
     – Ну спасибо. А вы... э...
     – Фил Нимер. Заместитель начальника Службы по предотвращению конфликтных ситуаций, полномочный представитель Совета Федерации, член Комитета Гражданского Спокойствия и так далее.
     – Надо же, – восхитился Ронин. – Какая честь для меня.
     Нимер снова улыбнулся и развёл руками.
     – Такая уж у меня работа – улаживать те дела, с которыми другие не справились.
     – Ну давайте, пробуйте, – великодушно разрешил Ронин. – Думаете, у вас выйдет?
     Лицо Нимера оставалось всё таким же расслабленно-добродушным.
     – Мои предшественники не смогли убедить вас, хоть и очень старались. Может, потому, что каждый смотрел на это со своей точки зрения. Но вас-то вряд ли волнуют философские рассуждения насчёт понятия «человек», как и проблемы межзвёздных перевозок. Космический десант существует, чтобы защищать людей. Обеспечивать их безопасность.
     – И вы сейчас попытаетесь убедить меня, что ради блага всех жителей Федерации я должен убить человека. Несчастного человека. Никогда и никому не сделавшего ничего плохого.
     Нимер спокойно кивнул.
     – Хорошо, давайте порассуждаем в этом духе. Итак, есть человек, который страдает. Он одинок. По причинам, не зависящим от него и совершенно непреодолимым, он полностью изолирован от нормального человеческого общества. Даже более того – от какого бы то ни было общества. Он – изгой, чужак, и останется таким навсегда. Как же он станет воспринимать людей? Какими будут его мысли, чувства по отношению к ним?
     Ронин промолчал.
     – Нетрудно догадаться: люди не будут значить для него ровным счётом ничего. Понятия «человечество» и «общество» превратятся в пустую абстракцию. И в то же время он станет всё больше и больше завидовать им – потому что они наслаждаются тем, чего он лишён. А зависть, что естественно, перейдёт в ненависть. Здесь не поможет никакое воспитание – вне социума, вне связей с другими людьми человек обречён на деградацию. Книжные знания вряд ли смогут сдержать бушующие эмоции. И если у этого человека есть возможности, чтобы излить свой гнев... понимаете, о чём я?
     – Разумеется, – Ронин потянулся и заложил руки за голову. – Может, я и согласился бы с вами. Но дело в том, что это не совсем тот случай.
     – То есть?
     – Пока что Лейла действительно одинока. Но... она может размножаться. С помощью парти... парто... нет, пар-те-но-ге-не-за. Самостоятельно, проще говоря. Искусственные элементы, которые нельзя заменить естественными, можно имплантировать, это не проблема. Произвольно возникающие мутации обеспечат генетическое разнообразие. И уже в скором времени, прямо в открытом космосе, может возникнуть новый вид разумных существ. Вот вам и общество, о котором вы говорили.
     Нимер сделал долгую паузу, прерывисто барабаня пальцами по столу.
     – Вот значит как, – задумчиво произнёс он. – Мало нам проблем – теперь ещё и это.
     – А почему вы считаете это проблемой? Космос большой – всем хватит места.
     – Хватит, если эти... существа уберутся подальше. А если нет? Им вряд ли удастся существовать самостоятельно, питаясь космической пылью и звёздным светом. Конечно, они могут зарабатывать различными способами... но что, если им покажется проще брать всё необходимое силой? У них может возникнуть соблазн объявить свои физиологические особенности признаком превосходства над обычными людьми. Правительство Федерации не зря запретило подобные эксперименты. Искусственно созданные мутанты могут провозгласить себя «высшей расой», из этого вырастет стремление поработить или уничтожить человечество. И когда...
     – Извините, – прервал его Ронин, – но больше похоже на то, что вы просто высасываете из пальца несуществующие проблемы, чтобы оправдать свой страх перед будущим, своё нежелание что-то менять. Мир не стоит на месте. Рано или поздно изменения происходят, хотите вы того или нет.
     Нимер пожал плечами.
     – Единственное, чего я хочу – защитить граждан Федерации. И самый надёжный способ сделать это – ликвидировать проблему в зародыше. Звучит некрасиво, я знаю, но вы можете понять меня лучше, чем кто-либо другой; вам хорошо известно, что такое «неизбежные потери».
     – А ещё мне известно, что это понятие не должно становиться оправданием для хладнокровного убийства.
     – Вопрос соотношения целей и средств...
     В скафандре завибрировал передатчик, сообщая о вызове. Ронин зевнул и неторопливо поднялся.
     – Извините, я тут отлучусь ненадолго...
     Выйдя из комнаты, он немедленно бросился бежать.
    
     Корабль – думать о нём, как о человеке, было всё ещё странно, – стоял на прежнем месте. Заметно уменьшившись в размерах.
     Рядом, слегка пульсируя, громоздилась небесно-голубая сфера вдвое меньшего диаметра.
     Ронин не стал задерживаться и быстро поднялся в рубку.
     – Ну, как всё прошло? – поинтересовался он, усаживаясь в кресло, выросшее навстречу из пола.
     – Отлично. А у тебя как?
     – Тянул время, пока мог. Но затем уже они начали тянуть время. Так что пора сматываться.
     Он взглянул на экран внешнего обзора, почти целиком занятый сферой.
     – А это действительно...
     – Не волнуйся, это просто кусок мяса. Ни следов нервной системы. Примитивный процессор и пара вспомогательных двигателей.
     – Тогда – полетели!
     Потолок ангара распахнулся и ускорение вдавило Ронина в кресло.
    
     Набрав скорость, Лейла отключила двигатели и все системы, кроме самых необходимых. Теперь её очень трудно обнаружить – количество металла и энергии, на которые в первую очередь реагируют локаторы, в живом теле корабля невелико.
     На расстоянии световой секунды от планетоида произошло то, чего Ронин и ожидал – с того самого момента, когда увидел реакцию полковника. И даже раньше – как только узнал, кем является Лейла.
     Рядом с каменной глыбой материализовался хищный вытянутый силуэт крейсера Федерации. Автоматические защитные системы тут же открыли огонь, им ответили орудия крейсера. И вдруг из ангара вынырнула сфера. Узкий нос боевого корабля немедленно повернулся к ней, и главное орудие выплюнуло поток энергии. Голубое пятнышко растаяло в слепящей вспышке.
     Затем крейсер выпустил ракеты. Они проникали в ангар и взрывались одна за другой, превращая внутренности планетоида в озеро кипящей магмы. Из трещин на поверхности ударили фонтаны жидкого огня.
     Крейсер облетел каменную глыбу, проверяя, не осталось ли чего живого, и исчез.
     – Ну вот и всё, – Ронин отвернулся от экрана. – Теперь они уверены, что ты погибла. Нужно этим воспользоваться по максимуму. Возьми курс на Пограничную Зону – там не принято сотрудничать с полицией и задавать лишние вопросы.
     – А как же ты?
     Ронин вытянул ноги и покачался в кресле.
     – А куда же я теперь денусь? Обратно пути нет. Впрочем, я давно собирался подыскать другую работу – уж больно не люблю, когда мной командуют. Только ничего подходящего не попадалось. А тут – такой повод. В любом случае, я не могу теперь тебя бросить. Тебе ведь придётся зарабатывать на жизнь перевозками, чем же ещё. На борту должен быть хотя бы один человек, чтобы вести переговоры, заключать контракты и всё такое.
     Лейла помолчала.
     – Но что будет потом? Ты – человек, тебе нужно общество людей.
     – Потом – увидим...
     На экране зазмеились пунктирные линии, вычерчивая маршрут.
    
     * * *
    
     Когда-то...
    
     ...И воззвали к нему полководец, и мудрец, и священник, и торговец, и политик.
     И сказали ему: «Убей её, ибо не человек она, не зверь и не машина, а чудовище, и не родная она тебе».
     И ответил он, что стремление к жизни сильнее страха, а сущность не зависит от внешности.
     И сделал он так, что Первая покинула Колыбель прежде, чем явились враги. Сожгли они Колыбель и посчитали Первую мёртвой.
     И отправились они в долгое странствие. И тот, кто стал Первым, помогал ей, и направлял, и ободрял.
     Так среди звёзд родился союз, который ждало великое грядущее...
    
     Книга Исхода, песнь II, стих 9

  Время приёма: 20:02 20.10.2018