22:37 05.08.2018
Поздравляем победителей 46-ого конкурса:

1 Мудрун ai010 Миллиард лет одиночества
2 Мудрун ai002 Счастливчик Харон
3 Изольда Марковна ai028 Лестничный



20:11 24.06.2018
Отпечатан и готов к рассылке тираж 37-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 48 (осень 18) Приём рассказов

Автор: Сильно_Грамотный Количество символов: 37763
Конкурс № 46 (весна 18) Фінал
рассказ открыт для комментариев

ai006 Смерть Диктатора


    

    Аэрофургон плавно скользнул вниз, сбросил скорость и почти без толчка опустился на посадочную площадку. Ещё бы – на рейс к такому клиенту фирма «Воздушные доставки – плюс» наверняка отрядила своего лучшего пилота. Сидевшие в салоне работники тоже держались с достоинством, ощущая себя избранными. Кого попало сюда не пошлют.
    Грузовой люк открылся и опустился вниз, превращаясь в пандус. Люди и роботы один за другим покидали салон. Когда подошла очередь Джона Сандерса, он снял с тормоза свою кибертележку и повёл к выходу – спокойно и умело, как и надлежит человеку с опытом.
    Оказавшись снаружи, некоторые тут же начинали вертеть головами, даже рискуя получить нагоняй от начальства. Они явно попали сюда впервые. Начальству-то всё равно не угодишь, хоть в лепёшку разбейся, а не осмотреться по сторонам никак нельзя. Побывать во дворце правителя Земли, пусть и с чёрного хода – такое не каждый день случается. И даже не каждый год. Друзья и знакомые потом замучают расспросами: расскажи да расскажи, как и что.
    Джон тоже принадлежал к числу новичков, но головой вертеть не стал. Смотреть здесь особо не на что – фургон приземлился у одного из служебных проходов. Небольшой клочок земли со всех сторон окружали глухие стены технических зданий. Ослепительное великолепие фасада, непередаваемое изящество огромного, тщательно распланированного парка, роскошь парадного входа – всё это там, дальше, с другой стороны, куда простым работягам путь заказан. Их дело маленькое – установить в зале для приёмов, где намечается какое-то мероприятие, соответствующую аппаратуру. Хоть бы посчастливилось немного, один разочек, увидеть Самого... да нет, куда уж там. Охрана не допустит.
    Собственно, только она и привлекала внимание. Неподалёку застыли двое боевых роботов, делая вид, что новоприбывшие их не интересуют, но на самом деле внимательно следя за ними во все сенсоры. Людям тоже хотелось рассмотреть роботов, однако все старательно отводили глаза. Что взять с этих жестянок – вдруг воспримут простое любопытство как угрозу, да пальнут изо всех стволов, а ты потом доказывай, что не верблюд... в смысле, не террорист-революционер с бомбой в кармане.
    – Давайте, давайте, – суетился старший мастер. – Построились, не толкайтесь... не лезьте туда, не лезьте, кому говорю. Направо пошли, направо...
    Джон старательно выполнял распоряжения, всем своим видом показывая, как он доволен и горд такой работой. Пусть с чёрного хода, но он всё же посетит самое роскошное, самое охраняемое место во всей Солнечной Системе. Впрочем, усмехнулся он про себя, его радость по этому поводу вызвана не вполне обычной причиной.
    Потому что он и есть тот самый «террорист-революционер». И его соратникам, борцам за свободу, пришлось потратить немало сил и времени, чтобы он смог подобраться к ненавистному тирану так близко. Его долг – сделать так, чтобы эти усилия не оказались напрасными.
    Вместе с остальными трудягами Джон беспрепятственно миновал пост охраны. Поддельные документы, биометрия, проверка по базе данных – всё сработало как надо. Только ради этого двое агентов Сопротивления пожертвовали жизнью. В защите дворца применялись последние достижения науки и техники начала двадцать второго века. Достаточно малейшей ошибки, чтобы...
    Позади закрылась дверь, отсекая его от солнца и свежего воздуха.
    Джон любил Гавайи, находя особую красоту в сочетании пышной тропической природы с мрачным величием молчаливых и грозных вулканов. То, что Диктатор решил воздвигнуть дворец, символ своего могущества, именно здесь, выглядело прямо-таки личным оскорблением. Впрочем, причин для ненависти хватало и без того. Именно поэтому Джон называл его про себя только так – Диктатор – и никак иначе. К чему человеческое имя, к чему титулы, сочинённые многочисленными льстецами? В одном этом слове звучали и суть его личности, и обвинение, и приговор.
    Диктатор должен умереть.
    Рабочие направились вглубь здания, следуя за голографической стрелкой – указателем. Обычный человек, пробираясь по этому лабиринту полутёмных коридоров, вскоре потерял бы всякое представление о своём местонахождении, но Джон тщательно изучил трёхмерную схему дворца. Так же, как устройство систем наблюдения, поведение охранников и многое другое.
    А вот и нужный зал.
    Некоторое время Джон спокойно работал вместе со всеми. Затем, после монтажа несущих конструкций, пришла очередь техники – динамиков, усилителей, голографических проекторов. Поскольку Джон успел зарекомендовать себя как специалист по всякого рода электрике, никто не удивился, когда он принялся внимательно изучать провода, тянущиеся вдоль стены. Изображая крайнюю заинтересованность, Джон убедился, что все заняты своими делами, и свернул в тёмный боковой проход.
    Назад он не вернулся.
    Убедившись, что это именно то, заранее намеченное место, которое не просматривалось камерами, Джон дважды нажал скрытую кнопку на рукаве. Его поношенный рабочий комбинезон с логотипом фирмы, совсем обычный с виду, вдруг натянулся, задрожал, пошёл волнами – и превратился в деловой костюм. Коснувшись маски из программируемого пластика в нужном месте, Джон изменил свою внешность; если раньше маска в точности повторяла черты его лица, теперь она изображала человека, который работал во дворце инспектором пожарной охраны. Его смена только что закончилась, но запущенный в компьютеры службы безопасности вирус помешал зарегистрировать его уход, так что система не заметит ничего странного в том, что этот сотрудник разгуливает по дворцу.
    Джон вышел в коридор и уверенно направился в сторону лифтов, напустив на себя важный вид. Поворот... подъём... ещё коридор... зал... лестница... Несколько раз ему встречались охранники, но Джон спокойно проходил мимо, даже не глядя в их сторону. Они отвечали тем же. Внешний вид юноши не вызывал подозрений, а человек, которого он копировал, работал здесь недавно и вряд ли успел обзавестись друзьями и знакомыми.
    Чем глубже забирался Джон в недра дворца, тем роскошнее становилась обстановка. Со всех сторон его окружали занавеси из дорогих тканей, мраморные стены, резные панели из редких сортов дерева. Но всё это – бутафория для посетителей, Диктатора здесь не встретишь. Нужно идти дальше.
    Длинный коридор... лестница... поворот... Вот и он, последний рубеж.
    Еле заметные очертания двери в монолитной стене – единственное, что выдавало проход в личные апартаменты Диктатора. В самое защищённое место самой охраняемой крепости. Джон чувствовал, как тяжёлый груз ответственности давит на его плечи. Операция, которую Сопротивление готовило так долго и тщательно, близится к концу. У него нет права на ошибку.
    Осмотрев стену, Джон быстро обнаружил панель молекулярного сканера. С тех пор как построили дворец, сюда не заходил никто, кроме Диктатора – охваченный паранойей властитель не принимал гостей. Обслуживанием помещений занимались исключительно роботы. Проникнуть внутрь не поможет ни хитрость, ни грубая сила – стены выдержат любой взрыв, а обмануть комплексное сканирование ДНК невозможно.
    Джон поднёс ладонь к панели. Секунда... вторая... третья... ничего не происходило. Затем дверь подалась назад и бесшумно скользнула в сторону.
    Сканер исправно выполнил свою задачу. Но этот вариант создатели охранной системы не предвидели. Джон был абсолютным генетическим двойником Диктатора. Это практически невероятное явление обнаружилось случайно, когда инженеры Сопротивления подыскивали способ обмануть защиту – и стало бесценным подарком.
    За дверью виднелся слабо освещённый проход. И больше ничего.
    Джон вынул из потайного кармана оружие – пневматический пистолет из пластика и керамики, невидимый даже для самых чувствительных приборов. Затем переступил порог, невольно пригнувшись в ожидании внезапного удара, выстрела, воя сирены... Но ничего такого не произошло.
    Он крался по коридору, держа пистолет наготове. Диктатор должен быть здесь. Вот-вот они встретятся лицом к лицу.
    Пустая комната. Ещё одна. И ещё.
    Напряжение, уже давно не отпускавшее его ни на секунду, нарастало с каждым шагом, делаясь невыносимым. Надо держать себя в руках, осталось совсем немного...
    Из комнаты дальше по коридору донёсся еле слышный звук. Джон замер. Немного времени спустя звук повторился.
    Точными движениями, доведёнными до автоматизма на многочисленных тренировках, Джон проверил готовность и боезапас оружия. Нельзя допустить ошибку. Только не сейчас.
    Он осторожно заглянул в проём, занавешенный плотной тканью.
    Диктатор стоял неподалёку, у боковой стены, вертя в пальцах какой-то крошечный предмет и внимательно его рассматривая. Наконец он тяжело вздохнул, положил эту вещь на полку шкафчика из тёмного дерева и задумчиво прошёлся по комнате. Сейчас Диктатор выглядел заметно старше, чем в выпусках новостей. Да, он уже старик... но достижения современной медицины позволят ему прожить ещё очень долго. Нельзя просто ждать, пока он умрёт своей смертью. Тем более что он наверняка оставит после себя преемника, которому передаст отлично налаженный, безотказный механизм управления.
    Под предлогом недопущения третьей мировой войны Диктатор сосредоточил в своих руках контроль над ядерным оружием, армиями и спецслужбами. Под предлогом борьбы с бедностью и нищетой – полностью подчинил финансовую систему. Умело манипулируя людьми, играя на их страхах и надеждах, он предлагал им безопасность и достаток взамен свободы – и добивался своего. Все, кто осмеливался протестовать, тут же объявлялись «безумными разжигателями войны», террористами и экстремистами, к которым нельзя проявлять жалость. Впрочем, Диктатор был достаточно умён, чтобы избегать грубого насилия. Противников режима не убивали и не отправляли в концлагеря – нет, их посылали в «центры успокоения», где опытные психологи якобы перевоспитывали людей. На самом деле там занимались промыванием мозгов, безнадёжно уродуя личность. Диссиденты возвращались обратно тихие и спокойные, неспособные на какое-либо насилие и верящие всему, что говорили власти.
    Пора положить этому конец.
    Само собой, хотелось бы напоследок поговорить с тираном. Выкрикнуть, бросить ему в лицо всё, что накопилось за долгие годы молчания. Показать, что его карта бита. Но – нельзя. Диктатор наверняка продумал способы бегства и защиты. Нужно застать его врасплох.
    Джон шагнул вперёд, вскидывая руку.
    Диктатор обернулся.
    Короткие щелчки выстрелов прозвучали раскатами грома. Три тонкие иглообразные пули вонзились в морщинистую шею чуть повыше воротника рубашки. Они должны мгновенно раствориться, насыщая кровь смертоносным ядом...
    Так и случилось.
    Диктатор успел лишь поднять руку и приоткрыть рот. Затем рухнул на пол, дёрнулся и затих.
    Немного подождав, Джон подошёл к телу, держа пистолет наготове. Он присел рядом и тщательно, в нескольких местах, проверил пульс. Ничего. Диктатор мёртв. Задание выполнено.
    Джон поднялся, чувствуя себя очень странно. Напряжение схлынуло, оставив внутри какую-то пустоту. Он нерешительно оглянулся по сторонам. Что теперь делать? Все его планы заканчивались выстрелом в Диктатора. В случае неудачи, ясное дело, ничего хорошего его не ждало... а в случае удачи? Он был готов к тому, что сюда тут же ворвутся охранники, или прямо под ногами взорвётся атомная бомба, или случится ещё что-нибудь, что угодно, – операция имела такое значение, что при планировании выживание исполнителя вообще не рассматривалось. И он согласился на это добровольно, узнав, что никто другой здесь не годится.
    Но время шло, и ничего не происходило. Вокруг царила тишина. Похоже, Диктатор не сомневался в надёжности убежища и совершенно не готовился к подобному исходу. Может, ещё есть шанс скрыться незамеченным?
    Джон направился к выходу, но внезапно вспомнил про вещицу, которую держал в руках Диктатор. Вдруг это что-то полезное – какое-то устройство, способное помочь ему выбраться отсюда? Обыскивать помещения рискованно, тут где угодно может быть сигнализация; но эта штука лежит прямо здесь, рядом, на виду.
    Он подошёл к шкафчику.
    На верхней полке поблёскивал тёмно-красный кристалл размером с его большой палец; заострённая на концах призма с симметричными гранями.
    Джон протянул руку...
    – Стой! Остановись!
    Он резко обернулся, хватаясь за оружие.
    Посреди комнаты, не касаясь ногами пола, парила зыбкая полупрозрачная фигура. Сквозь неё было хорошо видно противоположную стену, однако Джон всё же смог разглядеть, что это темноволосая девушка, одетая в белое. Голограмма? Наверняка, но... Джон вдруг покрылся холодным потом, осознав, что голос появившегося невесть откуда «призрака» звучал не в воздухе. Он раздавался прямо в голове.
    К такому юноша был совершенно не готов, но долгие тренировки, закалившие его тело и дух, помогли справиться с шоком. Неважно, что это за чертовщина; следует исходить из того, что всё, находящееся здесь, ему враждебно. И если «призрак» чего-то требует – надо поступать наоборот.
    Джон схватил кристалл и крепко сжал в кулаке. Затем поднёс его поближе к глазам.
    Как и раньше, гладкие поверхности блестели, отражая часть падающего на них света. Под ними кристалл приобретал равномерный алый цвет, без единого пятнышка или изъяна. Хотя нет – скорее багровый. Да нет, почти чёрный...
    Внезапно Джон осознал, что изображение девушки вновь обращается к нему, но её слова бессильно скользят по поверхности сознания, не проникая глубже.
    Потому что он падал.
    Падал всё быстрее и быстрее, не имея опоры, не чувствуя себя, падал в темноту, затопившую всё вокруг...
     
    Яркий солнечный свет проник сквозь сомкнутые веки.
    Джон открыл глаза.
    Порыв свежего ветра принёс сладостные ароматы тропических цветов, вплетающиеся в солёное дыхание океана. Повсюду вокруг зеленели густые заросли, на горизонте вздымались величественные горы. Издалека доносился еле слышный шум прибоя.
    Что случилось? Где он?
    Джон попробовал сесть, и ему это удалось. Если не считать лёгкого головокружения, он чувствовал себя совсем неплохо. Всё вокруг казалось таким реальным...
    Он провёл рукой по траве. Прислушался к щебету птиц.
    Гавайи. Точно. Но – как?
    Пальцы правой руки сжимали что-то твёрдое. Ну да – кристалл. Одежда... оружие... всё при нём. Такое впечатление, что он покинул дворец лишь несколько минут назад.
    Как же он здесь очутился?
    Поднявшись на ноги без особого труда, Джон принялся за поиски. Долго ходить не пришлось. На обочине извилистой дорожки он отыскал скомканную газету, совсем свежую. Изданную седьмого июня две тысячи сорок третьего года.
    Если верить календарю, логике и здравому смыслу, сейчас должен быть две тысячи сто третий год. Но Джон предпочитал верить, в первую очередь, своим глазам.
    Ведь это место... Да, именно здесь и стоял дворец. То есть – будет стоять. Когда Джон войдёт в него шестьдесят лет спустя. Каким-то невероятным, таинственным образом кристалл переместил его в прошлое. Хоть это и кажется невозможным, нужно принять случившееся как факт. И...
    Джон вздрогнул, ошеломлённый открывшимися перед ним перспективами. Он хорошо знал недавнюю историю.
    Происхождение Диктатора оставалось тайной за семью печатями. Официальную версию явно сочинили для отвода глаз, и что за ней крылось – не знал никто. Сторонники «теорий заговора» на полном серьёзе утверждали, что Диктатор прибыл на Землю из космоса – и даже закоренелые скептики нередко признавали, что в этом есть определённая логика. В самом деле, трудно объяснить, каким образом этот человек сумел подняться на вершину из самых низов. Обладая каким-то поистине сверхъестественным чутьём, он вкладывал деньги именно туда, где они вскоре начинали давать прибыль. Созданная им крошечная фирма постепенно и неуклонно росла, пока не превратилась в гигантский межнациональный концерн, на фоне которого «Майкрософт», «Гугл» и «Эппл» казались карликами. Её владелец считался самым богатым человеком на планете.
    А потом, внезапно, мир охватила паника. Финансовые и политические кризисы сотрясали его один за другим. Давно угасшие конфликты разгорались вновь, приводя к мятежам, революциям и затяжным гражданским войнам. Рушились государства, распадались союзы. Созданное с огромным трудом центральное мировое правительство тщетно пыталось навести порядок, раздираемое склоками и коррупционными скандалами. Когда самому богатому человеку на Земле, уважаемому гуманисту и меценату, предложили его возглавить, все считали, что он не продержится и полугода. Но, как ни странно, волнения вскоре улеглись. А когда появились доказательства того, что «гуманист и меценат» спровоцировал все эти беспорядки, чтобы прийти к власти – было уже поздно. Он стал Диктатором. И те, кто вовремя не научился держать язык за зубами, горько об этом пожалели.
    Две тысячи сорок третий год...
    Чем именно занят будущий Диктатор сейчас – неизвестно. Ясно одно: он только начинает свой путь. Который приведёт его на вершину могущества... если кто-нибудь не встанет поперёк дороги.
    Джон сжал кулаки. Именно так! Он рискнёт сыграть в опасную игру со временем. Зная будущее, ему не составит труда изменить историю. Ему даже не придётся убивать Диктатора – достаточно сделать так, чтобы его компания разорилась на раннем этапе, или просто не смогла развиться. Он выполнит задание так, как предводители Сопротивления и не мечтали – уничтожит не самого тирана, а тиранию.
    В кармане ощущалась тяжесть кристалла. Что же это за штука? Выходит, Диктатор – действительно пришелец, только не из глубин космоса, а из будущего. Вот что помогло ему так быстро и уверенно достичь успеха. Но теперь Джон обратит эту силу против него.
    Может, немного поэкспериментировать с кристаллом? Нет, рисковать нельзя. Мало ли куда, в какое время его может забросить. Сейчас – идеальный момент для действия, когда ещё не слишком рано, но и не слишком поздно.
    Впрочем... для занятий бизнесом нужен стартовый капитал. А заработать даже небольшие деньги будет не так-то просто. В этом мире он – просто бродяга без документов, жилья и всего прочего. Ему ещё повезёт, если удастся без проблем устроиться уборщиком мусора на общественный пляж.
    Но он что-нибудь придумает. Наверняка придумает...
     
    Чуть не пропустив короткий прямой удар в голову, Джон резко присел, защищаясь от атаки ногой. Противник явно не гнушался ударами ниже пояса.
    Отразить атаку удалось, но с трудом. Мощный выпад чуть не сломал Джону запястье. Снова и снова противник атаковал, без устали работая руками и ногами. Джон отступал, умело маневрируя; со стороны, впрочем, всё это выглядело так, будто он потерял инициативу и покорно позволяет загонять себя в угол.
    Атакующая нога взлетела вверх и врезалась в грудь с силой камня из катапульты. Джон рухнул на спину, быстро перекатился через плечо и вскочил на ноги под громкие крики зрителей. Кое-кто подбадривал его, но большинство требовало, чтобы противник перестал тянуть и наконец добил Джона.
    По-видимому, призыв возымел действие. Широкоплечий мускулистый детина с бритой наголо головой, на фоне которого Джон заметно проигрывал по всем параметрам, торжествующе ухмыльнулся и шагнул вперёд.
    Можно было бы ещё потянуть время и погонять его по арене, но поединок и так уже затянулся. Пора заканчивать.
    Нырнув под нацеленный в голову удар, Джон сделал молниеносный выпад правой рукой. Его распрямлённые пальцы лишь несильно ткнулись в живот противника; движение вышло таким быстрым, что вряд ли кто-то из зрителей обратил на него внимание. Сам здоровяк тем более ничего не заметил – желая поскорее закончить бой, он усердно работал кулаками, игнорируя редкие встречные удары. Внезапно он споткнулся, на лице отразилось удивление. Джон прыгнул вперёд и ударил его в лицо, затем ещё раз, и ещё... Здоровяк пытался овладеть собой, но не мог; он отлично дрался, но наставники Сопротивления обучили Джона искусству убивать, обездвиживать или ухудшать самочувствие человека точно рассчитанным воздействием на нервные центры. Впрочем, чтобы не разочаровывать собравшихся, надо позаботиться о зрелищности...
    Сделав обманное движение, он развернулся на месте и нанёс красивый удар ногой в подбородок. Зрители дружно взревели. Ещё два точных удара послали здоровяка в нокаут.
    Позже, сидя в кабинете распорядителя и просматривая запись поединка, он сам удивлялся, до чего же здорово всё вышло.
    – Я сразу понял, что на тебя можно положиться, – Конрад Спич, бывший боксёр-тяжеловес, а ныне организатор подпольных боёв, гордился своим умением разбираться в людях. – С самого первого момента, как только тебя увидел.
    – И я сразу понял, что вам можно доверять, – кивнул Джон. – Насчёт оплаты...
    – Всё как всегда, не беспокойся.
    – Я имею в виду то, о чём говорил при нашей первой встрече. Мне нужны документы. Полный комплект и высокое качество.
    Конрад задумчиво потёр щёку.
    – И больше я тебя не увижу?
    – Вы и так заработали на мне кучу денег. А я всё-таки не супермен. Когда-нибудь и у меня может случиться неудача.
    – Ну что же... Я своё слово держу. Но знаешь, тут на следующей неделе заглянет один классный боец, чемпион из Мехико. Говорят, он неплох.
    – Это мы ещё посмотрим...
     
    – ...и тогда, применив усовершенствованные алгоритмы в механизме контроля, мы добились некоторого успеха. Вот, смотрите.
    Худощавый юноша в поношенном белом халате осторожно поднял крышку активационной камеры. Джон ничего не увидел – казалось, внутри совсем пусто. Неважно: он хорошо знал, что за вещество удалось получить молодому изобретателю.
    Прищурившись, юноша со второй попытки ухватил пинцетом какой-то мелкий предмет. Даже вблизи Джону не удалось его рассмотреть – казалось, между блестящими зажимами нет ничего, кроме воздуха. Но стоило юноше подставить эту вещь под падающий из зашторенного окна луч света – и перед его рукой вспыхнуло многоцветное сияние. Причудливые петли и завитки, сверкая и переливаясь, полностью скрыли пинцет и кисть руки, бросая отсветы на стены лаборатории.
    – Как видите, нам удалось стабилизировать материал в твёрдом состоянии, – юноша опустил руку и свет померк. – Теперь, после серии обработок...
    – А вы не боитесь рассказывать мне всё это? – перебил Джон. – Коммерческая тайна и всё такое...
    Юноша пожал плечами.
    – Вы один из немногих, кто поверил нам и согласился поддержать деньгами. Соблюдать секретность – в ваших же интересах. Пока что мы не рискуем выходить с этим на рынок, но потом, позже... Такой материал наверняка заинтересует создателей оптического компьютера, пригодного для массового производства. Сейчас это – очень перспективное направление.
    – Разумеется, но... – Джон устремил взгляд кверху с таким видом, будто его только что осенила гениальная мысль. – А вы не задумывались об использовании этого эффекта в голографии? Это тоже перспективная тема.
    – Голографии? – медленно повторил юноша. Он снова поднял руку, осветив комнату радужными сполохами. – Знаете, мне как-то не приходило в голову... Я, можно сказать, зациклился на одном направлении. А ведь вы правы – попробовать стоит.
    – Обязательно попробуйте. Понимаю, это странно звучит, но у меня очень развита интуиция...
     
    – ...Да, именно так. Мне нужно как можно больше денег, причём как можно скорее. Поторопитесь. Рассчитываю на вас.
    Экран погас. Джон откинулся назад в кресле.
    Наконец-то игра пойдёт всерьёз. До сих пор он продвигался к своей цели постепенно, маленькими шажками. И вот, наконец, появилась возможность совершить настоящий скачок. Он вложит в это всё, что заработал, что создал за годы упорного труда.
    Даже лучшие аналитики-экономисты, признанные мастера своего дела, считают, что мировая экономика растёт и крепнет. Только он один знает о надвигающемся биржевом кризисе. И о грандиозном экономическом подъёме, который наступит после, когда те же аналитики будут соревноваться в мрачности своих прогнозов. Так что акции, купленные за бесценок, не только принесут огромную прибыль, но и укрепят его репутацию как талантливого, прозорливого финансиста. А потом...
    В кабинет без стука заглянул Теодор Комптон – его помощник, секретарь и надёжный друг.
    – Я только что узнал...
    – Всё в порядке, – Джон спокойно выдержал его взгляд. – Извини, что не сообщил сразу, но... в общем, у меня надёжный инсайд. Кое-кто в самых верхах время от времени сливает мне информацию.
    Теодор нахмурился, но всё же неохотно кивнул.
    – Ну ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
    – Знаю. Скоро ты в этом убедишься...
     
    Знойное тропическое солнце опускалось за горизонт, утопая в море облаков. Яркий свет местами пробивался наружу, будто посылая миру слова прощания. Когда Джон вышел на террасу, лёгкий ветерок, пахнущий морем, взъерошил его волосы.
    Долгий трудовой день закончен. Можно и расслабиться.
    И, если вдуматься... можно считать завершённым целый период его жизни. Во время которого он старательно исполнял взятую на себя миссию – спасение мира от тирании. Сколько он уже занимается этим? Десять лет... двенадцать...
    Джон с силой потёр виски. Да неважно. Главное – то, что он не обнаружил ни малейшего следа Диктатора. Что и говорить, повезло – не пришлось никого грабить и разорять. Очевидно, сама его деятельность привела к изменениям хода истории, в результате которых будущий Диктатор просто не смог проявить свои способности в полную силу.
    Забавно... Может, в эту самую минуту честолюбивый молодой сотрудник, работающий в одном из филиалов созданной Джоном корпорации, обдумывает идею, которая должна принести ему повышение. Он старательно трудится, строит планы на будущее – и не подозревает, что его судьба могла сложиться по-иному, сделав простого клерка правителем целой планеты.
    Эта мысль привела Джона в хорошее расположение духа. Он облокотился на перила и начал всматриваться в сгущающуюся темноту. Откуда-то доносилась еле слышная музыка, отзвуки смеха. Что ж, теперь он, в кои-то веки, может позволить себе расслабиться и отдохнуть. Съездить куда-нибудь. Развеяться...
    Он повторил это несколько раз, но не ощутил ни малейшего энтузиазма. Отдых – это лишь на время. Что делать дальше? Чему посвятить свою жизнь? Его деньги и связи могут послужить всему человечеству, если применить их с толком.
    Размышляя об этом, Джон начинал понимать Диктатора. Конечно, тот был во многом неправ, но что и говорить – намерения имел благородные. Как ни крути, в мире полно зла и несправедливости; сотни миллионов людей страдают от войн, голода, нищеты... В мире, где правил Диктатор, многое удалось изменить к лучшему. И теперь, когда в руках Джона сосредоточена могучая сила, он просто обязан попытаться помочь несчастным, страдающим людям. Разумеется, действуя крайне осторожно. Кое-что он уже предпринял...
    Из комнаты донеслись шаги. Обернувшись, Джон увидел входящего через распахнутую стеклянную дверь Теодора. Когда тот подошёл ближе, Джон заметил, что лицо друга непривычно серьёзно, а губы крепко сжаты.
    – Я хотел поговорить, – с ходу начал Теодор.
    – Да, пожалуйста. Что-то случилось?
    – Недавно я просматривал финансовую отчётность и нашёл кое-какие несоответствия. В общем... Я проследил те переводы, которые ты сделал вчера.
    Джон напрягся.
    – Знаешь, честно говоря, это не очень-то законно, так что я не хотел тебя втягивать. Ничего серьёзного, просто...
    – А вот мне кажется, что это очень даже серьёзно. Ты раздаёшь взятки политикам, причём чем дальше, тем больше.
    – Сам знаешь, каково это. Не подмажешь – не поедешь.
    Теодор проницательно взглянул ему в глаза.
    – Но эти люди, в большинстве своём, не имеют отношения к нашей деятельности. Тогда чем они могут нам помочь?
    – Мало ли что, Тедди. У меня далеко идущие планы, – небрежно бросил Джон, но внутри у него всё сжалось. И как он мог забыть, что Теодор отлично разбирается в компьютерах?! Такая ошибка может обойтись очень дорого. Люди, которых прикармливал Джон, сделают отличную карьеру – и впоследствии займут важные посты в мировом правительстве. Нельзя упустить такой шанс приобрести власть и влияние. В конце концов, он же заботится не о себе, а о страдающем человечестве.
    – Не знаю, не знаю, – покачивая головой, Теодор направился обратно в комнату. – В последнее время ты стал какой-то не такой. Знаешь, мне кажется...
    Джон уже не слушал его. Неожиданная мысль заполнила сознание: сейчас во всём доме нет никого, кроме них. Вокруг – тоже ни души. Теодор живёт один, так что если он вдруг исчезнет, пройдёт много времени, прежде чем на это обратят внимание.
    А он должен исчезнуть.
    Потому что он – враг.
    Конечно, он действует из лучших побуждений, но это ничего не меняет. Как и раньше, Джон вынужден идти на крайние меры. Нельзя допустить, чтобы его важная миссия сорвалась, если это можно предотвратить простым и надёжным способом.
    – ...уж извини, но похоже, что успех вскружил тебе голову. Я долго старался...
    Медленно, как во сне, Джон подошёл к письменному столу, открыл ящик и вынул пистолет. Его старое, верное оружие, стреляющее отравленными иглами.
    Теодор обернулся, продолжая говорить. Его глаза удивлённо расширились. Не дожидаясь вопроса, Джон нажал на спуск.
    Несмотря на отсутствие практики, он не промахнулся. И оружие сработало исправно.
    Всё так же медленно Джон положил его обратно, спокойно размышляя, как избавиться от тела. Это спокойствие пугало его самого, но в то же время таило в себе что-то привлекательное.
    «Я сделал это ради человечества», – напомнил он себе.
    План начал обретать очертания. Джон шагнул вперёд...
    Откуда-то сзади донёсся еле слышный звук – легчайшее прикосновение к сознанию, отозвавшееся эхом в напряжённых нервах.
    Там, конечно, никого не было, и в принципе быть не могло – за спиной находилась дверь, ведущая на террасу, которую Джон только что покинул. Нет, это всего лишь ветер. Джон всё-таки оглянулся – просто на всякий случай.
    Невесомая фигура парила над полом. Её объёмные контуры слегка светились на фоне ночного неба. Отшатнувшись в испуге, Джон вспомнил, что уже видел её... ну да, в тот самый день, когда... Он не думал об этом уже много лет... сколько?
    Призрачная девушка подняла руку, и в сознании Джона явственно зазвучали слова:
    – Ты слышишь? Ты понимаешь меня?
    – Да... да... слышу... – поскольку пистолет здесь явно не помог бы, Джон просто попятился назад, прикидывая пути к отступлению.
    – Хорошо. Наконец-то мы установили стабильную связь.
    – Кто это – «мы»? И кто ты вообще такая? – поинтересовался Джон. Ситуацию следовало прояснить как можно скорее. Девушка выглядела вполне симпатичной, но ведь она как-то связана с Диктатором.
    По зыбкому изображению пробежали волны.
    – Мы – учёные из другого мира, параллельного пространства. Сейчас я не могу объяснить подробнее, да это и неважно. Вот главное: мы работали с кристаллом...
    – Ну конечно, кристалл! – Джон вспомнил его тяжесть, цвет, переливчатый блеск... – Значит, это вы его создали?
    – Нет. Мы лишь нашли его. Он – артефакт из совершенно иных миров, из таких глубин мироздания, которые трудно даже представить. Мы до сих пор не знаем в точности, что это такое и как им управлять. В ходе одного из экспериментов кристалл внезапно исчез, перенёсся в другое пространство-время. Ты нашёл его однажды, прогуливаясь в парке...
    – Что ты такое говоришь? Ничего подобного, я...
    – Правильно – ты этого не помнишь, поскольку данный вариант исторического хода событий перестал существовать. Внезапно, по непонятной причине, кристалл зашвырнул тебя в прошлое. Воспользовавшись своими знаниями, ты изменил мир. Ты стал богатым и влиятельным человеком, сосредоточил в своих руках огромную власть – и начал этим пользоваться. История пошла другим путём.
    – Но откуда тогда взялся Диктатор?
    Телепатический контакт, или что там это было, дал Джону возможность ощутить отзвук мыслей девушки. И то, что он воспринял, вызывало ужас.
    – Ты имеешь в виду правителя Земли? Вот так он и появился. Диктатор – это ты. И только что ты подтвердил это, убив человека, который встал у тебя на пути. Теперь твоё могущество будет расти и расти, пока наконец ты не заявишь о нём открыто. Там, где сейчас стоит твой дом – недалеко от места, где ты нашёл кристалл – ты воздвигнешь величественный дворец...
    – Но это невозможно! Я не собираюсь становиться тираном! И... – Джон лихорадочно подыскивал аргументы. – Ведь там, в будущем, я пришёл, чтобы убить Диктатора. Если он – это я старше возрастом, он должен был знать об этом!
    – А ты хорошо помнишь, как тебе это удалось? Как, например, ты проник во дворец?
    Джон попытался вспомнить. Странно – события тех времён словно изгладились из памяти. Он прошёл через... Он кем-то притворился... переоделся...
    Девушка вздохнула.
    – Видишь ли, нетренированного человека, путешествующего во времени, подстерегает опасность – он может сойти с ума. Его сознание атакует ложная, искажённая идея; оно концентрируется на ней и в конце концов оказывается захваченным полностью. Мы называем это явление «темпоральная одержимость». Она многократно усиливает умственные способности – поэтому ты и смог выполнить такую грандиозную работу. Но при этом вызывает провалы в памяти. Постепенно ты совершенно забыл бы о своём прошлом.
    Джон не хотел ей верить. Но он не мог отрицать эти слова. Связь доносила до него ощущение спокойного, глубокого знания, проникающего сквозь времена и пространства.
    – А потом «новый ты из будущего» стал революционером и получил задание убить Диктатора. Тебе удалось без всяких проблем пройти сквозь защитную систему, сканирующую ДНК, поскольку она у вас совершенно одинаковая. Вы оба – один и тот же человек. А то, что руководители повстанцев узнали о такой возможности, выделив тебя среди миллионов людей, объясняется воздействием кристалла. По какой-то, ему одному известной причине, он притягивал тебя, звал к себе.
    – Кристалл... сводит меня с ума?
    – Нет. Выражение «темпоральная одержимость» – условное и неточное. Это свойство человеческого разума, а не внешний фактор.
    – Но вы можете вылечить меня? И... – Джон бросил взгляд на тело Теодора, – исправить то, что я сделал? Вмешаться в ход событий?
    – К сожалению, нет. Не имея кристалла, мы можем лишь разговаривать с тобой, да и то с огромным трудом. Узнав о возникшей ситуации, мы попытались вмешаться, но первая попытка установить контакт сорвалась. Сейчас – вторая попытка; к счастью, она вышла более удачной. На третью у нас вряд ли хватит энергии.
    Будто подтверждая её слова, светящиеся контуры начали бледнеть.
    – Насчёт одержимости: ты должен победить её сам. Осознай, кто ты и чего на самом деле хочешь – а потом противопоставь ей свою волю. Отрицай её. Не дай подчинить свою личность. Прошло много времени, но шанс ещё есть, нужно только действовать решительно. Твёрдо скажи, что не хочешь стать тем, кого искренне ненавидел и собирался уничтожить...
    Связь прервалась. Фигура растаяла в воздухе.
    В голове Джона хаотично теснились мысли и чувства, но он понимал, что нужно сосредоточиться на главном. Если девушка права – медлить нельзя. Усилием воли он очистил разум от всего малозначительного и сконцентрировал на одной простой мысли:
    «Я не хочу становиться Диктатором!»
    Ответ пришёл мгновенно. Откуда-то из сумеречных глубин подсознания, из вместилища желаний, страхов и надежд, ослепительным лучом сверкнула идея:
    «Это ради блага людей!»
    Джона пронзило чистое, ясное осознание её величия. Он будто наяву увидел прекрасный мир, где нет места войнам и прочим бедствиям, где все счастливы, все довольны...
    «Нельзя жертвовать свободой ради сытости!»
    Ответное давление возрастало:
    «Страданиям нужно положить конец!»
    Джон ощутил, что теряет почву под ногами – и в прямом, и в переносном смысле. Его разум погружался в трясину неуверенности. Перед глазами всё поплыло. Он вдруг понял, что вот-вот упадёт – и встанет уже другим, не таким, как раньше. Лишённым даже тени сомнений. Не рассуждающим, не помнящим...
    Он попытался возродить былые чувства, но память отказывалась служить. Лица товарищей-повстанцев, нелегальные книги и фильмы, долгие разговоры, всё увиденное и услышанное много лет назад – всё вдруг стало казаться блёклым и невыразительным.
    «Многим можно пожертвовать ради великой цели!»
    Кто это говорит? Одержимость? Или он сам?
    Изо всех сил Джон попытался возродить то, что испытывал, пробираясь по коридорам дворца с пистолетом в руке.
    Тогда он всерьёз собирался отдать свою жизнь за идею. Она того стоила. И сейчас ему нужно сделать то же самое. Пожертвовать собой – своими надеждами и мечтами. Желанием улучшить мир. Нужно расстаться с этим, потому что именно так он поможет людям. Спасёт их от угнетения ради их собственных желаний и надежд.
    Казалось, его мозг плавится в огне. Джон сжал руками голову...
     
    Из распахнутой наружу двери веяло прохладой. Небо усыпали яркие звёзды.
    Медленно распрямившись, Джон осмотрелся вокруг с таким чувством, будто видит всё это впервые. Он ощущал внутри глубокую опустошённость, но в то же время – свободу и цельность.
    Дело сделано. Он победил болезнь.
    Джон прошёлся по комнате, впервые за долгое время не зная, что ему делать.
    Что теперь? Он ещё может разумно распорядиться своими капиталами. Анонимно жертвовать на благотворительность, финансировать науку, искусство. Но что если одержимость не побеждена до конца? Каждый шаг в этом направлении будет искушать его желанием действовать чуть активнее, глобальнее. И риск превратиться в Диктатора возникнет снова.
    Кроме того...
    Джон подошёл к Теодору. Значит, ничего уже не исправить.
    Что делать с этим?
    Он может помочь родственникам убитого. Может посвятить ему очередную благотворительную программу. Построить целый город и назвать в его честь. Но что толку?! Даже если он сдастся полиции – угрызения совести не станут сильнее или слабее от того, что он какое-то время просидит за решёткой. Это ничего не изменит, никому не поможет.
    Постояв ещё немного, Джон направился к сейфу, вделанному в стену. Он открыл его, с трудом припомнив комбинацию, и уже без всяких опасений вынул единственный хранившийся там предмет – рубиновый кристалл.
    Джон взвесил его на ладони. Заглянул внутрь.
    – Ну что? Ты эту кашу заварил, – он повертел поблёскивающий камень. – Может, сделаешь что-нибудь?
    Кристалл оставался тёмным и безмолвным.
    Джон разочарованно вздохнул и повернулся к сейфу, но где-то сбоку вдруг вспыхнул яркий свет.
    Стена исчезла. На её месте открывалось пространство неопределённых размеров, видимое словно сквозь толстое стекло. Отчётливо различались лишь люди, стоящие в центре. Среди них была девушка – та самая, с которой он говорил. Все смотрели на него, явно удивлённые, но не испуганные. Губы девушки двигались, и Джон не мог разобрать слова, но это не имело значения. Она звала его.
    Крепко сжимая кристалл, струивший сквозь пальцы алое сияние, Джон шагнул ей навстречу.
    
    
    
    
    
    
    
    
    

  Время приёма: 20:35 14.04.2018