17:18 22.10.2017
Начался первый тур 44-ого конкурса.
Судейские бюллетени нужно отправить до 29-ого октября 17.00.


06:14 07.08.2017
Вітаємо переможців!

1 Фурзикова af006 Участковый
2 Левченко Татьяна af029 Мундштук
3 ЧучундрУА af018 Вискал Уробороса


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс №44 осень 17) Первый тур

Автор: Изольда Марковна Количество символов: 37788
Конкурс №43 (лето 17) Фінал
рассказ открыт для комментариев

af004 Огибая мыс Горн


    

    
    
    

     
     
    
    

    Я стоял у окна и смотрел на дождь. На редких прохожих, перепрыгивающих лужи, на машины, скопившиеся в пробке из-за проливного дождя. Но мысли мои были далеко. На столе лежала сегодняшняя газета, ее принесли  десять минут назад. На первой полосе красовался снимок, сделанный японским туристом. «Фотография, потрясшая все прогрессивное человечество» - журналист не скупился на эпитеты. Но, думаю, человечеству было далеко до потрясения, которое испытал я, когда забирал газету из рук разносчика. Я всегда считал себя человеком практического склада ума, каким и должен быть врач. Мне частенько приходится слышать невероятные истории от моих пациентов, но я-то знаю, что это лишь иллюзии, вызванные попыткой защититься от внешнего, подчас жестокого мира. На самом деле все можно объяснить с научной точки зрения. Это фото тоже. Фата-моргана, морские миражи не так уж редки. Но было в этой фотографии нечто такое, что заставило меня вздрогнуть и присмотреться внимательнее. И чем пристальней я вглядывался в снимок, тем явственней проступала в памяти недавняя история.
    
    

    Я забыл представиться. Меня зовут Джонатан Брехт. Я врач и специализируюсь на различного рода психических расстройствах. Судьба забросила меня в этот маленький городок на берегу океана ровно двадцать лет назад. Несмотря на свои скромные размеры, город поставляет пациентов регулярно. Особенно осенью и весной, в периоды обострений, мой телефон разрывается от звонков.
    
    

    Осень началась рано. Холодный, промозглый ветер, столь несвойственный этому времени года, напоминал, скорее, зиму. Я так же стоял у окна и думал о вещах, далеких от медицины. В тот момент меня больше занимал утеплитель для дома. Я прикидывал в уме, сколько времени займет дорога до магазина Уолби, как вдруг заметил женщину на противоположной стороне улицы. Нервно теребя пуговицу длинного черного пальто, она бросала нетерпеливые взгляды на светофор, который упорно не хотел загораться зеленым. Наконец, машины остановились, и незнакомка почти бегом пересекла проезжую часть. Многолетняя практика указывала, что это ко мне и что к Уолби я сегодня не попаду.
    
    

    Хлопнула дверь парадного, и я тяжело вздохнул.
    
    

    - К вам мисс Эмма Виннер, она не записана, если хотите, я скажу… - в дверях появилась моя ассистентка Люси. Она красноречиво взглянула на настенные часы, которые показывали половину шестого вечера, и недовольно дернула плечиком.- Нет-нет, пригласи. И, если ты торопишься, можешь идти домой, я сам закрою.
    
    

    Люси, благодарно взмахнув ресницами, унеслась в приемную, а на смену ей в дверном проеме материализовалась дама в черном пальто. Высокая, молодая  женщина стояла на пороге кабинета, не решаясь войти внутрь. Длинные рыжие волосы выбились из-под берета, зеленые глаза лихорадочно блестели. И если бы мисс Виннер не была такой бледной, ее вполне можно было назвать красавицей. Она пристально ощупывала меня взглядом, словно прикидывая, стою ли я ее тайны. Я сделал приглашающий жест рукой и улыбнулся как можно приветливее. И хотя в моей практике не было случаев, чтобы пациент сбежал, передумав обращаться за помощью, мне вдруг показалось, сделай я одно неверное движение, и посетительница пулей вылетит из моего кабинета.
    
    

    Наконец, Рубикон был перейден, и женщина осторожно опустилась на краешек кресла для пациентов. Она снова вцепилась  в пуговицу, которая и так висела на «честном слове», с такой силой, что пальцы ее побелели.
    
    

    - Вы должны мне помочь, я совершенно выбилась из сил, - она умоляюще посмотрела на меня, и ее  глаза наполнились слезами.
    
    

    - Что вас беспокоит, расскажите, и я сделаю все возможное, - я приоткрыл ящик письменного стола в поисках салфеток. Где же они? Плачущие больные иногда встречаются, а Люси уже и след простыл.
    
    

    - Вот, возьмите. Так что у нас произошло?
    
    

    - Я получила письмо.
    
    

    - Что же это за письмо, почему оно  вас так расстроило?
    
    

    - Потому что оно с того света! – мисс Виннер не выдержала и разразилась громкими рыданиями, а я пожалел, что отпустил ассистентку. В приготовлении успокаивающего чая Люси не было равных. Теперь придется самому.
    
    

    - Понимаете, - продолжала посетительница уже спокойнее, - я не сумасшедшая, но все, что происходит со мной последнее время, сводит меня с ума. Я не знаю, как с этим бороться. Наверняка  существует  средство, которое поможет мне забыть тот ужас, который я пережила десять лет назад. Я не могу выбросить это из головы, и оно преследует меня. Мое прошлое. По ночам я вижу сны, переживаю кошмар десятилетней давности снова и снова. Сначала я не придавала этому большого значения, просто пила успокоительное. Иногда устраивала пешие прогулки к маяку и обратно. Да, это далеко, но походы к океану  меня так изматывали, что после я спала без сновидений. Но вчера все изменилось! Я получила письмо. Оно действительно было, я держала его в руках!
    
    

    - И где оно теперь?
    
    

    - Оно рассыпалось у меня на глазах. Как только я его прочла. На пальцах осталась лишь пыль. Ее было так много! Я час мыла руки под краном, но мне казалось, что пальцы по-прежнему грязные. Пыль набилась под ногти, она была в каждой складке кожи. Мне не могло это привидеться. Я схожу с ума, доктор?
    
    

    «Вполне возможно, все симптомы налицо,  - размышлял я, помешивая ложечкой в чашке с волшебным чаем Люси, - вам, господин доктор тоже не помешает хлебнуть чудодейственного травяного напитка, вы на вредной работе».
    
    

    - Я вас, наверное, задерживаю, придя так поздно, - Эмма Виннер осторожно понюхала чай и поставила кружку на стол, - может, я зайду завтра?
    
    

    - Нет-нет, я не тороплюсь, - что-то мне подсказывало, что «завтра» не будет, магазин Уолби закрылся пять минут назад, а мое профессиональное любопытство набирало обороты с каждой минутой. Почему она не пьет чай? Боится, что ее отравят? Сначала навязчивое мытье рук, теперь это.
    
    

    - Давайте, вы успокоитесь, попьете чайку и расскажете мне все по порядку.
    
    

    - Конечно, - согласилась мисс Виннер и отодвинула чай на середину стола.
    
    

    ---
    
    

    - Десять лет назад я была помолвлена с одним  молодым человеком. Мы вместе учились в  университете. Он был очень богат, тщеславен, но при этом  необыкновенно красив и умен. Наверное, это и привлекало меня в нем больше всего. Его семья прохладно восприняла наш роман. У нас деньги водились не всегда, родители с трудом оплачивали мое обучение. И все же наша с Чарльзом помолвка состоялась. Это был чудесный вечер на вилле родителей Чарли. Чудесный, если исключить  одно обстоятельство.
    
    

    Я часто спрашиваю себя, как сложилась бы наша судьба, не появись на вечере сумасшедший дядя из Австралии. Нет, не мой дядя, конечно. Дядя Чарльза. Он приплыл из Сиднея на яхте и заявил, что обогнул мыс Горн только затем, чтобы побывать на помолвке любимого племянника. И что это не просто яхта – это подарок Чарльзу и мне. Дядя Крисби, как звали ненормального поедателя кенгуру, весь вечер пил, орал  песни и приставал к гостям, хвастаясь серебряной серьгой в ухе. А потом, изрядно опустошив винный погреб моих будущих родственников, уснул возле кадки с пальмой прямо в саду. Там его и оставили на ночь. А утром нашли дядину записку, в которой тот откланивался, торопясь на утренний рейс  в Сидней. Внизу еще была приписка, где Крисби надеется, что Чарльз и я когда-нибудь приплывем  к нему в Австралию на подаренной  яхте, которая, кстати, зовется «Элеонора», и что племянник оправдает надежды чокнутого дяди, обогнув на паруснике мыс Горн. Для славного отпрыска не менее славной фамилии это пара пустяков, да прибудет со всеми нами господь Бог, потому что на «яростных пятидесятых»  он может сильно понадобиться.
    
    

    Мне очень понравилась яхта, дядя явно не поскупился. Быстроходная, оснащенная последними техническими новинками, она вполне годилась для кругосветного путешествия. Но я об этом тогда не думала. Мало ли что люди пишут в записках! Почитали и забыли. Но я ошибалась. Чарли хорошо помнил  дядино напутствие. Когда мы выходили на яхте в залив, он все чаще вспоминал странного австралийца. Восхищался маневренностью «Элеоноры», способностью развивать фантастическую скорость при самом слабом ветре. Я очень надеялась, что все закончится только разговорами, но оказалось, зря.
    
    

    Однажды я без предупреждения пришла к Чарльзу. Хотела сделать сюрприз.
    
    

    Чарли сидел в маленькой студии, обложенный  бумагами. На стенах висели газетные вырезки, по столу  разбросаны морские карты. Склонившись, над ними, он был так увлечен своим занятием, что не сразу меня заметил.
    
    

    - Что ты здесь делаешь?! – Чарли казался испуганным, - сюда нельзя никому входить!
    
    

    - Даже твоей будущей жене? Что ты так разволновался?
    
    

    - Надо было предупредить, позвонить трудно? - проворчал Чарльз и начал срывать  вырезки со стен. «Новая Каледония» терпит бедствие в  проливе  Дрейка» – успела я прочесть заголовок одной из них.
    
    

    - Чем ты занят, Чарли? Почему тебя интересует «Новая Каледония»? Это было пятьдесят лет назад.
    
    

    - А почему я не могу интересоваться затонувшим кораблем? Это что, уголовно наказуемо? – Чарли с вызовом посмотрел мне в глаза и внутри у меня все сжалось. То, чего я всегда опасалась в глубине души, начало осуществляться. Одного взгляда на письменный стол было достаточно – Чарли прокладывал маршрут по карте, который прямиком вел в Австралию через мыс Горн.
    
    

    - Ты звонил дяде? Уверен, что он нас ждет?
    
    

    - Звонил. Он не отвечает. Наверное, пьет где-нибудь в баре. После смерти тети он не просыхает.
    
    

    - Может, его нет дома? Уехал куда-нибудь?
    
    

    - Детка, даже если это и так, пока мы доберемся до Австралии, он трижды успеет вернуться. Это, во-первых, а во-вторых, я намерен отыскать «Новую Каледонию».
    
    

    - Чарли, это миф, что именно на ней вывезли золото! Ты его грузил? Гангстеры могли отправить его по суше куда угодно, они могли вывезти его любым другим кораблем. В конце концов, золото можно было припрятать где-нибудь неподалеку от ограбленного ими банка.
    
    

    - Эми, золото не нашли до сих пор. Его нет на суше, иначе за это время оно бы обнаружилось. Объяснение может быть только одно – сокровище Национального банка Аргентины на дне океана. И «Новая Каледония» была единственным кораблем, который отправился в плавание в тот день. Посмотри на лица спасенных моряков. Ты можешь разглядеть хотя бы одно из них? Почему они отворачиваются, прячутся за спинами товарищей? Потому что это гангстеры, Эми.
    
    

    - Тогда почему судно до сих пор не подняли на поверхность, если ты думаешь, что на нем полно золота. Неужели оно до сих пор никому не понадобилось?
    
    

    - На этот вопрос тоже есть ответ. Целая серия загадочных смертей. Король игорного бизнеса наскочил на рифы в Магеллановом проливе. Что он там делал? Так далеко от Невады? Вот, заметка в газете. Но это еще не все. Скромный яхт-клуб в Ушуайа. Двое туристов арендовали яхту, вышли в пролив Дрейка. И что? Их протаранил невесть откуда взявшийся корабль. Очевидцы утверждают, что после тарана корабль-недоброжелатель словно растворился в воздухе. Спасти людей не удалось. Обе жертвы – гангстеры из Сиэтла. Такого Ушуайа сроду не видела. После гибели «Каледонии» пролив Дрейка стал сильно популярен в криминальном мире. Потерпело ли судно крушение или гангстеры сами затопили корабль, я не знаю. Но кто-то его надежно охраняет. Интересно, кто. Не сам же морской дьявол, в конце концов.
    
    

    - Чарли, откажись от  путешествия, ничего хорошего из этого не получится. Я чувствую.
    
    

    - Эми, мы найдем «Новую Каледонию», золото и придем в Сидней сказочно богатыми. Мы сможем купаться в золоте, швырять его обратно в океан. Мы купим на него всю Австралию. 
    
    

    - У тебя что, мало денег?
    
    

    - Я все равно туда отправлюсь, - глаза Чарльза стали холодными, верхняя губа приподнялась, обнажая зубы, - а пойдешь ты со мной или нет – решать тебе.
    
    

    Что мне было делать? Терять Чарли не хотелось, я ведь его любила и собиралась  замуж. Попытка отговорить его от рокового путешествия завершилась провалом. На протяжении всего времени, что мы готовились к плаванию, я не находила себе места. Я знала, что эта затея плохо кончится.
    
    

    ---
    
    

    Наконец мы отчалили. Попрощавшись короткими гудками с Нью-Йорком, «Элеонора» вышла на океанский простор. Чарли рассчитывал достичь конечной точки Южной Америки к ноябрю. Все шло по плану. Мы добрались до южного побережья Аргентины практически без приключений. Словно кто-то охранял нас от неприятностей. Ветер всегда был попутный, Чарльз был счастлив. А я… Чем ближе мы продвигались к Антарктиде, тем становилось холоднее. Скалистый берег Патагонии, сплошь покрытый снегом, навевал тоску. Это величественное и поистине зловещее место.  Вдалеке маячил айсберг. Большие льдины, подплывая вплотную к «Элеоноре», царапали борта  яхты. Она казалась такой маленькой в этой ледяной пустыне. Мороз пробирался под кожу – то ли страх, то ли холод, я уже не могла разобрать. Морские львы, выныривающие иногда из воды, оживляли этот дикий пейзаж, но ненадолго. Лед, холод  и страх стали моими неизменными спутниками.
    
    

    Мы приближались к мысу Горн. Ветер становился сильнее, яхту раскачивало. Чарли со мной  не разговаривал. Он лишь сосредоточенно вел «Элеонору»  к мысу. Его ничто не отвлекало. Даже одинокий альбатрос, круживший в посеревшем к вечеру небе, не произвел на него впечатления. Чарльз плыл к цели.
    
    

    Вдруг птица, печально вскрикнув, унеслась с порывом шквального ветра и исчезла в облаках. А прямо по курсу «Элеоноры» выросла из ниоткуда огромная волна. Небо мгновенно почернело, волна понеслась прямо на нас, увеличиваясь в размерах. Её пенный гребень уже  навис над яхтой. Еще немного и тонны ледяной воды обрушатся на наши головы. Обернувшись на Чарли, я увидела его перекошенное от страха лицо, его побелевшие от напряжения костяшки пальцев, державших штурвал. Мне стало так страшно! Я уже попрощалась с жизнью, представила себя в холодной, черной бездне, как вдруг стена воды остановилась. Она медленно таяла в воздухе, превращаясь в туман. Он клубился, внутри туманного облака зажигались и гасли огни. Постепенно оно стало приобретать определенную форму. Еще несколько мгновений и перед нами возник огромный, очень старый парусник. Огни горели на мачтах, словно светляки, поеденное червями и морем тело его вплотную приблизилось к яхте. Свет был настолько яркий, что можно было  рассмотреть каждую трещину  деревянной обшивки. Паруса, боже, что это были за паруса! Серые, потрепанные, они нехотя полоскались на ветру, корабль скрипел и стонал, покачиваясь в неожиданно наступившем штиле. Я, как завороженная, смотрела на него, страх парализовал тело так, что невозможно было пошевелить даже пальцем. Вдруг послышались шаги, и на палубе корабля возник человек. Одет он был очень странно. Одежда его пришла в негодность, висела лохмотьями. Он приблизился к борту, и я увидела  грубое, заросшее густой бородой лицо. Уставившись на меня немигающим взглядом, незнакомец  исследовал им каждый сантиметр моего оцепеневшего тела. Потом он перевел взгляд на Чарли. Казалось, этой пытке не будет конца. Вдоволь насмотревшись, капитан странного судна оскалился, обнажив редкие, гнилые зубы.
    
    

    - Хорошая погода, чтобы поболтаться возле мыса Горн, а? Добро пожаловать в ад, господа! Капитан Ван дер Деккен и его команда приветствуют вас!  - Капитан снял потрепанную шляпу и картинно раскланялся.
    
    

    В ту же секунду раздался оглушительный свист и на палубу высыпали  матросы. Они столпились у борта. Оборванные, обросшие бородами, они скалились беззубыми ртами, тыкали в нас пальцами и гоготали, как стая гусей. Потом один из них схватил железный крюк, зацепил яхту и с силой потянул на себя.
    
    

    - Ты что делаешь, оборванец! – Чарльз первый пришел в себя, - он схватил крюк и дернул в свою сторону.
    
    

    Матрос вывалился за борт, смех прекратился. Команда призрачного корабля вмиг переменилась в лице. Теперь глаза матросов смотрели с такой злобой и яростью, что у меня подкосились ноги. Капитан махнул рукой и еще двое матросов выбросили вперед крюки, которые тут же впились в борт «Элеоноры». Притянув яхту к кораблю, матросы спрыгнули вниз, схватили нас  и подняли на корабль. В считанные секунды они обчистили яхту. Сундуки с вещами и продукты перекочевали во владения Ван дер Деккена.
    
    

    - Что мне с вами делать, ума не приложу, - капитан изобразил на лице работу мысли, - вариантов много, вы даже можете выбрать. Пройти по доске или по борту корабля с завязанными глазами. А может, просто пустить вас на корм рыбам, без церемоний? У меня времени – целая вечность. Вы, надеюсь, тоже не торопитесь?
    
    

    Капитан остановился прямо передо мной и снова уставился странным взглядом.
    
    

    - Отпустите нас, и мой дядя вас щедро наградит, - неуверенно произнес Чарли.
    
    

    Ван дер Деккен удивленно поднял брови, продолжая бесцеремонно меня разглядывать.
    
    

    - А что может предложить красавица в обмен на спасение? - взгляд капитана скользил все ниже, вызывая во мне безудержное отвращение.
    
    

    - Ничего! У меня ничего нет!
    
    

    - Я так не думаю, - усмехнулся капитан, и, наконец, повернулся к Чарли, - так что ты там бормотал насчет гульденов? Богатый, значит? А корабль  у тебя не очень. Как ты сюда на нем добрался, ума не приложу.
    
    

    - Я могу предложить выкуп за нас. Какой угодно, - голос Чарльза окреп, - свяжитесь с моим дядей. Он живет в Австралии.
    
    

    - За себя, каждый за себя, - капитан скользнул по мне недвусмысленным взглядом, - значит, ты богат, а девушка у нас бедная. Ай-ай-ай, что же делать?
    
    

    - Я заплачу за обоих, - воскликнул Чарли, - назовите цену!
    
    

     Ван дер Деккен насмешливо посмотрел на Чарльза.
    
    

    -  Богатый, а хочешь  стать еще богаче? Знаешь, здесь, прямо под тобой лежит целая гора золота. Ты ведь за ним пришел? «Новая Каледония» нашла здесь свой последний причал. И оно будет твоим, если ты согласишься. Мы заключим сделку, и я отдам тебе это чертово золото.
    
    

    - А что взамен?
    
    

    - Ее! – Ван дер Деккен кивнул в мою сторону, - оставишь ее здесь, заберешь золото и можешь убираться ко всем чертям. Слово капитана!
    
    

    - Еще чего! – Чарльз бессильно скрипнул зубами.
    
    

    - Слушай, богатый, - капитан приблизил лицо вплотную к лицу Чарли, - у тебя нет выбора. А знаешь почему? Даже юнга на моем судне знает. Рыжая девка на корабле – плохая примета. Твое корыто обречено и ты тоже. Богатенький дядюшка не дождется своего богатенького племянника, никогда! Потому что его племянник - осел!
    
    

     Наверное, шутка удалась, потому что слова капитана утонули в гоготе притихших было матросов.
    
    

    - А тебе я зачем, можно узнать, Ван дер Деккен?
    
    

    - Филипп, для тебя просто Филипп, - капитан снова оскалился, окинув меня похотливым взглядом, - на все есть причины. У тебя одна ночь, богатый, чтобы принять решение. Или мы заключаем сделку, или ты идешь на корм рыбам.
    
    

    Ван дер Деккен развернулся и исчез за дверью капитанской каюты, давая понять, что разговор окончен.
    
    

    Корабль вдруг пошатнулся и стал подниматься. Море забурлило, я смотрела вниз и видела нашу «Элеонору», которая металась по волнам, словно живое существо. Вокруг нее образовался водоворот, яхта вздрогнула, вздернула нос и стремительно пошла ко дну. На мгновение мне показалось, что кто-то с неистовой силой тянет ее в бездну. С тяжелым вздохом яхта исчезла, исчез океан, я огляделась, но ничего не увидела кроме сгустившегося мрака и нескольких звезд вдалеке.
    
    

    ---
    
    

    - «Летучий голландец»! Бред какой-то! Ван дер Деккен! Чушь собачья! – Чарли никак не мог успокоиться. Мы сидели в грязной каюте на обветшалых тряпках, которые были просто брошены на сундуки. Здесь нам предложили отдохнуть  и обсудить экстравагантное предложение капитана.
    
    

    - Что ты намерен делать? – спросила я Чарли.
    
    

    - А что я могу сделать? Если я не соглашусь на его предложение, он меня убьет!
    
    

    - А как же я? Ты оставишь меня с этим чудовищем?!
    
    

    - Ну, тебе-то ничего не угрожает!
    
    

    Я не могла поверить собственным ушам. Человек, который только вчера клялся мне в вечной любви, сейчас думает исключительно о себе. Меня вдруг разобрала такая злость!
    
    

    - А может, ты просто хочешь золото, то, что  в океане?
    
    

    - Может быть, может быть. Что плохого в том, что я стану еще богаче. Тебе не понять, ты ведь дочь шахтера. У тебя никогда не было больших денег. Я разбогатею, потом вернусь и выкуплю тебя у Ван дер Деккена. Как тебе такой вариант?
    
    

    - Никак. Не надо было плыть с тобой. Осталась бы сейчас дома со своим отцом шахтером и была бы счастлива.
    
    

    - Да, не надо было. Рыжая на корабле - плохая идея. Жаль, что я об этом не подумал.
    
    

    - Чарли, скажешь еще хотя бы одно слово, и я тебя убью.
    
    

    Свернувшись калачиком на сундуке, я попыталась расслабиться и хотя бы задремать. Ах, если бы мне все это приснилось! Это сон, это кошмарный сон, надо постараться уснуть, а когда  проснусь, буду снова на яхте. Рядом будет Чарли, внимательный и любящий, как прежде. «Дочь шахтера»! Вот мерзавец!
    
    

    Наконец я уснула, но ненадолго. Корабль дернуло, и я кубарем слетела на пол. Хотела позвать Чарли, но его рядом не оказалось. Я решила зажечь свет. Под потолком болталась масляная  лампа, я стала шарить кругом руками в поисках спичек, как вдруг до меня донеслись приглушенные голоса. Разговаривали двое. Они стояли на корме, прямо над нашим окном, но до меня долетали лишь обрывки фраз. Осторожно приоткрыв скрипучую дверь, я выскользнула наружу. В свете вышедшей из-за облаков луны, в одном из собеседников я без труда узнала Чарли. Второй человек оставался  в тени мачты, но мне хорошо был знаком этот грубый, прокуренный голос. Ван дер Деккен старался говорить тихо, ему это плохо удавалось, и я слышала весь разговор слово в слово.
    
    

     - Ты же понимаешь, это сделка. Ты получишь все, за чем пришел. Все по-честному, у меня двое матросов из команды «Новой Каледонии», они точно знают  место. И при этом ты останешься в живых. До тебя еще никому не удавалось.
    
    

    - Почему?
    
    

    - Потому что мне так захотелось. У меня свой интерес.
    
    

    Мне не видно было лица Ван дер Деккена, но я знала, что он сейчас похотливо улыбается. А Чарли это видит и молчит. Решил меня здесь оставить! Принести в жертву! Как бы ни так! Из любой ситуации всегда есть выход. Так учил меня мой отец шахтер. Кому, как не ему, это знать. А не тебе, отпрыск богатеньких родителей, слизняк! Увидел призрак и в штаны наложил. Мне тоже не по себе от всего этого, но нельзя же принимать условия первого попавшегося монстра, не попытавшись хоть что-нибудь предпринять! Я осмотрелась. Ветер и мрак. Да, негусто для смелого предприятия.
    
    

    - Завтра мы пристанем к берегу. Там все и обсудим. Видишь, как я честен с тобой! Нейтральная территория, ты этого хотел, и я соглашаюсь. Капитан Ван дер Деккен идет на уступки. Хорошо, команда не слышит, узнай они о нашем разговоре,  меня бы сразу перестали уважать и бояться.
    
    

    - Скажи, что в Эми такого особенного? Почему она, а не кто-то другой? Она самая обыкновенная.
    
    

    - Послушай, я болтаюсь здесь уже три сотни лет. И кругом одни мужики, ну, ты понимаешь.
    
    

    Послышался невнятный шепот. Мне послышалось, или Чарли хихикнул?
    
    

    - А ты, когда вернешься, выберешь себе любую. Блондинку, брюнетку. С рыжими только не связывайся, они все ведьмы. Любая баба за тебя пойдет, которая понимает, что такое состояние. Как складывается оно, гульден к гульдену, как тяжело его бывает сохранить и приумножить, - Ван дер Деккен потрепал Чарли по плечу, я видела его волосатую руку, показавшуюся из тени, - деловые люди всегда  понимают друг друга с полуслова. Иди спать, завтра разбужу.
    
    

    Я метнулась обратно в каюту и снова съежилась на сундуке. Меня трясло от страха и возмущения, я еле сдерживала разошедшееся дыхание, чтобы Чарли не догадался, что я не сплю.
    
    

    Пытаясь успокоиться, я попробовать применить услышанное себе на пользу. Итак, завтра мы пристанем к берегу. Не сомневаюсь, что Ван дер Деккен  выберет остров без признаков жизни. Как можно спастись от призрака на необитаемом клочке земли  посреди океана? Мне казалось, что мозг готов расплавиться в попытке найти хоть какое-нибудь решение. И зачем я так понадобилась Ван дер Деккену? Дело вовсе не в мужской компании. Как Чарли мог купиться на эту глупость? Или ему все равно, лишь бы остаться в живых? Сон не шел, время тянулось бесконечно долго.
    
    

    Наконец, в дверь стукнули три раза, Чарли скатился с сундука, а я смогла распрямить затекшие ноги.
    
    

    - Послушай, Эми,  - Чарли горячо задышал мне в ухо, - если капитан предложит мне сделку, я сделаю вид, что согласен. На суше мы что-нибудь придумаем. Главное, ничему не удивляйся, поняла?
    
    

    Надежда кольнула в сердце, в груди потеплело. Как я могла сомневаться в Чарли?! Он любит меня, и мы вместе постараемся сбежать от этого жуткого капитана. Он такой умный, мой Чарли, наверняка он что-нибудь придумает. Я растроганно шмыгнула повлажневшим носом.
    
    

    - Ты хорошо спала, Эми? - взгляд Чарли вдруг стал озабоченным.
    
    

    - Да, как убитая, - соврала я непонятно почему.
    
    

    - Я тоже. Представляешь, ни разу не проснулся за ночь! – Чарли толкнул дверь каюты и вышел наружу.
    
    

    В один миг все внутри оборвалось. Чарльз меня обманул. Я вышла следом. Капитан стоял на мостике, рассматривая в подзорную трубу неумолимо приближающийся берег.
    
    

    ---
    
    

    Остров был скалист, и, как я и предполагала, необитаем.  Его макушка мрачно возвышалась над сгустившимся к вечеру туманом. Именно к вечеру, что немало удивило меня. Там, на корабле я совершенно потеряла счет времени.
    
    

    Мы с Чарли и Ван дер Деккеном  сошли на берег и забрались на невысокий утес, туда, куда не доставал туман. Команда оставалась на корабле. Матросы тревожно переговаривались и поглядывали на небо, на которое всходила полная луна.
    
    

    - Я предложил твоему жениху сделку, и он согласился. Осталось услышать твой ответ, Эмма Виннер, - тон Ван дер Деккена был сух и официален, - хочу напомнить, что сделка, совершенная здесь и сейчас, обжалованию не полежит. Назад пути не будет.
    
    

    - Какой ответ ты хочешь услышать от меня? Я не заключаю сделок с призраками.
    
    

    - Твой жених согласился оставить тебя мне в вечное пользование. В обмен он получает золото «Каледонии».
    
    

    - Интересно, а меня нельзя спросить, хочу ли я в вечное пользование. Я что, вещь?
    
    

    - Эми, Эми, погоди, - затараторил Чарли, - просто капитан так выразился…
    
    

    - Заткнись! – я не могла больше сдерживаться, - тебя я уже выслушала сегодня. Я буду разговаривать с тобой, Ван дер Деккен! Мне непонятно, почему это Чарли дано право распоряжаться моей судьбой. Мне непонятно, почему именно я выбрана в качестве жертвы, и мне непонятно, почему ты должен что-то платить Чарли, если он сейчас в полной твоей власти? Ты можешь сделать с ним все, что угодно.
    
    

    - Эми, опомнись! – голос Чарли дрожал, - мы же обо всем договорились!
    
    

     - Правда? А я думала, что ты договорился значительно раньше, Чарли! Деловые люди понимают друг друга с полуслова, неправда ли, мистер Ван дер Деккен?
    
    

    Капитан вдруг расхохотался.
    
    

    - А это дельная мысль, малышка! Я и не подумал! Действительно, зачем платить, когда можно все получить даром! Что, Чарли, как тебе такой расклад?
    
    

    - Ты о чем?! – взвизгнул Чарльз, - ты нарушаешь договор!
    
    

    - Хорошо, я пошутил, - продолжил капитан серьезно, - да будет тебе известно, Эмма Виннер, что супруги имеют право распоряжаться душами друг друга как своими собственными. Помолвка приравнивается к свадьбе. Достаточно сказать «да», и ты связана по рукам и ногам. Муж и жена – одна сатана. Это не просто слова. И ты сейчас в этом убедишься. Итак, Чарльз Стоун-младший, ты отрекаешься от своей возлюбленной в мою пользу и взамен получаешь золото затонувшего корабля. Согласен?
    
    

    - Да!
    
    

    - Сволочь!
    
    

    - Без комментариев!
    
    

    - Ты, Эмма, теперь свободна от обязательств перед Чарльзом. Я предлагаю тебе выйти замуж за меня.
    
    

    - Пошел к черту! Я лучше утоплюсь!
    
    

    - О, это я уже слышал! Но боюсь, тебе придется передумать. Отсюда для тебя только один путь  – в вечность. Со мной. Ты предпочитаешь прыгнуть в море? Пожалуйста, но только представь на минуту, что твой любимый Чарли вернется домой сказочно богатым и женится на какой-нибудь красотке, а тебя в это время будут есть рыбы. Прыгай, но воспользуйся и ты своим правом, скажи, на прощание, чего бы тебе хотелось. Произнеси свое последнее слово.
    
    

    - Чтоб вы сдохли, оба!
    
    

    - Рыжая бестия! - капитан захохотал, - Чарли, у тебя была отличная невеста, представляю ваших деточек, жаль, что им не суждено родиться.
    
    

     - Так как насчет золота? – Чарли не смотрел на меня, - я выполнил все формальности?
    
    

     - Конечно! Золото твое. Иди, и забери его прямо сейчас.
    
    

    - А я думал, что ты…
    
    

    - Ты заставишь старого, больного моряка, нырять в ледяную воду? - Ван дер Деккен, изобразив на лице удивление, стал надвигаться на Чарли, - золото твое, что же ты медлишь, юнга?
    
    

    Я с ужасом наблюдала, как капитан оттесняет Чарли к краю утеса. Еще несколько шагов, и Чарльз сорвется вниз.
    
    

    - Остановись, что ты делаешь?! – крикнула я Ван дер Деккену.
    
    

    - Что-то не так, малышка? Не ты ли пожелала ему смерти? Только что! Или ты уже передумала? Должен тебя огорчить. Все, что было сказано здесь и сейчас, нельзя изменить! Прощай, Чарли!
    
    

    Ван дер Деккен сделал последний шаг, ноги Чарли заскользили  по крутому склону, и он с криком полетел вниз. Я до сих пор иногда слышу этот крик. В моих кошмарах Чарльз снова и снова срывается с утеса. Сначала крик, а потом всплеск воды под его телом.
    
    

    - Я же сказал, что ты будешь моей! – зарычал капитан, - зачем тебе такая крыса, как Чарли?
    
    

    Словно в подтверждение его слов, на утес, со стороны моря взобралась огромная мокрая крыса. С ненавистью взглянув на меня, она нырнула под большой плоский камень.
    
    

    - Еще одна шутка морского дьявола! – пояснил капитан, - пусть побудет крысой. Все предатели рано или поздно превращаются в крыс. Они первые бегут с тонущего корабля, ну ты, наверное, слышала. Уж кто-кто, а мы с ребятами хорошо знаем этих тварей. Как быстро твой женишок от тебя отказался! Он мне сделал богатый подарок, твой Чарли. А я ведь обманул его. Никто не имеет права распоряжаться чужой душой! Никто!
    
    

    - Ах ты, мразь! Полоумный убийца!
    
    

    - Неужели?! Рано или поздно он бы тебя предал! Я отнял у него жизнь? Нет, Чарльз Стоун-младший сам сделал свой выбор!  Жизнь – это игра, но играть надо осторожно. Я слишком поздно это понял. Я, и только я обрек себя на вечные скитания. Потому что забыл – рыжая девка на корабле – плохая примета. Это было очень давно. Двое попросились на мой корабль. Она была рыжей, как ты. Я убил ее жениха, потому что он оказался такой же паршивой овцой, как твой Чарли. Я избавил ее от трусливого  ублюдка и предложил взамен себя. Но она прыгнула за борт. Да еще прокляла меня на прощанье. Это после всего, что я для нее сделал! А потом я решил обогнуть этот чертов мыс Горн в такую страшную бурю, какой еще не видели эти скалы. И я его обогнул, но какой ценой! Морской дьявол все видит и слышит. Когда он только спит?! Он здесь, рядом, чтобы выполнить любые пожелания тех, кто подобрался близко к его логову. Чарльз хотел золота, и он получил возможность его забрать. Ты пожелала ему смерти, а теперь удивляешься, что его нет с нами. Ты непоследовательна, но мне это нравится.
    
    

    ---
    
    

    Я не собиралась слушать дальнейшие разглагольствования капитана. Начался дождь, его холодные капли коснулись лица, затекли за ворот куртки. Наверное, это отрезвило меня. Туман рассеялся и внизу, под утесом я заметила маленькую покосившуюся часовню. На корабль я больше не вернусь, и если мне суждено погибнуть, я лучше умру здесь.
    
    

    Я сорвалась с места и понеслась по горному склону. До сих пор не могу понять, как я не соскользнула вниз. Адреналин, поистине, делает невозможное.  Ван дер Деккен бросился вдогонку, но его грузное тело не отличалось поворотливостью. Он то и дело натыкался на валуны и кричал мне в след проклятия.
    
    

     Наконец, я достигла часовни. На счастье, она была открыта, а на двери с внутренней стороны оказался мощный засов. Не знаю, когда последний раз сюда заходили люди. Грязь и паутина опутали стены, затянули алтарь. Но это было святое место, и я верила, что здесь Ван дер Деккену меня не достать.
    
    

    Меж тем, капитан достиг часовни и стал ломиться в дверь.
    
    

    - Открой дверь, Эми, будь хорошей девочкой! Ну, подумай, что тебя ждет на большой суше? Очередной Чарли? А я подарю тебе вечность! Если ты согласишься быть моей женой, я обрету долгожданный покой, и мои ребята тоже! Сжалься, Эми, луна уходит, завтра будет поздно!
    
    

     
    
    

    - Оставь меня, забыл, рыжая девка на корабле – плохая примета! Убирайся к своему дьяволу!
    
    

    - Открой! Заклинаю тебя, Эмма Виннер, ты не уйдешь от меня, не будь я Филипп Ван дер Деккен! – в голосе капитана послышалась угроза, - я найду тебя и через сто, и через тысячу лет! И сам дьявол не сможет мне помешать! Слышишь меня, дьявол?! Это я, твой любимый капитан!
    
    

    Блеснула молния, страшный раскат грома взорвал небо. Штурм часовни возобновился с новой силой. Но на этот раз Ван дер Деккен был не один. На помощь капитану спешили матросы.
    
    

    Мне стало по-настоящему страшно, когда стены часовни содрогнулись, и мне на голову посыпалось битое стекло.
    
    

    - Шевелись, ребята, у нас мало времени! – кричал безумный капитан.
    
    

    Я опустилась на пол рядом с алтарем, закрыла уши ладонями, чтобы не слышать эти вопли.
    
    

    - Не хочу, не хочу, не хочу, - повторяла я как заклинание, - Господи, не хочу.
    
    

    Слезы текли по щекам, стены сотрясались, на голову сыпалась штукатурка, но часовня не поддавалась. А я сидела на полу, раскачивалась в такт ударам и все повторяла: «Не хочу, не хочу, не хочу!»
    
    

    Потом все стихло. Я находилась в каком-то полузабытьи, когда вновь раздался стук в дверь. Я встала и побрела к двери, мне было уже все равно. Просто хотелось, чтобы этот кошмар поскорей закончился. Я отодвинула  засов, в часовню ворвался солнечный свет. На пороге стояли встревоженные люди в военной форме. Это были чилийские пограничники.
    
    

    Меня определили в  госпиталь сначала в Порвенир, а потом перевели в Сантьяго. Мне потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Через полгода я вернулась в Нью-Йорк, но вскоре перебралась сюда. Родители Чарльза не простили мне его смерть. Они до конца своих дней считали, что во всем виновата я. Здесь мне намного спокойней. Постепенно  я стала забывать и Чарли, и мыс Горн, и капитана Ван дер Деккена. Но вчера, выходя из дома, я обнаружила на пороге письмо. Оно пожелтело от времени, бумага выглядела очень старой. Бросив взгляд на дорожку перед домом, я заметила человека, поспешно удаляющегося в сторону порта. Это был моряк, его выдавала походка. Я развернула письмо и остолбенела от ужаса. Прошлое навалилось на меня с новой силой.
    
    

    Мисс Виннер всхлипнула и приложила салфетку к глазам.
    
    

    - От кого было письмо? От Чарли?
    
    

    - Нет, от Ван дер Деккена! Он писал, что нашел меня и на этот раз мне не скрыться! Понимаете, доктор, каждые десять лет это чудовище сходит на берег в поисках невесты. И если таковая найдется, он и его матросы обретут, наконец, покой. Проклятие, наложенное на Ван дер Деккена за убийство жениха той девушки и ее самоубийство, будет снято. Этой осенью  как раз десять лет с тех пор как я повстречала его на свою голову.  Не знаю, может, это чья-то злая шутка? Может, мне стоит уехать, или  просто успокоиться и все обойдется? Вдруг это всего лишь плод моего воображения?
    
    

    Я выписал Эмме Виннер успокоительное, и назначил прийти через три дня. Надо ли говорить, что я ее больше не видел.
    
    

    А сейчас я сижу на подоконнике и тупо рассматриваю снимок. Большой, обветшалый корабль завис над портом, потрепанные паруса наполнил попутный ветер. На палубе рвущегося ввысь парусника стоит бородатый мужчина. Он протянул руку женщине в длинном черном пальто. Женщина обернулась, и в этот момент фотограф сделал снимок. Выбившиеся из-под берета волосы развеваются на ветру, глаза, наполненные печалью, смотрят, прощаясь, на город. Даже на черно-белом снимке я без труда узнал Эмму Виннер.
    
    

    Нет, мой разум отказывался понимать то, что видели глаза. Разум требовал разумных объяснений. Я сел к компьютеру и набрал в поисковике слово «Элеонора». Порывшись минут пять, я нашел то, что искал. «Еще одна жертва мыса Горн». Я читал статью и чувствовал, как мурашки бегают по телу. «Кораблекрушение, скорее всего, произошло во время прохождения мыса Горн. Чарльза Стоуна-младшего  смыло волной, яхта затонула. Тело молодого человека  так и не было обнаружено. Мисс Эмма Виннер была найдена на одном из островов вблизи мыса Горн чилийскими пограничниками в состоянии помешательства. Она была доставлена в госпиталь в Порвенир, а затем переведена в Сантьяго, где и умерла в возрасте двадцати четырех лет, так и не оправившись от потрясений. Тело молодой женщины было перевезено в Нью-Йорк и захоронено на городском кладбище».
    
    

    Зачем она приходила? Искала помощи, но какой? Это такой способ развлечений у призраков, посещать психиатра? Или мисс Эмма Виннер, сбежав от Ван дер Деккена, настолько боялась вновь попасть в его сети, что готова была признать себя сумасшедшей? Вполне возможно. Ведь она по-прежнему считает себя живой! Заслониться от проблемы рецептом на успокоительное, это так по-женски! Хотя и не свойственно таким, как Эмма Виннер.
    
    

    Я никак не мог оторвать взгляд от статьи, когда в дверях появилась Люси с чашкой свежезаваренного чая.
    
    

    - Время пить чай. Что с вами, Джонатан? У вас такой вид, словно вы увидели привидение! – Люси весело рассмеялась.
    
    

    - Да, похоже на то, - пробормотал я, забирая чашку.
    
    

    - И одно из них сейчас как раз за моей спиной, да? – Люси продолжала щебетать, насыпая в вазочку печенье, - работайте спокойно, док! Ни одно привидение не посмеет сюда ворваться, пока я готовлю свой замечательный чай. Моя бабушка всю жизнь боялась призраков и поэтому  развешивала на чердаке своего дома пучки зверобоя. Она считала, что эта трава их отпугивает. А я кладу его в чай. Это придает напитку определенный аромат и хорошо для пищеварения.
    
    

    Спасибо, Люси, за заботу! Чай действительно замечательный, - пробормотал я как можно бодрее.
    
    

    А про себя подумал, что пара пучков зверобоя в недоступных глазу местах совсем не повредит.
    
    

    Кто знает, сколько таких, как Эмма Виннер, еще бродит по свету!
    
    

    

    
    
    
    
    

  Время приёма: 02:22 22.07.2017