22:37 05.08.2018
Поздравляем победителей 46-ого конкурса:

1 Мудрун ai010 Миллиард лет одиночества
2 Мудрун ai002 Счастливчик Харон
3 Изольда Марковна ai028 Лестничный



20:11 24.06.2018
Отпечатан и готов к рассылке тираж 37-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


   
 
 
    запомнить
   
Регистрация Конкурс № 48 (осень 18)

Автор: Чукча-Социолог Количество символов: 40414
Конкурс №41 (зима) Первый тур
рассказ открыт для комментариев

ad015 Старый Новый Год


    Пробуждение оказалось не из приятных. Всё тело затекло - болели ноги, спина, правая рука. Впрочем... Почему же? В некоторых отношениях - как раз приятным вполне: Антон осознал себя сидящим в кресле за столом в неудобной позе. Левая рука свисала под стол, почти касаясь пола, зато правой он сжимал руку Недди, сидевшей напротив него - и всё ещё спавшей, положив голову на скатерть. Нет, не в салате лицом - но тарелка с оливье оказалась совсем рядом с её щекой... Или что там у неё в тарелке?
    Ладонь её казалась тёплой - но не так, чтоб мягкой: наоборот - скорее сильной, несмотря на сон. Или она уже не спит? Антон чуть пожал руку - и девушка тоже приподняла голову. И улыбнулась.
    - С Новым годом, - просипел Антон.
    Голова болела - он прикрыл глаза. Кажется, подруга истолковала это как-то не так:
    - Взаимно, - вот её голос звучал мелодично, несмотря ни на что. Она высвободила руку и со стоном закрыла лицо обеими ладонями:
    - Свет мой зеркальце, молчи! Сама знаю...
    Это она зря, кстати: фактура скатерти, конечно, отпечаталась на щеке, но каких-либо иных признаков ночных возлияний по ней заметно не было. Ну - причёска, конечно, не фонтан - светло-русые волосы слегка спутались, но это Антону даже нравилось. Он попытался сделать успокаивающий жест...
    Ох!.. Да, вот с резкими движениями лучше подождать. Голова закружилась, боль резко усилилась. С этим надо что-то делать...
    - А где у нас... - начал было Антон, но Рогнеда уже и сама сориентировалась: похоже, чувствовала себя она не намного лучше. Девушка задрала скатерть со своей стороны, достала "пластинку" таблеток - и скоро пара голубеньких пилюль оказалась на скатерти. Да-да - тех самых, изобретение которых многие считают величайшим открытием в медицине со времён создания антибиотиков - а может быть и за более долгий срок. Антон, не медля, взял одну из них, а другой рукой подхватил недопитый стакан с квасом. Собутыльница подняла фужер с черри-колой:
    - Твоё здоровье! - произнесли они хором - и проглотили величайшее достижение фармацевтики.
    Уже через пару минут в голове стало проясняться.
    - Люблю Старый Новый год, - сказала Недди. - Праздник семейный, обычно народу мало - только свои. Можно никого особо не стесняться...
    Антон потёр переносицу - и свежим взглядом осмотрел стол. Вздохнул:
    - Кажется, суши макать положено в соевый соус. А вот в оливье добавляют майонез. Не наоборот.
    Подруга только обезоруживающе улыбнулась:
    - А мне понравилось...
    Антон продолжил осмотр. Кажется, вот эта вот странная конструкция - импровизированная фондюшница. В девичестве - пара подсвечников...
    - Корейская морковь в камамбере пополам с рокфором - и правда так вкусно? - нахмурился Антон. Вот в упор не помнил этого момента праздника...
    Рогнеда пожала плечами:
    - Да неплохо. Даже лучше, чем в шоколаде. Отличная идея, кстати - спасибо, что предложил...
    Антон поперхнулся. Да, иногда он сам поражался своей фантазии...
    Собеседница иронично усмехнулась:
    - Сам же нахваливал. А вот вареники макать - так себе вышло, если честно...
    Надкусанный вареник с картошкой и грибами и правда торчал из лужи застывшего шоколада посреди стола... Ё-моё, это что они пили вчера?.. Антон перехватил быстрый взгляд Рогнеды - она уже почти перестала стесняться своего заспанного вида - и... Он скосил глаза... Да уж! Это интеллигентная Недди промахнулась мимо тарелки, а вот у него на волосах, похоже... Остаётся надеяться, что это майонез, а не застывший сыр!
    - Подожди, я сейчас! - пробормотал он и, выбравшись из-за стола, бегом направился в сторону душевой. - Я быстро! - добавил он, запоздало сообразив, что даме мог бы и уступить. Впрочем, кажется, Рогнеда была не в обиде - судя по ироничному смешку, которым она его проводила.
    
    ***
    Как выяснилось, их всех Антон уже знал. Виктора Сергеевича - ещё со времён студенчества, остальных видел мельком на базе при подготовке: инструктаж перед выходом на маршрут давали серьёзный. Со Стасом даже как-то перекинулся парой слов, с Недди не общался, но заметил её… Трудно было её не заметить: светло-русые волосы, серо-зелёные глазища цвета морского льда…
    На укрытие, которое инструктора с замечательной иронией именовали "сторожкой" (по сути – полностью автономная маломестная четырёхзвёздочная гостиница), набрели поначалу они со Стасом. Вернее, Стас чуть раньше - Антон подошёл через десять минут. С момента, как объявили штормовое предупреждение оранжевого уровня, прошло всего-то полчаса. Маршрут у них совсем несложный - для новичков, но... Оранжевый уровень - это совершенно не шутки!
    Да, когда-то люди боялись глобального потепления... Оно и правда произошло, но ни к каким серьёзным проблемам не привело. А вот запыление атмосферы из-за промышленной деятельности новых индустриальных стран повлияло на климат весьма существенно. Антициклоны в центрах материков усилились, Азиатский стал постоянным. Перепад температуры и влажности между центром континента и прибрежными регионами привёл к резкому усилению взаимодействия воздушных масс. Судя по рассказам родителей Антона, ничего подобного во времена их детства ещё не было. Даже в самую сильную вьюгу на Восточно-европейской равнине шансов быть занесённым снегом и замёрзнуть в двух минутах ходьбы от дома не было. А вот теперь… В общем, с буранами лучше не шутить - никому, вне зависимости от опыта. Даже если ты – записной экстремал, как они все на маршруте.
    Коль скоро буран начался - остаётся только переждать его. Но притом сходить с трассы тоже нельзя! Не здесь, по крайней мере. Ну, если у тебя нет с собой скафандра с антирадиационной защитой. Конечно, «пятна» сильного загрязнения встречаются не так уж часто, но и не так редко, как хотелось бы. Да и средний «фон» тут не особо радует. Вполне вероятно, что ничего страшного с тобой и не произойдет, но впустую рисковать не стоит.
    Ещё через пару часов, к полудню, к убежищу вышла Рогнеда. Они обнаружили её приближение по детектору. А она, соответственно, шла на их сигнал. То есть не на их, конечно: он подавался «сторожкой» автоматически, они при всём желании не смогли бы отключить его. Но сейчас они сидели в центре связи, чтобы, в случае чего, выйти на помощь очередному гостю. Стас огорчённо пожал плечами:
    - Я думал, она успела добраться до финиша до бурана. Жаль…
    Антон весело ответил:
    - Ну зато будет не так скучно Старый Новый Год встречать. Мы тут минимум на сутки застряли…
    На экране высвечивалась зелёная точка на фоне карты местности – и полное имя.
    Антон хмыкнул:
    - Рогнеда Владленовна, значит… Просто интересно: какому Владлену пришло в голову назвать дочь Рогнедой?
    Стас нахмурился, припоминая что-то:
    - Я слышал о её отце – историк, на Средневековье специализируется… Десятый-одиннадцатый века, Крещение, вот это всё. Как раз вполне естественно…
    Антон улыбнулся:
    - Да уж: история страны в истории семьи, практически…
    Стас пожал плечами:
    - Да ладно, красиво звучит…
    - Да я ничего, - ответил Антон. - Но меня всегда интересовало: какое сокращённое имя от «Рогнеды»? Ну, чтобы не вызывало однозначную ассоциацию с рогами?
    
    - …Здравствуйте, Рог… неда Владленовна! – поприветствовал гостью Антон.
    Та, отдышавшись, посмотрела на него с подозрением:
    - Можно без отчества. Просто Недди. Кто вставит в имя букву «г», недолго проживёт…
    Спустя полчаса и полтора литра пива они выяснили, что родители зовут её «Роня» - и этот вариант тоже её раздражает…
    
    ***
    К тому моменту, как Недди вернулась из душа, Антон уже вполне почувствовал себя человеком. Всё хорошо, всё замечательно…
    Свой специфический воздушный прикид, кстати, Рогнеда сменила на стандартный местный пушистый белый халат. Он шёл ей ничуть не меньше, чем её прежнее платье – формально «строгое», от горла до пола, но при этом полупрозрачное. Ну да – она везла его с собой в багаже: предусмотрительная девушка, однако… Ну, не то, чтобы оно совсем прозрачное, но… В общем, бельё у неё было, кажется, телесного цвета. Ну - если вообще было.
    Да уж, наряд даже по нынешним временам довольно смелый! И ведь после того, как Стас и Виктор Сергеевич ушли спать, Недди явно не просто так села напротив Антона… В любой другой ситуации ему хватило бы десятой части столь откровенных намёков. А вот сейчас он вынужден играть слегка тормознутого. Кажется, он ей и правда понравился. Вот не высокий спортивный красавчик-Стас, а именно он, «умник»-Антон почему-то…
    С другой стороны – с чего бы такой резкий интерес? Что-то было в Рогнеде… странное. Скрытое. И на этот счёт у Антона были подозрения.
    Впрочем, она надежду, кажется, ещё не оставила. Сейчас-то под халатом у неё нет совершенно точно вообще ничего…
    И что тут прикажете делать? Если главная подозреваемая с тобой откровенно заигрывает, и у тебя осталось не так уж много сил этому сопротивляться?
    
    ***
    Виктор Сергеевич вышел к «сторожке» уже ночью, когда буран разыгрался вовсю. Он, конечно, шёл на снегоходе – годы всё-таки не те, но и у того мощность не так уж велика. Тем более, что все навигационные приборы у него вышли из строя. И было уже практически ни зги не видно. Хорошо ещё, что у него оказался с собой «вечный» фонарь… А местность эту он действительно хорошо знал: умудрился сориентироваться как-то даже в таких условиях.
    В присутствии легендарного героя Недди и Стас сначала вели себя скованно – они же, в отличие от Антона, не учились у него ещё с первого курса, но скоро тот преодолел их вызванное излишним пиететом отчуждение – и через час они уже вместе выбирали канал ТВ для встречи Старого Нового Года. Впрочем, как выяснилось, Стас всё-таки с ним был заочно знаком: его дед когда-то работал с Виктором Сергеевичем. Ну да – и во время самого инцидента тоже. Тут, наконец, Антон смог состыковать имеющиеся у него факты. Фамилия у Стаса другая, это был дед по матери… Ох!
    Да, скоро после аварии на Ново-Славутичской АЭС дед Стаса покончил с собой. Слишком серьёзный стресс… Да уж. Бывает же такое: пока нужно было срочно вывозить людей и строить Саркофаг, все делали то, что должны… А вот потом – ну, выстояли не все. Ладно – дело давнее…
    Когда Стас зачем-то отозвал Рогнеду (зачем, зачем… очевидно, чтобы закинуть удочки на её счёт, чего уж тут – он тоже не железный!), Антон воспользовался ситуацией и спросил напрямую:
    - Виктор Сергеевич, навигатор… Это опять покушение?
    Добродушное лицо его старого учителя на миг заледенело – вместо маски пожилого добряка на нём на миг проступил стальной оскал Терминатора – а потом стало каким-то по-особенному спокойным. Устало-ироничным.
    - Очень странная ситуация, Антон. Да, ты прав: стоит подключить специалистов, когда выйдем на большую землю. Вероятность случайности… Ей можно пренебречь.
    Антон выматерился про себя: это как минимум четвёртое покушение за две недели! До того были вышедший из строя снегоход, пожар и очень своевременно обрушившееся дерево. Антон бы поднял полицию сразу. Вот только… Виктор Сергеевич всегда был экстремалом. Ему… нравился процесс. Да уж… Антон надеялся, что, когда они выйдут с базы, опасность минует, но… Ладно – сейчас-то проблем быть не должно. Ну, разве что злоумышленниками окажутся Стас или Рогнеда. Что, конечно, не исключено, но всё же по статистике маловероятно.
    - Вы бы не дожили до утра, если бы не добрались до нас!
    Виктор Сергеевич усмехнулся:
    - Ну что ты… Фонарь не только светить может. Сам рассчитать можешь – не такая уж малая там мощность. Да плюс снегоход… Хватило бы обогреться… тысяч на пять лет хватило бы.
    Антон нервно усмехнулся: да уж, радиоуглеродные изотопные батарейки начнут терять мощность ещё весьма нескоро! У «вечного фонаря» куда раньше сгниёт вся периферия. Правда, регулировать мощность энерговыделения у изотопных источников возможным не представляется, но большая её часть обычно впустую стравливается во внешнюю среду, так что, в принципе, серьёзно усилить обогрев можно было вполне… Да, похоже, Виктор Сергеевич успел серьёзно об этом подумать.
    - Ну и – на крайний случай… - герой на пенсии расстегнул ворот комбеза и показал…
    С ума сойти! Плазмаган – на «углероде», если не на тритии! Да уж, с этой штукой можно запалить пол-леса: уж что-что, а замёрзнуть тут не удастся. Да и… Чего уж тут: спокойствие того, у кого такая штука за пазухой, вполне объяснимо.
    
    ***
    - Они отчалили, что ли?
    Рогнеда улыбнулась:
    - С полчаса назад Виктор Сергеевич растолкал Стаса - и они вышли. За ними дирижабль прибыл раньше, чем предполагалось.
    Да уж, похоже, заносы такие, что чистить их бессмысленно: спасательные «вечные» дирижабли, несмотря на малую грузоподъёмность, вытащат всех запертых в снежном плену куда быстрее. За ними, значит, придёт ближе к полудню…
    Антон мысленно облегчённо вздохнул: ну, если всё так, как он предполагает, то кризис миновал? Чем же он тебе так насолил, Ронечка? Хотя – понятно чем, чего уж тут…
    - Настанет наша очередь – с воздуха сможем полюбоваться на твои бывшие владения…
    Рогнеда возмутилась:
    - Почему «бывшие»? Вполне себе актуальные. Просто единственное, что с них можно получить пока что – симпатичное сияние по ночам… Но этим, боюсь, даже туристов сюда не заманишь.
    Ну это она, конечно, преувеличивает: черенковских электронов тут в почве и в воде образуется не так много, чтобы свечение стало хоть сколько-то заметным. «Но в главном-то она права», чего уж тут… Если бы не та авария… Или если бы её ликвидировали более эффективно…
    
    ***
    - Отец решил, что бизнес – это не его. Ну, когда всё это случилось… - Рогнеда отхлебнула из бокала какой-то сделанный самостоятельно коктейль на основе сакэ.
    Стас понимающе улыбнулся. Виктор Сергеевич вскинул брови и скривил губя. Антон навострил уши.
    - Всё, что было, он вложил в акции того аграрного мегапроекта. Помните, тогда это было золотое дно… Все стонали, что корпорации скупают землю, что еда теперь сплошь ГМО, чего тогда жутко боялись, уж не знаю, почему… Что из лабораторий «Монканто» того и гляди случайно вырвутся семена плотоядных папоротников, из центров «Плейстоцен Компани» - восстановленные шерстистые носороги, а в реках гибриды пираний с птеродактилями заведутся… Но при том все покупали эти чёртовы акции. И землю. Ну – у кого ещё не было…
    Она замолчала и невесело усмехнулась.
    Стас прервал молчание:
    - Ваша семья сильно пострадала?
    Рогнеда поджала губы, сразу став старше будто лет на десять:
    - Потеряла всё. Вся наша земля оказалась заражена. Вообще вся. Теперь единственное, что тут имеет смысл собирать – радионуклиды, в том числе трансураниды… Так что это – на тысячи лет, да. Акции же проекта – сами помните. Это был оживший кошмар: аграрии не любили атомщиков – боялись как раз чего-то в этом духе…
    Стас сочувственно улыбнулся и попытался её поддержать:
    - Ну, трансураниды – тоже неплохо. У нас вышло почти так же: бабушка работала в «Монканто», дед – на Ново-Славутичской... У бабушки после банкротства «Монканто Черноморья» не осталось ничего, дед же… не пережил этого всего. Роли своих коллег в катастрофе.
    Виктор Сергеевич перестал вертеть в руках свой медальон – забавный такой, в форме значка радиации с обвивающей его змеёй, он носил его всё время, сколько Антон его помнил – откашлялся и слегка сменил тему:
    - Насчёт трансуранидов – именно так, кстати. Когда технологии дезактивации дойдут до нужного уровня – в течение десяти лет самое большее, а скорее пяти – цена тех земель, которые сейчас считаются необратимо утраченными, резко возрастёт. С одной стороны, исчезнут причины воздерживаться от применения других изотопных источников, помимо углеродных и тритиевых, с другой – появится возможность все эти радионуклиды как раз собрать и использовать… Всё собранное рынок всосёт со свистом. Да чего там – сразу же все радиомогильники вскроют, включая оба наших Саркофага. Бывшие «отходы» станут ценнейшим ресурсом.
    Да, Виктор Сергеевич прав, конечно: единственная причина, по которой до сих пор из всех возможных изотопных источников используют только углеродные и отчасти тритиевые заключается в том, что в любом другом случае при аварии и разгерметизации «батарейки» возникшее «пятно» радиоактивного загрязнения полностью убрать будет невозможно. А каким бы прочным ни был корпус, совсем исключать этого нельзя. Ну, если только вы не имеете дело с углеродом-четырнадцать: он ведь может просто сгореть – как обычный уголь. Ничего не мешает поставить систему самоуничтожения, которая гарантированно превратит углерод в углекислый газ. Да, поначалу он будет очень радиоактивным, но в кратчайшие сроки смешается с огромной массой чистого воздуха, что снизит его концентрацию до неопасной. Конечно, такая вспышка может спровоцировать пожар, но это куда меньшая проблема, чем радиоактивное «пятно» посреди города.
    Антон, конечно, не стал говорить это при Рогнеде вслух, но, в общем-то – так ли плохо всё обернулось? Аграрный проект погиб, зато Атомный с трудом, но пережил последствия аварии. В конце концов, надо же миру где-то располагать производство изотопных батареек? Мощностей Семипатинского и Невадского комплексов на всю планету не хватает…
    
    
    ***
    Первые четыре часа их заключения в «сторожке» Антон и правда считал, что проблемы закончились. Но…
    Чистейшая случайность. Абсолютная. Салатик, который Рогнеда сбацала на местном кулинарном три-дэ-принтере: орехи, гранат вместе с зернышками, сухарики, ещё что-то… Ну да, в основном – не совсем настоящее, чего уж тут. Но дарёного коня к стоматологу не отправляют. Как бы то ни было, она сделала салат и даже гордо сама разложила по порциям. А потом – пошла звать всех на ужин: до полуночи-то времени ещё много… Антон пришёл сразу, а вот остальные что-то задерживались.
    Виктор Сергеевич сидел в своём номере и общался с коллегами по своему навороченному гаджету: ему удалось исправить повреждение. А вот Стаса искали долго – он обнаружился в центре связи, ему тоже надо было с кем-то пообщаться.. И вот когда они снова вошли в малую столовую, Антон почувствовал, что что-то за последние несколько минут изменилось. Нет-нет, тарелки все стояли, как раньше. Прислушавшись к своим ощущениям, Антон осознал, в чём дело: стакан. В сервизе на полке над кулинарным принтером сначала их было шесть. Четыре взяли. Остаться должны были два. Но вот почему-то на месте оказался один. Странно…
    Пока открывали какое-то лёгкое вино – Антон в итоге не запомнил ни названия, ни вкуса – он лихорадочно искал глазами хоть что-то, что объяснило исчезновение посудины. Что-то вертелось в памяти – из какого-то детективного сериала…
    Стакан могли разбить. Но осколки бы в лучшем случае смели в кучку, чтобы робот-уборщик потом подобрал, он наверняка запрограммирован прибираться не реже, чем раз в сутки. Где, собственно, стекло? Стекло… куча осколков с острыми краями… Антон кинул взгляд на тарелки… Три были одинаковы. А в четвёртой, если посмотреть под определённым углом, что-то отблескивало. Ну да – именно это место облюбовал Виктор Сергеевич. Кажется, так в древности били всяких султанов и прочих восточных владык. Правда, там положено было использовать дроблёные до пыли драгоценные камни. Но и современное стекло… Мало ли. Лучше не проверять! На фоне алкоголя и довольно твёрдых сухариков… да, наверное, человек может съесть это и не заметить!
    Точно: «Ниро и Арчи в двадцать первом веке» же, двадцать восьмая серия первого сезона! Там стакан упал в кулинарный принтер и разбился, а в итоге погибли несколько человек… Покушающийся не похож на профессионала. Скорее всего, он или она просто смотрели этот самый сериал!
    Антон вышел из столовой… и вызвал Виктора Сергеевича – мол, просят выйти на связь. Сбивчиво объяснил ему…
    Ну что поделаешь? Ну вот аллергия у человека на гранат – не обижайтесь, Недди, дорогая, очень скоро мы ещё попируем вместе…
    Преступник – среди них. Антон точно знал, что это не он. И едва ли Виктор Сергеевич станет столь изощрённым способом пытаться расстаться с жизнью. Значит, выбирать приходится всего из двух вариантов. И кто же? Рогнеда? Стас?
    У Недди пострадала вся семья. Атомщики – а пуще всего именно те, кто допустили аварию – погрузили её родителей в «оживший кошмар». Странно выглядит только объект для мести – конечно, Виктор Сергеевич, возглавлявший ликвидаторов на раннем этапе, отчасти тоже виноват, но явно меньше других. Но мало ли… С другой стороны – она явно отдаёт предпочтение ему, Антону, а не Стасу – это при том, что тот чисто внешне, чего уж тут, куда привлекательнее. Но его дед – тоже из атомщиков…
    Стас… Ну, тут всё просто: его дед покончил с собой. Он вполне может винить в этом его непосредственного начальника. Тоже месть, но куда более личная.
    Ну и какой вариант хуже?
    
    ***
    Рогнеда смотрела на Антона с ожиданием и какой-то иронией. Кажется, его нерешительность её забавляет. И уже слегка напрягает.
    Его разрывали противоположные чувства. И страсть, и страх, и… Ну вот что ему прикажете делать, а?
    
    - А почему тебя так назвали? – спросил он невпопад.
    Недди сверкнула глазами.
    - Забыл, что ли? Я ж полночи про это разорялась…
    Да, что-то такое было. Но лучше пусть поговорит пока – покуда он подумает… Антон нахмурился:
    - Забыл…
    Дочь историка встала – и пустилась в объяснения, расхаживая по номеру:
    - У отца есть теория по поводу истории Рогнеды Рогволодовны и Владимира. Он считал, что там не было оскорбления со стороны княжны, после которого Владимир захватил Полоцк, изнасиловал княжну и убил всех её родственников мужского пола. Это позднейшая вставка – начала тринадцатого века. А события-то имели место в десятом! До того речь шла лишь об убийстве Рогволода с сыновьями и женитьбе Владимира на Рогнеде. Ну, и о её попытке убить Владимира через несколько лет.
    Антон хмыкнул:
    - А это всё какое-то другое истолкование может иметь? Насилия не было? Она была так рада произошедшему, что добровольно пошла за него замуж?
    Недди покачала головой с выражением учительницы начальных классов:
    - Неясно, зачем ему было жениться на Рогнеде, когда он УЖЕ захватил Полоцк. Это важный пункт в условиях противостояния Новгорода и Киева, но коль скоро он, так или иначе, под контролем, а назавтра Владимир или погибнет, или подчинит себе и Киев тоже – чего ради такие сложности? Смысл такого шага уже исчез… Изнасиловать пленницу он мог, но жениться-то зачем? В летописях приводится и речь Рогнеды – её объяснение после попытки убийства Владимира несколько лет спустя. Она жалуется, что тот оставил её ради других женщин. Это речь отнюдь не униженной пленницы, а именно что оскорблённой княгини. Отец считает, что всё вышло наоборот: отшила Владимира не Рогнеда, а её родственники – она-то как раз хотела к нему, а не к Ярославу, который всё равно потом на немецкой принцессе предполагал жениться. Причём – одновременно с крещением, то есть двух жён у него точно не могло бы быть. Владимир захватил Полоцк ради неё - и убил её отца и братьев, потому что они мешали их планам быть вместе…
    Недди остановилась рядом с креслом Антона, присев на подлокотник, и печально-иронично улыбнулась:
    - Ну – романтика, роковые страсти всякие… Любит отец такое. Потому-то потом она и обиделась сильно – когда он других ей предпочёл…
    Рогнеда замолчала. Антон тоже молчал.
    - В чём дело, Антон? – спросила она напрямую, уже безо всякой улыбки. Поняла, что он просто тянет время.
    Тогда он обнял её за талию.
    …
    Надо же – у неё под левой грудью тату с пол-ладони размером – змея в каком-то специфическом круге… Кто бы подумал, что она такое любит!
    
    
    
    ***
    В подвале нашёлся даже тир. «Плазмаганы», конечно, были лишь имитацией, но выглядели вполне себе впечатляюще – точь-в-точь как «плазма» Виктора Сергеевича. Тот, кстати, её и продемонстрировал – как бы для сравнения. Ну, и чтобы остудить горячие головы… Стас предложил пострелять – времени-то и десяти ещё нет. Виктор Сергеевич хотел выбрать обычные мишени в виде кругов, но внезапно-кровожадная Недди потребовала взять другие – человекообразные. Надо же…
    
    Не так уж плохо, кстати, она стреляет. Получше самого Антона. Впрочем, это не так уж трудно: он из всех четверых по результатам сразу занял твёрдое последнее место. Ха-ха. Ну, у него вообще-то другие увлечения в жизни!
    
    Рогнеда прицелилась – и спустила курок: её «жертва» на трёхмерном экране, получив заряд плазмы в руку, окрасилась жёлтым. Она досадливо поморщилась и сказала обиженно:
    - Ведь умею же…
    Стас – теперь была его очередь – прицелился и нажал на спуск. Его мишень получила прямое попадание в сердце и окрасилась красным. Он удовлетворённо хмыкнул – и ответил:
    - Да ладно. Смысл какой в этом умении? Опасность для людей представляют давно не другие люди, а природа. Ну, или техногенные катастрофы, типа Чернобыля и Ново-Славутича. От них из плазмагана не отстреляешься.
    Он вздохнул, глянул на Виктора Сергеевича – и добавил:
    - Дед замечательно стрелял. Ветеран был, да… Но за последние годы оружие применил лишь однажды. А себе в голову – никто не промахнётся…
    Виктор Сергеевич снёс голову своей мишени практически не целясь. И заметил:
    - Есть смысл. Умение целиться, контролировать дыхание и сердцебиение… никогда не бывает лишним.
    - Да уж, - поддакнула почему-то Рогнеда, бросив на него косой взгляд.
    За «оружие» взялся Антон…
    - Дед был очень нервным? – спросил Стас.
    Антон чуть вздрогнул – и выстрел вообще ушёл в «молоко».
    Виктор Сергеевич пожал плечами…
    - Ну, скажем так… У него были для этого основания.
    Рогнеда, выстрелив в свою очередь и опять «ранив» мишень в руку, агрессивно сказала:
    - Ново-Славутич вообще не должен был произойти. После Чернобыля. И Фукусимы. А вот поди ж ты… Любой занервничает.
    Виктор Сергеевич издал характерный смешок профессионала, услышавшего реплику дилетанта…
    - С Фукусимой сравнивать бессмысленно: там всё-таки проблема была в манкировании руководством подготовкой к чрезвычайной ситуации. Тут уж или Чернобыль, или Тримайл-Айленд. На Тримайл-Айленде серьёзной катастрофы удалось избежать, но это дело случая: от самих исполнителей ничего не зависело – им просто повезло.
    - Это как? – скептически спросила Рогнеда.
    Стас, опять попав в сердце, уступил место Виктору Сергеевичу. Тот, навскидку поразив мишень в шею, ответил:
    - Ну, если очень грубо… Могу и подробнее, но детали тут сложны и при том непринципиальны… Взрыв, который собственно разрушил реактор в Чернобыле, был вызван гремучим газом. Взорвался водород. При аномально высокой температуре в реакторе идёт пароциркониевая реакция. Цирконий из конструкций реактора взаимодействует с водой – паром – превращаясь в оксид циркония и водород. Тот накапливается – и в итоге происходит взрыв. Или не происходит – тут уж как повезёт. Проскочит ли случайная искра… Ну вот в Тримайле повезло, в Чернобыле – нет. Когда реакция началась, а персонал зевнул накопление водорода – дальше всё в руках судьбы.
    
    - А давайте друг с другом? – предложила Рогнеда. Антон досадливо прикусил губу: жаль, при разговоре на такую тему преступник мог себя проявить… Или как – это всё же сделано намеренно?
    
    
    Ну да: Стас и Виктор Сергеевич стреляли почти одинаково хорошо, но по скорости опыт легко побеждал горячность юности. А вот Антон проигрывал даже Недди, хотя та и пыталась его жалеть… Здорово стреляет дочь историка!
    Через полчаса разозлённый Антон сказал:
    - Ладно, пойдёмте за стол. Уже скоро полночь…
    Он надеялся, что за столом разговор возобновиться.
    
    
    ***
    - Изначально подход к подготовке спецов был разный. В США сажали за пульт «дрессированных обезьян»: тех, что умели только и исключительно нажимать на определённые кнопки в определённых ситуациях – по инструкции. Когда ситуация оказалась не соответствующей ни одному из предварительно рассчитанных вариантов – они «зависли». А водород так и шёл…
    - Так было в Тримайл-Айленде? – уточнила Рогнеда.
    Виктор Сергеевич кивнул – и отхлебнул… Кажется, такой коктейль называется «Северное сияние». Антон внутренне аж поёжился. Да уж, крепкие старички пошли. Впрочем, другие, наверное, все пертурбации предыдущих десятилетий и не пережили бы…
    - А в советской традиции – наоборот, было принято использовать сплошь «гениев». Ну - очень высококлассных спецов. Они могли делать чудеса за гранью возможного… При получении идиотского распоряжения от руководства, там, где «обезьяны» отказались бы что-либо делать просто из-за низкой квалификации, «гении» могли попробовать его выполнить. Ну, они и попробовали. Переоценили свою гениальность и послушность реактора… И тоже зевнули начало процесса.
    - Это был Чернобыль? – спросила Недди. И, даже не дождавшись ответа, спросила: - А в Ново-Славутиче что вышло?
    Виктор Сергеевич даже коротко рассмеялся:
    - А у нас… Как обычно, посередине. «Гении» пополам с «обезьянами» - взрывоопасная смесь… в прямом и переносном смысле. К тому моменту, как я прибыл на станцию, процесс уже шёл. Я, наверное, должен был догадаться… Но у меня и в мыслях не было, что это не проверили в первую очередь!
    Он кинул короткий взгляд на Стаса – и сразу отвёл глаза. Да, дежурным был именно его дед…
    Стас хмыкнул:
    - Угу. А дед… тоже, вероятно, думал, что… Ладно – чего уж теперь! – и опрокинул стакан «Сияния».
    
    Антон сжал зубы: да уж, похоже, Стас не питает иллюзий относительно вины своего деда в событиях. Значит, особых претензий к Виктору Сергеевичу у него быть не может!
    Антон прикусил губу – и вмешался в разговор:
    - Ну в конце концов – никто ведь не погиб. Жертв не было, всех успели эвакуировать. Материальный ущерб превзошёл Чернобыль, но что касается людей, то…
    Виктор Сергеевич хотел ответить, но тут неожиданно вмешалась Рогнеда:
    - Это да. Но дело в том, что именно по жертвам и Чернобыль ничего особенного из себя не представляет. При взрыве погибло три человека. Ещё тридцать восемь умерли позже – с диагнозами «лучевая болезнь», «острая лучевая болезнь» и от некоторых видов рака, которые считаются однозначно связанными с катастрофой. Ещё около двухсот болели тем же самым, но выжили. Всё, этим жертвы Чернобыля юридически и исчерпываются…
    Антон нахмурился: надо же, какие тонкости мы знаем, оказывается… Он ответил:
    - Ну всё правильно же: теоретически можно учитывать какие-нибудь дальние тонкие эффекты, но тогда их надо и в случае других катастроф учитывать, но это не делается почему-то. Лондонский смог тысяча девятьсот пятьдесят первого: двенадцать тысяч только погибших. Смог ведь и канцерогенным эффектом обладает, но статистику по раку никто не считает. Почему в случае с Чернобылем или Ново-Славутичем нужно это делать?
    Недди хмыкнула:
    - Ну да, всё так. Но вот почему-то отцу было от этого не легче…
    Стас подмигнул:
    - Ну, мир наверняка больше заинтересован в классном историке, чем ещё одном бизнесмене. Может, в этом всё дело… Так почему тебя Рогнедой назвали?
    Недди слабо улыбнулась – и пустилась в объяснения…
    
    Черт! Антон выпил что-то крепкое, и даже не понял, что это было… Она явно куда лучше знает историю атомных катастроф, чем показывает… По крайней мере - в смысле медицинских последствий…
    Он вздохнул – и признался себе: она это… Девять шансов из десяти.
    
    
    ***
    Рогнеда дёрнулась – и застыла, правую руку судорожно прижав к груди, а левой впившись в плечо Антона. Лицо стало смертельно бледным, губы побелели, глаза… Но вот она моргнула, приложила к груди и вторую руку, губы порозовели… Недди напряжённо улыбнулась – и откинулась на подушку:
    - Четвёртый раз… или пятый. Смотря как считать…
    Антон обеспокоенно взял её за руку, сходу пытаясь нащупать пульс:
    - Что? Сердце?..
    - Ага. Всегда так было, с рождения…
    Тут Рогнеда посмотрела на него со странным выражением:
    - Я думала, ты заметил…
    Антон нахмурился:
    - Что?.. – и понял. – Что это означает? – спросил он, указав на тату со змеёй.
    Недди печально улыбнулась:
    - Ты правда не в курсе?
    Антон нетерпеливо воскликнул:
    - Ну же?.. – ему показалось, что он упустил нечто очень важное. И в этот миг он вспомнил, где видел этот знак. Или очень похожий, по крайней мере: да на медальоне Виктора Сергеевича! Ну точно же: змея, смикшированная со знаком радиации!
    Рогнеда призналась:
    - У меня вечный имплант. Сердце и ещё по мелочи. Больше грамма «четырнадцатого». Если помру, а его из меня не достанут, то он будет работоспособен и через тысячи лет… У твоего учителя такой же. Даже нет – у него старого образца, куда более мощный. Я думала – ты знаешь…
    - Никогда не спрашивал у него… - растерянно ответил Антон.
    - Это символ из области радиомедицины. Знак радиации плюс стандартная змея медиков. Раньше вообще было положено всех окружающих предупреждать, значки на одежде носили, но теперь достаточно просто рисунка на теле. Ну – мало ли…
    Антон попытался собрать мысли в кучу:
    - А что будет, если…
    Рогнеда молчала. Антон проглотил ком в горле и продолжил:
    - …Ну, разгерметизации?
    Недди картинно закатила глаза:
    - Если будешь не ближе пяти метров, то просто заляпает ошмётками моей грудной клетки. Если поближе, - она нервно хихикнула, - то твоими ошмётками заляпает окружающих…
    - Э-э-э…
    - Шучу, шучу… Это на старых имплантах так было. Вообще-то нечто такое должны были на уроках безопасности ещё в школе говорить, но кто же их слушает, да?.. Нет, реально разгерметизация может произойти лишь при настолько мощном внешнем энергетическом воздействии, что ни мне, ни окружающим уже совершенно точно не о чем будет беспокоиться.
    Антон задумался:
    - Угу… Но ведь возможны и ошибки. Взрыватель, который должен сжечь радиоактивный углерод в случае чего, тоже может ошибаться. Допускать ложноотрицательной реакции нельзя: если разгерметизация произошла, а подрыв не состоялся, то это катастрофа. Значит, его калибруют так, чтобы этого точно не было. Но от этого возрастает вероятность противоположной ошибки…
    Недди фыркнула:
    - Вероятность этого куда меньше, чем попасть в серьёзную автокатастрофу, к примеру. Но – да, это возможно. Но и в этом случае волноваться особо не о чем: у нынешнего поколения имплантов весь углерод будет сожжён и выброшен в атмосферу через мою же трахею. Там на автоматике прожигается отверстие… Эй, успокойся, для меня уже разницы всё равно не будет!
    Антон заставил себя открыть глаза и посмотреть в улыбающееся лицо Рогнеды.
    - Правда, окружающие, пока облако радиоактивного цэ-о-два не развеется, будут в некоторой опасности. Но в сравнении с тем, что произойдёт в случае детонации импланта Виктора Сергеевича – это ерунда, поверь мне.
    Ну да: это многое объясняло. То, что у того проблемы с сердцем, Антон знал. И понятно, почему Недди, как и он, занимается стрельбой: контроль сердцебиения, да…
    - Всё хорошо, у меня замечательная жизнь. У отца вот, - она кинула неожиданно острый взгляд на собеседника, - вообще тринадцать раз сердце отрубалось – и ничего…
    
    А, вот она о чём! Антон сглотнул слюну… Ну да: Недди, конечно, красивая, но… Постоянно находиться в присутствии того, кто в любой момент – пусть даже лишь теоретически! – может умереть, выплюнув при этом в пространство смертоноснейший яд… Так ли уж много парней согласятся на это? Тем более, что, коль скоро у её отца – то же самое, это, стало быть, наследственное… А он, Антон, замечательно общался с носителем куда более мощного импланта…
    Стоп. Но ведь тогда получается, что…
    - А как ты относишься к катастрофе? К аварии на Ново-Славутичской АЭС?
    Рогнеда удивлённо пожала плечами:
    - Да как-то спокойно… В общем-то, если бы не она – получила ли бы я вовремя эту штуку? – она стукнула себя пальцем по грудине. – Наверное, со временем импланты стали бы общедоступны, но у нас-то они вошли в обращение раньше, чем где бы то ни было… Внутренний рынок же, да и тестировали тут. Всё равно у нас загрязнен солидный кусок территории, нам можно рисковать. Я имплант в три года получила – и через пару месяцев был первый из четырёх случаев, когда он очень понадобился… Если б не та катастрофа – меня бы, скорее всего, уже не было. Да и отца, в общем, тоже: у него болезнь позже развилась, но и он до имплантов этого типа едва ли бы дотянул… Что – катастрофа? Никто ведь не погиб. А вот выжили, - она хмыкнула, - многие. Как минимум двое…
    Антон опять закрыл глаза: ужас и облегчение затопили его одновременно. Ну да: покушалась на Виктора Сергеевича точно не она. И, значит, потенциальные убийца и жертва только что улетели на спасательном дирижабле – наедине… Это он, осёл, допустил это!
    
    Антон вскочил на ноги.
    
    
    ***
    Увы: центр связи оказался вырублен. А их собственные гаджеты пребывали неизвестно где. Покуда Антон с висящей на хвосте Рогнедой метался по всей «сторожке», он рассказывал ей всю историю – начиная с момента обнаружения поломки снегохода Виктора Сергеевича неделю назад. Недди слушала, не издавая ни звука: лишь бледнела и краснела с такой интенсивностью, что впору было подумать, будто у неё опять приступ.
    Выдохся он в тире... Гаджетов не было и тут. Оставалось только ждать, покуда дирижабль придёт и за ними. Антон сидел в «зрительском» кресле, пот заливал глаза… Сидящая рядом Недди вдруг не то, чтобы успокоилась, но, похоже, пришла к решению, как ко всему этому относиться. Спросила:
    - Я тебе так понравилась? Несмотря на то, что ты считал меня сумасшедшей преступницей, ты…
    Антон вяло отмахнулся:
    - Да ну тебя…- голова закружилась, и он привалился к её плечу…
    А вот Рогнеда вдруг напряглась… И спросила, указывая в сторону оружейного стенда:
    - Мы же вчера всё убрали за собой… А где ещё два типа-плазмагана?.. Было шесть, сейчас четыре. Стас унёс? Но зачем, это же, по сути, модифицированные фонарики… Если, как ты говоришь, Виктор Сергеевич вооружён настоящей «плазмой», какой в этом смысл?
    
    
    ***
    Гаджеты они нашли… Ну да – в холодильнике. Разобранными и разряженными. Ещё минут десять ушло на то, чтобы привести их в работоспособное состояние. Так, включить мобильное ТВ…
    
    Это стало уже мировой новостью номер один: авария спасательного дирижабля, гибель двух человек, включая героя-ликвидатора…
    - Предположительно произошла детонация изотопного источника питания в импланте старого образца. От него сдетонировали источники в дирижабле. Увы – такого рода трагедии всё ещё иногда происходят. ВОЗ давно требует ускорения замены имплантов старого образца на современные модели. Однако без согласия самих носителей имплантов это невозможно, никто не вправе…
    
    Антон выключил звук.
    - Он, вероятно, просто предложил опять поиграть в «дуэль» - для того и прихватил муляжи. Перед этим – выпросил посмотреть настоящую «плазму». Потом, в ходе игры, завладел настоящим оружием, а не муляжом…
    Рогнеда кивнула:
    - И выстрелил в сердце – просто потому, что всегда так и делал. А о том, что у Виктора Сергеевича в груди радиоактивная бомба, он, как и ты, просто не знал.
    Они помолчали. Антон продолжил:
    - Вероятно, собирался потом оправдаться. Мол, спьяну прихватили муляжи – чтоб продолжить развлечение на дирижабле. И мы бы ведь подтвердили, что вчера именно этим они тут и занимались. Сказал бы – случайно так вышло – непредумышленное…
    Недди возразила:
    - Но ты ведь рассказал бы о прежних покушениях.
    Антон покачал головой:
    - Но он-то не знал, что я знаю. А Виктор Сергеевич уже был бы мёртв. Свернуть башку местной системе связи и засунуть гаджеты в холодильник мы могли и сами – опять-таки спьяну. Да даже и он мог бы признаться, что сделал это – просто чтоб нам романтическую обстановку создать, чтоб не тревожил никто… Кто бы что доказал?
    
    Недди покачала головой:
    - Ну дурак, нет? Вот нафига это?
    Антон вяло хмыкнул:
    - Его дед лопухнулся, проспав начало аварии. Он, видимо, считал, что Виктор Сергеевич должен был понять, что происходит, раньше. Если только…
    Он замолчал. Идея была слишком странной…
    Недди, однако, уловила невысказанное:
    - Ну да. У Стаса же была и бабушка, по линии которой дед имел связи в аграрном проекте… «Монкатнто Черноморье» же… Но нет – какой смысл? Если авария была не совсем спонтанной, то чего хотели добиться её инициаторы? Ясно же, что аграрный проект в итоге гибнет, а атомный – нет: просто потому, что система деятельностей, связанная с атомом, от этого всего даже укрепится: Саркофаг же надо строить, серьёзные работы проводить… Тут же помощь всего мира гарантирована! Плюс остальные АЭС… Даже если их решили бы закрыть, всё равно там персонал бы ещё длительное время был бы нужен, это само по себе задача на годы…
    Антон пояснил:
    - Скорее всего, не предполагалось вызывать масштабное загрязнение территорий. Авария должна была привести лишь к потере экспериментального реактора и глубокому недоверию к атомщикам. Атомный проект ослаб бы, аграрный – усилился… Всё логично. Индустриальный саботаж…
    Рогнеда вздохнула. Помолчала. И добавила вслух – озвучила то, чего самому Антону ни говорить, ни слышать не хотелось:
    - А твой учитель, похоже, просёк эту идею. И вместо того, чтобы сразу начать ликвидацию аварии, дал ей зайти чуть дальше, чем предполагали её инициаторы. В итоге Атомный проект был «ранен», зато его аграрный конкурент – «убит наповал». На этом межпроектная война закончилась, настало время собирать обломки и подсчитывать ущерб…
    
    Они помолчали ещё. Недди, наконец, произнесла с раздражением:
    - А нельзя было им просто не мешать друг другу? Всё равно зараженных территорий под фабрики «углеродных батареек» ещё со времён Чернобыля было достаточно. И если бы к нынешнему нашему атомному благополучию добавились ещё аграрный проект и связанный с ним биотех – кому от этого было бы хуже?..
    
    Новости закончились, возобновилась староновогодняя развлекательная программа… Антон смотрел на экран – и ничего не говорил. А что тут скажешь?
    
    
    КОНЕЦ

  Время приёма: 16:57 24.01.2017