22:37 05.08.2018
Поздравляем победителей 46-ого конкурса:

1 Мудрун ai010 Миллиард лет одиночества
2 Мудрун ai002 Счастливчик Харон
3 Изольда Марковна ai028 Лестничный



20:11 24.06.2018
Отпечатан и готов к рассылке тираж 37-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 47 (осень 18) Фінал

Автор: Тень Тени Количество символов: 27282
Конкурс № 36 (лето) Первый тур
рассказ открыт для комментариев

y014 Навигатор


    Умирали такие люди —
    Что смерть мы спокойно встретим.
    Жили такие люди —
    Что мост перекинут к бессмертию.
     Эмили Дикинсон
    
    — «Дэлавер» — Луна-Центральная. Доложите готовность к старту.
    — Луна-Центральная — «Дэлавер». К старту готовы, сер. Все системы в норме. Самочувствие отличное, — капитан Майкл Митчелл отвечает жизнерадостно. Словно ему предстоит подкрепиться гамбургерами с колой в Макдоналдсе, а не работать за сотни парсек от Земли. Стальной человек, мне бы его самообладание.
    Струятся водопадом компьютерные отчеты. Топография многомерных континуумов Калаби-Яу славится парадоксальностью. Проложить в них траекторию, по которой корабль почти мгновенно проскальзывает в заданную точку Галактики — так же сложно, как нарисовать изнанку бесконечности. Впрочем, художникам имп-арта Эшеру или Рутерсварду изобразить подобное — было по зубам еще столетие назад.
    — «Дэлавер» — Луна-Центральная. Разрешаю старт. Отчет пошел, — в голосе далекого оператора слышится облегчение. Что ж, понятно, он свою часть работы выполнил.
    Внезапно сердце холодеет. Что-то не так, я это чувствую. Хотя, логически объяснить не могу. Напряженно вглядываюсь в показатели датчиков. Ничего плохого не замечаю.
    — Пятьдесят восемь… Пятьдесят семь… Пятьдесят шесть…
    — Честер, спорим, «Нью-Йоркские Гиганты» выиграют Суперкубок?
    — Враки, Стив! «Питтсбургские сталевары» лучше... — хохочет пилот Паркер.
    — Ставлю сотню баксов, что «Гиганты» всех сделают! — с азартом настаивает Стивен Кларк, инженер корабля. — Ну, как? Принимаешь пари?
    — Не засоряйте эфир, джентльмены, — добродушно рокочет командир «Дэлавера».
    — Тридцать один… Тридцать… Двадцать девять…
    Разумного повода для волнений нет, но глубоко внутри ноет заноза.
    Вспоминается Эллис. Ее большие голубые глаза смотрят на меня с мольбой. Ради этих глаз я готов на все. Даже, стерпеть обвинения в трусости.
    — Пять… Четыре… Три…
    — Сер! Остановите запуск! — словно со стороны слышу собственный голос.
    — Прекратить отчет, — капитан реагирует молниеносно. Обеспокоено поворачивает ко мне голову. — Эндрю, сынок, что случилось?
    — Кажется, неполадки в навигационном модуле… — отвечаю неуверенно.
    — Какого дьявола? Может, компании подыскать другого навигатора? Который будет оперировать точными фактами, а не гадать, словно колдун Вуду? — раздраженно, с сильным южным акцентом спрашивает Джеймс Грин. Как официальный представитель компании «Космические крылья» и специальный научный эксперт — он в этой экспедиции босс.
    — Ну, вот! Снова гонять тесты, — недовольно комментирует Честер.
    — «Дэлавер» — Луна-Центральная, — в эфир, словно сквозняк, врывается взволнованный голос оператора. — Подтверждаем правомерность действий экипажа. Центр управления полетами только что обнаружил неисправность в 222 изоблоке навигационного модуля вашего корабля. Высылаем техников для проведения ремонтных работ.
    — Сынок, мы перед тобой в долгу, — благодарит капитан. — Если когда-нибудь будешь в Сакраменто, загляни ко мне на стаканчик-другой виски. После отставки меня уже никто, ни за какие деньги, не выманит из веранды моего дома.
    — Ты, теперь, — наш талисман! — Стивен и в знак признательности притрагивается правой рукой к сердцу. — Такого новичка я готов поменять на дюжину опытных профи!
    
    ***
    
    Хрупкие фиалки тянутся к солнцу из клумб. Шепот листвы и журчание фонтанов сливаются в приятную симфонию. Величественное здание в стиле боз-ар — большие арочные окна, изысканный фасад, бюсты знаменитостей — создает атмосферу ожидания встречи с прекрасным и вечным. Хотя любую книгу давно проще скачать в сети, но это уникальное место и раньше привлекало меня. Тем более теперь, когда в самой большой библиотеки мира — работает самая красивая девушка на свете.
    — Как продвигается монография? — спрашиваю Эллис. Карандаш в моей руке словно живой: прыгает в замысловатом танце, оставляя на бумаге серые следы грифеля.
    — Эмили Дикинсон — невероятная личность. И такая трагическая судьба! Перечитываю ее стихи и снова нахожу новые грани смысла, — восторгается Эллис, поправляя непослушную прядь волос. В белом платье она сегодня особо неотразима. — Ты как относишься к бессмертию?
    — Позитивно, — усмехаюсь я. — Покажи человека, который был бы против?
    — У нее на эту тему много стихов… — объясняет девушка. — Только я сомневаюсь, останемся ли мы людьми, получив его?
    — Не знаю, — признаюсь я, критически осматривая портрет. — Хорошо, что я не литературовед или писатель, и мне не приходиться всерьез думать о подобных вопросах.
    — Нарисовал? Покажи, пожалуйста! — просит Эллис. Ей уже порядком надоело сидеть на лавочке в одном положении. Я торопливо завершаю полутень на ее шее, делаю выразительнее ямочку на подбородке и протягиваю рисунок.
    Девушка немного краснеет, всматриваясь в мое творение.
    — Неужели я… такая?
    — Я так тебя вижу, — отвечаю искренне, и, немного, с опаской. — Тебе не нравится?
    — Очень нравится! — восхищенно улыбается Эллис. — На фотографиях и видео я получаюсь совсем по-другому. А у тебя — и не узнать сразу, прямо голливудская красавица!
    — Сравнила, тоже… — сержусь я. — У них же глаза пустые. Как у кукол Барби.
    — Многим мужчинам умные женщины не нужны, — передергивает изящным плечиком Эллис. — У меня есть подруга, которая прикидывается глупышкой, лишь бы не ранит самолюбие ухажера. А сама недавно — получила докторскую степень.
    — А со мной? — спрашиваю с волнением. — Также притворяешься?
    — Нет, — заливается смехом девушка. — Хотя, иногда, хочется казаться умнее… Из тебя вышел бы отличный художник. Зачем пошел в астрокорпус? Это ж очень опасно! Вон, в прошлом году пропал «Коперник». Тот самый, о котором говорили, что он самый лучший из всех доселе созданных звездолетов. А, трагедия с «Тесеем»… До сих пор вдовы плачут.
    — Я звезды с детства люблю, — сознаюсь я, и добавляю тихо, — а теперь — тебя.
    Мы несколько минут молча смотрим друг на друга. И в этих взглядах больше чувств, чем в красноречивых многочасовых объяснениях.
    — У меня хорошая новость, — наконец нарушаю тишину, стараясь придать голосу прежнюю деловитость. — Я прошел отбор. Компания «Космические крылья» предлагает контракт. Опытный капитан, дружный экипаж. Это мой шанс попасть в дальний космос.
    — Поздравляю, — уныло кивает Эллис. — Рада за тебя.
    
    ***
    
    Мириады ярких огней в пучинах тьмы — потрясающее зрелище! Оно завораживает, проникает к сокровенным уголкам души. Звездное небо на Земле — тоже красиво. Но здесь, в открытом космосе, когда между телом и вакуумом лишь тонкая шелуха скафандра — это несравнимо прекраснее. От созерцания чуда впадаю в почти религиозный экстаз.
    — Тото, у меня такое ощущение, что мы больше не в Канзасе! — смеется Честер. Фраза из сказки «Волшебник станы Оз» приходится очень кстати. — Хорошо, что у нас плановая тренировка и можно прогуляться за бортом. А то, веришь — чувствую себя в нашем корабле, словно заключенный в Алькатрасе… Смотри, смотри!
    Паркер указывает на исследовательский отсек. Лепестки люка медленно уходят в стороны. Маленькая сфера выстреливается из «Дэлавера». Поблескивая на прощание отраженным светом, зонд летит в направлении ярких дисков двойной звезды.
    Белый диск немножко перекрывает красный. Поэтому, компоненты кратной системы с нашего ракурса — визуально кажутся сиамскими близнецами звездного мира. Жаль, что я не могу сейчас рисовать, а фотографии плохо подходят для передачи впечатлений.
    — Догоним? — предлагает Честер. И не дожидаясь ответа, отталкивает от корабельной обшивки. Парочка залпов реактивного ранца на его спине — и фигурка напарника стремительно уменьшается, пока совсем не пропадает из виду.
    — Ты куда? — кричу я, сильнее стискивая скобу. — Это опасно!
    — Не дрейф! Давай за мной! — горланит коллега с такой беззаботностью, что мне становится страшно за состояние его психики.
    — Вернись! Нам влетит от Майкла!
    — Да-да, сейчас, — в голосе мистера Паркера подозрительная эйфория.
    У меня пропадает всякий интерес к звездным пейзажам. Сердце учащает ритм. Я волнуюсь, не зная сообщать ли о нарушении дежурившему на вахте мистеру Кларку или подождать Честера еще немножко? Перспектива карьеры доносчика меня никогда не привлекала. Лететь же за ним вдогонку — кажется верхом безответственности.
    — Ты — скоро? — спрашиваю, стараясь унять дрожь в теле.
    — Эндрю, у меня отказали двигатели, — после длиннющей паузы виновато сообщает Паркер. — И микропробоина в баллонах с воздухом…
    — Я лечу! Держись! — кричу, а пальцы самостоятельно отдают команды компьютеру. Времени на связь с отсеком управления не остается. Чувствую толчок — звездная бездна бросается мне навстречу. Секунды кажутся вечностью. Стараюсь отогнать навязчивое видение черепа мумии за прозрачным гермошлемом скафандра Честера.
    Вот и его неподвижная фигурка. Сопла реактивных двигателей выбрасывают вперед струи газа, тормозя мое движение. Зависаю в футе от пострадавшего. Тянусь к нему руками. Тот неожиданно дергается всем телом. Я вздрагиваю.
    — Попался! — восклицает пилот. Мои динамики дребезжат от его хохота.
    — Ну и шутки у тебя, — выдыхаю я. — Вместо отчаяния накатывается злость. Так и хочется врезать сейчас этому темнокожему великану. Здесь, в невесомости, мощный апперкот может придать ускорение, не хуже реактивной тяги.
    — Помогло? — довольно ухмыляется Паркер. — Победил страх?
    — Что-о-о? — удивляюсь я. Становятся ясными мотивы поведения товарища. Как же ему объяснить, что вся моя сверхосмотрительность — следствие обещания, нарушить которое я не имею права.
    — Врать-то не надо! Я не слепой! Вижу, какой ты постоянно зажатый и осторожный, — говорит Честер. — Все боятся. Кто больше, кто меньше. Даже я. Но, для меня космос — это еще и удовольствие, сильнее любого наркотика. Адреналин!
    
    ***
    
    — …насыщенная аммиаком атмосфера… Средняя температура поверхности около нуля по Фаренгейту… Отсутствие металлических руд в коре… Жизненных форм — не обнаружено… Бла-бла-бла… Вывод: в ближайшей перспективе планета не представляет интереса в биологическом плане, для колонизации или добычи полезных ископаемых. Съемка поверхности и файлы с подробными данными, полученные с разведзондов, прилагаются, — мистер Грин надменно выпячивает челюсть, наблюдая за членами экипажа, сидящими в кают-компании. — Есть возражения?
    — Чего не соглашаться? — беспечно зевает Честер, его зевота передается мне и другим. С документами пилот возиться не любит. — Подписываем и дело с концом.
    — Порядок есть порядок, — ворчит представитель «Космических крыльев». — Ми должны соблюдать установленный протокол совещания.
    — У меня вопрос, сер, — поднимает руку инженер. В его глазах — иронические искорки. Любит он подшучивать над всеми, есть у него такая черта характера. Особенно, когда становиться невыносимо скучно. — Мы уже составили десятки подобных заключений, а я так и не пойму, что значит формулировка «в ближайшей перспективе»?
    — Мистер Кларк, это вопрос к юридическому отделу, — сердито бросает Джеймс. — У вас есть что-либо по существу? Нет? Так я и думал! Эндрю?
    Я вздрагиваю. Мистер Грин мне неприятен с первой встречи. Дело не только во мне. Он ни с кем не считается, разве только с капитаном. Как бы насолить техасскому грубияну? Мой взгляд нервно блуждает по созданному компьютером изображению планеты.
    — Сер! Меня смущает геологическая аномалия в семи градусах к северу от экватора.
    — Почему, мистер Томпсон? — подозрительно прищуривается наш босс.
    — Данные гравитационного сканирования указывают на высокую плотность структуры. Вероятно, под слоем песка спрятано месторождение, богатое металлами. Возможно, поблизости есть другие месторождения, с более глубоким залеганием. Это не противоречит выводам нашего экспертного заключения?
    — Планета бедна тяжелыми элементами. И младенцу понятно, что это образование — следствие падения крупного железосодержащего метеорита, — язвительно замечает представитель компании. — Из-за плотной атмосферы все мелкие — сгораю. А вот этот — достиг поверхности. Впечатался в грунт.
    — Постойте, Джеймс, — внезапно просит капитан, задумчиво потирая подбородок. — А ведь Томпсон в некотором роде прав. Тут что-то не так.
    — Объясните! — морщит лоб мистер Грин.
    — Эрозийные и тектонические процессы на планете замедленны. После падения столь крупного объекта должна остаться гигантская воронка. Вспомните, хотя бы кратер в Аризоне. Не смог же метеорит совершить мягкую посадку…
    — Майкл! — голос Джеймса Грина делается непривычно высоким, почти визгливым. — Объявите чрезвычайное положение и подготовьте шаттл номер один в мое распоряжение!
    — Спасибо, Эндрю! — вскакивает с места Стивен. — В рутине так можно завязнуть, что и самородка среди отвалов не заметишь.
    
    ***
    
    Низкие сизые облака закрывают все небо до горизонта. На небольшой площадке, расчищенной от пыли и песка — чернеет покатый рифленый бок чужеродной конструкции. Громоздкий разведкибер, согнутый в три погибели, аккуратно прожигает плазмером контуры будущего входного отверстия. Возле робота — две фигурки в серебристых скафандрах.
    Унылый серый пейзаж скрашивает только наш яркий флаг. Он установлен поблизости камеры, которая ведет общую видеосъёмку. Иногда, порыв ветра раздувает полотнище, и часть кадра заполняется гордым звездно-полосатым знаменем. От этого символа далекой родины становится словно светлее.
    — «Дэлавер» — Орлан-один, — вызывает на связь друзей капитан. Я с ним в отсеке управления, на орбите. — Джентльмены, не пора ли сделать перерыв и вернутся в шаттл?
    — Орлан-один — «Дэлавер», — с задержкой несколько секунд слышится ответ представителя компании. — У нас все в норме. Скоро пробьём дыру в корпусе.
    — Вы не изменили мнения насчет безопасности? — беспокоится Митчелл. — Возможно, следует отложить вскрытие для будущей специальной экспедиции?
    — Этот объект попал сюда в эпоху, когда человек разумный, как вид, только появился на Земле. Чем нам грозят давно истлевшие останки? — возражает упрямый техасец. — Кроме того, с нами робот, напичканный таким мощным оружием, что был бы он в нашей армии во время высадки в Нормандию — Гитлер через час бы капитулировал.
    — Нам словно выпал Джек-пот в самом крутом казино Лас-Вегаса, — взволновано делится впечатлениями инженер Кларк. — Отдать его другим — грех. С детства мечтал увидеть собственными глазами что-либо подобное! За этим и в космос подался!
    — Джеймс, Стивен, будьте благоразумны, — просит командир «Дэлавера». — Если корабль чужих пролежал здесь полсотни тысячелетий, то несколько часов он еще подождет!
    Мне симпатичен капитан Митчелл. По смежной профессии он врач и, в первую очередь, печется о здоровье экипажа, а потом — о выполнении миссии. Может, поэтому все экспедиции под его руководством успешны?
    — Сер, вы не представляете мое нетерпение узнать, как все там устроено, — в голосе инженера такая страсть, что мне становиться обидно, почему я не в поисковой группе. — Готов не спать, не есть, а лично разобрать все на винтики. Даже если за тысячелетия механизмы пришли в негодность — мы все равно отыщем много интересного.
    — Майкл, если находки окажутся полезными «Космическим крыльям» — каждому из нас гарантирована изрядная премия… — обещает Джеймс. — О! Наконец-то!
    Робот с усилием отбрасывает толстенный прямоугольник с оплавленными краями.
     — Орлан-один — «Дэлавер». Идем внутрь, — торжественно сообщает представитель компании. Меня охватывает дивное благоговение. И пускай я в сотнях тысяч миль от старинного корабля пришельцев из неведомых миров, но в мыслях я там, возле товарищей, которые сейчас прикоснутся к тайне. Наверное, такое же чувство было у Алана Шепарда, когда он смотрел на Землю из космоса или у Нила Армстронга, когда тот ступал на Луну.
    — Да хранит вас Господь, — желает капитан. — Удачи!
    В проем сначала протискивается кибер, а затем фигурки в скафандрах. Переключаюсь на видеокамеру робота. Изображение четкое, подсвеченное мощными прожекторами, вмонтированными в «плечи» кибера. В кадре — просторный коридор. Его стены — грязно-зеленого цвета. Пол устелен тонким шаром рыжей пыли. Замечаю цепочку диковинных шестипалых следов. Интересно, сколько тысячелетий назад умер их владелец?
    — Господи Иисусе! Тут есть жив… — слышится возглас мистера Грина и с поисковой группой резко обрывается связь, пропадает изображение, падает до нуля трафик.
    — «Дэлавер» — Орлан-один. Ответьте! — яростно кричит капитан, его лицо становится красным, вены на висках набухают. — Стивен, Джеймс, что случилось?
    В ответ — безразличная тишина.
    
    ***
    
    В командном отсеке необычно тихо. Слышно, как стучит собственное сердце. На кремово-желтом диске планеты неспешно закручиваются вихри циклонов. Облачность настолько мощная и тотальная, что разглядеть что-либо на поверхности не представляет возможным. Отчего планета кажется зловещей обителью слуг тьмы.
    — Эндрю, рассчитай курс для скольжения в сопространствах, — в голосе капитана плохо скрываемая боль. — Цель — Земля. Будь готов к старту в любую минуту.
    — Сер, так нельзя, — возражаю я.
    — Сынок, у нас нет выбора. Ты же видел — со вторым разведкибером, едва тот забрался внутрь объекта, тоже потеряна связь.
    — Может, посадим «Дэлавер» возле корабля чужих? Продемонстрируем нашу силу.
    — Если они сумели так надежно прикрыть свой звездолет, что мы обнаружили его только косвенно, по гравитационной аномалии, то ждать от них можно чего угодно, — Майкл Митчелл мало напоминает прежнего крепкого жизнерадостного мужчину. Если б я рисовал его сейчас — получился бы изнуренный ответственность старик. — Собой я могу рисковать. А всеми вами — не имею права.
    — Должен быть выход! Возможно, они еще живы. Надеются на нашу помощь.
    — Эндрю, ты еще молод. Запомни: надо всегда поступать мудро. Даже если сердце велит иначе, — командир сочувственно смотрит на меня. — Мудрость проявляется не в выборе из плохого и хорошего. Настоящий выбор — из плохого и отвратительного.
    — Орлан-два — «Дэлавер», как слышно? — на связь из шаттла выходит Честер.
    — «Дэлавер» — Орлан-два. Слышу отлично, — отвечает капитан. — Есть новости?
    — Нет, сер, — огорченно отзывается пилот. — Я тут прикидывал и так, и сяк… У скафандров наших ребят уже должен закончиться ресурс жизнеобеспечения.
    — Понимаю… — соглашается капитан. Возникает длинная пауза. Окончательное решение дается ему тяжело, он тянет время, кусает губы. Пускай мистер Грин не внушал мне особой симпатии, сейчас мне жаль и его. А вот с инженером Кларком я успел подружиться. Хорош был человек. Черт, я думаю о них уже в прошедшем времени!
    — Честер, — продолжает Митчелл хрипло. — Разрешаю покинуть планету.
    — Слушаюсь, сер, — траурным, словно на похоронах, голосом отвечает Паркер.
    Снова берет в тиски тишина. Капитан откидывается в кресле и закрывает глаза. Да, дураки те ребята из моего курса, что мечтали стать капитанами звездных экспедиций. Много проще отвечать только за себя. Попробуй взять ответственность за всех, и положение командира уже не покажется столь приятным.
    — Орлан-один — «Дэлавер»! Орлан-один — «Дэлавер»! Вы нас слышите? — внезапно отсек управления сотрясает знакомым голос. Таким выговором обладает лишь один человек на многие кубические парсеки вокруг. Компьютер сообщает о возобновлении трафика с поисковой группой на планете.
    — «Дэлавер» — Орлан-один. Как вы? — подскакивает в кресле и радостно вопит командир корабля. Я вывожу на центр отсека изображение с камеры, установленной поблизости корабля чужих. Ветер треплет звездно-полосатое знамя, а из глубин инопланетного корабля выбираются наружу серебристые фигурки. Подключаюсь к камерам скафандров — в кадрах мелькают усталые лица коллег.
    — Все отлично! Лучше не придумаешь! — счастливо смеется Джеймс Грин. В таком хорошем расположении духа я его никогда раньше не видел. Даже не представлял, что этот брюзга может так радоваться. — Скоро на горе Рашмор в Южной Дакоте выдолбят и наши скромные лица! А за премиальные каждый сможет купить себе хоть половину Манхеттена!
    
    ***
    
    Обстановка в кают-компании напоминает лихую вечеринку в студенческом братстве, только без выпивки и девочек. На лицах участников — веселое оживление. Я поедаю свои любимые тосты с арахисовым маслом и джемом, запивая апельсиновым соком. Честер приканчивает сэндвич с ветчиной и сыром.
    Единственный человек с мрачной миной — инженер корабля Кларк. Он, как и мистер Грин, тоже не похож на себя. Угрюмо сидит в углу, к еде не прикасается. У меня возникает даже бредовое предположение о том, что наших товарищей подменили чужие.
    — Понимаете, Майкл, — представитель компании вальяжно вертит в руках баночку с безалкогольным пивом, — мы теперь станем как боги! Ведь, чем бог отличается от человека?
    — Бог есть любовь, справедливость, доброта, — поднимая взгляд вверх, припоминает воскресную проповедь мистер Митчелл, — милосердие...
    — Бросьте это ерунду, — Джеймс допивает пиво.
    — Бог — всемогущ, — дополняет Честер, поднимая указательный палец.
    — Да, — соглашается Джеймс. — Главное, он — бессмертен. Но мы сравним позиции. Теперь вечна жизнь — это реальная технология. И она — в наших руках!
    Представитель компании самодовольно выпячивает челюсть и откидывает в кресле. Наслаждается моментом, наблюдая за нашей реакцией.
    — Это невероятно, Джеймс! — растеряно говорит командир корабля.
    — Это лучше любой премии, — восклицает Паркер. — А как насчет болезней? У мужа моей сестры обнаружили синдром Лу Герига. Это можно будет вылечить?
    — Конечно! Существо, обитающее там, — мистер Грин указывает на иллюминатор, за которым желтеет планета, — обладает технологией, позволяющей продлевать жизнь неограниченно долго. Я, как деловой человек, сумел договориться с ним о сотрудничестве. Взамен, наша компания — поставит все необходимые ему ресурсы.
    — Расскажите о темной изнанке вашего бессмертия! — внезапно просит инженер.
    — Стив, мы это уже обсуждали, — морщится босс экспедиции. — Дальнейший спор считаю бессмысленным. Будущее нас рассудит. Развитие цивилизации нельзя остановить с тех пор, когда наши предки изготовили первый каменный топор.
    — Эту технологию изобрели нелюди, — повышает голос инженер. — Она чужда нам, нечеловечна. Я сомневаюсь, что и у себя на родине она пользовалась одобрением. Вероятно, это Существо — изгой, который скитался во Вселенной, пока поломка корабля не вынудила его совершить посадку на бедную полезными ископаемыми планету. И только тысячи одураченных соплеменников в криокамерах позволили ему дожить до сего дня.
    — Слезливая человечность и научный прогресс — вещи несовместимые, — снисходительно замечает Грин. — В каждом великом изобретении есть слабые стороны, которые с лихвой окупаются сильными. Любой здравомыслящий человек меня поддержит…
    — Даже если узнает, что за продление своей жизни — придется забрать чужую?
    Мы переглядываемся. У пилота брови лезут на лоб. Капитан грустно покачивает головой. По моей спине пробегает холодок. Такой цены за бессмертие никто не ожидал.
    — Это, правда? — спрашивает Митчелл после паузы.
    — Да, — кивает Грин. — По-моему, вполне адекватная цена. Умные люди всегда используют других, э-э-э… менее одаренных. Их время, силы, способности… Для своего и общего блага. Таковы законы социума. Представьте, как далеко шагнет наша страна, да и вся земная цивилизация, если продлить жизнь по-настоящему стоящих людей. Разве мир не стал бы лучше, если с нами в добром здравии и при памяти оставались бы Вашингтон, Линкольн, Рокфеллер, Эдисон, Эйнштейн, Хемингуэй и другие великие?
    — Сомневаюсь, что они согласились бы на бессмертие за счет других, — сердито возражает Кларк. — А беспринципные негодяи — найдутся всегда и везде!
    — Вы так говорите, будто я предлагаю насильно ловить людей на улицах, — со скрежетом комкает и выбрасывает пустую баночку техасец. — Словно у нас не найдется добровольцев или приговоренных к смерти преступников. Да тех же самоубийц из окон выбрасывается столько, что хватит на всех ученых, писателей и музыкантов вместе взятых.
    — Нельзя выпускать джина из бутылки! Иначе, с правами человека ситуация станет хуже, чем до принятия 13-й поправки к Конституции. В целях общего блага предлагаю уничтожить всю полученную здесь информацию, — Стивен необычайно серьезен. Он поднимает руку и медленно обводит нас взглядом. — Кто «за»?
    Честер виновато опускает глаза, думая о судьбе больного родственника. Капитан нервно покусывает губы, но руку вверх тоже не тянет. Ему важно закончить экспедицию, вернуть нас домой. Все иное его мало беспокоит. Ладонь поднимаю только я.
    — Мне кажется очень символичным, что наш корабль назван в честь штата, который первым ратифицировал Конституцию, — презрительно усмехается Джеймс. — Мы тоже войдем в историю, как первооткрыватели бессмертия. Вы проиграли, мистер Кларк. Но, привилегии жить вечно, как члену нашей героической экспедиции, я вас не лишу. Многие годы сможете в свое удовольствие нить о ветхозаветной морали и прочей романтической чепухе, которая так нравится ограниченным умам.
    Последние слова действуют на инженера как удар хлыстом. Он бросается на обидчика. В руке мистера Грина блестит парализатор. Два тихих хлопка и тело Стивена кулем падает на пол. По всей видимости, представитель компании был готов к такому развитию ситуации, а, вероятнее, специально ее спровоцировал.
    — Мистер Митчелл, нам пора на Землю, — бросает Джеймс грубо.
    — Эндрю, пожалуйста, проложи курс, — просит меня капитан извиняющимся тоном.
    
    ***
    
    В иллюминаторах отсека управления — ослепительно-огненные цветы. Солнечная фотосфера вблизи — зрелище фантасмагорическое. Возможно, именно таким верующий представляет себе ад.
    Время словно замедляет ход, рисуя последние портреты моих коллег.
    Честер Паркер, в приступе ужаса, выставляет перед собой ладони, словно стараясь защититься от чудовищного жара.
    Лицо Джеймса Грина перекашивает злоба. Вероятно, он все понял и теперь в бессильной ненависти посылает мне проклятия.
    Только Майкл Митчелл остается спокойным. В его глазах — облегчение и благодарность. Я снял с его немолодых плеч невероятно тяжелый груз ответственности.
    Шестым чувством улавливаю взрывы двух наших роботов, разрушающих стальную обитель Существа на сумрачной планете. Я, перед самым стартом, таки ухитрился дать команду оставшимся в корабле чужих роботам на самоуничтожение. Капитан этого либо не заметил, либо сделал вид, что ничего не видел.
    Стены «Дэлавера» ярко светятся. Прогибаются, волнуются, как поверхность моря.
    Еще мгновение — и вечность.
    Милая Эллис, прости меня.
    Я вернусь к тебе лучиком на рассвете. Нежно коснусь щеки на прощание…
    
    ***
    
    Хрупкие фиалки тянутся к солнцу из клумб. Шепот листвы и журчание фонтанов сливаются в приятную симфонию. Величественное здание в стиле боз-ар — большие арочные окна, изысканный фасад, бюсты знаменитостей — создает атмосферу ожидания встречи с прекрасным и вечным. Хотя любую книгу давно проще скачать в сети, но это уникальное место и раньше привлекало меня. Тем более теперь, когда в самой большой библиотеки мира — работает самая красивая девушка на свете.
    — Я звезды с детства люблю, — сознаюсь я, и добавляю тихо, — а теперь — тебя.
    Мы несколько минут молча смотрим друг на друга. И в этих взглядах больше чувств, чем в красноречивых многочасовых объяснениях.
    — У меня хорошая новость, — наконец нарушаю тишину, стараясь придать голосу прежнюю деловитость. — Я прошел отбор. Компания «Космические крылья» предлагает контракт. Опытный капитан, дружный экипаж. Это мой шанс попасть в дальний космос.
    — Поздравляю, — уныло кивает Эллис. — Рада за тебя.
    — И я прошу... Сейчас полеты занимают меньше времени, чем раньше…
    — Я буду ждать тебя, сколько понадобиться, — говорит девушка очень серьезно. — Только, береги себя. Будь осторожным!
    — Спасибо, — облегченно благодарю я. Какая же она у меня умница!
    — Обещай, что вернешься, — голубые глаза Эллис печальны. — Обещаешь?
    — Обещаю, — я беру ее маленькую горячую ладонь и нежно сжимаю в своих руках.
    Лицо девушки озаряет счастливая улыбка.
    Она меня дождется.
    Все будет хорошо!

  Время приёма: 09:10 30.06.2015