22:37 05.08.2018
Поздравляем победителей 46-ого конкурса:

1 Мудрун ai010 Миллиард лет одиночества
2 Мудрун ai002 Счастливчик Харон
3 Изольда Марковна ai028 Лестничный



20:11 24.06.2018
Отпечатан и готов к рассылке тираж 37-ого выпуска.
Отправка будет происходить по мере поступления заказов.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 47 (осень 18) Фінал

Автор: Сильно_Грамотный Количество символов: 40032
Конкурс № 36 (лето) Первый тур
рассказ открыт для комментариев

y001 Завтра в путь неблизкий


    

    Музыка взлетала и падала, волнами билась о стены, проверяя их на прочность, толкалась в потолок... Наконец, отыскав щели в окнах и дверях, она неудержимо рвалась наружу. А что, пусть и прохожие радуются. Праздник на нашей улице – танцуют все.
    Вадим и сам делал лёгкие танцевальные движения под бодрый ритм, чтобы хоть чем-то себя занять и не выглядеть «белой вороной». Он оказался здесь, можно сказать, случайно. Ему самому и в голову бы не пришло явиться на торжественное открытие нового рок-н-ролльного клуба. На рок-концерты он ходил с удовольствием, но «клубиться» не любил, считая это пустой тратой времени. Да и добираться сюда неудобно – нужно ехать третьим троллейбусом до конечной, а там ещё пешком идти. Но если тебя приглашают от чистого сердца, отказываться как-то некрасиво, тем более что повода для отказа нет ни малейшего, а врать не хочется.
    Симпатичная блондинка призывно улыбнулась, глядя в сторону Вадима. Он уже хотел направиться к ней, но из осторожности решил немного выждать. И точно – широкоплечий парень, появившись откуда-то сзади, уверенно подошёл к девушке. Не обращая ни малейшего внимания на Вадима, она поцеловала крепыша, обняла его за талию и повела куда-то вглубь, к сцене.
    Вот так всегда.
    Вокруг оживлённо беседовали. Нестройный гул множества голосов при приближении распадался на обрывки фраз:
    – ...прикинь, я его впервые вижу, а он...
    – ...здесь хорошо, но места мало, не то что...
    – ...а ты слышал этих, ну как их там, которые раньше...
    Почти все явились сюда с кем-то, а немногочисленные одиночки быстро подыскивали себе партнёров. Может, и ему стоит проявить больше активности? Но Вадим никогда не решался знакомиться с девушками на улице или в метро, боясь показаться смешным; вряд ли у него и здесь что-то получится. В этом мог бы помочь приятель, который и пригласил его – уж Сашке-то смелости не занимать. Да и вообще – с ним всегда найдётся, о чём поговорить. Вот только он уже стоит на сцене, вместе со своей группой. Сейчас их очередь выступать. И Вадиму там делать ну совсем нечего.
    Музыку он любил, да и под караоке пел неплохо, а вот с игрой не заладилось. Вадим не умел читать ноты; он искренне восхищался людьми, способными превращать закорючки и загогулины в стройную последовательность звуков, но не верил, что так может получиться и у него. К счастью, родители в детстве не заставляли его учиться играть на фортепиано или чём-то подобном. Другое дело Сашка – его заставлять не приходилось, он управлялся с гитарой так, будто родился с ней в руках...
    Толпившиеся вокруг парни и девушки совершенно не замечали Вадима. Поначалу казалось, что это и к лучшему – он человек скромный, зачем ему всеобщее внимание. Однако разделять царящее вокруг веселье становилось всё сложнее. Взяв в баре коктейль, Вадим быстро осушил бокал – вроде полегчало. Но тут он красочно представил, как глупо будет выглядеть, если напьётся и выкинет что-нибудь эдакое на виду у всех, и эта картина порядком его отрезвила.
    Конферансье – если можно так назвать бородатого мужика в куртке-косухе, – пафосно объявил «молодую, но уже известную группу “Арата”, достойно продолжающую традиции тяжёлого рока». Вадим не сразу сообразил, что «гитарист, без преувеличения, виртуоз Александр Корич» – это и есть его друг Сашка, к которому он когда-то забегал после уроков посмотреть мультики. Песню встретили и проводили аплодисментами; Вадиму действительно понравилось, и он хлопал от души. Всё-таки он пришёл не зря.
    Следующим выступал какой-то патлатый парень. Что это за стиль и о чём песня, Вадим понимал смутно. Одно было ясно: после того, что патлатый вытворял со своей гитарой, он просто обязан на ней жениться.
    Сбоку мелькнула красивая – и, похоже, одинокая девушка. Вадим направился в ту сторону, но на пути внезапно возникла шумная компания каких-то пирсингованных фриков. И что они здесь забыли? Это же не гей-клуб, в конце концов.
    Может, сходить за кулисы? Познакомиться с остальными музыкантами «Араты», взять у кого-нибудь автограф. А что, это мысль. Вдруг они станут знаменитыми, как «Битлз» или «Машина времени». Такой автограф будет стоить большие деньги и заодно добавлять очки к чувству собственной важности.
    Вот и полуоткрытая дверь служебного входа. Сначала – налево по коридору, затем...
    Внезапно стало душно. Воротничок больно сдавил горло, закружилась голова. Захотелось наружу, глотнуть свежего воздуха.
    По мере того как он пробирался к выходу, свет всё больше тускнел, лица и голоса размывались, будто Вадим погружался под воду. Что же с ним такое? Вроде и не пил лишнего... Пошатываясь, он выбежал из здания и остановился посреди бетонной площадки.
    Уже наступил вечер. На противоположной стороне пустой улицы светились окна многоэтажек; казалось, до них не меньше километра. Сумерки, тишина и ударившие в лицо порывы холодного ветра быстро отогнали внезапную слабость. Может, зря он так поспешил – ничего серьёзного не случилось, лишь немного поплохело с непривычки. Пустят ли теперь обратно?
    Ветер коротко взвыл и завертелся вокруг него, швыряя в глаза мелкий мусор. Поёжившись, Вадим поспешил назад. Он поставил ногу на ступеньку... и вдруг отскочил, будто от удара током. Леденящая волна ужаса захлестнула его с головой, затуманивая рассудок и одновременно делая всё вокруг ясным и понятным.
    Здесь враг. Здесь зло. Оно уже близко. Уже готово схватить его.
    Нужно бежать.
    Вадим помчался налево, огибая автостоянку, затем свернул в тёмный проход между домами. Фонари не горели, а падавший из окон свет делал тени ещё чернее и гуще, и сейчас это оказалось как нельзя кстати. Может, ему повезёт, и то, что гонится за ним, потеряет след.
    Но, поворачивая и петляя, Вадим снова и снова чувствовал нечто, похожее на холодное дыхание, слегка касавшееся шеи. Оно не отставало.
    Бегать Вадим умел, а сейчас и вовсе летел, как на крыльях. Он не знал, куда бежит, и не понимал, от кого, но не сомневался – останавливаться нельзя. Слепой, панический страх, гнавший его всё дальше и дальше, подпитывался уверенностью: он просто не может повернуться и встретить преследователя лицом к лицу. Стоит Вадиму всего лишь увидеть того, кто несётся сзади – и произойдёт нечто страшное. Настолько, что одна мысль об этом подтолкнула его вперёд, превозмогая нарастающую усталость. Мышцы работали на пределе, но он готов был выложиться до последнего, а затем ещё, и ещё... лишь бы не оборачиваться.
    Вадим стремился вглубь жилого массива, надеясь затеряться среди зданий и деревьев. Обогнув очередную «хрущёвку», он оказался на неширокой улочке, тихой и безлюдной. Куда теперь? Перекрёсток неподалёку вдруг показался знакомым, кирпичные дома и заборы вызвали полузабытое воспоминание: когда-то он уже был здесь, сперва встречался с одним из школьных товарищей, чтобы передать ему что-то, а потом решил прогуляться по незнакомому району. И вроде бы где-то рядом...
    Он побежал направо, позволив себе лишь несколько секунд передышки. Там, между гаражами и склоном холма, есть узкий проход, ведущий на соседнюю улицу. Если он свернёт туда, а потом спрячется за деревьями, преследователь промчится мимо. Это шанс. А может, Вадим уже достаточно оторвался, чтобы таинственный враг даже не понял, куда он повернул. В любом случае, надо попробовать.
    Цель приближалась с ужасающей медлительностью. В груди всё пылало огнём, сердце бешено колотилось, но страх непрестанно подгонял его, выжимая последнее из ресурсов организма. Вот наконец и гаражи, вот и...
    Вадим резко остановился у самого склона, часто и тяжело дыша. Лёгкие со всхлипами втягивали прохладный воздух, почти не приносивший облегчения. Ноги стали неподъёмными, каждый шаг требовал сверхчеловеческих усилий. Но останавливаться нельзя, надо бежать, прятаться...
    Нет.
    Внезапное осознание пришло сокрушительным ударом.
    Ему не нужно бежать.
    Ему некуда бежать.
    И незачем.
    Потому что его враг не сзади.
    И не спереди. Не справа, не слева, не сверху.
    Он внутри.
    Он скрывается прямо здесь, в мозгу, в сознании. И раньше он был там – сидел в полной безопасности, ухмылялся, дёргал за ниточки, управляя ничего не подозревающей жертвой. Всё это иллюзорное преследование, эта бешеная гонка понадобились ему лишь для того, чтобы заманить Вадима подальше, в тихое и уединённое место. Где их никто не заметит. И никто не помешает.
    Не помешает... чему?
    Вадим попробовал коснуться врага – не физически, а разумом; ощутить его, попытаться понять. Он сконцентрировался, обращая взгляд и все прочие чувства внутрь себя. Ответ оказался слабым, будто отзвук далёкого крика в лесной чаще, но этого хватило, чтобы Вадима вновь охватил ужас – и теперь он хорошо понимал, что его испугало. Ярость, ненависть и твёрдая, холодная решимость: Вадим чувствовал всё это, как человек, заплутавший ночью в джунглях, ощущает неумолимое приближение крадущегося хищника. Но этот хищник, засевший у него в голове, не утруждал себя мерами предосторожности. Он уже выследил добычу, уже загнал её, уже торжествовал победу. И теперь...
    Теперь он просто убьёт Вадима. Охота закончена.
    «Всё уже позади. Тебе не спастись», – жёсткая, холодная мысль, направленная в его сознание засевшим внутри чудовищем, содержала заряд отчаяния и безнадёжности, от которого у Вадима подкосились ноги, но в то же время пробудилось желание жить и бороться. Сосредоточившись, он напряг все силы и попытался нанести ответный удар, вытеснить из головы это кошмарное существо...
    Бесполезно. С тем же успехом он мог упереться руками в стену ближайшего дома и толкать, надеясь сдвинуть его с места.
    Из укрытия, очень близкого и в то же время невероятно далёкого, донеслось лёгкое дуновение мысли, несущее оттенок удовольствия. Хищника забавляло отчаянное и безуспешное сопротивление жертвы.
    Но и преодолеть его сразу он не мог. Где-то в потаённых глубинах сознания пробуждались решительность и упрямство – будто поток энергии, льющийся из внезапно открывшегося источника. Он казался светом, противостоящим сгустившейся черноте.
    Воспользовавшись передышкой, Вадим попытался выстроить защиту. Он не знал, что нужно делать, и просто стремился усилием воли сохранить контроль над разумом и телом. Может, это помешает захватчику, остановит его, и существо просто уйдёт, отправится искать добычу полегче?
    Ответом стал ужасающий натиск чужой силы. Вадим рухнул на колени, почти не почувствовав боли – такой слабой по сравнению с леденящим холодом от шарящих внутри бесплотных щупалец. Они уверенно подбирались к жизненно важным центрам, ломая и круша отчаянно возводимые им барьеры. Даже закричать нельзя – горло сдавили спазмы, да и кого ему звать? Кто сможет помочь? Всё бесполезно. Ничего не осталось.
    В глазах потемнело. Вадим неудержимо проваливался в бездну...
    – Стой. Отпусти его.
    Голос... Откуда-тоснаружи...
    Давление ослабело. Зрение немного прояснилось. Вадим с трудом приподнял голову.
    Напротив, выстроившись полукругом, стояли парни и девушки, одетые в чёрное. Понадобилось несколько секунд, чтобы затуманенное сознание сообразило: это же группа «Арата» в полном составе, а с ними – ещё несколько человек, вроде бы выступавших этим вечером. Какониздесьоказались? Неужелипоследовализаним? Но откуда...
    – Отпусти его, – повторил необычно серьёзный Сашка, выходя вперёд.
    Злая мощь, заколебавшись на мгновение, усилилась резким скачком, раздавшись внутрь и в стороны. Вадим застонал, схватившись за голову.
    Стоявшая слева девушка тоже шагнула к нему.
    – В этом небе луна, – её чистый, звонкий голос серебряным клинком пронзил сгустившееся облако боли. – В этом городе ночь. В этих окнах темно. На этих улицах дождь...
    – Стены мокрых домов, – подхватил кто-то. – Тень слепых фонарей...
    Музыка вплелась между слов и понесла их размеренным ритмом. Когда-то Вадим слышал эту песню – он узнал не столько текст, сколько запоминающийся мотив. Но к чему она здесь? Хотя первые куплеты вполне соответствовали обстановке, этот ночной концерт на пустынной улице выглядел на редкость глупо. Им бы «скорую помощь» вызвать, или... или хоть как-то ему помочь, в конце концов! Иначе, если уж им так захотелось что-нибудь сыграть – тут, скорее, подойдёт «Похоронный марш» Шопена. С автором которого Вадим, по-видимому, скоро встретится лично.
    – Хрустальный блеск капель дождя, – выводили два голоса, сливаясь в один, – на лицах тех, кто по крышам бредёт в никуда...
    Сжимающая сознание Вадима мёртвая хватка внезапно ослабела. Он знал – чувствовал – что засевший внутри монстр потерял былую самоуверенность. Его вниманием полностью завладели стоящие впереди люди.
    – Их поступь легка, как белая ночь. Их лица светлы. Они чувствуют дождь...
    Это только кажется, или рокеры в самом деле придвинулись ближе?
    Загадочная и непреодолимая сила одним мощным рывком поставила Вадима на ноги. Спотыкаясь и пошатываясь, он попятился назад... к обрыву.
    Теперь мысли жуткого существа читались легко. С каждой секундой оно теряло энергию – но, когда пленённый человек покатится по крутому склону, хватит совсем небольшого усилия, чтобы он наверняка сломал себе шею. Вадим всё понимал. И ничего не мог сделать.
    Песня плавно сменилась другой, такой же старой. Знакомые слова звучали торжественно и сурово:
    – ...А мне хотелось дышать, дышать во всю грудь. Но я боялся забыть. Я боялся уснуть...
    Неожиданная слабость чудовища давала шанс, но сможет ли он этим воспользоваться? Ноги и руки по-прежнему его не слушались.
    – Там, где вода...
    – ...и в небе вспышки ломаных СТРЕЛ!
    Стоящий в центре парень резко выбросил вперёд руку с «козой» – оттопыренными указательным пальцем и мизинцем. С них сорвались бледные, но вполне различимые молнии, ударив в грудь Вадиму. Он не почувствовал ничего – а вот тварь, угнездившаяся внутри, получила как следует. Её оглушительный и в то же время беззвучный вопль, полный злобы и ярости, дарил ему надежду. Волной нахлынула боль, но теперь это была боль чудовища, и Вадим принял её с радостью. Контроль над телом возвращался – вместе с пониманием, что он балансирует над пропастью.
    «Держись! Не сдавайся!» – прозвучало где-то рядом.
    Из последних сил рванувшись вперёд, он упал на колени и бешено затряс головой, словно пытаясь вытряхнуть оттуда подлого захватчика. И монстр отступал! Вадима пронзали потоки могучей силы, вытеснявшие тварь обратно, в место, из которого она явилась. Невидимые когти цеплялись за что попало, но не могли удержаться...
    «Будто впервые хохотал гром. Он захлебнулся в словах, он рвал ставни с окон...»
    Рифмованные строки взрывались в мозгу, наполняя его пульсирующим грохотом. Звуки росли, крепли...
    Затем пришли тьма и тишина.
     
    Открыв глаза, Вадим какое-то время просто лежал, наслаждаясь покоем. Он в безопасности. Всё хорошо. Наполнившая тело усталость походила на ту, что появляется после тяжёлой работы, а не из-за болезни. С ним всё в порядке, просто утомился немного.
    Солнце светило прямо в окно – похоже, середина дня. Здорово он проспал.
    Белый потолок, старая люстра... где это он? Вадим повернул голову. Шкаф с книгами, полки... а, ну да, это же Сашкина квартира, его комната. Вот и гитара на стене.
    Гитара...
    Память вернулась яркой вспышкой. Нахлынули многочисленные образы, ошеломляя чёткостью и глубиной. Он вспомнил всё, совершенно всё, что случилось вчера вечером. И при самом горячем желании Вадим не смог бы списать произошедшее на выпивку, наркотики или что-то ещё – настолько ясно всё запечатлелось в сознании. Особенно то, что творилось... внутри.
    – Ну, как ты? – раздалось рядом.
    Вадим приподнялся. Так и есть – Сашка сидит напротив, сложив руки на коленях. И, похоже, готовится к серьёзному разговору.
    Ещё бы.
    – Нормально, – Вадим попробовал сесть, и это ему удалось. В ушах зашумело, но после вчерашнего на этот пустяк вообще не стоило обращать внимание. – Ты в курсе, что... что со мной было?
    – В курсе... – Сашка задумчиво пожевал нижнюю губу. – А ты хорошо помнишь, что именно произошло?
    – Помню всё отлично. И клуб, и... остальное. Что это за...
    Продолжать Вадим не стал – но это, похоже, и не требовалось.
    – Ладно, не буду тянуть: раз у тебя с памятью всё в порядке, то особо объяснять здесь нечего, – друг наклонился вперёд. – Ты стал жертвой того, что издавна называется «одержимость демоном». Вот так.
    Вадим поверил сразу, без колебаний – то, что ещё недавно прозвучало бы неумной шуткой, сейчас воспринималось всерьёз. Оба слова прозвучали очень уместно. «Одержимость» – да уж, его в прямом смысле «держало». А «демон»... Именно так и следует называть это злобное существо.
    В кино и книгах подобные случаи выглядели вовсе не так внушительно. Старый фильм «Изгоняющий дьявола» не произвёл на Вадима особого впечатления; прочие киношные «демоны» тоже уступали по зрелищности и маньякам из новомодных «слэшеров», и монстрам вроде «Чужого». Но в реальной жизни... Он вздрогнул, отчётливо вспомнив ощущение холодных щупалец, копошащихся в мозгу.
    – Но почему... почему об этом никто не знает? – он рывком выпрямился. – Почему никто даже не подозревает, что демоны существуют на самом деле?! Это же... это так важно! Это сенсация! Наука, религия – всё меняется, всё выглядит по-другому! Это же потрясающее, грандиозное открытие!
    Сашка несколько раз кивнул с преувеличенно серьёзным видом:
    – Ну вот – теперь ты это знаешь. И... что дальше? Сразу отправишься в редакцию какой-нибудь газеты, сообщить им сногсшибательную новость, или сперва поделишься с друзьями?
    Крыть было нечем. Вадиму стало нехорошо при одной мысли о том, что его ждёт, если он хоть кому-нибудь проговорится. Очень долго ему вслед будут тыкать пальцами: «Гы-ы, смотри, это тот самый придурок, который однажды на вечеринке обкурился чего-то, а потом бегал и кричал, что за ним, типа, демоны гоняются». Телевидение? Газеты? Академия Наук? Им нужны доказательства, а где их взять? После всего пережитого не сохранилось ничего, кроме воспоминаний.
    Но Сашка...
    – А откуда ты сам узнал об этом? И... – Вадим потёр виски, – что ты делал вчера – там, на улице, вместе с остальными? Вы следили за мной? А потом?..
    Сашка встал и неторопливо прошёлся по комнате, о чём-то глубоко задумавшись.
    – Я с удовольствием всё объясню, – он остановился у стойки с компакт-дисками, – но сначала давай поставим один небольшой эксперимент. Заодно и голову тебе подлечим.
    Вадим молча кивнул – слово «эксперимент» слегка настораживало, но другу он доверял.
    – Старые добрые «Криденс Крэйвотер Ревайвел» – «Видел ли ты когда-то дождь», – анонсировал Сашка, вставляя диск в проигрыватель. – Расслабься и внимай.
    Размеренный ритм действительно успокаивал нервы. Когда отзвучали последние аккорды, Сашка уже держал в руках новый компакт.
    – Прибавим скорости. «Лавин Спунфул», «Лето в городе».
    «Хот тайм, саммер ин зе сити...» – энергичный мотив тоже пришёлся Вадиму по душе. И головная боль почти исчезла, стоило лишь отвлечься от неё, сосредоточившись на музыке. Пританцовывая в такт, друг-меломан продолжал изучать свою коллекцию.
    – И-и-и... понеслись! Легендарный хит от «Драгонфорс», «Сквозь огонь и пламя». У них, кстати, клавишник с Украины, его как тебя зовут.
    Музыка подхватила Вадима и умчала далеко-далеко... Сашка всё не унимался:
    – Ну и для контраста – «Ангра», «Прозрение Начала». Горячие бразильские парни...
    Как только стихли величественные звуки, Вадим встал, потянулся и глубоко вздохнул, разведя руки в стороны. Чувствовал он себя великолепно. Казалось, что музыка зарядила его какой-то искрящейся энергией, окончательно залечив шрамы, оставшиеся после вчерашней схватки.
    Сашка наблюдал за ним с довольным видом.
    – Ну вот. А теперь ответь на один простой вопрос. Ты прослушал четыре композиции, относящиеся к разным стилям и направлениям. Что в твоей реакции было общим для всех?
    – М-м... то, что все они мне понравились, хотя и каждая по-своему?
    – Это само собой. А вот на чисто физиологическом уровне? Ты не заметил, что все эти песни вызывают желание качать головой в такт? Когда медленнее, когда быстрее – то, что называется «трясти хаером» – но в любом случае тебе хотелось так делать?
    – Вообще-то... да, действительно, – Вадим пожал плечами. – А при чём здесь это?
    – Понимаю, тебе неприятно вспоминать вчерашнее, но всё-таки... – Сашка прищурился. – Когда демон уже уходил, ослабив контроль над телом, ты упал на колени... а потом?
    Память не подвела – Вадим даже вздрогнул, снова пережив эти мгновения.
    – Ну да, точно – я так тряс головой, что она чуть не отвалилась. Хотелось поскорее выгнать эту нечисть. И... Да, вы все тогда стояли передо мной и играли рок. Ты хочешь сказать?..
    – Именно! – Сашка щёлкнул пальцами. – В самую точку! Эти наши песни тебя и спасли. Понимаешь, Вадька, рок-музыка создана как раз для того, чтобы бороться с демонами. Она, грубо говоря, прочищает мозги. Ну а желание трясти головой – побочный эффект. Но примечательный. Это знак того, что она избавляется от мусора.
    – То есть вы...
    – Да-да, верно. Мы, рок-музыканты, – передовой отряд человечества в борьбе с потусторонней, как ты метко выразился, нечистью. Это – наш долг. Наша великая миссия.
    – Э-э... Но ведь... – Вадим замялся, пытаясь высказаться поделикатнее. – В смысле... я хочу сказать... про вас ведь совсем другое говорят...
    – Ну а мы, ну а мы – педерасты! Наркоманы! Фашисты! Шпана! Как один социально опасны! И по каждому плачет тюрьма! – проорал Сашка, изображая руками игру на гитаре. Он уселся на кровать и похлопал ладонью возле себя, приглашая Вадима.
    – Я имею в виду... этот ваш стиль, символика – чёрная кожа, черепа, морды с зубами, у некоторых даже эти... ну... сатанинские знаки. И вообще... – Вадим присел рядом, вопросительно глядя на друга.
    Сашка серьёзно кивнул.
    – Для непосвящённых всё так и выглядит. Так и должно выглядеть. А на самом деле – возможно, ты слышал про обычай вешать перед входом в дом страшные маски, чтобы отпугивать злых духов. Здесь тот же принцип. Что касается одежды – чёрный цвет концентрирует внимание, а заклёпки, «молнии» и прочие металлические детали помогают формировать и удерживать защитное энергетическое поле. Кроме того, многие делают себе татуировки, обладающие магической силой. С этой же целью ребята из «Кисс» носят грим, а из «Зи-зи топ» – бороды... ну, это всё сугубо индивидуально. Наше главное оружие – музыка, но борьба с демонами – тяжёлая и опасная работа, поэтому любая поддержка всегда кстати.
    Взгляд Сашки остановился на постере «Нирваны».
    – А что касается нашего поведения... На самом деле все эти россказни про выпивку, наркотики, оргии и всё такое – просто игра на публику. Вчера ты сам убедился – демоны обладают огромной мощью, и борьба с ними отнимает много сил и времени. Вот и представь: человек всю ночь сражался с нечистью, наутро чувствует себя как выжатый лимон – а тут журналисты объективами в лицо лезут, всё норовят сделать снимок крупным планом. Надо же как-то объяснить, почему глаза красные и руки дрожат. Самое простое и убедительное – распустить слухи, что ты регулярно развлекаешься с десятком шлюх одновременно, а кокаин потребляешь мешками.
    – И все эти случаи, когда...
    – Именно. Раз уж мы действуем тайно, на невидимом, так сказать, фронте – приходится таиться до конца. Когда кто-то из нас погибает в схватке, нужна правдоподобная причина, и проще всего списать внезапную смерть на последствия разгульной жизни. Взять Курта Кобейна: демоны начали преследовать его очень рано, разглядев в мальчике огромный потенциал, и в конце концов свели с ума, улучив момент, когда он остался совсем один – вот и пришлось сочинять, что он сидел на наркоте с тринадцати лет и покончил с собой из-за передоза героина. То же самое произошло с Элвисом; только люди, которые этим занимались, переборщили с секретностью – отсюда и все эти легенды вокруг его смерти. Фредди Меркьюри любил рисковать и часто бросался в бой, не рассчитав силы; в итоге враг этим воспользовался. Свой долг Фредди выполнил до последнего – зная, что обречён, он сделал официальное заявление о том, что болен СПИДом; на следующий день он погиб в схватке, уничтожив сильнейшего демона. Да и Высоцкий умер не от проблем с наркотиками. Демоны и здесь постарались: он обладал мощными врождёнными способностями, но не хотел играть рок, предпочитая свой путь – и в результате не смог получить надёжную защиту... Вообще, безопаснее всего – держаться в компании настоящих друзей. Леннона смогли подловить только после того, как «Битлз» окончательно распались. И то, воспользовались чужими руками. Двадцать лет спустя так же пытались поступить с Джорджем Харрисоном, но не вышло. Впрочем, долго он не протянул...
    Сашка помолчал, глядя в стену.
    – Да, всякое бывает. И обычным людям знать это незачем.
    – Но ведь такое случается далеко не со всеми. Пол Маккартни, скажем, до сих пор жив, а ведь он значил не меньше Леннона...
    – Это уж как повезёт. Или не повезёт. Мы не стоим на месте и постоянно совершенствуем тактику, но и демоны занимаются тем же. Эти твари могут быть очень изобретательными. Цоя подловили в машине – он даже гитару не успел схватить. А совсем недавно, когда эта история уже забылась, точно так же ударили по Кузьме-Скрябину – устроили засаду на дороге.
    Вадим поёжился. Выходит, его спасители сами рисковали жизнью... А также тысячи других – и тех, кто красовался на обложках модных журналов, и совершенно неизвестных широкой публике. Все они подвергали себя опасности ради таких, как он.
    Ради людей, которые занимались своими делами, ни о чём не догадываясь.
    Простая и привычная картина мироздания внезапно перевернулась с ног на голову. Ещё совсем недавно Вадим воспринял бы эту историю как наркоманский бред или попытку пошутить. Однако, накладываясь на его личный опыт – небольшой, но внушительный, – рассказ выглядел очень даже правдиво. И пугающе.
    И порождал новые вопросы.
    – Но откуда вообще всё это взялось? Ну, демоны... и музыка? И что делали раньше, пока рок не появился?
    – Боролись. Как могли. Демоны существуют столько же, сколько и человечество – а может, гораздо дольше. Они приходят из параллельного мира, чтобы подзарядиться нашей психической энергией, которая вырабатывается, когда человек испытывает сильные эмоции, чувства – и могут высосать её всю без остатка. К счастью, нашлись люди с паранормальными способностями, сумевшие выявить демонов и разработать способы борьбы с ними. Если бы не эти шаманы и знахари каменного века, человечество вообще не смогло бы выжить. Постепенно их методики совершенствовались, превращаясь в сложную систему. Но и демоны не дремали.
    – А религия имеет к этому отношение?
    – Когда как. Скажем, древние египтяне многое умели, но каста жрецов сперва подмяла всё под себя, а затем увлеклась политикой, забыв про главное предназначение, поэтому их культура перестала развиваться и в итоге совсем выродилась. Древние греки, благодаря открытости и свободе, достигли куда большего. Затем, когда по Европе распространилось христианство, за демонов взялись по-настоящему, но церковники сразу допустили непростительную ошибку. Вместо того чтобы лечить одержимых, их начали просто убивать, хотя они ни в чём не были виноваты. Человек не может отвечать за действия демона, сидящего внутри, но попробуй объясни это фанатику.
    Сашка тяжело вздохнул.
    – Впрочем, особые ритуалы, поддерживаемые религиозным фанатизмом, обеспечивали постоянную защиту. Но с распространением свободомыслия она начала ослабевать. В двадцатом веке этот процесс ускорился, следствием чего стали две мировые войны с промежутком в двадцать лет. И следующую войну такого масштаба человечество могло не пережить вовсе. Требовалось срочно придумать что-то иное, но что? Какая сила, какая идея может заменить религию, преодолев любые границы?
    – Музыка...
    – Да. И не простая, а со значением. Не весёлые песенки, которые легко слушаются и так же легко забываются, а энергия, которая взрывает мозг, навсегда меняя человека. Музыка для молодых и смелых. В отличие от прошлых времён, борцы с нечистью сделали ставку не на мудрых почтенных старцев, а на молодёжь. И не прогадали. Кстати: именно демоны стояли за убийством Кеннеди. Они рассчитывали, что ему на смену может прийти твердолобый консерватор, который вообще запретит рок-музыку. К счастью, не вышло.
    Вадим понимающе кивнул. Действительно, никакой другой вид искусства не сталкивался с такими сложностями, таким сильным противодействием.
    Но...
    – Но почему вы действуете тайно? Если открыться и объяснить ситуацию всему миру... да люди начнут слушать рок-музыку круглые сутки!
    – Прежде всего – найти убедительные доказательства не так-то просто. Демоны могут свободно перемещаться между мирами. Они не дураки, и не станут засиживаться в теле одержимого человека, пока его везут в исследовательскую лабораторию. Эдисон и Тесла пытались создать электромагнитную ловушку для демонов, но не вышло.
    Сашка сделал паузу. Его лицо помрачнело.
    – Да и потом – представь, что начнётся после такой новости. Одни начнут охотиться на одержимых и просто убивать их; другие, наоборот, будут сами совершать преступления и сваливать вину на демонов. И при этом многие, очень многие, начнут смотреть на нас с подозрением, которое быстро перерастёт в паранойю и ненависть. Нас будут подозревать в чём угодно, обвинять в мыслимых и немыслимых грехах... Нет, недаром Супермен и Бэтмен прятали лица под масками, скрывая свои истинные имена. Представь, как бы ты сам начал относиться ко мне ещё вчера утром, узнав, что я – какой-то супер-пупер-экстрасенс, владеющий таинственными сверхспособностями.
    Возразить Вадиму было нечего.
    – Впрочем, не всё так плохо, – Сашка бодро хлопнул ладонями по коленям. – У нас есть надёжные друзья в правительствах многих стран. Например, именно они развалили СССР. Ты же понимаешь, советская цензура ни за что бы не допустила свободного распространения рок-музыки. Они могли закрывать глаза на кого-то вроде Гребенщикова, но хэви-метал, гранж... это уж ни в какую. А в результате – огромная территория, одна шестая часть суши, становилась крайне уязвимой. Пришлось поработать с ценами на нефть – и рок наконец-то смог выйти из подполья.
    – Вот только живём мы как-то не очень.
    – Ну так у нас и отношение к року «не очень». А он конкретно способствует высокому уровню жизни. Взять, к примеру, Японию. Ты когда-нибудь слышал про пакистанскую рок-музыку? Или там вьетнамскую? А в Японии она отлично вписалась в местную культуру – и вот результат. У них там недавно появилась пауэр-метал группа «Четыреста три форбиддена» – мощняк, демонов рвёт на клочки, как Тузик грелку. А у нас... что рок, что панк – сплошной андерграунд. Старики слушают Пугачёву, молодые – Диму Билана или Потапа с Настей. Между прочим, нередко подобная попса вдохновляется демонами. Все эти «муси-пуси»... само собой, нормальному человеку такое в голову не придёт. Для этого нужно, чтобы в голове кое-кто поселился.
    Сашка ещё раз хлопнул по колену и повернулся к Вадиму:
    – Вот такие пироги. Теперь ты понимаешь, что мы делаем и насколько всё это важно. Сам видишь, что творится – и в мире, и здесь, рядом. Нам постоянно нужны новые люди, и мне кажется, ты отлично справишься. У тебя есть врождённые способности к нашему делу – я это чувствую. Именно поэтому нас всегда тянуло друг к другу. Впрочем, у нас тут не какая-то тайная секта, так что силой тебя никто заставлять не будет. Ну, что скажешь?
    Некоторое время Вадим молчал, собираясь с мыслями. В голове теснились новые вопросы, но он уже знал достаточно, чтобы принять решение.
    – Отказаться я, конечно, не могу, – медленно начал он. – Ты это и сам наверняка понимаешь. После всех этих... всего того, что я пережил... других вариантов здесь нет. Но я никаких «способностей» не ощущаю. Вы... вы прямо как джедаи какие-то. А я? Играть я не умею. Разве что петь... Но так, как я пою, любой дурак может. Не знаю...
    – Зато я знаю, – крепко пожав руку Вадиму, друг поднялся с кровати и снова направился к стойке с дисками. – Не переживай. Настанет время – и всё проявится само собой. Ну и, конечно, нужно тренироваться. Вот и давай сейчас займёмся, раз уж начали. Сейчас я кое-что покажу. Итак, «Стикс», знаменитая «Лодка на реке». Слушай внимательно...
     
    Облака разошлись, и ровный, аккуратно изогнутый серпик луны осветил тихую улицу. Фонари не горели; звёзды усеяли небо, будто радуясь отсутствию конкуренции.
    Одинокий самолёт прочертил небо разноцветными огнями. Вадим проводил его взглядом. Хорошая сейчас погода – прохладно, сухо; почему бы и не пройтись пешком. Ему всё больше нравилась атмосфера клуба, но после грохота музыки приятно побыть в тишине, думая о своём.
    Рядом шли Сашка и Вероника, солистка его группы. Все молчали.
    «Третий – лишний», – неотвязно вертелось у Вадима в голове. Подобные мысли посещали его всё чаще.
    Он сблизился с участниками «Араты», но чувствовал, что так и не стал для них своим. Несмотря на упорные тренировки, «врождённые способности» почти не давали о себе знать. Конечно, не все могут быть героями: кто-то должен и пол подметать, и аппаратуру устанавливать. Но тут заговорила гордость – работать в клубе грузчиком или мальчиком на побегушках Вадим не хотел. Тогда уж лучше вообще не иметь дела со всем этим. С другой стороны – не будет ли это дезертирством, предательством? Есть ли у него право думать об уязвлённом самолюбии, когда совсем рядом люди рискуют жизнью?
    Чуть слышный порыв ветра качнул верхушки деревьев.
    – Давайте пройдём напрямик, – предложила девушка. Судя по спортивной фигурке, Вероника – «для друзей просто Рони, и не спрашивайте, почему не Ника» – привыкла держать себя в форме. Может, попробовать сблизиться с ней на этой почве? Да нет... Рони хорошо относилась к Вадиму, но что если на самом деле она, как и остальные, просто жалеет его? Вадим помнил девушку ещё по встрече с демоном – это она первая начала петь. Уж ей-то способностей не занимать...
    – Давайте, – он расправил плечи. – Свежим воздухом подышим.
    – Ты ведь не куришь? – уточнил Сашка. – У нас вчера какая-то сволочь что-то подожгла в зале – такой дым пошёл...
    Беседа о разных пустяках помогла отвлечься от невесёлых мыслей. Вадим не сразу заметил, что сплошные бетонные заборы, сменившие ряды «хрущёвок», тянутся слишком уж долго.
    – Эй, мы вроде не туда свернули? – Сашка остановился, оглядываясь по сторонам. – Здесь, кажется, железная дорога рядом... Ты куда нас завела, лягушка-путешественница?
    Пригнувшись, Рони настороженно повела головой, будто учуяв еле уловимый запах.
    – Надо кое-что проверить... Постойте здесь, я мигом.
    Сашка неохотно отступил назад, явно не в восторге от её затеи. Рони легко перемахнула через невысокую ограду и исчезла в темноте.
    Прошла минута, другая...
    – Я схожу, посмотрю... – неожиданно для самого себя заявил Вадим, подходя к забору. Благодаря выступам на бетонной плите вскарабкаться наверх удалось достаточно быстро, хоть и совсем не так красиво.
    Спрыгнув на землю, Вадим внимательно осмотрел пустующий двор. Ничего подозрительного: в центре – похожее на ангар здание с выбитой дверью, вокруг – кучи какого-то металлолома. Ни движения, ни шума.
    Вадим направился к широкому проёму, стараясь ступать как можно осторожнее и тише. Вот и Рони – стоит посередине, глядя куда-то в темноту. Услышав его, девушка обернулась.
    «Ты как?» – Вадим уже открыл рот, но слова застряли в горле.
     Сознание будто раздвоилось – он видел Рони, с трудом различая её в полумраке, и в то же время другое, особое зрение открывало ему, что глаза девушки пылают зловещим алым сиянием. Кто-то, сидя внутри, смотрел... на него.
    «Это ловушка!» – хотел он закричать, и снова ничего не вышло.
    Краем глаза Вадим заметил, как Сашка вбегает в здание, но его движения вдруг становятся медленными и плавными, будто воздух превращается в густую жидкость. Грудь сдавило, не давая дышать. Ноги налились тяжестью.
    Сияние стало ярче. Знакомое ощущение чужой силы накатилось лавиной, стремясь поглотить его. Воздух сделался таким плотным, что Вадим даже упасть не мог. Сашка пытается снять гитару, висящую за спиной, но не удаётся. Вот он тянет руку вперёд... Подойти ближе, взяться за неё? Зачем? Если уж друзья оказались бессильны...
    Но ведь он кое-чему научился, он может бороться!
    Сквозь застилающую глаза пелену он видел, что Рони тоже протягивает руку... и чувствовал, каких нечеловеческих усилий это требует. Да, нужно держаться вместе. Объединять силы. Но как это сделать, как шагнуть навстречу, если он не может даже шевельнуться?!
    Давление нарастало. Надо спешить, скоро будет поздно...
    Всё вокруг заслонил красный туман – Вадим будто плыл в океане крови. Где-то далеко-далеко светились огоньками его друзья. Их разделял, стараясь обессилить, измотать и уничтожить, мощный поток, непрерывно извергаемый демоном. Вадим тщательно выстраивал защиту, теперь он умел это делать, но противник всё усиливал натиск. Ощущение безысходности упорно прокладывало путь сквозь все заслоны.
    Вадим напрягся, собрав последние силы...
    ...и где-то внутри, глубоко, пробудились давно знакомые слова.
    – Вместо тепла – зелень стекла, – прошептал Вадим, не уверенный, что с пересохших губ сорвался хоть один звук. – Вместо огня – дым. Из сетки календаря выхвачен день...
    Обруч, стягивавший грудь, слегка раздался. Стало легче. Чуть-чуть.
    – Красное солнце сгорает дотла. День догорает с ним. На пылающий город падает тень...
    Ему показалось, или напор в самом деле ослабел?
    – Перемен! – требуют наши сердца...
    Голос звучал сдавленно и хрипло, но быстро набирал силу. И где-то там, вдали, на него отзывались Сашка и Рони. Девушка подпевала – почти неслышно, но в такт. Музыка помогала ей, поддерживая слова. Это была не гитара – Сашка всё ещё не мог до неё дотянуться. Звуки лились из его сердца.
    – Перемен! – требуют наши глаза...
    Вадим глубоко, со всхлипом, вздохнул и сжал кулаки.
    – Перемен...
    Да.
    – Мы ждём перемен! – Вадим рывком бросился в колышущееся алое марево. Друзья шагнули ему навстречу. Они соединились, слились, и могучая энергия заструилась по кругу, сметая всё постороннее и злое.
    Внезапно их оглушила пульсация чужой силы – будто на волю вырвалась стая хищных птиц. Демон покинул девушку и забился в образованном людьми треугольнике. Он не мог существовать здесь, в этом мире, вне человека-носителя. Его единственный шанс заключался в том, чтобы разорвать связь и уничтожить людей поодиночке. Чудовищная мощь взвилась неистовым вихрем.
    Обжигающая волна толкнула Вадима в лицо. Он отшатнулся, чуть не выпустив руки друзей. Так тяжело... Сколько они смогут продержаться?
    Демон бушевал. Он не хотел уходить без добычи. Секунды растягивались в годы, Вадим отчаянно вспоминал слова, с огромным трудом выталкивая их наружу...
    Связь неожиданно исчезла – рука Сашки выскользнула из пальцев Рони. Но прежде, чем Вадим успел испугаться, Сашка схватил гитару за гриф и ударил ей, будто мечом, в центр треугольника. Она рассекла воздух золотистой молнией и застыла...
    ...а затем все струны лопнули разом.
    Раздался звук – настолько сильный, что Вадим ничего не услышал. Только ощутил упругую волну, разошедшуюся вокруг. Вот она прошла сквозь него, взвихрила воздух позади; вот коснулась уцелевших стёкол в окнах – и они тут же разлетелись сверкающими осколками. Вадим увидел, будто в фильме с эффектом «слоу-мо», как они неторопливо вращаются, двигаясь наружу. Тишина становилась пронзительной, напряжение нарастало...
    И тут ударил невероятный громовой раскат. Колонна ослепительного огня пронзила ночь, уходя высоко в небо. Она горела и переливалась перед ними, и в рёве пламени таял злобный вой исчезающей твари. Вот не осталось ничего, только огонь, и блеск, и грохот...
    Затем всё стихло.
    Вадим с трудом стоял на ослабевших ногах, жадно вдыхая прохладный воздух. Рони по-прежнему сжимала его руку. Её всю трясло. Сашка выглядел так, будто вот-вот упадёт, но при этом широко улыбался.
    Сквозь дыру в крыше заглядывали звёзды.
    – Давайте-ка валить отсюда, а то как бы чего... – хрипло сказал Сашка. Он наклонился и поднял обугленную, почерневшую гитару. – Надо же, не разбилась, как обычно.
    И вправду, пора идти. Финальный взрыв произошёл не только на «магическом», но и на материальном уровне. Его наверняка увидели и услышали. Об этом даже могут написать в газетах – но не подробное интервью с героями, победителями демонов, а небольшую заметку о том, что где-то в промзоне, на давно заброшенном складе, взорвался газовый баллон. Потаённый чародейский мир умел хранить свои тайны.
    Но самая важная тайна уже открылась Вадиму.
    Теперь он принадлежал к этому миру. И знал свою силу.
    Помогая Рони идти, Вадим направился к выходу. Сашка поддерживал девушку с другой стороны.
    – Ты как, Вадька, стихи не пишешь? Вроде за тобой раньше такого не водилось, – он поудобнее перехватил гитару. – Надо тебе кого-то найти, или самому поработать. Не всё же чужие песни петь.
    Снаружи дул свежий ветер. Собирался дождь.
     
    ___________
     
    Комментарии и дополнения к рассказу см. в теме обсуждения.
    
    

  Время приёма: 21:17 22.06.2015