06:14 07.08.2017
Вітаємо переможців!

1 Фурзикова af006 Участковый
2 Левченко Татьяна af029 Мундштук
3 ЧучундрУА af018 Вискал Уробороса


06:39 23.07.2017
Сегодня, в 17.00 заканчивается приём работ на конкурс. Пожалуйста, не оставляйте отправку рассказа на последнюю минуту.

   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс №43 (лето 17) Фінал

Автор: Венгловский Количество символов: 43041
24 Катастрофа. Нищие в океане. Первый тур
рассказ открыт для комментариев

008 Пять тысяч колючек


    
    

    Пусть в чаще свирепые хищники воют –
    Тебе не страшны никакие враги.
    Не бойся, мы рядом! – тебя успокоят
    Мордочка, хвост и четыре ноги.
    (Б. Заходер)
    И еще пять тысяч колючек.
    (дописано лапой Ежа)
    

     
    – Хозяйка! Три порции утренней росы с розовой пыльцой! Мы се’дня гуляем.
    Это сказал самый высокий из гоблинов, подошедших к барной стойке.
    – И побыстрее!
    – А… Чем платить будете?
    Хозяйка кафе Мари Ветробег до сих пор смущалась всех этих современных экономических нововведений.
    – Платить? – ухмыльнулся гоблин. – Человеческой деньгой, яс’дело. Хвостогрыз, давай.
    – Уж’даю, босс!
    Зеленокожий крепыш сбросил рюкзак и выкатил из него пятикопеечную монету.
    – Хватит? – ухмыльнулся Длинношей, которого в определенных гоблинских кругах (а круги эти включали Хвостогрыза и Ногошлепа) называли боссом.
    – Ну… Хватит, – пролепетала Мари. – Наверное.
    – Украли у людей, небось? – проворчал белобородый гном, тихо сидевший в углу, и посмотрел на гоблинов поверх круглых очков. – Нехорошо, молодые люди. Очень нехорошо. Позорите Традиции.
    – Украли? – подскочил к столику гнома Длинношей. – Кто? Покажите мне вора! Мы чес’с заполучили. Как г’рится – «не пойман – не вор». И вообще, ты кто такой? Гном? Так сиди себе под землей и стучи в сво’железо.
    – Вот из-за таких, как вы, вновь, того-этого, всем переселяться придется, – уже тише сказал гном, находившийся в тени нависающего над ним гоблина.
    – Что-что? – Длинношей даже на цыпочки поднялся, чтобы выглядеть выше и грознее.
    – Уважаемые, перестаньте, – пискнула Мари.
    – Ты, хозяюшк’товь свою росу и не отвлекайся, – бросил гоблин. – Тут на нас наезжают, и кое в чем над’бы разобраться. Так с чем ты не согласен? – Длинношей вновь повернулся к гному и тут же вскрикнул: – Ай!
    Это пристроившийся за соседним столиком Ёж растопырил иголки.
    – Ты!.. – Гоблин обернулся к колючей стене. – Ты!.. – Он обошел ее по кругу и наконец обнаружил острый черный нос и глаза, холодно смотрящие из-под бровей. – Ты кто такой? Хозяйк’чему животные в приличном заведении? Я не хочу есть в кафе, где воняет ежами! Ай! Да хватит колоться!
    – Ф-ф-фы, – презрительно сказал Ёж и вновь вернулся к нарезанному яблоку.
    – Даже на общем г’рить не умеет, – воскликнул Длинношей. – С’час мы тебя быстренько отсюд’проводим. А ну, братва, помогите.
    – Ф-ф-фы, – сказал Ёж.
    – Чаво-чаво? – ухмыльнулся гоблин. – Ты сначала г’рить научись, а потом сиди с приличными гоблинами.
    – Он сказал, что собирается сначала доесть свой обед, – раздалось от двери.
    Никто и не заметил, как в кафе вошел закутанный в серый плащ черноволосый эльф. Из-под плаща виднелись стволы длинного шестизарядного вертострела.
    – Ой, Анри, как хорошо, что ты пришел! – воскликнула Мари. – Тут вот… эти…
     
    Рука с перстнем в виде клевера-четырехлистника на среднем пальце раскрыла Большую Серую папку и начала перебирать хранящиеся в ней листы.
    «Так, – забормотал хозяин перстня себе под нос, – посмотрим-посмотрим. Вот!»
    «Анри Листохват по прозвищу Стрелок, – принялся читать он. – Один из героев последней крысиной войны, на счету которого сотни убитых грызунов. Возглавлял отряд «Серых охотников». Честен, решителен. Предпочитает действовать, а не болтать, но все свои операции тщательно продумывает. На Стрелка можно положиться в любом деле, не противоречащем Традициям. Очень опасен. Не женат. Тайно влюблен в Мари Ветробег. Единственный друг – Ёж».
    «Ясно, – сказал владелец перстня, – Жаль, но, скорее всего, не подойдет».
     
    Гоблины у стойки и Длинношей возле стола Ежа как бы невзначай откинули плащи, освободив рукояти своих вертострелов.
    – А ес’мы хорошо попросим? – ухмыльнулся Длинношей.
    – Да-да, – поддакнули Хвостогрыз и Ногошлеп. – Попросим!
    – Фы-ф-ф-фы, – сказал Ёж, отодвигая в сторону дольку яблока. – Ф-ф-фы. Ф-ф-фы.
    – Он спросил, знаете ли вы, кто такие дикобразы? – перевел Анри Листохват, усаживаясь на свободный стул у двери.
    – Ну? – переглянулись гоблины.
    – Говорят, что дикобразы могут метать свои иглы на несколько метров, пробивая двухсантиметровую доску, – продолжил Анри.
    – И что? – Длинношею почему-то перестала нравиться сложившаяся ситуация. Пришедший эльф держал руку подозрительно близко возле своего вертострела.
    – Наш колючий друг, – сообщил Листохват, – хочет сказать, что сделает это лучше и быстрее, чем дикобраз. Даже быстрее, чем вы вытащите оружие.
    – Да ну? – удивился Ногошлеп, за что получил подзатыльник от Длинношея. – Ай! За что, босс?
    – Не верю, – сказал Длинношей.
    – Ф-ф-фы, – фыркнул Ёж.
    Он поднял лапу над головой, поморщившись, выдернул иголку и резко метнул ее через весь зал. Игла, просвистев в сантиметре от уха Хвостогрыза, воткнулась в стену. Хвостогрыз побледнел, превратившись из зеленого в совершенно белого гоблина. Длинношей наоборот покрылся красными пятнами. Он молча направился к выходу, подхватив с собой дружков.
    – А я думал, что дик’разы не так иглы метают, – пробормотал в самых дверях Ногошлеп, за что опять заработал подзатыльник.
    – Здравствуй, Мари, – улыбнулся Анри. – Привет, Ёж.
    – Ф-ф-фы, – сказал Ёж, пододвинул к себе дольку яблока и вгрызся в сочную мякоть.
     
    Рука с перстнем вновь обнаружила в Серой папке нужную запись.
    «Ёж. Настоящее имя неизвестно. Друг Стрелка. Ветеран последнего крысиного нашествия, во время которого служил в отряде «Серых охотников». В совершенстве владеет искусством метания иголок. Характер скверный. Возможны неконтролируемые срывы поведения. Подчиняется только Стрелку».
    «Не подойдет», – пробормотал владелец папки и продолжил поиски.
     
    – Как бизнес, Мари? – спросил Листохват.
    – Ну… Как всегда, Анри, – улыбнулась Ветробег.
    Мари открыла свое кафе под старым березовым пнем только неделю назад, и «как всегда» включало в себя уже целых семь не самых лучших дней.
    – Возьми, – сказал эльф, протягивая ей кошелек, в котором звякнули деньги, выкованные гномами. – Сейчас же возьми и без разговоров! – повысил он голос. – Когда-нибудь отдашь. Я сегодня с удачной работы. Извини, мне надо с товарищами поговорить.
    Анри сел за стол к гному. Рядом аппетитно чавкал яблоком Ёж.
    – Что ты хотел показать, Бум-Бамс? – спросил Листохват у гнома.
    – Смотри, что я изобрел, – заговорщицки подмигнул гном, тряхнув бородой.
    Он поднял на стол открытый чемоданчик из кожи прыткой и очень зеленой ящерицы.
    – Что это? – поинтересовался Анри, доставая небольшой цилиндрик из кучи ему подобных, которыми чемоданчик был доверху заполнен.
    – Люди называют это взрывчаткой. Сам формулу вывел! – гордо сообщил гном.
    – Зачем? – спросил Анри. – Спасибо, Мари.
    Это госпожа Ветробег принесла всем троим утреннюю росу. Над столом начал витать  запах свежих роз. Ёж недовольно поморщился.
    – Чам-чам-чам, – принялся он за последнюю дольку.
    – Покажи свой вертострел, – потребовал Бум-Бамс.
    Анри достал их кобуры оружие и положил на стол. Вертострел был старый с множеством зарубок на рукояти, для которых уже не хватало места. Кое-где на шести соединенных стволах виднелись следы от крысиных зубов. Бум-Бамс представил рукопашную схватку, в которой участвовал Листохват, и гнома слегка передернуло. Нет-нет-нет, уж лучше спокойно сидеть под землей за толстой дверью и заниматься любимой работой.
    – Узнаешь? – спросил Анри. – Ты же новые пружины ставил.
    – Ах да, точно! – воскликнул Бум-Бамс. – Помню-помню.
    Как же он мог забыть! Именно Бум-Бамс поместил в стволы собственноручно выкованные пружины, тем самым увеличив дальность и мощь вертострела командира серых охотников. Шесть пружин, накручивающихся перед боем вручную. Шесть булавок, пробивающих крыс навылет.
    «Бр-р-р», – подумал гном.
    – Так вот, – сказал он, – ежели к каждой игле привязать вот это мое изобретение, во-о-от так… И перед выстрелом поджечь, значится, фитиль. Вот он, видишь? То – бамс! – гном хлопнул в ладоши. – Того-этого. От крысы и следа не останется.
    – Ф-ф-фы? – спросил Ёж.
    – Можно и проверить, – согласился Анри. – Пошли.
    – Куда стрелять-то будем? – поинтересовался Бум-Бамс.
    – Так! Выходить всем по одному с поднят’руками! – раздался снаружи писклявый голосок Длинношея. – Гоблинов нельзя так’росто без-на-ка-занно оскорблять! Мы держим кафе под прицелом!
    – Баньши! – выругался Листохват.
    Мари Ветробег взвизгнула и спряталась за барную стойку.
    – Ф-ф-фы. – Ёж запихал остатки яблока за щеку и выглянул в окно. – Фы, – поднял он вверх один палец. – Фы и фы.
    – Мы в осаде, значит, – подытожил Листохват, чиркнул огнивом, поджигая фитиль, приоткрыл дверь, высунул вертострел и нажал на спуск.
    От близкого взрыва Ежа опрокинуло на пол. Хлопнули двери. В окно влетело несколько выпачканных сажей семян-парашютиков и одинокий слегка контуженый комар. Вдали заверещали на три голоса удаляющиеся гоблины.
    – Надеюсь, ты их, того-этого, не зацепил? – нахмурился гном.
    – Ни в коем случае, – сказал Листохват. – Так, напугал слегка.
    Когда друзья вышли из кафе, то первое, что они увидели, была большая воронка, засыпанная листьями одуванчиков.
    – Сильная вещь! – сказал гном.
    – Ф-ф-фы! – подтвердил Ёж.
    – Мари, не расстраивайся, пожалуйста, что мы тут ландшафтный дизайн испортили, – обошел вокруг воронки Анри. – Бум-Бамс, мы, пожалуй, купим парочку твоих цилиндров.
    – Фы-фы, – сказал Ёж и забросил себе на спину весь чемоданчик.
     
    Незнакомец вытащил из Серой папки очередной лист.
    «Длинношей, Хвостогрыз и Ногошлеп. Гоблины, промышляющие воровством у людей. Хитрые и трусливые, однако, в экстремальных ситуациях могут проявлять признаки храбрости. Традиции не уважают».
    «Ну что ж, – вздохнул хозяин перстня-четырехлистника, – если не удастся уговорить Стрелка, то придется задействовать эту компанию».
     

    ***
     

    Анри Листохват шел на работу. Он покинул пределы Тайного Поселка, расположенного на территории ботанического сада, пролез сквозь металлическую ограду и спустился в подземный ход под дорогой, напоминающий кротовую нору. Впрочем, это и была темная и сырая кротовая нора. Потолок вздрагивал от проезжающих наверху машин, и комья земли, порою очень некстати, сыпались за ворот плаща.
    Внезапно эльф услышал тихий посторонний шум, словно это по земле ступали мягкие лапы. Анри прижался к стене и опустил ладонь на рукоять вертострела.
    Приходилось быть начеку. Остатки крысиной орды осели отдельными бандформированиями и представляли постоянную угрозу путникам из маленького народца.
    Нет никого… Наверное, показалось.
    Не попадаясь на глаза людям, Анри прокрался к ближайшей пятиэтажке и проскользнул в систему вентиляции. Он шел по воздушному каналу, выпрямившись в полный рост, обдуваемый сквозняком, несущим пыль и копоть прямо в лицо. Позади вновь послышался шорох. Листохват обернулся, выхватывая вертострел.
    Пусто…
    Да что же это, баньши его забери!?
    Анри тихо выругался и собрался продолжить путь, как вдруг…
    Из-за ближайшего поворота впереди выскочили две серые тени. Анри упал на колено и вскинул вертострел. «Щелк!» Острая сталь пробила грудь первого врага. Силой выстрела крысу отбросило на стену. Левой рукой Анри повернул механизм вертострела,  активируя следующий взведенный ствол. Острые желтые зубы второго грызуна мелькнули перед глазами, и Анри нажал на спуск, всаживая булавку прямо в оскаленную пасть убийцы. Крыса захлебнулась писком и покатилась по полу, царапая лапами горло.
    Но был еще третий враг, который всю дорогу незаметно крался за Анри. Огромная крыса прыгнула Листохвату на спину. Быстрая реакция – спасение для эльфа. Анри успел развернуться и подставить под острые клыки вертострел, обхватив оружие обеими руками. Враги упали на холодный пол, вздымая клубы пыли. Острые камни больно вдавились в спину. Крыса в неистовстве грызла металл, и на Анри летели брызги слюны.
    «Помнишь меня!? Помнишь?» – спрашивал горящий яростью левый глаз.
    Со лба на правую скулу грызуна, рассекая пустую глазницу, спускался глубокий шрам.
    – Помню, тварь, – процедил сквозь зубы Анри.
    Этот взгляд он видел у одного из телохранителей крысиной королевы. Тогда эльф позорно промахнулся, последним зарядом вертострела лишь ранив боевика.
    Анри развернул голову крысы в сторону, правой рукой выхватил нож и всадил лезвие в грудь врага. Челюсти лязгнули в нескольких миллиметрах от лица эльфа, в горле крысы заклокотала кровь, бывший королевский телохранитель дернулся и затих.
    – Вот, баньши его забери, – пробормотал Листохват, выползая из-под мертвого тела и вытирая лицо. – Говорил же мне Ёж, никогда не оставляй врагов живыми. Ни-ког-да! – С последним «да» Анри срезал хвост врага, и, скрутив, спрятал в сумку за спиной.
    Туда же отправились и хвосты двух других крыс. По длинным трофеям подсчитывались убитые враги, и выплачивались премиальные.
    – Ну, ничего, где наша не пропадала. А ты чего уставился? – раздражено спросил Анри у большого паука, сидящего на потолке.
    Паук поспешил притвориться незаметным куском штукатурки.
    Кое-как почистив плащ, Анри направился дальше к знакомому вентиляционному окошку, ведущему в одну из кухонь.
    Записка! Она лежала на полу туннеля, придавленная Платой – пятикопеечной монетой. Сердце Анри забилось быстрее в ожидании очередного Заказа. Эльф развернул послание прямо на полу и принялся читать старательно выписанные Заказчиком печатные буквы:
     
    «Уважаемый друг (зачеркнуто).
    Дорогой друг.
    Здравствуй!
    Я очень рада писать тебе это письмо. Большое спасибо за моего плюшевого медвежонка, которого ты вернул. Это моя любимая игрушка с самого детства.
    Вчера случилась катастрофа – у мамы пропала наша семейная брошь, которая досталась ей от бабушки. Мама любит ходить в сад. Вчера мы все ходили к старой березе. Вечером мама не нашла брошь. Мы ходили и искали все вместе. Брошь действительно пропала. Это очень плохо. Мама плачет. Говорит, что сама не знает, зачем ее надела.
    Я надеюсь только на тебя.
    Я рассказала о тебе маме, но она сказала, что я фантазерка. Но ведь ты есть, хотя я никогда тебя не видела. Ты мой лучший и единственный друг. Пожалуйста, помоги. Вот я нарисовала эту брошь».
     
    Снизу под письмом был выполненный карандашом рисунок, отдаленно напоминающий розу ветров. Анри нахмурился – даже от изображения несло старой забытой магией. Он опустил ладонь на письмо и произнес слова клятвы:
    – Анри Листохват принимает у человека Заказ и обещает выполнить его за Плату в меру своих сил и возможностей, или погибнуть. Клянусь королевой Меб.
    Эльф сложил записку и засунул в сумку. Затем направился к выходу из вентиляционного канала. Ему вслед из темноты смотрели восемь любопытных глаз сидящего на потолке паука.
     
    Неизвестный с перстнем на пальце захлопнул Большую Серую папку, и из нее выпал, опустившись на пол, старый пожелтевший листок.
    «Традиции маленького народа», – гласил заголовок вверху страницы.
    Владелец папки нагнулся, поднял лист и пробежал глазами по тексту:
    «Традиция первая – никогда не попадайся на глаза людям.
    Традиция вторая – никогда не воруй у людей.
    Традиция третья – всегда незримо выполняй для людей работу за вознаграждение».
    Незнакомец хмыкнул, смял листок и метким броском запустил в открытое окно.
     
    – Ф-ф-фы!
    – Ёж! – воскликнул Анри, уставившись на друга, выглядывающего из-под листа чертополоха. – Ух ты! Как здесь оказался? Ты же отгул брал! Что, уже освободился?
    Ёж неопределенно махнул лапой. На его хитрой мордочке блуждала легкая довольная улыбка.
    – Чем пахнет? – Анри достал записку и сунул Ежу под длинный нос.
    Ёж понюхал, поморщился и чихнул.
    – Да, ты прав, магией пахнет, – сказал Анри. – Наш новый Заказ. Идем к старой березе в саду.
    – Ф-фы? – удивился Ёж.
    – Угу, к логову старины Мохобрыка. Хорошо, если это он стащил брошь.
    Ёж, все еще улыбаясь своим мыслям, потрусил вслед за эльфом.
    Когда маленький народец переехал из центрального парка и основал новый Тайный Поселок, старая береза уже росла в этой отдаленной части ботанического сада и, казалось, была точно такой же древней, как и сейчас. Могучий ствол с потрескавшейся грязно-белой корой олицетворял само время. Длинные зеленые нити ветвей задумчиво шевелились от дуновения ветра. Корни толстыми змеями исчезали среди покрытой росой травы.
    – Ф-ф-фы, – пробурчал Ёж.
    – Слышу-слышу, – сказал Анри, остановившись возле дерева. – Дрыхнет.
    «Я буду здесь спать», – сообщил, как только они переехали, тролль Мохобрык, и сейчас из-под березы до друзей доносился его могучий храп.
    Анри и Ёж нырнули сквозь мокрую траву в проход среди корней. Ёж полз, чертыхаясь себе под нос, расталкивая брошенные окурки и пустые пачки из-под сигарет, старые пластиковые стаканчики и деревянные палочки, которыми проход был основательно завален. Однако в этом хаосе наблюдалась некоторая упорядоченность. Видимо тот, кто притащил сюда всё это барахло, иногда порывался навести в нем порядок.
    – Клептомания – болезнь такая есть, – сказал Анри Ежу. – Ну, или что-то вроде этого. Мохобрык, когда просыпается, всё в свой дом тащит. Но пока ничего похожего на брошь я не вижу.
    «Хр-р-р, фью-ю-ю» – слышалось впереди похрапывание тролля.
    Мохобрык спал прямо на полу, не добравшись до постели из сухой травы. В когтистой лапе он сжимал зажигалку. На шее тролля на длинной нитке висел острый крысиный зуб.
    Анри аккуратно, двумя руками вытащил зажигалку из лапы Мохобрыка.
    «Так и пожар недолго устроить», – пробормотал эльф.
    Внезапно рука тролля взметнулась вверх и обхватила Анри за запястье.
    – Мост! – заверещал тролль, не открывая глаз. – Верните мой мост!
    Анри попытался разжать зеленые в пупырышках пальцы тролля. Подскочивший Ёж уколол Мохобрыка иголками. Тролль открыл глаза и сказал:
    – Ой!
    Затем отпустил эльфа и вновь зажмурился.
    – Не спать! – закричал Листохват на ухо троллю.
    – Да не сплю я, – ответил Мохобрык и поднялся на ноги, уставившись на эльфа непонимающим взглядом. – Вы не знаете, где мой мост?
    – Какой мост? – удивился Анри. – Ты уже тысячу лет, как своего моста не имеешь.
    – Раз нет моста, значит, буду спать дальше, – сообщил тролль и рухнул на пол мимо постели.
    – Подожди! – сказал Анри. – Брошь видишь? – Он сунул разложенный рисунок под длинный нос тролля. – Ты брал?
    Тролль приоткрыл правый глаз и пробормотал:
    – Брал.
    – Где она?
    – Здесь, – тролль неопределенно махнул рукой, указав куда-то позади себя. – Хр-р-р, фью-ю-ю…
    – Нету ее тут, слышишь?
    Тролль только довольно улыбнулся во сне. Видимо опять пересчитывал путников, проходящих по существующему лишь в его грезах мосту.
    – Приехали, – сообщил Анри. – Ну, что будем делать? – спросил он у Ежа и вдруг заметил, что тот к чему-то усиленно принюхивается. – Ты что-то чуешь?
    – Ф-ф-фы, – сказал Ёж.
    – Гоблины? – воскликнул Анри. – Здесь были гоблины?
    Ёж утвердительно кивнул колючей головой и поднял вверх три пальца.
     

    ***
     

    – Тебя искали, – сообщила Мари у входа в кафе. – Мэр вызывает.
    В воронке, оставшейся от недавнего взрыва плескалась вода, и плавали свежезапущенные головастики.
    – А ничего так озерцо получилось, – сказал Анри. – Сама воду натаскала? Хорошая идея – покупатели сразу водопродукты заказывать смогут, в еще живом виде, так сказать. Ну, раз вызывает, придется идти, – наконец обратил он внимание на слова Мари. – Ёж, останься здесь.
    Ёж не ответил. Он заворожено следил за упитанным головастиком, резвящимся у самого берега.
    Резиденция мэра Гвена Громобоя располагалась в дупле канадского дуба, растущего в центре Тайного Поселка. Среди корней Анри нашел вход в лифт. Гоблин-лифтер с равнодушным выражением на морщинистом лице закрутил ворот, и кабина медленно поднялась вверх. Возле комнаты Громобоя навстречу Анри вышел Фрог – начальник охраны.
    – Старик что-то замышляет, – сообщил он, принимая у Стрелка оружие. – Ты с ним поделикатнее сегодня.
    – А как же, – сказал Анри и вошел в светлую комнату.
    Возле огромного, почти на всю стену, окна располагался письменный стол с разбросанными на нем бумагами. В большой настольной лампе ползали по стеклу несколько потухших светлячков. На стене висела высушенная голова жука-оленя. Гвен Громобой стоял спиной к Анри и смотрел в окно.
    – Подойди сюда, – не оборачиваясь сказал он. – Что ты видишь?
    Анри подошел.
    – Тайный Поселок, – сказал он. – Вон дома эльфов. Вон там – кварталы гоблинов. Вон торчат землянки гномов. Всё, как обычно.
    – А я вижу клубок проблем, – вздохнул мэр. – Как тебе наша новая экономическая ситуация? Что думаешь?
    Громобой обернулся к Анри. Листохват пожал плечами:
    – Вы – мэр. Вам виднее, если что.
    – М-да… – Громовой опять повернулся к окну. – Мэр… Хотел бы я, как и ты, выполнять Заказы и ни о чем не заботиться. А ситуация сейчас ой, какая сложная. Тебе ли не знать. Люди больше не нуждаются в услугах маленького народца. Они в нас не верят. Да и мы… Что мы можем в современном мире? Когда-то, помню, пошьешь ночью портному платье – вот он тебе и еду оставит, и лоскутки на одежду. Эх… Славные были времена. Нас уважали. А теперь? – Мэр вынул из лампы перепуганного светлячка и принялся гладить его по голове. – Компьютеры, автомобили, автоматизация. Сделаешь человеку что-то, так еще и вещь испортишь. Потом каким-нибудь полтергейстом назовут. Никому мы не нужны. Что делать-то, а?
    Громобой уставился на Анри пытливым взглядом. Светлячок испуганно таращился на эльфа большими фасеточными глазами. Анри ничего не ответил, принявшись про себя считать, сколько раз мимо окна пролетит толстая синебрюхая стрекоза.
    – Ты, Стрелок, чтишь Традиции, – сказал Гвен Громобой. – Кое-как зарабатываешь себе на жизнь Платой. А другие? Что им делать? Я ввел деньги, как у людей. Поддержал развитие мелкого бизнеса. Но маленький народец не может, не в состоянии работать на себя! Психологический барьер – ничего не получается. Мы должны служить только людям, баньши его забери! – Мэр слегка хлопнул светлячка между усиков. – А люди больше не хотят нас знать.
    Громобой замолчал. Возникла неловкая пауза.
    «Двенадцать… Тринадцать», – продолжал считать Листохват.
    Стрекоза настойчиво металась туда-сюда и закусывала комарами.
    – Всё больше молодежи, особенно среди гоблинов, перестают чтить Традиции и просто-напросто воруют у людей. Работать на себя не хотят, а у людей воруют. Каково, а? Ты же знаешь, что это добром не окончится. Кого-нибудь из наших поймают, и маленький народец будет рассекречен. Или, еще хуже, примут за проделки грызунов и потравят.
    «Потравят, – вздохнул Анри. – Интересно, как эта стрекоза не падает? – подумал он. – Столько комаров жрать».
    – Зачем вы меня вызвали? – вслух спросил Листохват.
    – Там, откуда мы пришли в давние времена, нас ждет лучшая жизнь, – тихо произнес Громобой.
    – С чего вы так решили? – вырвалось у Анри.
    – Я в это верю, – сказал мэр и опустил светлячка в лампу. – Мы должны вернуться на Родину.
    – Что? – воскликнул Листохват. – Но ведь… Люди… Здесь… Мы же когда-то давали общую Клятву. А Традиции…
    – Тех волшебников, кому мы давали Кл… обещание, давно уже нет. Мерлин и прочая братия канули в небытие. Пора реально смотреть на вещи, эльф! – повысил голос Громобой.
    – Но ведь Традиции…
    – Что Традиции!? Они так же никому не нужны, как и мы. Нету их. Были – и растаяли! Мы должны выжить, понимаешь? Вернуться на Родину и выжить, – уже спокойно закончил пылкую речь Громобой. – А не прозябать здесь. Когда-то мы прошли сюда через великий Путь между мирами. Им же и вернемся обратно.
    – Кто же не знает историю, – сказал Анри. – Только вы забыли, что маленький народец никогда не сможет вернуться, даже если не брать во внимание древнюю Клятву.
    – Почему же? – прищурил глаза Громобой.
    – Во-первых, Ключ, открывающий Врата, потерян. А во-вторых… Наших предков преследовала на Пути баньши, которая хотела проникнуть в мир людей. Древние закрыли Врата перед ее носом. Говорят, что баньши до сих пор сидит и ждет, когда Врата вновь откроются.
    – И что? – вспыхнул мэр. – Ты веришь в эти сказки?
    Анри пожал плечами.
    – Так говорят.
    – Говорят… Даже если это и правда, то баньши нужны не мы. Она жаждет ворваться к людям, где можно будет хорошенько поживиться. Но это не наш мир. Мы свободно вернемся на Родину. Ты сможешь открыть Врата для меня? Для нас. Для своей Мари, в конце концов. Если понадобится, используешь Ключ? – неожиданно спросил Громобой.
    – Это противоречит Традициям и Клятве, – тихо произнес Анри. – Я никогда не соглашусь на такое.
    – Глупец! – вскрикнул мэр. – Для тебя счастье людей, которым мы не нужны, важнее счастья собственного народа? А, если нет никакой баньши, и людям ничего не угрожает?
    – Я чту Традиции, – упрямо повторил Листохват. – Если я ничем не могу помочь, то, может, я могу быть свободен?
    – Можешь, – махнул рукой мэр.
    Эльф повернулся и направился к выходу.
    – Анри! – позвал мэр.
    Листохват обернулся.
    – Если все захотят уйти, – сказал Громобой, – не мешай.
    Анри ничего не ответил. Он взялся за дверную ручку.
    – И еще, – продолжил мэр. – Насчет твоего последнего Задания, Стрелок.
    Листохват едва заметно вздрогнул. Как он мог забыть, что у мэра везде есть шпионы?
    – Откажись от него, – тихо сказал Гвен Громобой. – Так будет лучше для всех. Я лично тебя прошу.
    – Не могу, – сказал Анри. – Заказ – это Традиция. Традиции нельзя нарушать. Я дал Клятву.
    И вышел за дверь.
    – Идиот, – прошептал мэр. – Вот идиот! Фрог!
    – Да, мэр. – В дверях появился начальник охраны.
    – Останови его, Фрог! – сказал Громобой. – Прямо сейчас останови.
    – Анри? – удивился Фрог, прислушиваясь к опускающемуся лифту. – Листохвата? Но… Но это же мой товарищ. Мы сражались вместе. Он меня спас!
    Костяшки вцепившихся в стол пальцев Гвена Громобоя заметно побелели. На среднем пальце правой руки сверкнуло кольцо в виде клевера-четырехлистника. Говорят, такой клевер приносит удачу.
     

    ***
     

    – Стрелок, стой! Я не хочу стрелять в спину!
    Листохват замер, но не оглянулся.
    На улице среди эльфийских домиков царила тишина. Ярко светило солнце, и по горячей земле проплывали тени летящих семян-парашютиков.
    – Кому ты служишь, Фрог? Традициям? Или ты всего лишь мальчик на побегушках у Гвена? – тихо спросил Листохват.
    – Анри-Анри… Я обещал служить Старику. Я тоже давал Клятву! Это мой Заказ!
    – С каких это пор эльфы берут Заказы у эльфов? – все так же, не оборачиваясь, произнес Листохват.
    – Так получилось, Анри, – сказал Фрог. – Ты – мой друг. Был другом. Мы воевали вместе. Помнишь, ты и я, серые охотники? Но я должен выстрелить, понимаешь… Обернись!
    Анри повернулся, выхватывая вертострел. Два щелчка взведенных пружин раздались почти одновременно. Анри развернуло в сторону, на землю брызнула кровь. Фрог покачнулся, сделал шаг назад, еще один и еще… Затем, не отпуская вертострел из рук, упал на спину. Из груди Фрога торчала булавка.
    – Баньши! – Анри вырвал булавку из левой руки, подбежал к бывшему другу и обхватил ладонями его голову.
    – Фрог! Не умирай! Ты нарочно промахнулся, ответь?! Зачем? Дурак!
    Фрог попытался улыбнуться сквозь гримасу боли.
    – Я сдержал клятву Заказа, Стрелок, – прошептал он и закрыл глаза.
     

    ***
     

    Дверь в кафе отворилась, и на пороге показался держащийся за левую руку Анри в окровавленном плаще.
    – Анри, что с тобой? Ты ранен? – подскочила к Листохвату испуганная Мари. – Что случилось? О, королева Меб, дай я перевяжу.
    Ёж, жарящий на вертеле головастиков, обеспокоено посмотрел на эльфа.
    – Я только что застрелил своего товарища, – сказал Анри. – Мари, дай что-нибудь выпить.
    Листохвата покачнуло, и он сел на ближайший стул. Подоспевший Ёж тут же принялся ощупывать его руку.
    – Ёж… Баньши, что ты делаешь? – вскрикнул Анри.
    – Ф-ф-фы, – сказал Ёж.
    – Кость не задета, знаю. Фрог нарочно стрелял мимо.
    – Ф-ф-фы?
    – Да, Фрог! Дурак, трижды дурак, баньши его забери!
    Анри выпил принесенную Мари жидкость и закашлялся.
    – Что это?
    – Роса валерианы, – пояснила госпожа Ветробег. – Хорошо нервы успокаивает.
    – К баньши росу! У тебя же был сбродивший яблочный сок. Неси, пожалуйста. Да поаккуратнее ты, Ёж!
    Ёж в это время мял в передних лапах руку Анри, кое-где нажимая, кое-где укалывая иглами. Через некоторое время эльф облегченно вздохнул, закрыл глаза и откинулся на спинку стула.
    – Вот, возьми, – сказала Мари, протягивая Анри сбродивший сок.
    – Ф-ф-фы, – произнес Ёж, взял стакан из рук госпожи Ветробег и опрокинул его содержимое себе в рот.
    Анри открыл глаза.
    – Идем в спальню, – сказал он Мари.
    – Прямо сейчас? – удивилась девушка. – Это предложение, Анри? Ты, наконец, осмелился?
    Ёж фыркнул и задумчиво посмотрел на опустевший стакан.
    – У тебя в спальне книжный шкаф, – пояснил слегка покрасневший Анри. – Он виден, когда дверь открыта, понимаешь? Меня интересуют старинные рукописи.
    – Ага! – сказала Мари, перевязывая рану эльфа. – Да-да! Мои предки всё это собирали. Конечно же, идем! Ёж, подержи вот тут. Есть. Закончила! Как новая будет. – Госпожа Ветробег потянула Анри за собой, и эльф слегка поморщился от боли.
    – Ф-ф-фы, – тихо сказал им вслед Ёж и полез за барную стойку, опрокидывая колючками посуду на пол.
    Скорее всего, именно после этого случая у маленького народца возникла поговорка: «Как Ёж в посудной лавке».
     

    ***
     

    – Вот, смотри! – через час воскликнул Анри.
    Он опустил на одеяло раскрытую книгу. На кровати, среди кучи книг, лежала Мари Ветробег с растрепанными волосами и расстегнутым корсетом. Половину пола занимал развернутый текст Заказа с рисунком потерянной броши.
    – Ну-ну, что там? – заинтересовалась Мари. – Неужели нашел?
    – Оно!
    Анри указал на рисунок в книге.
    – Это Врата, – сказала Мари, разглядывая старинное изображение.
    На картинке между корней большого раскидистого дерева виднелись раскрытые Врата, из которых вереницей выходили представители маленького народца. Над ними распростерлась черная зубастая тень, пытавшаяся выхватить кого-нибудь из толпы.
    – Наблюдается некоторая гипербола, – продолжила речь господа Ветробег. – То есть, преувеличение, – тут же пояснила она. – Баньши не ворвалась в мир людей. Наши предки успели захлопнуть Врата у нее перед носом. А в правом углу старинной картины изображен… Ой! Ключ.
    – Вот-вот, – сказал Анри.
    – Слушай, а как похож на брошь! – воскликнула Мари. – Что же это получается – потерянный Ключ попал к людям, да? – посмотрела она на Анри. – Ой, он же снова потерян. Его украли? Кто-то снова хочет открыть Врата?
    – И я даже знаю кто, – тихо сказал Анри. – Но доказательств у меня нет. В книгах не написано, где росло это дерево, хранящее в себе Врата?
    – Нет, – сказала Мари. – Я такого не встречала. Наверное, никто этого уже и не помнит.
    Анри сел на кровать, и Мари опустила голову ему на плечо.
    – Что будем делать? – спросила она.
    Анри пожал плечами.
    – Ты бы хотела вернуться на Родину? – спросил он.
    – Наверное… Я не знаю, – сказала госпожа Ветробег. – А ты?
    Эльф промолчал. Он вновь пробежал глазами по строкам своего Заказа.
    – Анри, – вдруг сказала Мари.
    – Что?
    – Сегодня же День рождения королевы Меб, как мы могли забыть?
    – Ну и?..
    – Так по преданию Ключом можно открыть Врата только в этот день.
    Анри резко поднялся.
    – Мне надо идти, – сказал он и вышел из спальни.
    В углу кафе, опустив голову на стол, лежал Ёж. Перед ним стояли три пустые бутылки из-под яблочного сбродившего сока.
     

    ***
     

    Анри Листохват по прозвищу Стрелок шел по пустому кварталу гоблинов. Он двигался равномерно и не торопясь, сжимая шестизарядный вертострел. Цепочка следов протянулась в пыли посреди улицы.
    Скрипнула старая дверь. Анри остановился.
    – Что здесь делает так’молодой эльф? – спросила, шамкая беззубым ртом, зеленокожая старуха.
    – Я ищу трех гоблинов, – сказал Стрелок. – Длинношея, Хвостогрыза и Ногошлепа. Знаешь таких?
    – Здесь их нет, молод’эльф, – прошамкала гоблинша. – Здесь ты можешь найти только свою смерть, – захихикала она. – А так’молодому и смазливому эльфу еще рано умирать.
    Где-то позади раздался скрип наспех взводимой пружины вертострела. Впереди под чьей-то ногой хрустнула ветка. Хихикающая старуха скрылась в глубине дома.
    – Я не хочу драки, – громко сказал Листохват. – Но у этих гоблинов цель моего Заказа, и я не могу уйти, не заполучив ее.
    Вдруг позади кто-то испуганно взвизгнул. Покосившийся забор рухнул в дорожную пыль, и появился Ёж, прижимающий иглу к горлу Ногошлепа. Глаза Ежа были слегка замутненными, а левый к тому же еще и косил куда-то в сторону.
    – Ф-ф-фы! – сказал Ёж.
    – Сам ты псих, – улыбнулся Анри. – Пьяница.
    – Не’бивайте! – завизжал Ногошлеп. – Я всё ск’жу, только не’бивайте!
    – Всё нормально! – прокричал Листохват на весь квартал. – Мы не убьем вашего товарища! Просто кое-что узнаем и уйдем!
    – Может быть, не убьем, – добавил он тихо, повернувшись к Ногошлепу. – Где Ключ?
    – Я не-не знаю, о каком Ключе ты г’ришь, – залепетал гоблин. – У м-меня свой Заказ. Я д-должен был тебя’бить.
    Ёж сильнее надавил иглой.
    – Но я же не стал стрелять! Не’бивайте, – заплакал гоблин.
    – Ключ – это та драгоценность, которую вы забрали из жилища тролля, помнишь? – пояснил Анри.
    – Помню-помню, – быстро закивал гоблин. – Брошь у Длинношея. Он’шел вместе с Хвост’грызом. А меня здесь бросили-и-и, – захныкал зеленокожий.
    – Куда? Куда они ушли? – закричал Анри.
    – Опять к стар’березе, – удивленно посмотрел на эльфа Ногошлеп. – Как нам мэр ск’зал, после того, как брошь увидел. Ой, я же не должен был г’рить о мэре!
     
    Гвен Громобой смотрел в окно. Конечно, Фрога было немного жаль, но Фрог – слабак. А от слабаков надо вовремя избавляться. Еще плохо, что Стрелок оказался таким упрямым тупицей, хотя и себе на уме. Лишь бы не стал мешать. Как раз сейчас гоблины открывают Врата. Если легенды не врут, и баньши действительно существует… Что ж – гоблинов не жалко. А он, Громобой, не при чем и вне подозрений. Потом баньши пойдет к людям – зачем монстру эльфы, гоблины и гномы, когда вокруг столько крупной добычи? Зато Путь освободится, и маленький народец сможет вернуться на Родину. Конечно, на долгом Пути потребуется лидер.
    Громобой вынул из кармана маленькое зеркальце и рассмотрел черные локоны, спадающие на плечи. А хороша прическа! На картинах неплохо смотреться будет.
    Когда Громобой доставал зеркальце, из кармана выпал пожелтевший листок, на котором была нарисована береза, чьи длинные свисающие ветви касались земли.
     

    ***
     

    – Ёж, пьяница ты несчастный. Дыши в другую сторону.
    Анри и Ёж бежали, не жалея сил.
    – Уф, уф, уф, – пыхтел Ёж. – Ф-ф-фы? – на бегу спросил он.
    – Должны успеть, – сказал Листохват, глядя на видневшуюся крону старой березы.
    И тут впереди раздался хлопок. Испуганно запищали бросившиеся врассыпную синицы. Ударной волной на землю сбросило толстого бражника с узором на спине в виде черепа.
    – Мертвая голова, – прошептал остановившийся Анри. – Плохая примета. Кто-то должен умереть. Быстрее, Ёж!
    Над старой березой сгущались тени.
     

    ***
     

    – Сколько мусора! – восхищенно сообщил Хвостогрыз. – Здоров’как!
    – Ползи давай, – подтолкнул гоблина Длинношей. – Обычн’тролльское логово.
    Хвостогрыз нес в рюкзаке Ключ, который иногда пребольно кололся острыми краями.
    – То забирай его отсюда, то возвращ’краденное, – пробурчал зеленокожий.
    – Не краденное! – сказал Длинношей. – Это тролль украл. А мы все’лишь присвоили, яс’тебе? Да и не возвращаем мы, а выполняем важн’миссию.
    – Ясно. Ну, и что дальше?
    Гоблины остановились в захламленной земляной пещерке. Прямо на полу храпел Мохобрык, и Длинношей поспешил убрать ногу от его когтистой лапы.
    – А дальше… – задумчиво проговорил Длинношей, почесав в затылке. – Дальше… – Он подошел к стене, заставленной пустыми консервными банками, и смахнул их на землю.
    Банки свалились с жутким грохотом. За ними обнаружились металлические двери, покрытые старинными витиеватыми рунами. В центре дверей было углубление, в точности повторяющее очертания Ключа.
    – Вот это да, – в восхищении проговорил Хвостогрыз.
    – Не соврал мэр, значит, – сказал Длинношей.
    – Мост, – сквозь сон прошептал Мохобрык, снимая с головы упавшую консервную банку. – Верните мой мост.
    Хвостогрыз достал из рюкзака Ключ.
    – Да’сюда! – Длинношей вырвал драгоценность у него из рук. – Я сам!
    Он быстро вставил Ключ в предназначенное для него углубление и отскочил назад. Врата отворились с громким хлопком. Из прохода дохнуло вечностью и холодом Пути. Прямо от дверей начиналась дорога, висящая в черной пустоте и уходящая в звездную бесконечность.
    – Мост, – восторженно прошептал Мохобрык, поднимаясь и протирая глаза. – Мой мост.
    Тролль сделал несколько неуверенных шагов, а затем рванул во Врата.
    «Мост! Мост!», – доносились до гоблинов его удаляющиеся радостные возгласы, которые вдруг закончились коротким вскриком.
    И наступила тишина.
    Гоблины вздрогнули и переглянулись. А потом услышали тревожные звуки: «Тут-тук-шлеп», – это простучал по мосту и выкатился сквозь Врата в логово тролля крысиный зуб, некогда висевший на шее Мохобрыка.
    – Ой, – сказал Хвостогрыз.
    Гоблины, не сговариваясь, бросились наружу.
    Первыми, кого они увидели в лучах яркого солнца, были эльф и растопыривший колючки Ёж, находящийся не в лучшем расположении духа.
     

    ***
     

    – Что ты делаешь!? – закричал Длинношей, но было поздно – Хвостогрыз уже вскинул вертострел. – Идиот! – Длинношей отпрыгнул в кусты.
    Хвостогрыз выстрелить не успел. Булавка Листохвата проткнула правое плечо гоблина, а метко брошенная Ежом колючка вошла между глаз, пробив голову навылет.
    – Зачем?! – закричал Анри. – Я же хотел только ранить!
    – Не стреляйте! – закричал Длинношей, поднимая руки и выбегая навстречу. – Там… Там… Нет!
    Гоблин взвизгнул, защищая лицо руками от брошенной Ежом иголки. Но колючка просвистела мимо и воткнулась в сгущающуюся за спиной гоблина тьму. Тьма выползала из логова тролля черным туманом, превращаясь в огромную когтистую лапу. Длинношей обернулся и в испуге попятился.
    – Беги! – закричал Анри, опускаясь на колено.
    «Щелк, щелк!» – скрылись в наползающем мраке две выпущенные булавки.
    «Бам!» – отскочила третья от прочного панциря полностью материализовавшейся лапы.
    Скрюченные когти схватили Длинношея и потащили к высунувшейся из Врат пасти.
    – Ф-ф-фы, – сказал Ёж, вырывая из спины колючку.
    – У меня осталось два заряда, – сообщил Анри.
    Он прицелился и выстрелил в большой красный глаз чудовища, но булавка срикошетила, не причинив чудовищу никакого вреда.
    – Отступаем, – сказал Анри, и вместе с Ежом пустился наутек.
    Позади них поднималась в полный рост баньши, почувствовавшая съедобную плоть. Раздался короткий вскрик Длинношея.
     

    ***
     

    – Что же делать? Что делать? – причитала госпожа Ветробег.
    Листохват накручивал пружины вертострела. Еж выглядывал в окно кафе, наблюдая за бесновавшейся в центре Тайного Поселка баньши. Чудовище разрушало дома и копалось среди обломков в поисках еды. Оно жрало и росло прямо на глазах.
    – Мэр же говорил, что баньши уйдет к людям, – всхлипнула Мари. – Совсем недавно говорил, когда всё началось, чтобы мы не паниковали, а сам убежал. Что же делать? Анри, она уйдет?
    – Взрывчатка, Анри, – подал голос скрывшийся в темном углу Бум-Бамс. – Того-этого. Бум-м-м! – хлопнул он ладошами, показывая жестами то, что не мог от волнения описать словами.
    В сумраке холодно поблескивали стекла гномских очков.
    – Знаю, – процедил сквозь зубы Листохват.
    Он достал из сумки два цилиндра со взрывчаткой и прикрепил к булавкам, а затем решительно вставил получившиеся заряды в стволы вертострела.
    – Ф-ф-фы, – обернувшись, сообщил Еж, выглядывающий в окно кафе.
    – Правда? – воскликнула Мари. – Неужели уходит? Пусти.
    Она оттолкнула Ежа и выглянула сама.
    – Анри, Анри! Она уходит! Баньши направляется к людям. О, королева Меб, мы выживем! Анри, ты куда? Стой!
    – Ёж, бегом в мой дом. – Анри подошел к дверям. – В шкафу найдешь чемоданчик со взрывчаткой. Этой может не хватить. Давай, одна лапа тут, другая там, Мари, – тихо добавил он, – прости меня. Я не могу пустить баньши к людям.
    Мари судорожно вздохнула.
    Анри отошел от кафе, прицелился и выстрелил в голову баньши. В вышине черная башка вспухла взрывом и… Безрезультатно. На голове баньши не осталось даже царапины. Чудовище обернулось и начало искать взглядом обидчика. Мимо Анри, гремя колючками, проскочил убегающий Ёж.
    Листохват вновь тщательно прицелился, стараясь не обращать внимания на взгляд красных глаз монстра, который проникал прямо в душу.
    Вдох-выдох. Успокоиться. Задержать дыхание на полувыдохе. Представить, что это всего лишь крупная крыса. Оч-ч-чень крупная крыса. Плавно нажать на спусковой крючок…
    Есть!
    «Бэмц!» – булавка со взрывчаткой угодила в глаз чудовища.
    Баньши заревела и взмахнула лапой. Анри едва успел отпрыгнуть в сторону, как на то место, где он только что стоял, опустились когтистые пальцы. Земля содрогнулась. Моргнув после вспышки, Анри увидел, что оба глаза баньши – целые и невредимые, яростно смотрят на него.
    Дом позади Листохвата обрушился от удара гигантской лапы. Анри отпрыгнул, покатился по земле, успел скрыться среди обломков. Баньши тут же принялась их разбрасывать, стараясь отыскать обидевшего ее эльфа.
    Ближе.
    Еще ближе.
    «Прощай, Мари», – успел подумать Листохват, как вдруг услышал…
    Это гремят колючки Ёжа?
    – Ёж! Ты куда?! Глупец, назад!
    Ёж спокойно вышел на ровное место позади баньши. Его взгляд был убийственно холоден и колючий, под стать иголкам.
    – Ф-ф-фы! – сказал Ёж. – Ф-ф-фы!
    Баньши заревела и обернулась. Если она понимала ежиный, то предложение совершить над собой указанные действия баньши рассердило.
    – Беги, Ёж! – заорал Анри, выпуская оставшиеся булавки.
    «Щелк! Щелк! Щелк!» – булавки отскочили от панциря баньши, но чудовище не обратило на них внимания.
    Оно нагибалось к Ёжу.
    Ёж посмотрел в красные глаза баньши и зло ухмыльнулся.
    – Ф-ф-фы! – сказал он, а потом растопырил колючки.
    Между иголками торчало множество небольших цилиндриков. Откуда-то из-за спины Ёж вытащил зажигалку, вспыхнул огонек, и по фитилю побежало едва заметное пламя. Гномский фитиль горит до взрыва всего несколько секунд.
    – Ёж! Не смей!
    Но баньши уже захлопнула пасть, проглатывая колючего друга эльфа.
    Может быть, снаружи броня баньши не пробиваема.
    Может быть, ее не взять ни одним оружием.
    Но изнутри баньши мягкая, как и все живые существа.
    На теле взрослого ежа около пяти тысяч колючек. И все эти колючки разнесло взрывом, пробивая плоть баньши, разрывая внутренности и не оставляя монстру ни единого шанса. Баньши замерла, подняв голову в немом крике. А затем взорвалась серыми ошметками, расплылась черным туманом.
    Без следа.
    Возле упавшего Анри в землю воткнулась выпачканная в крови острая ежовая колючка.
     

    ***
     

    – Зачем он так поступил, Анри? – тихо спросила Мари.
    Анри не ответил, лишь крепче прижал к себе госпожу Ветробег.
    Они стояли возле свежей могилы, придавленной большим камнем. В ней покоились несколько найденных колючек.
    – Ты знаешь, – сказал Анри, – у нашего Ежа была семья. У ежей это не принято, как и называть свое имя. Он мне признался… Потом… В оставленной записке. Заранее написал, будто знал. Его жена с маленькими ежатами придет позже, когда стемнеет.
    Анри подошел к могиле и что-то нацарапал на камне. А затем воткнул в землю, как меч старинного воина, последнюю ежовую колючку.
    – Пойдем? – тихо спросила Мари.
    – Пойдем, – согласился Анри, и они, рука об руку, пошли обратно к Тайному Поселку.
    – Многие уходят, – сказала Мари. – Их мэр уводит. Ты это допустишь?
    Анри остановился, поднял с земли камешек и запустил в толстую синюю стрекозу, летающую среди одуванчиков. Конечно же, промахнулся.
    – Пускай уходят, – произнес он. – Я не буду мешать. Может быть, им действительно будет лучше на Родине? Кто знает?
    – А ты? Ты остаешься? – осторожно спросила Мари.
    – Я? Я никуда и не собирался.
    – Тогда я тоже. – Госпожа Ветробег еще сильнее вцепилась в руку Анри, будто боясь отпустить эльфа от себя. – А ты знаешь, – вдруг сказала она, – в моем шкафу осталось еще много книг, которые мы не успели посмотреть.
    – Прямо сейчас? – улыбнулся Анри. – Это предложение?
    И госпожа Ветробег густо покраснела.
    – Предложение принимается, – рассмеялся Анри. – Побежали.
    Они скрылись среди густых зарослей одуванчиков.
    Остался лишь одинокий ветер, перебирающий пыль и старый мусор. Вдруг гонимая ветром скомканная записка зацепилась за торчащую из могилы колючку.
    Бьется, трепещет на ветру бумажный листок. Если внимательно присмотреться, то на листке можно прочитать название: «Традиции маленького народа». А под ним кто-то дописал упрямыми неровными буквами: «И ежей тоже».


    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    

  Время приёма: 22:35 11.04.2012