16:04 04.11.2019
Определены победители 2019-ого года:

1. Юлес Скела и ЧучундрУА.
2. Птица Сирин (Татьяна Левченко).
3. Христя Хмиз (Наталья Кондратенко).
4. Лара (Лариса Турлакова).
Призы ждут вашего выбора!


17:39 03.11.2019
Вітаємо переможців 51-ого конкурсу!

1 Лара ao015 Стекляшки
2 Христя Хмиз ao006 Арбітраж
3 Сокира ao001 Не таке, як здається


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 51 (осень 19) Фінал

  Количество символов: 22580
Гостиная сэра Шерлока Первый тур
рассказ открыт для комментариев

Миссия


    

    Вадим Соколенко

     
    Скоро я увижу Райхенбахский водопад. Даже не знаю, почему меня так тянет к этому месту. С другой стороны, внутренний голос подсказывает - побывать там просто необходимо. Но не сегодня.
    А сейчас надо отдохнуть, собраться с силами. Да и с мыслями тоже. Пожалуй, эта гостиница подойдет. Кажется, заведение тихое и спокойное, не думаю, что постояльцев в это время года много.
    Я зашел внутрь. Да, вполне пристойно, хотя, не так уж и пусто.
    Пожилой мужчина, наверное, хозяин гостиницы, беседовал с двумя джентльменами, по виду - англичанами. Это хорошо. Вот только хозяин явно чем-то обеспокоен. Говорил тихо, но очень выразительно жестикулировал. Гости внимательно слушали.
    Как интересно: тот, что поплотнее, со спины уж больно кого-то мне напоминает. Бог мой, да это же Уотсон!
    - Джеймс, старина, вы ли это?
    Уотсон удивленно оглянулся – очевидно, не ожидал встретить тут знакомого. Потом его брови поднялись еще выше, он быстро подошел и схватил меня за руку.
    - Ричард, не может быть! Вы… До меня ведь дошли слухи о вашей трагической гибели! Что вы утонули при переправе через Ганг!
    - Как видите, Ганг оказался не таким уж глубоким. А я с детства неплохо плаваю.
    За нашим диалогом внимательно наблюдали хозяин гостиницы и спутник Уотсона – высокий подтянутый мужчина с очень острым внимательным взглядом.
    Уотсон, наконец, отпустил мою руку.
    - Это мой старый товарищ и сослуживец полковник Ричард Фоссетт. А это мистер Шерлок Холмс. Мы с ним тут…
    - По частному делу, - мягко перебил Уотсона Холмс. – Рад знакомству, - он сдержанно поклонился. – Дорогой Уотсон, я думаю, у вас еще будет достаточно времени вечером для приятной беседы за чашкой чая. А сейчас нам необходимо обсудить некоторые вопросы с мистером Штайлером.
    Как я понял, мистером Штайлером был хозяин гостиницы. Он деловито засуетился, определяя новых гостей в отведенные апартаменты.
     
    ***
     
    Моя комната оказалась на втором этаже. Скромная и аккуратная.
    Я распаковал вещи, обдумывая сегодняшнюю встречу. Странно: она взволновала меня куда меньше, чем следовало ожидать. Такое впечатление, что внутренне я был готов увидеть Уотсона. Кстати, тот не так уж сильно поменялся. Естественно, постарел, набрал чуточку лишнего веса, но рыжие усы все еще бодро, по военному, топорщатся.
    Вспомнилось наше знакомство в полку. Если не подводит память, это случилось в 1879 году. Я и мои сослуживцы были уже не новичками в Индии, когда к нам перевели нового доктора. Сначала над ним подшучивали, но новичок обидчивостью не страдал  и за словом в карман не лез. Потом было первое боевое крещенье и Уотсон доказал, что он не робкого десятка.
    В тот вечер мы пили за нового собрата по оружию.
    Жаль, что долго доктор в полку не задержался – его перевели в Афганистан. У нас с ним было много общего и со временем, я так думаю, мы стали бы близкими друзьями.
    Спутник Уотсона тоже не выходил у меня из головы. Где-то я уже слышал о Холмсе, не припомню только что. Ничего, вечером познакомимся ближе. В кругу военных не принято излишне манерничать.
    Время пролетело как-то незаметно. Я еще успел полистать путеводитель, посвященный местным достопримечательностям. Затем решил, что пора нанести визит Уотсону.
    Оказалось, что Холмс ушел сразу же после поселения и Джеймс в комнате был сам. Он предложил сесть, потом некоторое время молчал, очевидно, собираясь с мыслями.
    Я ждал. Если человеку есть что сказать, он и так это сделает. Подгонять в такой ситуации не стоит.
    - Ричард, я уже говорил вам, что мы тут по делу. Точнее, Холмс говорил… Он не хотел посвящать в детали посторонних. Но… Вы мой старый боевой соратник. Мы оба видели кровь, и не только чужую. И вообще, мне трудно держать это в себе. Даже железные нервы Холмса, кажется, вот-вот сдадут…
    Знаете, это самая загадочная и жуткая история из наших с ним приключений. Странно… Я так часто использовал данную фразу в своих рассказах, а сейчас впервые произношу вслух. Ах да, вы наверное, не в курсе. Холмс – частный детектив, гений своего дела. Весь Скотленд-Ярд ему в подметки не годится. А мне посчастливилось быть частым свидетелем проявлений остроты ума этого необычайного человека. И, не скрою гордости, в некотором смысле, его летописцем.
    Так вот, Ричард, мы уже бывали тут раньше. Это случилось несколько лет назад. С Райхенбахским водопадом связаны трагические события и одно из величайших дел Холмса. Я думал, что мой друг навсегда исчез в его бурных потоках. Вместе с королем лондонского преступного мира, профессором Мориарти.
    Но Холмс выжил.
    Эта кошмарная история понемногу стиралась из памяти. И неожиданно ее тень упала на нашу размеренную лондонскую жизнь.
    Началось все около недели назад. Холмс просматривал утреннюю почту. Вдруг он отложил газету, и я удивился бледности его лица и крепко сжатым губам. На мой вопрос, что случилось, он лишь молча кивнул в сторону газеты. Статья на второй странице была посвящена каким то мероприятиям у Райхенбахского водопада. С приложенной к тексту фотографии на меня пренебрежительно смотрел… профессор Мориарти.
    У меня похолодели руки. Немного успокоившись, еще раз всмотрелся в снимок. Я видел профессора лишь раз, мельком, но ошибиться не мог. Слишком уж Мориарти выделялся среди окружающей толпы. Тем более, не мог ошибиться Холмс, а его реакцию я уже увидел.
    Я понимал, какой это сильный удар для моего друга.  Он прагматик, не верит в чудеса, духов и прочие потусторонние явления. Но тогда слишком явно проявился его холерический темперамент - в глазах отражалась растерянность, граничащая со страхом.
    И вот мы здесь. Холмсу удалось узнать, что репортер, подготовивший ту роковую статью, остановился в нашей гостинице. Мой друг надеялся, что беседа с этим человеком прольет свет на таинственное событие. Но по приезду нас ожидал очередной удар – возможный источник информации исчез. Хозяин гостиницы не видел его уже два дня. Он собирался даже сообщить в полицию, но потом решил дождаться нашего приезда. Таким образом, теперь мы…
    - Занимаемся этим делом, - Холмс стоял у двери и спокойно улыбался. Честно говоря, я не заметил, чтобы он сильно волновался. Но Уотсону виднее – он ведь знает своего друга значительно лучше.
    - Уотсон, вы все-таки не умеете хранить тайны, - все так же улыбаясь, Холмс подошел к нам и занял свободное кресло. – Я так думаю, у нас теперь появилась еще одна пара внимательных глаз и еще один мозг, способный на быстрые и нестандартные решения. – продолжил сыщик, не дав Уотсону возможности оправдаться. – Полковник, добро пожаловать в нашу детективную команду. Уотсон лестно отзывался о ваших аналитических и тактических талантах. Вы, кстати, продолжаете оставаться на военной службе. Скорее всего, в качестве консультанта, не так ли?
    - Да, вы не ошиблись.
    - Уотсон, судя по выражению недоумения на лице, я не разучился вас удивлять, - удовлетворенно потер руки Холмс. – Вы примерно одинакового возраста с Фоссетом, но сравните свой выпирающий животик и его подтянутую фигуру. Сразу видно: в жизни джентльмена продолжают иметь место определенные физические нагрузки и строгое соблюдение режима, что характерно для военных. Увлекаетесь боксом, полковник? – обратился сыщик уже ко мне.
    - На Востоке есть не менее эффективные боевые системы. Думаю, этот вывод вы сделали на основании вида огрубевших косточек на кулаках? -  попытался парировать я Холмса.
    - Да, и еще перебитый нос.
    - А может быть, это боевая рана?
    - Не думаю. Шрам довольно свежий, а я что-то не припоминаю, чтобы армия Ее Величества за последнее время проводила какие-нибудь активные военные кампании.
    - А версия о консультанте?
    - Вы из тропиков, и при этом загар не такой уж сильный. Соответственно, вы много времени проводите в помещении. Полевым командирам это не свойственно.
    Мне не оставалось ничего другого, как кивнуть в знак согласия. В то же время, размышления Холмса меня озадачили. Я попробовал вспомнить свою последнюю миссию – неожиданно память уперлась в тупик. Причем, попытка сосредоточиться лишь отразилась нарастающей головной болью.
    Так, вернемся к этому вопросу позже. Сейчас необходимо переключиться на другую тему.
    - Вы уже что-то выяснили, мистер Холмс?
    - Пока ничего интересного. Но ближайшее время нас навестит Штайлер и мы поднимемся в комнату исчезнувшего репортера.
    Следующие пятнадцать минут все молчали. Холмс курил, закрыв глаза, Уотсон взялся за газету. Я постарался ни о чем не думать и расслабиться. Наконец, появился хозяин гостиницы, и мы вместе отправились наверх.
     В комнате репортера царил полный беспорядок. Но, при этом, не было признаков того, что он собирался съезжать.
    Уотсон скромно пристроился в уголке комнаты. Очевидно, он уже давно привык, работая в паре с Холмсом, занимать такое месторасположение, чтобы по минимуму мешать передвижениям своего друга. Я осмотрелся и присел на табурет, который, к этому времени, уже успел осмотреть сыщик.
    Наблюдать за действиями Холмса оказалось очень интересно. Сначала он быстро обошел всю комнату, не акцентируя внимания на конкретных местах. Потом приступил к более тщательному осмотру. Окно и дверь были исследованы при помощи лупы. Затем очередь дошла до постели, стола и кресла.  На столе внимание сыщика привлекли фотоснимки. Он отобрал несколько штук, подсел ближе к настольной лампе и некоторое время их рассматривал. Насколько я смог издалека рассмотреть, там были лишь пейзажи и какие-то здания.  У кресла Холмс задержался минут пять. Тщательно изучил пол рядом с ним, провел пальцем по подлокотнику, понюхал его, удовлетворенно улыбнулся.
    Я наблюдал одновременно и за Холмсом и за Уотсоном. Тот сидел, как сфинкс, с завороженным взглядом. Теперь понятно, почему он считает своего друга холериком – на фоне своей флегматичности темперамент сыщика, естественно, выглядел вулканом страстей. Я, кстати, особой холеричности у Холмса не заметил.
    Наконец, осмотр был завершен. Сыщик первым нарушил молчание:
    - Джентльмены,  мы можем спуститься к себе. Больше ничего интересного здесь не предвидится.
    - У вас есть какая-то гипотеза? – спросил Уотсон, выходя одновременно из своего угла и отмеченного мною состояния ступора.
    - Возможно. Пока все очень туманно. По крайней мере, уезжать отсюда Коллинз не собирался, - подтвердил мои догадки Холмс. – А еще, у него был посетитель. Кстати, Фоссет, где вы покупали свои ботинки? – неожиданно прервал объяснения Холмс и внимательно посмотрел на меня.
    Я пожал плечами:
    - В Индии. Оттуда в них и приехал. Мистер Холмс, я попал в категорию подозреваемых? Даю слово джентльмена, в этой комнате - первый раз.
    - Я знаю. Удивительно хорошее качество обуви. Вы так много путешествовали, а ботинки выглядят совсем как новые.Друзья, предлагаю завтра утреннюю прогулку. Думаю, она даст нам необходимую пищу для дальнейших размышлений.
    Вернувшись в свою комнату, я сел на край кровати и уставился на свои ботинки. Черт возьми, я не помню, как их покупал.
    Но это не важно. Устал. Спать…
     
    ***
     
    Поселок Меринген – чудесное место для пешего похода. Мы не знали, куда именно направляется Холмс. Иногда мне казалось, что у сыщика нет конкретного маршрута. Он петлял проулками, внимательно рассматривая небольшие аккуратные здания. Наконец, перед одним из них Холмс задержался. Это строение практически ничем не отличалось от других, разве что вывеской с громким названием – «Театр Райта». Ниже мелкими буквами сообщалось: «Англичанам скидки!».
    Сыщик подошел к двери театра и постучал. Дверь со скрипом приоткрылась и оттуда появилась небритая заспанная физиономия.
    - Чего стучите. Выходной. Ходят тут, мешают сторожить, - проворчал обладатель физиономии и уже собирался закрыть дверь, но вид шиллинга в руке Холмса привел к чудесному метаморфозу. По крайней мере, мутный взгляд сторожа сменился заинтересованным.
    -  Джентльмены англичане? Чего изволят джентльмены?
    - Джентльмены изволят видеть вашего гримера. Э-э-э… как его там?
    - Джейкоб, сэр, - сторож внимательно рассматривал монету, перекочевавшую в его руку.  – А я Хопкинс, к вашим услугам. Боюсь, этого прохвоста вы тут не найдете. Он на днях сказал, что провернул какое-то удачное дельце, посему плевать хотел и на театр, и на работу…
    У Холмса, как по волшебству, в руках появилась еще одна монета.
    - Нам бы очень хотелось попасть в гримерную.
    - Отчего же не попасть, - уже добродушно ответил сторож, пряча второй шиллинг. По его довольному лицу было видно, что день, похоже, удался. А до вечера еще далеко. – Я проведу джентльменов.
    В каморке, исполнявшей роль гримерной, было темно, и Хопкинс долго возился, пытаясь зажечь старую настольную лампу. Когда это ему удалось,  сторож сделал широкий жест рукой – мол, любуйтесь, раз вам так хотелось.
    Холмс подошел к столу, неспешно просмотрел разбросанные на нем вещи. Открыл одну из тумбочек, извлек оттуда парик, и, осмотрев его, удовлетворенно хмыкнул. Снял крышку с пудреницы, принюхался. Опустился с лупой на пол. Затем его внимание привлек ключ, висевший на большом гвозде в стене.
    - Не скажете, откуда?
    Сторож взял ключ в руки и попытался сфокусировать на нем взгляд. При этом на лице Хопкинса отобразилась напряженная работа мысли.
    - Подвал, - сторож, гордый своим открытием, уставился на Холмса, словно ожидая чуда. Чудо явилось в образе очередной монеты, и вот мы уже спускаемся крутыми ступеньками вниз.
    Хопкинс, тихо ругаясь, какое-то время ковырялся ключом в огромном замке. Наконец, тот уступил, сторож толкнул дверь, пропуская нас вперед и подсвечивая прихваченной лампой.
    Небольшая комната была преобразована под фотолабораторию. На старом пальто, в углу, лежал человек. Холмс подошел к нему, пощупал пульс, подозвал Уотсона. Тот бегло осмотрел лежащего.
    - Это не сон. И вряд ли алкоголь. Похоже, он под действием какого-то сильного наркотика. Ричард, помогите, пожалуйста.
    Втроем мы попытались усадить неизвестного, прислонив к стене.
    - Ваш гример? - спросил Уотсон сторожа.
    - Это фотограф и репортер Джеф Коллинз. – сказал Холмс, в то время, как Хопкинс геройски пытался осмыслить вопрос доктора. – Уотсон, вы можете привести его в чувство?
    После нескольких неудачных попыток доктора сыщик покачал головой и предложил вынести потерпевшего на улицу.
    Втроем мы подняли репортера и направились к выходу.
    - А я тут еще немного осмотрюсь! – крикнул нам вслед Холмс.
    Холодный воздух подействовал благотворно, и Коллинз, наконец, пришел в себя. Он с недоумением рассматривал то нас с Уотсоном, то услужливо улыбающегося сторожа.
    - Что с вами случилось? – спросил Уотсон.
    Коллинз обхватил руками голову.
    - Ничего не понимаю. Мне пришло письмо с предложением пофотографировать. Пообещали неплохо заплатить, сообщили адрес. Как добрался сюда, помню. Дальше – ничего… А вы кто?
    - Мы ваши спасители, - Холмс уже второй раз за время нашего знакомства поразил своим умением появляться неожиданно и совершенно бесшумно. – Джентльмены, нам тут делать больше нечего. Предлагаю переместиться в гостиницу, в штаб-квартиру. У меня есть несколько мыслей по нашему делу, небезынтересных для всех присутствующих.
     
    ***
     
    Мы разместились вокруг стола в комнате. Холмс курил старую глиняную трубку. Уотсон сидел с видом победителя, словно это он сейчас будет посвящать нас в тайны расследования.  Коллинз явно чувствовал себя не в своей тарелке и смотрел на нас то ли растерянно, то ли подозрительно.  
    - Так вот, джентльмены, - начал Холмс. – Уотсон хорошо знает, что я в любой, даже самой мистической ситуации, стараюсь четко разграничить реальность и  вымысел. Признаюсь, фотография Мориарти у водопада меня сильно смутила. Сначала я вспомнил о существовании его брата. Но они не слишком похожи. К тому же, Джеймс Мориарти Лондона не покидал – я навел справки. Итак, у меня появились две главные версии.
    Первая: Мориарти каким-то непонятным образом спасся. Но ее я почти сразу отбросил – трудно вообразить человека, пролетевшего восемьсот тридцать футов и исчезнувшего в водовороте, целым и невредимым.
    Вторая, более вероятная версия – это чья-то злая шутка. Жестокий розыгрыш, предназначавшийся, очевидно, для меня. Человек, организовавший такую авантюру, неплохо знал мою привычку просматривать разные газеты. И предвидел реакцию на портрет старого знакомого. Припоминаете эту фотографию?  Все люди смотрят на водопад, и только «Мориарти» нахально уставился прямо в объектив.
    Кстати, Коллинз, теперь рассказывайте. Под чью диктовку вы сделали это фото?
    - Да как вы смеете! – репортер буквально кипел от негодования. – Я просто делал репортаж. Выбрал удачный ракурс… И вообще, не знаю я никакого Мориарти!
    - Допустим, - спокойно продолжал Холмс. – Я не исключаю, что действие наркотика продолжается, и у вас определенные сбои в памяти. К сожалению, нам с Уотсоном не удалось прибыть сюда чуть раньше. Возможно, тогда мы смогли бы узнать значительно больше.
    Итак, в любом случае, нам надо было ехать в Меринген.
    Мои расспросы в первый день ничего не прояснили. А вот осмотр вашей комнаты, Коллинз, был удачным.
    - Как вы посмели рыться в чужих вещах?! – снова вскипел репортер.
    - С целью расследования вашего исчезновения. К тому же, мы действовали по просьбе Штайлера, хозяина гостиницы, которому кое-кто забыл заплатить за несколько дней. Так вот, первое, на что я обратил внимание – отсутствие фотоаппарата. Значит, вы ушли не просто прогуляться, а по делу. Но куда именно? На фотографиях в комнате были заведения, очевидно, хорошо вам знакомые. А на подлокотнике кресла я нашел следы пудры, которую используют актеры для грима. Уотсон хорошо знает, что мне самому часто приходится гримироваться, так что ее специфический запах я ни с чем не спутаю.
    Объединив воедино пудру и фотографии местного театра, я сделал вывод, что таинственный визитер был именно оттуда. Отсутствие следов драки в комнате свидетельствовало: вы, Коллинз, ушли без принуждения.
    - Я уже говорил, - мне предложили сделать фотографии. За деньги. Письмом. И в гостинице меня никто не посещал.
    - Опять допустим, что вы сказали правду, - продолжал Холмс. Таким образом, джентльмены, теперь вы понимаете, почему мы оказались у известного вам театра. В гримерной я нашел и пудру, идентичную обнаруженной на подлокотнике, и парик, вполне подошедший бы для сотворения образа покойного профессора. А в подвале завалялось несколько фотографий мужчин, действительно напоминающих Мориарти.
    Итак, выстроилась определенная логическая последовательность: кто-то захотел испортить мне жизнь. Для этого загримировали актера, сфотографировали и сделали так, чтобы я этот снимок увидел.  
    Фотограф сейчас с нами, но практически ничего не помнит. Подозреваю,  что гример и исполнитель роли профессора, получив свой гонорар, поспешили уехать подальше. Однако, все они – пешки.
    Главного мы так и не узнали.  Кто заказчик.
    Должен сказать, это очень интересная личность. Имеет определенные навыки в медицине – дозировку наркотика для Коллинза рассчитал очень тщательно. Клиент выжил, но ничего не помнит. Без необходимости не убивает. С одной стороны, он очень осторожен – по крайней мере, в гостинице на глаза не попался никому. С другой – оставил слишком много следов. Помните, Фоссет, я интересовался вашими ботинками? Их родственники побывали и в комнате Коллинза, и в гримерной, и в подвале. Только их обладатель ростом поменьше вас, полковник. И он-то меня интересует больше всего, - говоря это, Холмс не сводил с меня пристального взгляда.
    От резкой головной боли у меня потемнело в глазах. Затем в мозгу словно щелкнул замок и пелена, укрывавшая некоторые из событий последних лет, наконец, спала.
    Я вспомнил. Все.
    - Что с вами, Ричард? – озабоченно спросил Уотсон. – У вас очень бледный вид.
    - Джентльмены, прошу прощения, но вынужден на некоторое время вас оставить. Я действительно чувствую себя не очень хорошо.
     
    ***
     
    Ну вот и он, великий Райхенбахский водопад, место сосредоточия могучей природной силы.
    Место, где пересекаются параллельные миры.
    В одном из них живут Уотсон, Холмс, Коллинз… Некоторое время назад тут жил и я, полковник Ричард Фоссет, пропавший без вести при переправе через Ганг.
    Теперь я обитаю в мире строгих прагматиков и высоких технологий. Там нужны люди, подобные мне. Или профессору Мориарти. Одним словом, профессионалы в своем деле. Холмсу этот мир тоже подошел бы. Хотя, с другой стороны, там отсутствует преступность. Даже у Мориарти нет времени на разные глупости. К сожалению, Холмса он так и не смог забыть. И, тем более, простить.
    При первой же возможности профессор сбежал сюда. Лишь затем, чтобы отомстить. Его необходимо было вернуть любой ценой.
    Врата между нашими мирами имеют одну особенность. Все, прошедшие через них, не могут от этого места удаляться. Поэтому Мориарти постарался сделать так, чтобы Холмс сам приехал к Райхенбаху. Для этого специально «засветился» перед фоторепортером.
    Наша с напарником Смитом миссия состояла в возвращении профессора. Желательно, до того, как тот успеет натворить бед, или поднимется шумиха по поводу «восставшего мертвеца».
    Смит взял на себя львиную долю работы: искал Мориарти, а заодно, подбрасывая улики, направлял Холмса по определенному пути. Фотографии, парик, пудра. Холмс должен был поверить в розыгрыш, и кажется, добиться этого удалось. Вот только обувь нас чуть не подвела. Ботинки - единственный форменный предмет туалета, прихваченный для удобства «оттуда».
    Я был на подстраховке. По счастливому стечению обстоятельств, благодаря знакомству с Уотсоном, возникла возможность быть рядом, не вызывая подозрений.
    Мориарти знал об одной особенности Холмса, скрытой Уотсоном от читателей. Сыщик очень хорошо мог определить по мимике и жестам, насколько правдив собеседник. Поэтому мне пришлось заблокировать значительную часть памяти. В том числе, о своей миссии. Блокада снималась лишь при поимке Мориарти. Или в случае, если бы ситуация вышла из-под контроля.
    Бедный Коллинз так никогда и не поймет своей роли в этой истории. Жаль, с ним пришлось обойтись довольно жестко. Гример и «фальшивый» Мориарти тратят деньги где-то в Центральной Америке. Не думаю, что с такой тягой к авантюрам они проживут долго.
    А взять настоящего профессора оказалось совсем не сложно – в пылу жажды мести он совсем утратил осторожность и попал в руки Смита при попытке проникнуть в гостиницу.
    Теперь можно и домой.
    Да, наш мир может показаться скучным. Но мне там уютно. Как и многим другим незаурядным личностям, попавшим в нужное время в нужное место.
    Таких мест на Земле не так уж много. Но и не мало: Ниагара, озеро Байкал, Ганг, Райхенбах…
    Все-таки приятно было встретиться с Уотсоном. Мне легко удалось убедить его в необходимости своего срочного отбытия. Да и Холмс молодец – только сейчас понимаю, что постоянно был на грани раскрытия.
    Я стал спиной к ревущим потокам воды, раскинул руки, плавно отклонился назад…
    Незабываемое ощущение свободного падения. Нет, скорее даже полета…
    Перед самым входом в бурлящий поток успеваю заметить высоко вверху, на выступе, одинокую фигуру, скрестившую руки на груди.
    Проводить меня пришел сам мистер Шерлок Холмс…

  Время приёма: 09:30 02.06.2011