16:04 04.11.2019
Определены победители 2019-ого года:

1. Юлес Скела и ЧучундрУА.
2. Птица Сирин (Татьяна Левченко).
3. Христя Хмиз (Наталья Кондратенко).
4. Лара (Лариса Турлакова).
Призы ждут вашего выбора!


17:39 03.11.2019
Вітаємо переможців 51-ого конкурсу!

1 Лара ao015 Стекляшки
2 Христя Хмиз ao006 Арбітраж
3 Сокира ao001 Не таке, як здається


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс № 51 (осень 19) Фінал

Рассказ не рассмотрен

Автор: Ульяна Глебова Количество символов: 157290
Гостиная сэра Шерлока Внеконкурсные работы
рассказ открыт для комментариев

Шерлок Холмс помогает вдове (рассказ размещен на Самиздате)


    

    
    Ульяна Глебова
     
    Шерлок Холмс помогает вдове
    (фантастический рассказ)
     
    1

     

    Комментарий нотариуса
     

    Подождите! Не читайте рассказ! Сначала я сделаю официальное заявление!
    Я – нотариус. В настоящее время именно я представляю интересы покойного доктора Ватсона.
    Прошу опубликовать его рассказ, который хранился у меня в запечатанном конверте.
    В соответствии с волеизъявлением доктора Ватсона конверт был вскрыт 14 мая 2011 года.
    Я прочитала рассказ.
    Доктор Ватсон хотел, чтобы этот рассказ был обнародован, но не ранее 14 мая 2011 года.
    А теперь вы можете прочитать рассказ.

    
    2
     
    Рассказ
     

    Шерлок Холмс внимательно рассматривал старинную монету. И тут раздался звонок в дверь.
    - Похоже, ранний клиент! – сказал Холмс.
    - А может быть, это к нашей хозяйке пришла какая-нибудь приятельница, – предположил я.
    - Сейчас убедитесь, - отозвался Холмс.
    И вскоре послышались шаги, и кто-то постучался в дверь нашей комнаты.
    - Войдите! – сказал Холмс.
    Дверь распахнулась. И мы увидели молодую измождённую женщину, которая подбежала ко мне и заявила:
    - Умоляю! Спасите мою сестру! Мистер Холмс! Только вы можете её спасти!
    - Я – доктор Ватсон, - сообщил я.
    В левой руке посетительница держала маленькую сумочку, а её правая рука была свободна.
    - Холмс – это я, - отозвался Холмс, подошёл к женщине, взял её за правую руку и слегка склонил голову.
    Перчаток на нашей гостье не было. Женщина, наверное, решила, что Холмс хочет поцеловать ей руку. А Холмс немного приподнял руку посетительницы, но целовать не стал.
    Холмс отошёл от женщины на пару шагов и сказал:
    - Вы, конечно, машинистка.
    - Откуда вы знаете? – испуганно воскликнула женщина.
    - Ватсон! – быстро произнёс Холмс. – Смотрите, какое у неё выразительное лицо и яркое проявление эмоций. Она могла бы стать актрисой, но работает машинисткой. Ватсон! Хотите посмотреть её руку? У неё слегка сплющенные кончики пальцев, что характерно для машинистки и для пианистки.
    - А может, я – пианистка! – сказала женщина.
    - Нет! – ответил я. – Если бы вы были пианисткой, вы бы принесли с собой ноты!
    - Ватсон! – улыбнулся Холмс. – Вы бы ещё сказали, что если бы она была пианисткой, она бы возила за собой рояль на верёвочке! Ватсон! Поглядите в окно! На улице случайно не привязан рояль, оставленный нашей гостьей?
    - Нет! – хмуро ответил я. – Я и смотреть не буду.
    Честно говоря, мне было неприятно, что Холмс подшучивает надо мною в присутствии дамы.
    - Я вам объясню, почему сразу понятно, что она – машинистка, - сказал Холмс. – Моя скрипка лежит на столе. Это – не Страдивари! Но скрипка у меня - хорошая. А наша гостья совершенно не заинтересовалась моей скрипкой. Видно, что это – порядочная молодая женщина, которая сама зарабатывает себе на жизнь. Но наша гостья даже не спросила разрешения изучить мою скрипку или хотя бы дотронуться до неё! Поэтому ясно, что перед нами – машинистка, а не пианистка.
    Я промолчал, но подумал, что и пианистка не стала бы интересоваться скрипкой, если её волновало бы спасение сестры.
    - А вы всегда обсуждаете людей в их присутствии? – спросила наша посетительница.
    - Когда захотим, - объяснил Холмс. – Но расскажите, наконец, что там у вас случилось! Мы уже знаем, что надо спасать вашу сестру.
    Я спросил:
    - Её похитили? Они требуют выкуп?
    - Нет, - ответила наша гостья. – Её не похитили. Но её несправедливо арестовали! Хозяйка обвинила её в краже, а сестра не виновата! Они забрали её в участок!
     

    3
     

    Посетительницу звали Мэри Джонсон.
    - Я – вдова, - сообщила Мэри. – И у меня – двое маленьких сыновей. Мистер Джонсон скоропостижно скончался два года назад.
    - Ваш муж? – уточнил Шерлок Холмс.
    - Да, - кивнула Мэри. – Пока он был жив, у нас были деньги. А после его смерти я постепенно продала все свои драгоценности. Их было немного, но на год хватило. Потом я устроилась работать машинисткой. Я и раньше - до замужества - служила машинисткой в одной конторе. А полгода назад моя сестра, которая жила с нами, была вынуждена стать горничной у миссис Найт. Но это только называется – горничной. В действительности, Каролина работала ещё и за служанку, и за кухарку. Работы было на троих, но жалование всё равно не увеличивалось. Миссис Найт экономила деньги на прислуге. Кроме Каролины у миссис Найт служил только старый садовник. Эти полгода у Каролины всё было относительно благополучно, если не считать вздорного характера хозяйки. Хотя я должна сказать, что миссис Найт – женщина почтенная, и она всегда вовремя платила Каролине.
    - Миссис Найт живёт в Лондоне? – спросил Холмс.
    - Нет, - ответила Мэри. - Её дом находится в двадцати милях от Лондона. Там - небольшая деревушка. А дом стоит немного в стороне от деревни – почти у самого леса. До ближайших соседей – около мили. Я один раз там была – провожала сестру, когда она впервые поехала к миссис Найт. Каролина приезжала в Лондон раз в две недели – по воскресеньям. Миссис Найт не позволяла Каролине ездить домой каждую неделю.
    - И теперь миссис Найт обвинила вашу Каролину в краже? – спросил я.
    Мэри кивнула и заплакала.
    - Успокойтесь! – сказал Холмс.
    - Моя сестра – не воровка! – воскликнула Мэри. – Наш отец был священником!
    Холмс твёрдо произнёс:
    - Мы с моим другом доктором Ватсоном попробуем помочь вашей сестре, если вы успокоитесь и подробно расскажете, что там случилось. Какие драгоценности пропали?
    Мэри вытерла слёзы носовым платком, всхлипнула и сказала:
    - Пропала шкатулка. В ней было: три кольца, серьги с бриллиантами и деньги – целых двести фунтов! У миссис Найт есть ещё какие-то драгоценности, но их она закрывает в секретере на ключ. А эта шкатулка всегда стояла на столе. Но Каролина ничего не брала! А её увезли в участок, как преступницу! Они хотят посадить её в тюрьму! Сестра в участке в Лондоне, и полиция не разрешает её увидеть!
    - Я думаю, мне разрешат её увидеть, - произнёс Холмс.
     

    4
     

    Мэри уже не плакала.
    Я спросил:
    – А почему заподозрили именно вашу сестру?
    Мэри быстро ответила:
    - Миссис Найт думает, что в доме была только Каролина, и украсть шкатулку могла только она. Но это – неправда! Каролина впустила в дом незнакомую девушку. А она украла шкатулку! Каролина пожалела девушку, а та отплатила чёрной неблагодарностью!
    - И никто не видел эту девушку? – спросил я.
    - Никто! – вздохнула Мэри. – Старик садовник ночует в садовом домике. Он только зимой живёт в большом доме. Между домом и садовым домиком находится сад. Сама миссис Найт на неделю уехала к дочери в Ливерпуль. Каролина оставалась в доме одна. Дня три назад…
    - Что значит «дня три назад»? Конкретнее! – прервал Шерлок Холмс.
    - Сегодня у нас – среда, - сказала Мэри. – А это было в воскресенье где-то в одиннадцать вечера. На улице шёл дождь. Каролина была одна в доме. Позвонили в дверь. Сестра спросила: «Кто там?» Ей ответил женский голос. Но говорили на непонятном языке. Каролина сказала: «Говорите по-английски. Кто там?» Ей ответили уже по-английски: «Помогите мне! Я – туристка! Мне плохо!» Каролина думала, открывать дверь или не открывать. А девушка просила: «Помогите мне! Откройте дверь!» И Каролина открыла дверь.
    - И напрасно! – сказал Холмс. – Вдруг бы рядом с девушкой стояли три беглых каторжника!
    Мэри кивнула и продолжила:
    - Девушка оказалась одна. Она вошла в дом и упала на пол. «Вам плохо?» - спросила Каролина. «Дайте воды», - еле слышно ответила девушка. Каролина принесла ей попить. От воды девушке стало лучше, и она села, прислонившись спиной к стене.
    - А вы откуда знаете эти подробности? – спросил Холмс.
    - Вам же не дали увидеться с сестрой! – добавил я.
    - Я её видела до того, как её арестовали, - объяснила Мэри. – И она мне всё рассказала.
    - Понятно, - отозвался Холмс. – Продолжайте.
    - Девушка была одета в мужскую одежду, - сказала Мэри. – «Что с вами? - спросила Каролина. – Может быть, вам нужен доктор?» «Нет! – ответила девушка. – Доктора не надо! Никого не зовите! Я отдохну и уйду!» Она говорила с акцентом и спросила: «Я в Англии, да?» «Да, конечно! - ответила Каролина. – Вы – путешественница?» «Да, -  сказала девушка, - я туристка.» «А вы откуда?» - спросила Каролина. «Не поняла», - сказала иностранка. «Вы из какой страны?» - переспросила Каролина. «Из России, - ответила девушка. – Где Лондон? Далеко?» «Около двадцати миль, - ответила Каролина. – Надо ехать на поезде. И отсюда до станции ещё примерно три мили.» «Где станция? – спросила девушка. – Как туда дойти?» «Идти надо прямо по дороге, - ответила Каролина. – Заблудиться невозможно. Вы, похоже, отстали от своих.» «Не поняла», - сказала девушка. «Вы с кем были? – спросила Каролина. – Вы не могли путешествовать в одиночестве. Где другие люди? Вы потерялись?» «Да, я потерялась, - ответила девушка. – Они, наверное, без меня вернулись в Лондон. Спасибо за воду. Я пойду на станцию.» «Куда вы пойдёте ночью?» - спросила Каролина. «На станцию», - ответила девушка. «Скоро полночь, - сказала Каролина. – Оставайтесь ночевать, а утром уедете в Лондон.»
    Холмс спросил:
    - А ваша сестра почему не пригласила в дом садовника и не познакомила его с гостьей?
    Мэри вздохнула:
    - Старый Робертсон почему-то не любил мою сестру. И она старалась поменьше с ним разговаривать. Она побоялась, что садовник начнёт её ругать, что она, в отсутствии хозяйки, впустила в дом незнакомую девушку. Каролина думала, что девушка переночует в доме, рано утром уйдёт на станцию, и хозяйка ничего и не узнает. И никто ничего не заметит.
    - Зря она так думала, - сказал Холмс. – Вашей сестре эта случайная гостья не показалась опасной?
    - Нет, конечно, - ответила Мэри. – Каролина спросила девушку: «Где ваша лошадь?» «Лошадь? – сказала девушка. – Я не поняла. Какая лошадь?» «Ваша лошадь, - повторила Каролина. – Вы её потеряли?» «У меня не было лошади», - ответила девушка. «А почему вы тогда в мужской одежде? - спросила Каролина. – Я знаю одну женщину, которая тоже ездит на лошади в брюках. Это – дочка миссис Стивенсон. Но её многие осуждают за это. Она мне говорила, что кататься в брюках на лошади не только удобнее, но и безопаснее. Если женщина сидит на лошади, как обычно, боком, то так труднее удержаться в седле. Из-за этого женщины чаще падают с лошади, чем мужчины.» «У меня не было лошади», - повторила девушка. «Я бы не рискнула ходить в брюках, - сказала Каролина. – Это дочка миссис Стивенсон не боится осуждения. А я бы не стала ходить в брюках. Но дочка миссис Стивенсон, говорят, ушла от мужа. Хотя она утверждает, что просто приехала погостить к маме в деревню, чтобы поправить здоровье. Здесь – свежий воздух и совсем нет смога. А у вас в России женщины не боятся ездить на лошади в брюках?» «Не боятся», - ответила девушка. А Каролина сказала: «Вы, наверное, рассчитывали найти лошадей в деревне и поэтому путешествовали в брюках.» «Да», - ответила девушка. «У вас - необычный покрой одежды, - сказала Каролина, - Это сейчас в России так ходят?» «Да, - ответила девушка и спросила: - Вас как зовут?» «Каролина», - сказала сестра. «А меня – Анна, - ответила девушка. – Мне плохо. Вы разрешили мне остаться у вас в доме. Я очень хочу спать. Утром поговорим. Хорошо?» «Да, - сказала Каролина. – Вы не обижайтесь. Я здесь не хозяйка. Вы, пожалуйста, уйдите пораньше на станцию, чтобы хозяйка не узнала, что я вас пустила в дом! Я вас разбужу в пять тридцать утра. Если наш садовник уже проснётся, он будет в саду и, скорее всего, вас не увидит. А если он вдруг выйдет на дорогу и что-то вас спросит, не говорите, что ночевали в доме.» «Хорошо, - ответила Анна. – Где тут у вас можно умыться?»
    - Ваша сестра, как специально, хотела, чтобы гостью никто не видел, - заметил Холмс.
    - Она боялась хозяйку! – воскликнула Мэри. – Сестра пожалела эту Анну! А она украла шкатулку с драгоценностями!
    - Я сам расскажу, что было дальше, - заявил Холмс. – Анна осталась ночевать в доме. А когда ваша сестра проснулась, Анны уже не было. Она исчезла вместе со шкатулкой. Так?
    - Так, - кивнула Мэри.
    - Каролина рассказала, как выглядела эта русская? – спросил Холмс.
    - Да, - кивнула Мэри. – Анна была в мужской одежде.
    - Это я понял, - отозвался Холмс. – Как выглядела Анна? Что-нибудь ещё вам известно?
    - По-моему, нет, - ответила Мэри. – А! Вспомнила! Перед сном Каролина одолжила иностранке своё серое платье. Каролина сама предложила Анне платье. «Как вы поедете в Лондон в таком виде? – спросила Каролина. – Все на вас будут оглядываться.» «Я вам обязательно верну платье!» – заверила Анна. Каролина написала Анне наш домашний адрес в Лондоне и сказала, чтобы Анна отнесла платье прямо к нам домой. Каролина не хотела, чтобы Анна появлялась у миссис Найт. Второй шляпки у Каролины не было, но Анна сказала, что шляпка ей и не нужна.
    - И нет никаких свидетелей, - сказал Холмс. – И, конечно, полиция не нашла никаких улик.
    - Анна оставила записку, - сообщила Мэри.
    - Где она? – спросил Холмс.
    - В полиции, - ответила Мэри. – Но я её успела переписать.
    Мэри достала из сумочки листок бумаги. На нём печатными буквами было написано: «Мне очень нужны деньги. Я их беру на время. Я отдам. Не говорить полиции об этом.» Записка была написана карандашом.
    Я сразу заметил ошибку и сказал:
    - Смотрите, Холмс! Это, действительно, писала иностранка! В записке сказано «не говорИТЬ полиции». Англичанка бы написала «не говориТЕ полиции».
    - А может быть, кто-то хочет, чтобы подумали, что писала иностранка, - заметил Холмс. – Может быть, это сделано специально, чтобы запутать следы?
    - Может быть, - согласился я и сказал: - Плохо, что у нас нет подлинника записки.
    - Он тоже был написан печатными буквами? – спросил Холмс.
    - Да, - ответила Мэри. - Эти листки бумаги лежали на столе в комнате миссис Найт. Рядом были карандаши. Анна забрала шкатулку и оставила вместо неё записку. Но Каролина не сразу заметила, что пропала шкатулка с драгоценностями. Анна ночевала в комнате для гостей. Утром в понедельник оказалось, что кровать заправлена, а сама гостья исчезла. Каролина прошла по дому, не обнаружила Анну и подумала, что Анна могла бы и поблагодарить за гостеприимство. Потом Каролина занялась хозяйственными делами и только днём заметила, что со стола миссис Найт исчезла шкатулка с деньгами и кольцами. Каролина помнила, что в воскресенье утром она протирала пыль, и тогда шкатулка точно была на столе.
    - То есть, шкатулка могла исчезнуть с утра воскресенья до середины дня понедельника, - сказал я.
    Мэри покачала головой:
    - Шкатулку украла иностранка в ночь с воскресенья на понедельник.
     

    5

    
    - А почему миссис Найт не прячет деньги? – спросил Холмс.
    - В доме не бывает посторонних, - ответила Мэри. – Хозяйка доверяла Каролине, а садовник служит в доме лет пятьдесят. Кроме них иногда из Лондона приезжает внук хозяйки.
    Я спросил раньше Холмса:
    - А что за внук? Может быть, это он украл шкатулку?
    - Я не видела внука, - ответила Мэри. – Но я знаю, что ему двадцать пять лет. И он служит клерком в какой-то конторе. Но он не мог украсть шкатулку. Он не приезжал в деревню. Он знал, что миссис Найт не будет дома. Она же уехала к его матери в Ливерпуль. Да и вообще, он редко приезжает к миссис Найт – не чаще раза в месяц.
    Я сказал:
    - Круг подозреваемых увеличивается. Внук мог тайком приехать в деревню и украсть шкатулку.
    - А русская девушка Анна? – спросила Мэри. – Шкатулку украла она.
    - Может быть, она - его сообщница, - объяснил я. – Если у внука не было ключа от дома, он мог подослать Анну. Она ночью открыла ему дверь, и они сбежали вместе со шкатулкой. Тем более, раз внук бывал в доме, он знал, где искать шкатулку с деньгами.
    - Интересная версия, - заметил Холмс. – Тогда эта Анна могла только притворяться русской, чтобы запутать следствие.
    - И специально одеться в мужскую одежду, чтобы никто ничего не понял! - добавил я.
    - Но этот внук – порядочный молодой человек, - сказала Мэри.
    Холмс улыбнулся и сказал:
    - Поверьте мне! Многие преступники выглядят очень порядочными людьми! Вы уверены, что ваша сестра не могла украсть шкатулку?
    - Да! Конечно! – воскликнула Мэри.
    А Холмс продолжил:
    - А если бы вам сказали, что вор – точно кто-то из двоих – или ваша сестра или внук миссис Найт. Ну, и кто из них тогда вор?
    - Если выбирать можно только из двоих, то, конечно, тогда деньги и драгоценности украл внук миссис Найт, - ответила Мэри. – Но есть же ещё Анна! И она сама в записке призналась в краже.
    - В записке она призналась в том, что берёт деньги в долг и обещает вернуть, - напомнил Холмс.
    А Мэри сказала:
    - В понедельник в девять вечера мне принесли телеграмму от сестры. Она написала: «Срочно приезжай». Я не знала, что случилось. Я волновалась! Но я не могла оставить сыновей одних на ночь! Нянька у нас не ночует. Я смогла выехать только во вторник в шесть утра. От станции меня подвезли к дому миссис Найт. И я обнаружила, что Каролина в панике. Сестра рассказала мне обо всём, и мы стали думать, что делать. Но так ничего и не смогли придумать. Я переписала записку Анны. А Каролина сказала, что она проплакала всё это время. Сестра надеялась, что Анна вернёт шкатулку с драгоценностями. Но Анна так и не появилась.
    - А ваша сестра всегда такая наивная? – спросил я.
    - Да, - ответила Мэри. – Она доверяет людям. Она очень любит читать романтические книжки.
    - А сколько ей лет? – спросил Холмс.
    - Двадцать один год, - ответила Мэри.
    - А вам - сколько лет? – спросил Холмс.
    - Тридцать один, - ответила Мэри.
    - А сестра такая же красивая, как вы? – спросил Холмс.
    - Да, какая я красивая! – махнула рукой Мэри. – Вот сестра и, правда, красивая!
    Но я заметил, что Мэри слегка улыбнулась. Наверное, бедной вдове не часто делали комплименты.
    - А у сестры такие же роскошные волосы, как у вас? – спросил Холмс.
    Я посмотрел на Мэри. У неё были обычные рыжеватые волосы. Я прекрасно знал, что Холмса не интересует Мэри. Обычно он был равнодушен к женщинам. Привлечь его внимание смогла бы только выдающаяся особа. Я был уверен, что эта скромная машинистка не может вызвать у Холмса никаких чувств, кроме жалости. Я понимал, что Холмс комплиментами хочет просто подбодрить нашу гостью.
    Мэри улыбнулась.
    - Вы мне льстите, - сказала она. – Но у моей сестры очень красивые волосы. И по цвету они немного отличаются от моих. У Каролины волосы очень красивого золотистого оттенка.
    Я сказал:
    - А если она такая красивая и с золотистыми волосами, то, наверное, у неё есть какой-нибудь друг или жених.
    Мэри, похоже, немного смутилась и сказала:
    - У Каролины есть жених. Но я думала, о нём не надо рассказывать.
    - Для нас важны любые подробности, - сказал Холмс.
    - Ну, что о нём можно сказать? – задумчиво произнесла Мэри. – Зовут его Майкл. Живёт он вдвоём с матерью. Он – моряк. Они с Каролиной помолвлены уже три с половиной года.
    - А когда планируется свадьба? – заинтересовался я.
    - Даже не знаю, - вздохнула Мэри. – Когда был жив мистер Джонсон…
    - То есть, - ваш муж? – уточнил я.
    - Да, - ответила Мэри. – Когда мой муж был жив, он говорил Майклу, что даст Каролине небольшое приданное и оплатит свадьбу, когда ей исполнится двадцать лет. Но мистер Джонсон умер, когда ей было девятнадцать, и Каролина осталась без денег. У нас совсем нет родственников. Никто не смог бы помочь нам с деньгами. Но Майкл не разорвал помолвку. Правда, сказал, что денег на свадьбу у него пока нету. И в настоящее время он не имеет средств, чтобы создавать семью. Он сказал Каролине, что со свадьбой придётся немного подождать. А недавно ещё его мама заболела. Потребовались деньги на лечение… В общем, я не знаю, когда у них будет свадьба. Может быть, Майкл ещё пять лет собирается тянуть со свадьбой, а потом разорвёт помолвку и найдёт себе невесту побогаче… Но это я так говорю. Вы меня не слушайте! Сама не знаю, почему у меня такие мысли… Майкл – парень порядочный! Думаю, он женится на Каролине. Только сначала её надо спасти от тюрьмы!
    - Смотрите, Ватсон! – сказал Холмс. – Вот и ещё один порядочный парень появился около Каролины. Мало нам было внука миссис Найт! И, между прочим, этому моряку нужны деньги на лечение матери. А доверчивая Каролина, кончено, рассказала своему жениху, что у её хозяйки «в открытую» валяются на столе деньги и драгоценности.
    - А может, это моряк придумал историю про русскую путешественницу? - предположил я. – А Каролина сама вынесла шкатулку моряку и рассказала полиции придуманную им историю.
    - Нет! – воскликнула Мэри. – Она не стала бы врать!
    - А на каком судне служит этот Майкл? – спросил Холмс.
    - Я не знаю, - ответила Мэри. – Но его фамилия – Блэк. Майкл Блэк.
    - А сестру вашу как зовут? – спросил Холмс.
    - Каролина Смит, - ответила Мэри. – Я и сама была Мэри Смит, пока не вышла замуж за мистера Джонсона.
    - Думаю, придётся съездить в деревню к миссис Найт, - сказал Холмс. – Мэри я и спрашивать не буду. Она просто обязана поехать, так как хочет спасти свою сестру. А вы, Ватсон? Вы сегодня свободны?
    - Можно и съездить, - ответил я. – Но только я должен предупредить жену.
    - Отправим к ней посыльного с запиской, - решил Холмс и сказал: - Вы, Мэри, расскажите побыстрее, как вашу сестру забрали в полицию, и мы отправимся на вокзал.
    - Я вам уже сказала, что вчера утром приехала к Каролине, - напомнила Мэри. – Она была в панике. А я была рядом. После обеда вернулась миссис Найт. Наверное, надо было сразу рассказать ей про исчезновение шкатулки. Но Каролина сообщила миссис Найт, что во время её отсутствия всё было в порядке. А я просто поздоровалась с миссис Найт. Она ещё меня спросила: «Как ваши детишки? Вы надолго к нам?» «Вечером уеду», - ответила я. А миссис Найт ушла к себе на второй этаж. И вскоре раздался её крик: «Ограбили! Воры! Негодяи! Меня ограбили!» На крик явился садовник. И хозяйка отправила его на станцию за полицией. Каролина пыталась рассказать хозяйке про иностранку. Но миссис Найт не стала и слушать Каролину. А через три часа приехала полиция. Они выслушали Каролину, хозяйку и садовника, забрали записку Анны и арестовали Каролину. А когда я вечером нашла в Лондоне нужный полицейский участок, меня к сестре не пустили. Полицейский сказал: «Увидитесь на суде». А сегодня утром я пошла прямо к вам. Я не очень рано пришла? Я ночью почти не спала! Мистер Холмс! Доктор Ватсон! Вы такие известные люди! А у меня нет денег. У меня накоплено всего восемь фунтов. Я принесла их вам. А потом я заработаю, сколько надо, и постепенно расплачусь с вами!
    - Уберите деньги, - сказал Холмс. – Я не буду забирать последние деньги у бедной вдовы. Если вы вдруг разбогатеете, тогда мне и заплатите. А если не разбогатеете, то считайте, что я бесплатно занялся вашим делом просто из любви к искусству и ради спасения невинно арестованного человека.
     

    6
     

    На вокзале Холмс сказал Мэри:
    - Мы с доктором Ватсоном поедем в соседнем вагоне. Нам надо поговорить.
    А я добавил:
    - Не обижайтесь, миссис Джонсон!
     

    7
     

    В поезде Холмс сказал:
    - У меня есть несколько версий. Будем считать, что вор знал, где искать деньги. Поэтому вор – кто-то из тех, кто бывает в доме. Не будем рассматривать вариант, что в дом бесшумно проник ловкий случайный взломщик и унёс драгоценности. Первая версия будет самой простой. Каролина рассказала правду. Шкатулку украла Анна. В этом случае может быть два варианта: или Анна тоже сказала правду, и она – русская путешественница, или Анна – ловкая воровка-авантюристка, которая притворилась иностранкой, чтобы её труднее было найти. Если Анна – русская - и хочет вернуть шкатулку, то неизвестно, когда она это сделает и сделает ли вообще. А если  она – воровка, то сейчас она уже говорит без акцента и спокойно тратит награбленное.
    - А зачем воровке одеваться в мужскую одежду? – спросил я.
    - Чтобы возможные свидетели смотрели не на лицо воровки, а на её одежду, - объяснил Холмс. – Видите, Ватсон! Мэри ничего не смогла рассказать о внешности Анны, кроме того, что русская была в брюках.
    - А сейчас Анна одета правильно, и её не отличить от тысяч других девушек! - сказал я.
    - Точно, - кивнул Холмс. – Кроме этих версий есть ещё трое подозреваемых. Это – внук миссис Найт, моряк – жених Каролины и старый садовник.
    - Но садовник много лет служит в доме! – возразил я.
    - Это ничего не значит, - отозвался Холмс. – Мэри сказала, что садовник не любит Каролину. Он мог совершить кражу, чтобы специально подставить девушку.
    - Но Каролина не стала бы выгораживать садовника! – заявил я. – Я ещё могу поверить, что Каролина вынесла шкатулку своему жениху, и повторяет выдуманную историю про иностранку, чтобы отвести подозрения от этого жениха. Но со старым садовником она точно не стала бы вступать в сговор! Я в этом уверен!
    - Я тоже, - сказал Холмс. – Но представьте себе, Ватсон, что Анна – неслучайный человек. Представьте, что она – сообщница вора, и он её специально подослал к Каролине. В этом случае Анна вынесла шкатулку из дома и передала её вору. И этим вором может быть любой из троих – внук, моряк или садовник.
    Я кивнул:
    - Действительно, Анна может быть внучкой садовника, или подругой внука.
    - Или новой возлюбленной моряка, - добавил Холмс.
     

    8

    
    На станции Холмсу не удалось выяснить, уезжала ли со станции иностранка ранним утром в понедельник.
    Кассир сказал:
    - У нас по утрам на станции бывает много девушек. В деревне сложно найти работу с достойным заработком. Девушки вынуждены ездить на работу в Лондон. Служанок и горничных из нашей деревни вы можете встретить в самых почтенных семействах Лондона! Наши девушки обладают кристальной честностью! Кстати, вам не нужна служанка? Я могу порекомендовать вам свою племянницу, если вы представите мне рекомендации, и я буду уверен, что вы – порядочный человек.
    - Нам не нужна служанка, - сказал я.
    А Холмс улыбнулся:
    - Ваши горничные ездят работать в Лондон, а горничные из Лондона ездят работать к вам.
    - По-разному бывает, - согласился кассир.
    Мы отошли от кассы.
    И Холмс сказал:
    - У Анны нет особых примет. Что это за примета: «девушка в сером платье Каролины»?
    - Лучше бы она не переодевалась, - сказал я. – Девушку в мужской одежде люди наверняка бы запомнили!
     

    9

    
    На станции мы без труда отыскали почту.
    - Подождите нас на улице, - обратился Холмс к Мэри.
    - Хорошо, - кивнула она.
    При ярком солнечном свете Мэри выглядела ещё более усталой и измождённой.

    
    10
     

    Телеграфист был одновременно и начальником почты.
    Оказалось, он многое слышал о Шерлоке Холмсе.
    Телеграфист даже читал некоторые мои рассказы о расследовании запутанных дел.
    - Я с радостью вам помогу! – воскликнул телеграфист. – Я – единственный почтовый работник на станции! Кроме меня есть только один почтальон, который разносит почту адресатам… Да, конечно, я помню, как мисс Смит в понедельник отправляла телеграмму своей сестре… Нет! Мисс Смит я ни с кем не путаю. Дело в том, что её хозяйка – миссис Найт любит отправлять телеграммы своей дочери в Ливерпуль. И мисс Смит часто приходит ко мне, чтобы отправить телеграммы от имени своей хозяйки. Но мне как-то не верится, что мисс Смит могла украсть драгоценности! Или это правда?
    - Мы пока только собираем сведения! – сообщил я. – Ещё рано делать выводы.
    Телеграфист кивнул.
    А Холмс негромко произнёс:
    - Вы можете что-нибудь рассказать нам про мисс Смит?
    Телеграфист нахмурился и через секунду воскликнул:
    - У меня есть важные сведения! В воскресенье… Я точно помню, что это было воскресенье. В воскресенье я работаю только до полудня. Короче, в воскресенье я закончил работу и примерно в двенадцать десять вышел на перрон. Я увидел, что мисс Смит взволнованно разговаривает с каким-то молодым человеком. Я поздоровался с мисс Смит и поинтересовался: «Кто это к вам приехал? Родственник или жених?» «Жених», - ответила она. «А что же вы стоите на перроне?» - спросил я. «Да он приехал всего на сорок минут», - сказала мисс Смит. «Что же вы так ненадолго приехали?» – спросил я. А молодой человек ответил: «Я должен вернуться в Лондон. Сейчас будет поезд.» Между прочим, мистер Холмс этот жених не переписывался с мисс Смит. Она вообще писем никому не писала. Значит, она договорилась с женихом о встрече, когда ездила в Лондон на выходные. Ну, как, мистер Холмс? Гожусь я в сыщики? Я тогда в воскресенье ничего не заподозрил, а когда вчера мисс Смит арестовали, я и подумал, может, она взяла драгоценности у хозяйки, принесла их на станцию и отдала своему жениху. Хотя на воровку она не похожа!
    - А её жених похож на моряка? – спросил Холмс.
    - Не знаю, - ответил телеграфист. – По-моему, не похож. На нём не было морской формы.
    - Не все моряки носят морскую форму, - наставительно произнёс Холмс.
    - Ну, разве что, он был сильно загорелым, - задумчиво сказал телеграфист. – Я ещё подумал, что, парень приехал из жарких стран… Получается, что он мог быть моряком… А в понедельник вечером мисс Смит вбежала ко мне на почту и отправила сестре телеграмму: «Срочно приезжай». Я ещё пошутил: «Вчера к вам жених приезжал. А сегодня сестру приглашаете. Свадьба, наверное, намечается!» Но мисс Смит даже ничего не ответила на мои слова.
     

    11
     

    Вы, наверняка, знакомы с методами Шерлока Холмса. Поэтому я не буду подробно рассказывать о нашей поездке к миссис Найт.
    Остановлюсь только на важных моментах.
    На станции нам удалось нанять коляску, мы быстро доехали до дома миссис Найт, но она сначала не захотела открывать нам дверь.
    - Я – Шерлок Холмс, - заявил Холмс.
    - Он докажет, что моя сестра - не воровка! – воскликнула Мэри.
    - Я доверяла вашей сестре! – ответила миссис Найт из-за двери. – А она меня обокрала! И возможно, вы ей в этом помогали!
    - Вы хотя бы думайте, что говорите! – крикнула Мэри.
    А миссис Найт заявила:
    - Только из уважения к вашему покойному отцу я приютила вашу сестру в своём доме!
    - Вы её не приютили! – возразила Мэри. – Она у вас работала за троих! А сейчас я приехала к вам с лучшими в мире сыщиками – мистером Холмсом и доктором Ватсоном, а вы не хотите открыть нам дверь.
    - Миссис Найт! - сказал Холмс. – Откройте, пожалуйста, дверь. Возможно, мне удастся вернуть вам ваши сокровища. Или вы полностью доверите полиции поиски ваших драгоценностей? Я тогда сейчас уеду и не буду их искать.
    Через две секунды замок щёлкнул и дверь открылась.
    - Миссис Джонсон, - обратился Холмс к Мэри. - Поезжайте на станцию и отправляйтесь в Лондон к детям. Мы теперь и сами справимся.
    Коляску мы предусмотрительно не стали отправлять на станцию.
    - Со станции пришлёте коляску обратно к дому миссис Найт, - сказал Холмс Мэри.
    - Но вы говорили, что я должна вам помогать! – нерешительно ответила Мэри.
    - Я хотел, чтобы вы поехали с нами к миссис Найт и подтвердили, что я – Шерлок Холмс, - сказал Холмс. – Я опасался, что после кражи шкатулки миссис Найт не откроет дверь незнакомым людям. Даже если бы мне удалось показать ей свою визитную карточку, она могла бы не поверить, что я – Шерлок Холмс. Мало ли кто может предъявлять чужие визитные карточки!
    Миссис Найт стояла в дверном проёме и внимательно слушала Холмса. На вид ей было лет семьдесят пять – восемьдесят. Она немного сутулилась и слегка опиралась на тоненькую деревянную тросточку.
    - Вы позволите мне осмотреть ваш дом? – спросил Холмс.
    - Проходите, - недружелюбно сказала миссис Найт. – А вы, Мэри, готовьте передачи для вашей сестры. В тюрьме её не будут так кормить, как она питалась в моём доме!
    - Не надо так говорить! – воскликнула Мэри.
    Она резко развернулась и двинулась в сторону коляски.
     

    12
     

    Я всегда поражался, с какой тщательностью Холмс исследует место происшествия. И сейчас он внимательно изучил прихожую, комнату для гостей, комнату Каролины, кухню и ванную на первом этаже.
    Мы с хозяйкой сначала так и стояли в прихожей.
    - Я верю, что мисс Каролина Смит не виновата, - сказал я.
    - Я раньше тоже так думала! – заявила миссис Найт. – Но в доме кроме неё никого не было!
    - Была русская девушка, - возразил я.
    - Я не хочу слушать про эти бредовые фантазии Каролины! – решительно произнесла миссис Найт. – Конечно, она кого угодно выдумает, чтобы отвести от себя подозрения. В этот раз она придумала русскую девушку, а завтра скажет, что меня обокрали эльфы и гномы. Вы тоже в это поверите?
    - Нет, - ответил я. – В эльфов я не верю. А русские, действительно, существуют. Я даже лично знаком с одним русским!
    - Я уже собиралась уволить Каролину, - сказала миссис Найт. – Но пока не говорила ей об увольнении.
    В дверь чёрного хода позвонили. Миссис Найт впустила худого старика. Здороваться тот не стал. Он просто молча отнёс какой-то свёрток на кухню, быстро вернулся к чёрному ходу, вышел из дома, а миссис Найт закрыла дверь на замок и вернулась ко мне.
    - Вот видите! – сказала миссис Найт. – Мне самой теперь вместо горничной приходится открывать двери.
    - Это был ваш садовник? – спросил я.
    - Да, - ответила пожилая дама. – Я приютила Каролину. А эта неблагодарная мерзавка решила овладеть всем моим имуществом!
    - Но у вас пропало не всё имущество! – возразил я. – И к тому же не доказано, что шкатулку похитила Каролина.
    - Дело не только в шкатулке! – воскликнула миссис Найт и в её голосе я услышал откровенную злость и даже ненависть.
    - Я думала, что она – порядочная девушка! – сказала миссис Найт. – Её покойный отец был священником. А она решила соблазнить моего мальчика и женить его на себе!
    - Кого? – спросил я.
    - Моего внука! – воскликнула миссис Найт. – Мой внук – мой единственный наследник. Моё имущество не ограничивается этим домом. У меня есть деньги и ценные бумаги. А мой мальчик – романтик. Он всегда общался только с достойными людьми. Он целый год учился в Оксфорде! И вот эта мерзавка решила женить на себе моего внука, чтобы заграбастать всё моё состояние! Я бы её уволила в ближайшие дни. Я видела, что мой внук увлёкся Каролиной. Я боялась, что он тайно женится на этой проходимке. Но она украла шкатулку. И теперь негодяйка долгие годы будет сидеть в тюрьме. А мой мальчик теперь поймёт, что она специально с ним кокетничала, чтобы заморочить ему голову! Но я пока не стала ему сообщать, что эту хищницу арестовали. Успею ещё рассказать. Он в воскресенье ко мне приедет. Тогда и расскажу.
    - Вы ошибаетесь! – сказал я. – Каролине не нужен ваш внук. У неё есть жених. Он – моряк!
    - Моряк – с печки бряк – ответила миссис Найт. – Так, по-моему, говорят испанцы. Слышала я про этого моряка! Рассказывала мне о нём Каролина. Но я ей не верю. Я никогда не видела Каролининого жениха. Может быть, она его тоже выдумала, как и эту русскую девушку в мужской одежде!
    - Жених, действительно, существует! – воскликнул я.
    - Я уйду на второй этаж, - сказала миссис Найт. – Я устала. Вам с мистером Холмсом я доверяю. Изучайте первый этаж без меня.

    
    13
     

    Холмс постучался в комнату миссис Найт.
    Она открыла дверь и спросила:
    - Вы уходите?
    - Скоро уйдём, - ответил Холмс. – Но сначала разрешите войти в вашу комнату.
    - Я не дам вам обыскивать свою комнату! – воскликнула миссис Найт.
    - Я не хочу обыскивать вашу комнату, - сказал Холмс. – Я хочу только взглянуть на ваш стол, на котором стояла пропавшая шкатулка.
    - Входите, - мрачно сказала миссис Найт.
    И мы вошли в её комнату.
     

    14
     

    Мы с Холмсом двинулись по дорожке в сторону ожидающей коляски.
    - Не оглядывайтесь, Ватсон, - сказал Холмс. – Наверняка, миссис Найт наблюдает за нами из окна.
    - Стойте! – твёрдо произнёс я. – У меня хорошие новости. Пока вы искали улики, я раскрыл это преступление! Нам надо поговорить без свидетелей.
    Холмс остановился и сказал:
    - Интересно! И кто же – преступник?
    - Миссис Найт! – сообщил я. – Она украла шкатулку сама у себя! А потом обвинила в краже несчастную девушку!
    - Вы считаете, что никакой кражи не было? – спросил Холмс.
    - Да! – кивнул я. – Я долго разговаривал с хозяйкой. Миссис Найт уже давно ненавидела Каролину. Хозяйка боялась, что горничная выйдет замуж за её внука, и поэтому инсценировала кражу и упрятала горничную за решётку! Хозяйка просто спрятала шкатулку, а потом заявила, что шкатулку украли!
    - Интересная мысль! – с воодушевлением заметил Холмс.
    Не буду скрывать, мне было приятно, что Холмс оценил не только мою преданность, но и способности к дедуктивному методу.
    - А как быть с иностранкой? – спросил Холмс.
    - Может быть, её и не было! – сказал я.
    - Ватсон! – отозвался Холмс. – Вы сами говорили, что Каролина не стала бы врать ради садовника. Точно так же она не стала бы выгораживать и свою хозяйку. Тем более, я уже убедился, что незнакомка действительно побывала в доме.
    - Значит, эту русскую девушку подослала сама хозяйка! – догадался я. – Девушка уехала в Лондон в понедельник утром, а хозяйка вернулась домой только во вторник. За это время Анна передала шкатулку хозяйке. Хозяйка спрятала шкатулку в Лондоне, вернулась домой и обвинила Каролину в похищении драгоценностей!
    - Всё могло быть именно так, - согласился Холмс. – Но, надеюсь, вы ошибаетесь! Если хозяйка разработала такой коварный план, мы можем никогда не найти шкатулку. И тогда Каролина надолго попадёт в тюрьму! Поехали на станцию! У нас есть срочные дела в Лондоне.
     

    15
     

    Оказалось, что поезда придётся ждать двадцать семь минут.
    В здании станции, кроме нас, было всего три человека.
    - Подойдём к окну, - предложил Холмс.
    Он выбрал окно, через которое падал яркий солнечный свет, и сказал:
    - Смотрите!
    Холмс достал из кармана белый листок бумаги, а затем продемонстрировал обычный вскрытый почтовый конверт.
    Листок бумаги Холмс положил на подоконник и аккуратно перевернул конверт над листком.
    Я ожидал, что из конверта выпадет монета или окурок. Но конверт оказался пустым. Из него вывалились только какие-то пылинки и пара волосинок.
    - Это два волоса иностранки! – гордо сообщил Холмс. – Каролина говорила правду. В доме была посторонняя девушка! И теперь мы знаем, что у неё чёрные длинные волосы! Длина одного волоса – фут и четыре дюйма, а второго – фут и семь дюймов. Хотите посмотреть на волосинки в лупу?
    Я отказался:
    - Не хочу! Я и так вижу! А как вы узнали, что это волосы именно той девушки?
    Холмс осторожно переложил волосинки обратно в конверт и спрятал его в карман вместе с листком бумаги.
    - В доме ни у кого не могло быть чёрных длинных волос, - объяснил Холмс. – Хозяйку вы видели. У неё – абсолютно седые волосы, у Мэри – рыжеватые, у Каролины – золотистые…
    - Так вы поэтому делали комплименты Мэри? – воскликнул я. – Вы хотели узнать, какие волосы у Каролины?
    - Конечно, - улыбнулся Холмс. – Садовника мы тоже видели. У него – волосы короткие и седые. А у внука и моряка волосы могут быть чёрными, но не могут быть такими длинными. Один волос я нашёл в комнате для гостей, а второй – около стола миссис Найт. Значит, получается, что Анна, действительно, приходила к Каролине.
    - Но Анну могли подослать, например, хозяйка или моряк! – воскликнул я.
    - Могли и подослать, - кивнул Холмс. – Но я так не думаю. Я не буду рассказывать обо всех уликах, которые я заметил. Расскажу ещё только об одной. Мы знали, что в момент появления Анны шёл дождь, а шляпки у девушки не было. Каролина сказала, что, к сожалению, не имеет второй шляпки, а гостья ответила, что ей и не требуется шляпка. Каролина говорила, что гостья села прямо на пол в прихожей и прислонилась спиной к стене. Я изучил стены в прихожей и понял, что рассказ Каролины подтверждается. Пол Каролина вымыла, и следов грязной обуви я не обнаружил. Но на стенах был тончайший слой пыли. Так как Каролина работала и за служанку, и за горничную и за кухарку, то у неё не было времени поддерживать образцовый порядок. Мне удалось заметить, что кто-то, действительно, сидел на полу в прихожей. После дождя волосы у Анны были влажные или мокрые. И на стене прекрасно видно, где конкретно сидел человек и вытирал со стены пыль своими мокрыми волосами и спиной.
    - Удивительно! – воскликнул я. – Я и не думал, что на вертикальных поверхностях бывает пыль!
    - Анна точно сидела недалеко от входной двери, - сказал Холмс. - Из этого я делаю вывод, что, скорее всего, эту Анну никто не подсылал к Каролине. Если Анна – воровка, ей было необходимо, чтобы ей открыли дверь. Анне ни к чему было сидеть прямо в прихожей на полу. Я думаю, Анне и, правда, было плохо. Если бы её подослали к Каролине, она бы знала, что Каролина – добрая душа - и не выгонит девушку в полночь на улицу. Подосланной воровке не было смысла продолжать симулировать плохое самочувствие, когда она уже проникла в дом. Хотя, конечно, не будем совсем исключать вариант, что Анна – воровка. Но, скорее всего, она не воровка, а бедная девушка, попавшая в трудную ситуацию.
    - И тогда она случайно обнаружила деньги! – сказал я.
    - Да, – кивнул Холмс. – Из любопытства Анна ходила по дому и увидела шкатулку. Девушка не смогла побороть соблазн и скрылась с драгоценностями! И тогда у нас есть шанс, что она вернёт шкатулку.
    - Если у неё есть совесть, - сказал я.
    - Надеюсь, есть, - ответил Холмс. – По крайней мере, мы будем взывать именно к её совести… Если девушка соблазнилась деньгами и собирается их когда-нибудь вернуть, надо, чтобы она не боялась, что её посадят в тюрьму за кражу.
    - Правильно! – воскликнул я.
    - Мы в Лондоне разделимся, - сказал Холмс. – Я поеду в участок. Надо, всё-таки, поговорить с Каролиной. А вы дайте объявления в газеты. Я хочу, чтобы эта Анна прочитала наше послание.
    - Холмс! – воскликнул я. – Вы заговорили стихами! Вы сказали: «Я хочу, чтобы эта Анна прочитала наше послание.»
    - С такими клиентами не только стихами заговоришь, но запоёшь! – сказал Холмс.
    Я засмеялся.
    А Холмс серьёзно произнёс:
    - Сразу с вокзала вам надо будет заехать в бюро объявлений.
    - Вы думаете, Анна откликнется на объявления? – спросил я.
    - Если она не воровка, может и откликнуться, - ответил Холмс. – Вы в объявлении сочините что-нибудь «бьющее на жалость». Вы можете как-нибудь по-другому сформулировать. Но объявление должно быть приблизительно таким: «Анна! Срочно верните платье и другие вещи. Хозяйка платья в опасности. Только вы можете её спасти! Вам ничего не угрожает. Принесите платье по известному вам адресу в любое время или на Бейкер-стрит, 221-б в семь вечера». Имя «Каролина» или «Каролина Смит» в объявлении не пишите! Попросите, чтобы объявление появилось уже в сегодняшних вечерних газетах. Думаю, мы успеваем в вечерние выпуски. И пусть газеты печатают наше объявление ещё следующие три дня. Может быть, эта девушка не каждый день читает газеты.
    - А если она их вообще не читает? – спросил я.
    - Попробуем придумать что-нибудь ещё, - ответил Холмс. – А вы после бюро объявлений съездите, пожалуйста, к Мэри и предупредите, что если Анна появится у неё, то Мэри не должна вызывать полицию. Мэри должна вызвать лично меня! Передайте ей, что это – очень важно, если она хочет спасти свою сестру. Если Мэри сдаст Анну в полицию, они могут не отпустить Каролину. Скорее всего, они будут рассматривать Каролину, как соучастницу Анны. И обрадуются, что у них вместо одной арестованной – целых две, да ещё и шкатулка с драгоценностями появилась!
    - Понял, - сказал я. – А в какие газеты подать наше объявление?
    - В любые, - ответил Холмс. – Чем больше газет, тем лучше! Мы же не знаем, что читает эта русская!
    - Может быть, она не умеет читать по-английски! – заметил я.
    - Умеет! – улыбнулся Холмс. – Это – явно образованная девушка! Она даже умеет писать печатными буквами!
    - Точно! - сказал я. – Она же написала записку!
    Холмс опять улыбнулся и сказал:
    - Обязательно подайте объявление в такие газеты, как «Стар», «Глоб» и «Ивнинг ньюс стандард». И в любые другие газеты - тоже.
    - Хорошо, - ответил я. – Скоро, наверное, появится поезд. Пойдём на перрон?
    - Время ещё есть, - ответил Холмс. – Но, если хотите, пойдём.
     

    16
     

    Вечером этого же дня Холмс подошёл к окну.
    - Без десяти семь, - объявил он.
    - Вы думаете, что Анна придёт к нам или к Мэри? - спросил я, перелистывая газеты с нашими объявлениями.
    - Думаю, Анна придёт к нам, - ответил Холмс. – Конечно, при условии, что она, вообще, придёт.
    - Вы хотите ждать её у окна? – спросил я.
    - Я люблю смотреть в окно, - сообщил Холмс. – Мне нравится наблюдать за людьми.
     

    17
     

    Холмс оказался прав.
    В семь двадцать пять он воскликнул:
    - Ватсон! Это – она!
    Я подбежал к окну и увидел девушку, которая стояла и озиралась по сторонам. В руке у неё был небольшой саквояж. Ветер трепал чёрные волосы незнакомки. Шляпкой она так и не обзавелась.
    - Может, встретить её? – спросил я.
    - Нет! – ответил Холмс. – Вы её только напугаете. Если Анна уже у нашего дома, я, думаю, что она наберётся смелости и войдёт!
    - Интересно, она, правда, русская или нет! - сказал я.
    - Сейчас узнаем, - отозвался Холмс.
     

    18
     

    Анна была изящной девушкой. Она имела очень приятное, милое лицо и красивые выразительные глаза. На девушке было синее платье. Я не смог определить её возраст. Ей могло оказаться и шестнадцать лет, и двадцать. 
    - Быстрее давайте шкатулку! – воскликнул Шерлок Холмс, не поздоровавшись.
    - Я хочу объяснить… - начала девушка.
    Но Холмс не дал ей договорить. Он взял из руки Анны саквояж и открыл его.
    Анна не протестовала.
    Она сказала:
    - Я потратила часть денег.
    - А драгоценности на месте? – быстро спросил Холмс.
    - Да, - кивнула Анна. – Я одолжила деньги и драгоценности, потому что оказалась в безвыходном положении! И платье я тоже сейчас принесла.
    Холмс уже достал из саквояжа шкатулку и высыпал её содержимое на стол.
    - Платье пока не требуется, - ответил Холмс. – Так… Серьги на месте… Три кольца… И… Сто пятьдесят девять фунтов. А было – двести.
    - Я заработаю и отдам, - сказала Анна. – Вы написали в объявлении, что нужно срочно вернуть вещи. Я решила не ждать, пока заработаю. Я сразу поехала к вам.
    - Правильно сделали! – сказал Холмс. – Каролина арестована по подозрению в краже шкатулки. Но в наших силах спасти Каролину! Мы поедем к миссис Найт и подкинем ей шкатулку.
    Анна говорила с сильным акцентом, но английским языком владела довольно хорошо.
    - Её арестовали! – воскликнула Анна. – Я так и подумала, когда прочитала ваше объявление!
    Наверное, надо было промолчать, но я сказал:
    - Вы потратили за три дня больше сорока фунтов! Многим девушкам этих денег хватило бы на полгода!
    - Разве я много потратила? – удивлённо спросила Анна. – Я старалась экономить. Но у меня совсем не было своих денег! А мне нужно было покупать продукты! И ещё я сняла комнату в Лондоне, одежду купила, в театр ещё сходила, в ресторан…
    Я промолчал, но подумал: «Она совсем не умеет экономить деньги! Хорошо, что Анна пришла к нам, а не к Мэри! Что сказала бы Анне бедная вдова Мэри, если бы услышала, что Анна украла деньги, чтобы тратить их на театры и рестораны?»
    - Я добавляю свои деньги, - сообщил Холмс. – Ровно сорок один фунт.
    Холмс достал деньги из кармана и начал отсчитывать.
    - Я заработаю и отдам, - опять сказала Анна.
    - Вы, конечно, не запомнили, какие купюры были в шкатулке, - ответил Холмс.
    - Не запомнила, - ответила Анна. – Разные были. По одному фунту точно были. И у меня ещё осталось немного мелочи. Возьмите!
    Анна протянула Холмсу на ладони несколько монеток.
    Но Холмс на них и не взглянул.
    Он уже сложил в шкатулку деньги и драгоценности, сунул шкатулку в свой саквояж и обратился ко мне:
    - Ватсон! Плохо, что мы не знаем, какие купюры были в шкатулке! Но, главное, что теперь в шкатулке ровно двести фунтов. Полиция знает именно об этой сумме. Надо срочно ехать обратно к миссис Найт!
    - Поехали! – ответил я.
    Анна сжала монетки в кулаке и сказала:
    - Мистер Холмс! Если кто-то и сможет мне поверить, то это только вы!
    - Не волнуйтесь, мы не будем сдавать вас в полицию! – сказал Холмс.
    - Я не о полиции! – воскликнула Анна. – Мне надо с вами поговорить! Только вы способны меня понять!
    - Хорошо, - сказал Холмс. – Можете меня подождать. Но я не знаю, когда мы вернёмся. Возможно, ночью или даже утром.
    - Я буду ждать! – воскликнула Анна. – Я никуда не уйду.
    - Холмс! – позвал я. – Можно вас на секунду?
    Мы с Холмсом отошли к окну.
    И я шёпотом сказал:
    - Каролина уже поверила этой Анне и оставила её ночевать. И чем всё закончилось? Вы не боитесь, что Анна что-нибудь у вас украдёт?
    Холмс громко сказал:
    - Анна! Тут доктор Ватсон опасается, что вы украдёте мою скрипку или коллекцию ядов. Как вы думаете: мы можем вам доверять? Можно оставить вас одну в квартире? Или мы лучше выставим вас на улицу, а вы вернётесь на Бейкер-стрит завтра утром?
    - Я ничего не украду! – воскликнула Анна. – Я хочу остаться здесь! Я никогда ничего не воровала! Я первый раз взяла чужие деньги! Но я хотела их вернуть! Я ничего у вас не возьму!
    - Хорошо, - сказал Холмс. – Вы уже видели миссис Хадсон. Это – моя квартирная хозяйка. Я попрошу её позаботиться о вас.
    - Спасибо. Не надо, - ответила Анна.
    - Миссис Хадсон принесёт вам чай, - сказал Холмс. – Мы с вами сейчас в гостиной. А это – две спальни. Эта – моя. А в этой спальне раньше – до женитьбы - жил доктор Ватсон. Вы можете временно занять комнату доктора Ватсона.
    - Я не возражаю, - сказал я. - Не бойтесь. Вас никто беспокоить не будет. Вам нет смысла ждать нас и не спать всю ночь. Не будете стесняться?
    - Хорошо, - сказала Анна. – Мистер Холмс! Я надеюсь, вы не забудете стереть с коробки отпечатки пальцев!
    - Отпечатки пальцев? – переспросил Холмс и засмеялся: – Ватсон! Я же вам говорил, что она – образованная девушка! Умеет писать печатными буквами и знает про отпечатки пальцев! Кстати, это не коробка, а шкатулка! Анна! Не волнуйтесь! Всё будет, как надо! Между прочим, нам с Ватсоном давно пора на вокзал!
     

    19
     

    Мы приехали на станцию в десять пятнадцать вечера. Уже стемнело. Коляску найти не удалось. Пришлось идти пешком.
    - Три мили – не так много! – заявил Холмс.
    Он нёс в руке свой саквояж, в котором была спрятана злополучная шкатулка.
    Около одиннадцати вечера мы звонили в дверь миссис Найт.
    Сначала она даже не отвечала.
    А потом тихо спросила:
    - Кто там?
    - Шерлок Холмс и доктор Ватсон! – ответил Холмс. – Откройте нам!
    - У меня уже сегодня были Шерлок Холмс и доктор Ватсон! – ответила миссис Найт. – А вы – жулики!
    - Миссис Найт! – сказал Холмс. – Мы – настоящие! Подойдите к ближайшему окну и убедитесь!
    - На улице темно! – сказала миссис Найт. – Я ничего не увижу!
    Шерлок Холмс спокойно сказал:
    - Я подойду поближе к окну и зажгу спичку у своего лица, если вам недостаточно света, падающего из окна.
    - Хорошо, - сказала миссис Найт.
    А когда убедилась, что Холмс – это Холмс, сказала:
    - Подождите! Я скоро вам открою!
    Ждать пришлось минут десять.
    Наконец, дверь открылась. На пороге стоял старый садовник с лампой в руке, а сзади виднелась фигура миссис Найт.
    - Заходите, - сказала миссис Найт. – С чего это вы снова пришли, на ночь глядя?
    - Хотим побыстрее найти ваши драгоценности, - ответил Холмс.
    - С этими кражами я уже всех вокруг боюсь! – сказала миссис Найт. – Когда я увидела, что вы действительно мистер Холмс, я вышла через чёрный ход, прошла через сад и разбудила Робертсона. Он спал в садовом домике.
    - Пришлось проснуться и идти охранять хозяйку, - буркнул садовник. – Одна женщина не может себе позволить впустить ночью двух джентльменов, даже если они из полиции!
    - Мы – не из полиции, - сказал я.
    - Всё равно – сыщики! - ответил садовник.
    - Извините, что мы поздно пришли, - сказал Холмс. – Мы ненадолго. Но у меня возникла идея. Сегодня я не догадался спуститься в ваш подвал. Но я видел лестницу, которая спускается в подвал из чуланчика около кухни. Можно взять у вас лампу?
    Садовник протянул лампу Холмсу.
    А миссис Найт спросила:
    - А что можно найти в подвале?
    - Новые улики! – крикнул Холмс на ходу.
    Он уже устремился внутрь дома.
    - Зажгу новую лампу на кухне, - сказала миссис Найт. – Без горничной теперь я и двери сама открываю, и свет сама зажигаю!
    В темноте садовник сказал:
    - Надеюсь, Каролину надолго посадят в тюрьму!
    - Вы её не любите? – спросил я.
    - А за что её любить? – откликнулся садовник. – Я пятьдесят лет работаю в этом доме! А она хочет командовать! Представляете! Она без разрешения срезает в оранжерее мои розы и приносит их в дом! Я ей сколько раз говорил, чтобы она не трогала розы, а она только смеялась и говорила: «Вам что, розу жалко? У вас их много! Я хочу, чтобы в доме у миссис Найт было красиво, чтобы стояли цветы!» Я ей говорил: «Ты подойди по-хорошему, попроси! Я дам тебе розы! Я знаю, какие розы можно сейчас срезать!» Но нет! Она тайно приходила в оранжерею и воровала розы. Что с ней было делать? Ну, не буду же я бить девушку? В последнее время, правда, перестала она воровать розы, потому что я пригрозил, что пожалуюсь хозяйке. Я бы, конечно, жаловаться не стал. Я – не доносчик! Но Каролина об этом не знала и испугалась, что я пожалуюсь…
    - Идите все сюда! – крикнул Холмс.
     

    20
     

    На кухне миссис Найт перебирала содержимое шкатулки.
    - Спасибо вам огромное, мистер Холмс и доктор Ватсон! – говорила миссис Найт. – Мне особенно дороги бриллиантовые серьги и одно кольцо!
    - Картина получается такая, - сказал Холмс. – Эта иностранка взяла вашу шкатулку, а потом побоялась вынести её из дома и спрятала прямо в вашем подвале.
    - А зачем она спрятала её здесь? – спросил садовник.
    - Ровно двести фунтов! - сообщила миссис Найт. – Получается, все деньги на месте. Но я не пойму… У меня в шкатулке, по-моему, не было столько бумажек по одному фунту.
    - Не обижайтесь, миссис Найт! - сказал Холмс. – Но в вашем почтенном возрасте у людей бывает уже не такая идеальная память, как в юности. Вы, наверное, брали деньги из шкатулки, тратили, а потом добавляли новые деньги. Вот и запамятовали, какие купюры лежали в шкатулке. Но вы же видите, что все деньги – на месте. Все двести фунтов здесь! И серьги, и три кольца. Так?
    - Да-да, - кивнула миссис Найт.
    А Холмс сказал:
    - Скорее всего, иностранка уже уходила, но услышала шум. Возможно, садовник уже ходил по саду или проснулась Каролина. Иностранка испугалась, что её поймают на стации и обнаружат шкатулку, поэтому спрятала её в подвале. Хорошо, что у меня возникла идея обыскать ваш подвал! Я нашёл эту шкатулку под какими-то старыми тряпками в углу. Пора спасать Каролину из заточения!
    - Я утром сразу же сообщу в полицию, что Шерлок Холмс помог мне найти драгоценности! - сказала миссис Найт. – Я не хочу, чтобы страдали невинные души! Конечно, пускай Каролину выпускают на свободу. Но работать у меня она больше не будет!
    - Я думаю, она и сама не захочет, - ответил Шерлок Холмс. – А мы не будем ждать до утра. Миссис Найт! Напишите мне сейчас записку о том, что шкатулка нашлась. Мы сейчас возвращаемся в Лондон. Я заеду в участок с вашей запиской. Меня там хорошо знают и, надеюсь, что в полиции не будут ждать до утра, а сразу выпустят Каролину. Ей незачем сидеть под арестом лишнюю ночь!
    - Хорошо! – сказала миссис Найт.
    Она довольно быстро написала записку для полиции и отдала листок Холмсу.
    Он спрятал записку в карман, а я сказал:
    - Миссис Найт! Вы не хотели бы извиниться перед Каролиной?
    - Пускай полиция перед ней извиняется! – воскликнула миссис Найт. – Я её в тюрьму не сажала!
    - Но девушку несправедливо арестовали из-за ваших необоснованных подозрений! – сказал я.
    А миссис Найт ответила:
    – Извиняться я не собираюсь! А вы, когда увидите Каролину, скажите ей, чтобы она побыстрее забрала свои личные вещи из моего дома!
    - Идёмте отсюда, Ватсон! – сказал Холмс.
     

    21
     

    Мы, без проблем, освободили Каролину.
    До её дома было не очень далеко, но мы решили не ходить пешком, а взяли кэб.
    А когда мы подъехали к дому Каролины, было уже три часа ночи.
    Мы поднялись на второй этаж.
    Я позвонил.
    Дверь квартиры сразу распахнулась. Мэри даже не спросила «Кто там!»
    - Вы её спасли! – закричала Мэри. – Мистер Холмс! Я не знаю, как вас благодарить!
    Мы вошли в плохо освещённый коридорчик.
    Из какой-то комнаты выскочил высокий парень крепкого телосложения и молча обнял Каролину.
    - Майкл! Ты здесь! – сквозь слёзы сказала Каролина.
    - Проходите! – воскликнула Мэри. – Проходите в квартиру!
    - Нам некогда! – сказал Холмс. – Мы не будем проходить.
    К дверям выбежал заспанный мальчик лет четырёх.
    - Ты вернулась! – крикнул он. – Ты вышла из тюрьмы!
    - Помолчи! - отозвалась Мэри. - Каролина была не в тюрьме, а в участке! Как же вам удалось её спасти, мистер Холмс?
    - Я решил обыскать подвал в доме миссис Найт, - сказал Холмс. – И обнаружил там пропавшую шкатулку. Иностранка спрятала её в подвале.
    Мы с Холмсом договорились никому не говорить про нашу новую русскую знакомую, чтобы не привлекать к ней внимание полиции. Мы решили всем рассказывать версию про подвал. Если никто, кроме нас, не будет знать правды, то никто и не проболтается!
    Каролина разомкнула объятия, отодвинулась от парня и сказала:
    - Если бы я знала, что Анна не забрала с собой шкатулку, я бы сразу поставила шкатулку на место, и меня бы не забрали в полицию!
    Где-то в глубине квартиры заплакал ребёнок.
    - Я уложу детей и сейчас же вернусь! - сказала Мэри. – Идём, Каролина!
    Мэри взяла мальчика за руку и повела в дальнюю комнату.
    Он послушно шёл, но оглядывался.
    - Мистер Холмс! – воскликнула Каролина. – Я никогда не забуду, что вы меня спасли! Я тоже сейчас вернусь!
    Каролина последовала за Мэри.
    А парень сказал:
    - Кто из вас Холмс? Я – Майкл Блэк!
    - Я – Холмс, - ответил Холмс.
    - А вы, мистер Блэк, похоже, моряк и жених Каролины! – сказал я.
    - Как вы догадались? – спросил парень.
    - Это – дедуктивный метод, - небрежно сказал я.
    - И что, можно вот так просто угадать, кто есть кто? – спросил моряк.
    - Можно, - ответил я.
    - Как же вы догадались про меня? – спросил Майкл.
    Я не стал объяснять ему, что мы о нём слышали от Мэри и телеграфиста, и что он даже был одним из наших подозреваемых.
    В квартире прекратился детский плач.
    А я сказал моряку:
    - Я сразу понял, что вы – жених Каролины, потому что вы её обняли, а она – порядочная девушка. И не стала бы обниматься, с кем попало. И ещё я знал, что братьев у Каролины нет. То есть, кроме жениха, ей не с кем обниматься!
    - Ловко! – воскликнул Майкл. – А как вы поняли, что я – моряк?
    - Я заметил много мелочей, - сказал я. – Например, у вас фигура, как у моряка, вы двигаетесь, как моряк. И вы обняли Каролину тоже, как моряк.
    Холмс хмыкнул, но промолчал.
    - А ещё у вас – загар, - сказал я. – Я понял, что вы – моряк, и что вы недавно вернулись из жарких стран!
    - Точно! – воскликнул Майкл.
    - А знаете, что особенно интересно? – спросил Холмс.
    - Что? – спросил Майкл.
    Холмс объяснил:
    - Я, например, в этом полутёмном коридоре с трудом различаю ваши черты лица. А мой друг – доктор Ватсон - прекрасно разглядел ваш редкий тропический загар!
    - А у меня зрение – почти, как у кошки! – воскликнул я. – Я – феноменальный человек! Я хорошо вижу даже в темноте! Только не в абсолютной!
    Холмс опять хмыкнул.
    Я, конечно, сказал неправду. И Холмс это знал. Про загар жениха говорил телеграфист. Зрение у меня – обычное. Но я читал о таких людях, которые видят в темноте. Как правило, я не вру. Но тут так получилось.
    А моряк сказал:
    - Спасибо вам, мистер Холмс! И вам – доктор Ватсон! Я – ваш вечный должник! Вы спасли Каролину!
    В этот момент появилась Мэри, подошла к нам и встала рядом с Майклом, прислонившись плечом к стене.
    - Может быть, вы всё-таки пройдёте? – спросила Мэри.
    - Нет, мы торопимся! – ответил Холмс.
    А моряк продолжил:
    - Я, главное, в воскресенье видел Каролину! И всё было в порядке. Утром в воскресенье мы вернулись из Бомбея. Я забежал к матери и поехал к Каролине. А она не хотела, чтобы я приближался к дому, где она работала горничной. Ну, мы с Каролиной увиделись на станции, я вернулся в Лондон и сразу уехал к дядьке в Хемпшир. Сейчас только вернулся – в час ночи, а мать сказала, что Каролину арестовали за кражу. Я, конечно, не поверил, что она – воровка. Сразу побежал к Мэри и узнал все подробности. Я решил до утра остаться здесь, потому что отсюда ближе до участка, чем от дома. А утром я собрался бежать в участок, чтобы попросить свидания с Каролиной. И ещё я хотел просить, чтобы её выпустили. И надо было ещё узнать, можно ли нанять адвоката, если у человека совсем мало денег.
    - Это похвально, - сказал я.
    А Мэри добавила:
    - А я Майклу сказала, что его не пустят к Каролине. Если они не дали свидания родной сестре, то жениху точно не дадут! Вот если бы он был мужем, тогда свидание могли бы дать! А то, что такое - жених? Сегодня он - жених, а завтра, он передумал жениться! Это я не о тебе, Майкл, говорю! Это я просто так рассуждаю.
    В этот момент появилась Каролина и сообщила:
    - Мальчишки уснули.
    А моряк сказал:
    - Каролина! Я тут подумал и решил, что нам надо как можно скорее пожениться! А то мне в полиции могли не дать увидеться с тобой. Мужу бы разрешили увидеться, а жениху – нет. В общем, утром пойдём к священнику. И, может быть, он нас сразу же обвенчает. Ты согласна?
    - Да! Согласна! – воскликнула Каролина и снова заплакала.
    - Я надеюсь, ты больше не будешь попадать в полицию! - сказал Майкл. – Не надо плакать! Ты что?
    - Пребывание в участке расшатывает нервную систему, - объяснил я.
    А Майкл сказал:
    - Всех присутствующих приглашаю на нашу свадьбу. Правда, я не знаю, когда удастся её отпраздновать. Обвенчаемся мы или утром, или в ближайшие дни – как решит священник. А свадьбу отметим, когда у меня появятся деньги.
     

    22
     

    Кэб нас ждал.
    Мы его не отпустили, так как не собирались надолго задерживаться у Мэри и Каролины.
    - Ватсон, - сказал Холмс. – Сейчас четвёртый час ночи. Хотите поехать домой к жене? Тогда мы вас первого завезём. Или, может, вместе отправимся на Бейкер-стрит взглянуть на русскую путешественницу Анну?
    - Поехали на Бейкер-стрит, - решил я.
     

    23
     

    Анна никуда не ушла и ничего не украла. Когда мы зашли в гостиную, она сидела в кресле.
    В комнате был свет, а шторы были задёрнуты.
    Анна провела рукой по глазам и сказала:
    - Я уснула в вашем кресле. Вы освободили Каролину?
    - Да! Освободили! – сказал Холмс.
    - Она уже дома, - добавил я.
    - Хорошо! – воскликнула Анна и вскочила с кресла.
    - А почему вы не уснули в кровати? – спросил Холмс.
    - Я ждала вас, - сказала Анна. – Сначала мы пили чай с миссис Хадсон. Потом я думала о Каролине. Потом я читала газеты и ждала, когда вы вернётесь. Потом я уснула. Кончено, было скучно. Плохо, что у вас нет телевизора.
    - Нет чего? – спросил Холмс.
    - Телевизора, - ответила Анна. – Я же говорила, что только вы сможете мне поверить! Я – из будущего. Я жила в 2011 году. Но в один несчастный день – в пятницу, 13-го – я провалилась в прошлое. Точнее, это была пятница - 13 мая 2011 года. А у вас, я уже знаю, сейчас идёт 1901 год.
    Я стал припоминать, что я не забыл из курса психиатрии. Девушка явно была больной. Или она, всё-таки, являлась авантюристкой и сейчас для чего-то прикидывалась сумасшедшей?
    - Интересно, - сказал Холмс. – Анна! Расскажите о себе. А мы послушаем. Но сначала я хотел бы увидеть какие-нибудь предметы из будущего. Что у вас есть с собой?
    - Почти ничего, - ответила Анна. – У меня есть одежда, которая была на мне, но я сейчас её не принесла. Я вам потом её покажу. Я же сняла комнату, и все мои вещи – там. Кстати, я никогда не носила такой неудобной одежды, как у вас. Бедные ваши женщины!
    - Вам ещё повезло, что вы ходите без корсета, - сказал Холмс. – В корсете вы бы себя почувствовали, действительно, неуютно.
    Я слегка кашлянул. Холмс часто относился к людям, как к научным объектам и говорил то, что считал нужным. А молодая девушка могла смутиться от его слов. Не каждая потерпит, чтобы мужчина разговаривал с ней о корсетах! Но Анна, похоже, не смутилась.
    - У вас, что – носят корсеты? – спросила она.
    - Некоторые носят, - ответил Холмс. – Вы сможете прямо сейчас что-нибудь предъявить как доказательство путешествия во времени?
    Анна направилась к своему саквояжу и сказала:
    - У меня в кармане был только носовой платок и деньги. Я даже свой сотовый оставила на столе рядом с машиной времени.
    «Бедная девушка! – подумал я. – Она сошла с ума после прочтения книги Герберта Уэллса «Машина времени»!» Этот роман вышел в свет примерно лет пять назад. И я тоже его читал. Роман мне понравился. Но я не ожидал, что он может так повлиять на неокрепшую психику, что человек сойдёт с ума и вообразит себя путешественником из будущего!
    - Что такое «сотовый»? – спросил Холмс. – И что такое – телевизор?
    - Я потом всё подробно объясню, - ответила Анна. – У нас в будущем - много всякой техники!
    - Давайте скорее деньги! – нетерпеливо произнёс Холмс.
    А я спросил:
    - Вы, правда, из России?
    - Правда, - ответила Анна.
    Она протянула Холмсу деньги и сказала:
    - Здесь - сто два рубля. Больше у меня нет. Другие деньги были в моей сумочке, но она тоже осталась в будущем.
    Мы с Холмсом склонились над деньгами.
    - Бумажка – это сто рублей, - сказала Анна. – А монетка – это два рубля.
    - Я догадался, - сказал Холмс.
    - Не хочу критиковать ваше время, - сказала Анна. – Но освещение у вас здесь - тоже плохое. У вас, что – ещё не изобрели электрические лампочки?
    - Послушайте, Ватсон! – сказал Холмс. – Похоже, она не врёт! Думаю, она и, правда, из будущего!
     

    24
     

    Мы изучали деньги. Холмс вооружился лупой. На купюре значился 1997 год. В углу виднелся российский двуглавый орёл. С одной стороны был изображён дворец с колоннами, а с другой – античный герой на какой-то колеснице с четвёркой лошадей.
    - Так. Это - квадрига, - кивнул Холмс на колесницу. – А с обратной стороны вижу ваш театр с этой же скульптурой!
    - Да, это – большой театр в Москве, - подтвердила Анна. – Он что, уже был в ваше время? Вы его знаете?
    - Читал о нём, - ответил Холмс. – И видел рисунок.
    - А вы ещё деньги должны посмотреть на свет, - сказала Анна. – Там – специальные водные знаки. А вот этот блестящий пунктир – продёрнутая лента, чтобы труднее было сделать фальшивку.
    - Я так понимаю, в вашем времени сохранились фальшивомонетчики и другие преступники, - сказал Холмс.
    - Сохранились, - ответила Анна.
    Мы посмотрели на свет.
    Я увидел чёткий контур театра и число сто.
    Я взял в руки двухрублёвую монету. Там тоже был двуглавый орёл. А дата значилась – 2007 год.
    - Анна! – сказал Холмс. – Я вам верю. Не думаю, что компания фальшивомонетчиков сделала подделку такого высокого уровня специально для того, чтобы украсть шкатулку у миссис Найт!
    - Я тоже вам верю! – искренне произнёс я.
    - Вот – мой платок, - сказала Анна.
    Платок был белый с небольшим фиолетовым цветком, не вышитым, а нарисованным на ткани.
    Анна воскликнула:
    - Вспомнила! У меня же ещё туфли есть!
    Анна села в кресло, быстро разулась и протянула нам туфли.
    Я не очень разбираюсь в женской обуви. И туфли не показались мне какими-то удивительными. Чёрные туфли. Каблук - невысокий. Точнее, у туфель и не было каблука. Подошва была единым целым.
    - Читайте, - сказала Анна. – «Мэйд ин Итали» - туфли итальянские. И это – точно не китайская подделка.
    Холмс взял туфли и стал рассматривать их через лупу.
    - Анна! – сказал он. – Вы – самое удивительное дело, с которым свела меня судьба! Я даже и не мечтал встретиться с путешественницей во времени!
    - А я не ожидала, что провалюсь в прошлое! – заявила Анна.
    - У меня к вам деловое предложение, - сказал Холмс. – У вас нет денег. Продайте мне все предметы из будущего! И русские деньги – тоже. Они мне нужны для экспериментов. Я хорошо заплачу!
    - Я ничего не хочу вам продавать, - сказала Анна. – Но я вам подарю всё, кроме туфель. Я подарю вам все вещи и деньги в знак уважения к вашему таланту. А вы в ответ просто так будете дарить мне деньги, если они мне потребуются. Хорошо? Вы готовы стать моим другом в этом мире?
    - Договорились, - сказал Холмс. – Я – ваш друг.
    - Считайте и меня своим другом! - сказал я.
    - Спасибо! – воскликнула Анна. - Вы поможете мне освоиться в вашем времени? Мне надо будет найти работу.
    - Что-нибудь придумаем, - сказал Холмс. – А свои туфли вы почему не хотите мне подарить?
    - Они мне нравятся! – сказала Анна. – Но если я здесь куплю такие же хорошие туфли, я сразу же подарю вам эти.
    - Понятно, - сказал Холмс. - А если вы не найдёте такие хорошие туфли, то обещайте подарить мне эти, когда они придут в негодность. Вы же не будете носить их десять лет!
    - Хорошо, - сказала Анна. – Мистер Холмс! А может быть, вы сумеете вернуть меня обратно домой?
    - Думаю, нет! – ответил Холмс. – До сегодняшнего дня я и не думал, что в жизни бывают путешествия во времени! Хотя, если вы расскажете, как вы перешли в наше время и объясните, как была устроена машина времени, может, я и пойму принцип перехода во времени и смогу вам помочь.
    - Нет! Не сможете! – сказала Анна. – Там была экспериментальная машина времени! Она была очень сложной! Мы такую машину точно не сможем построить!
    - Значит, вы останетесь в нашем времени! – сообщил Холмс.
    Я думал, что Анна заплачет. Но она сдержалась. Я понял, что у этой девушки – редкий характер. Другая  - на её месте - билась бы в истерике, а она старается стойко переносить выпавшие на её долю испытания!
    - Мои родители сейчас с ума сходят! – сказала Анна. – А особенно – бабушка! Они, наверное, думают, что меня похитили!
    Я решил отвлечь Анну от грустных мыслей и сказал:
    - Я понял, что в будущем не забыли Шерлока Холмса. Значит, мои рассказы продолжают читать и в ваше время!
    - Рассказы читают, - ответила Анна. – И Шерлока Холмса помнят! И доктора Ватсона! Но я не знаю, как вам об этом сказать. Я была уверена, что вас не существовало в реальности!
    - Что значит, - не существовало? – спросил я. – Вы же сами знали о Холмсе и говорили, что только он способен вам поверить!
    - Я о вас знала, - сказала Анна. – Но в будущем вы были литературными героями. Я была уверена, что вы – ненастоящие! Я не сомневалась, что вас придумали!
    - А вас кто придумал? – спросил Холмс.
    - Мы – самые настоящие! – улыбнулся я.
    - Я – тоже настоящая! – сказала Анна.
    - Вы уверены, что в будущем меня считали вымышленным героем? – спросил Холмс.
    - Уверена, - ответила Анна. – И вы, и доктор Ватсон точно были придуманными!
    - Ну, и кто же нас придумал? – спросил я.
    «Может быть, она, всё-таки, сумасшедшая? – возникла  у меня мысль. – Я верю, что она из будущего. Но – может быть, она – сумасшедшая из будущего? Не думаю, что через сто лет исчезнут психические заболевания!»
    Но Холмс, похоже, поверил девушке.
    - Это – очень плохо, что в будущем нас считают литературными героями, - сказал он.
    - Почему? – спросила Анна.
    - Потом объясню, - отозвался Холмс и спросил: - А кто – автор рассказов обо мне?  Если доктор Ватсон у вас тоже считается ненастоящим, он не мог писать книги!
    - Я – настоящий! – возмущённо заметил я.
    - Автор книг – Конан Дойль, - ответила Анна.
    - Слышал такое имя, - задумчиво произнёс Холмс. – А вы, Ватсон?
    - Тоже слышал, - ответил я.
    - А о чём он пишет, Ватсон? – спросил Холмс.
    - По-моему, какие-то исторические рассказы, - ответил я. – Но я точно не знаю. Я его не читал. Зато я как-то видел его пьесу «Ватерлоо».
    - Пьеса шла здесь – в Лондоне? – спросил Холмс.
    - Да, - кивнул я. – Там играл этот… Генри Ирвинг…
    - А вы, Анна, что-нибудь слышали о пьесе «Ватерлоо», написанной Конан Дойлем? – спросил Холмс.
    - Нет, - ответила Анна. – Не слышала.
    - Всё это очень мне не нравится, - сказал Холмс.
    - Но, почему? – спросила Анна.
    - Я объясню, - ответил Холмс. – Я раньше не занимался этой проблемой, но получается, что путешествия во времени могут быть очень опасными для всего мира!
    - Почему? – спросил я.
    - Я верю Анне, - сказал Холмс. – Мы с Ватсоном – настоящие люди. Надеюсь, вы Анна не будете с этим спорить!
    - Я и не спорю! – ответила Анна. – Я просто этого не ожидала! Но я рада, что вы – настоящие! Если бы я вас не встретила, я бы, может, и не решилась никому рассказать о том, что я из будущего. Я побоялась бы, что люди подумают, что я ненормальная и упрячут меня в психушку!
    Слово «психушка» Анна сказала, наверное, по-русски.
    Но я понял смысл и сообщил:
    - По-английски, надо говорить «сумасшедший дом» или «дом умалишённых».
    - Понятно, - сказала Анна.
    А Холмс продолжил:
    - Но в будущем нас с Ватсоном не существует! Значит, что-то случилось с мирозданием, если из реальности исчезло два человека.
    - А может быть, намного больше, только мы этого не знаем! – воскликнул я.
    - Правильно, Ватсон! – произнёс Холмс. – И всему виной – переход во времени! Но лично вас, Анна мы, конечно, ни в чём не обвиняем!
    - Мы даже будем считать эпизод с кражей шкатулки досадным недоразумением! – сказал я.
    - Я её не воровала! – сказала Анна. – Я хотела её вернуть! И платье я отдам Каролине!
    Анна достала из саквояжа серое платье и положила его на стол.
    - Забудьте вы про шкатулку! – сказал Холмс. – Сейчас в наших руках – судьба всего человечества! Анна должна быть очень осторожна, чтобы никому не навредить! Любой её поступок может привести неизвестно к каким последствиям! Вдруг она спутает нити времени? Вдруг исчезнут какие-то люди? А может быть, и сама Анна исчезнет!
    - Не пугайте меня! – воскликнула Анна.
    А Холмс сказал:
    - Кто знает, что может измениться в будущем из-за необдуманных поступков Анны?
    - И в настоящем – тоже может что-то меняться! - добавил я. – Может быть, прямо сейчас происходят какие-то опасные изменения! Вы будете осторожной, Анна?
    - Я постараюсь, - печально сказала она. – Но что значит, быть осторожной? Я помню известный рассказ Брэдбери. В нём человек попал в прошлое, раздавил там бабочку, а в будущем из-за этого произошли какие-то сильные и плохие изменения!
    Холмс сообщил:
    - На востоке некоторые монахи, которые верят в переселение душ, прежде чем сделать шаг, сметают веником на своём пути мельчайших насекомых, чтобы их не раздавить! Монахи бояться, что раздавят насекомое с чьей-то душой!
    - Я не буду так делать! – воскликнула Анна. – И не просите!
    - Мы и не просим, - ответил Холмс.
    - А может быть, будущее не изменилось! – радостно сказала Анна.
    - Но как вы тогда объясните, что мы с Ватсоном исчезли из реальности будущего? – спросил Холмс.
    - Может быть, я провалилась не просто в прошлое, а в прошлое параллельного мира? – воскликнула Анна.
    - Что такое – параллельный мир? – спросил Холмс.
    Анна объяснила:
    - Есть предположение, что существует много очень похожих параллельных миров, которые отличаются друг от друга некоторыми деталями! Например, в вашем мире - Шерлок Холмс – настоящий человек, а в моём мире – Шерлок Холмс – литературный герой. И значит, если я сейчас нахожусь в параллельном мире, то я не повредила «нити времени», как вы их назвали! Значит, я – не опасна!
    - Смотрите, Холмс! – сказал я. – Анна придумала целую новую теорию! Девушка старается доказать, что не надо её бояться! Я вижу, ей очень не хочется ходить с метлой по улицам Лондона и сметать со своей дороги насекомых!
    Холмс засмеялся и сказал:
    - Пока принимаем обе версии. Первая заключается в том, что Анна – из будущего, а вторая, в том, что Анна – из параллельного мира, но тоже – из будущего времени!
    - Согласен! – сказал я.
    - Хорошо, - сказала Анна. – И что теперь делать?
    - Сейчас вам надо лечь спать, - сказал Холмс. – Теперь я – ваш друг. И вы останетесь жить у меня в спальне доктора Ватсона.
    - Не бойтесь, Анна! – сказал я. – Здесь вам ничего не угрожает!
    - Правда, как это скажется на её репутации? – задумчиво произнёс Холмс.
    - Не поняла, - сказала Анна.
    - Что скажут люди, если узнают, что вы живёте в одной квартире с неженатым мужчиной? – объяснил я.
    - Я придумал, - ответил Холмс. – Я скажу миссис Хадсон, что вы – моя троюродная сестра из России. Надеюсь, когда вы пили чай с миссис Хадсон, вы не успели ей заявить, что вы не являетесь моей кузиной из России!
    - Я ничего ей о себе не рассказала, - сообщила Анна. – Она знает только то, что я – русская!
    - Хорошо! - кивнул Холмс. - Приятно видеть, что не все девушки – болтливые создания! Значит, так, Ватсон! Вы сейчас тоже поезжайте домой. Нам всем не мешает выспаться. Скоро уже шесть утра, а мы так и не спали.
    - Когда мне вернуться? – спросил я.
    - Вам тоже не терпится услышать рассказ о путешествии во времени? – спросил Холмс.
    - Конечно! – ответил я.
    - Приезжайте в семь вечера, - решил Холмс. – Я тоже должен поспать. Но сначала я съезжу в ту комнату, которую сняла Анна, и заберу её вещи. Я хочу быстрее получить одежду из будущего. Говорите адрес комнаты, и как зовут хозяев.
    - Адрес у меня записан, - сказала Анна. – А хозяйку я не помню, как зовут. Точнее, я даже не расслышала её имя. Она – какая-то там миссис… Я заплатила за комнату на месяц вперёд.
    - Сейчас обычно берут деньги за неделю вперёд, - заметил Холмс. – Смотрите, Ватсон! Квартирная хозяйка увидела, что девушка-иностранка не разбирается в ситуации, что девушка одна в Лондоне… И хозяйка взяла с неё плату сразу за месяц вперёд!
    - Вы в понедельник сняли комнату? – спросил я.
    - Да, - кивнула Анна.
    - Возможно, мне удастся вернуть деньги хотя бы за три недели, - произнёс Холмс. – И ещё - давайте сюда платье Каролины. Я отправлю его с посыльным прямо к ней домой. Вы, Анна, не должны больше видеться с Каролиной. И, пожалуйста, без моего разрешения никогда и никому не рассказывайте, что вы из будущего! Хорошо?
    - Да! – сказала Анна. – Я и сама никому не хотела об этом говорить!
    Холмс пару секунд помолчал и продолжил:
    - И вы, Ватсон, никому не говорите о нашей гостье! Даже своей жене! Это очень важно!
    - Хорошо, я никому не скажу, - ответил я.
    - Если вы захотите есть, попросите об этом миссис Хадсон или её горничную, - сказал Холмс. – И никуда не выходите из дома, пока я не вернусь. Если у вас возникнут ещё какие-то вопросы, обращайтесь к миссис Хадсон. Но сейчас я не буду её тревожить. Ещё нет шести утра. Я потом с ней поговорю.
    - Отдыхайте, Анна! – сказал я.
    - Не забудьте, что теперь вы – моя кузина! – добавил Холмс.
    Анна улыбнулась:
    - Я никогда не думала, что стану младшей сестрой Шерлока Холмса!
     

    25
     

    Мне удалось поспать. Я предупредил жену, что останусь ночевать у Холмса, и заехал к двум своим пациентам, которым требовалось моё внимание. А без десяти семь я уже был на Бейкер-стрит.
    Холмса дома не оказалось.
    Но Анна была.
    Она мне явно обрадовалась и сообщила:
    - Шерлок Холмс утром забрал мои вещи из той комнаты. Хозяйка вернула ему деньги за три недели. Потом он спал. А часа в четыре уехал по делам. Сказал, что к семи вернётся. И чтобы я без него не рассказывала вам о будущем. Он тоже хочет присутствовать при моём рассказе!
    - Хорошо! – сказал я. – Подождём Холмса.
    - А вы мне пока расскажите про ваше время! - попросила Анна. – Похоже, мне так и придётся здесь жить!
    Я опять удивился силе характера этой девушки. Поразительно, как ей удавалось сохранять самообладание, оказавшись отброшенной в прошлое на сто десять лет!
     

    26
     

    Холмс появился около восьми.
    - Вы без меня не говорили о будущем? – быстро спросил он.
    - Нет, - ответила Анна.
    - Я не мог прийти раньше, - сообщил Холмс. – Я встречался со специалистом по путешествиям во времени! Хотел у него проконсультироваться.
    - Где вы нашли такого специалиста? – воскликнула Анна.
    - Плохо, конечно, что он – специалист-теоретик, - заметил Холмс. – Но специалиста-практика в нашем времени, наверное, не найти.
    - А кто такой этот специалист? – спросил я.
    Холмс сел в кресло и сообщил:
    - Это – Герберт Уэллс – автор книги «Машина времени».
    - Вы с ним знакомы? – удивилась Анна.
    - Когда-то нас познакомили в одном клубе, - сообщил Холмс. – Мы тогда проговорили с ним около часа. После этого я его не видел. А сегодня он был очень занят, но я убедил его, что мне нужно срочно с ним поговорить. Я сказал ему, что пишу научную работу о переходах во времени. Про Анну я, конечно, ничего не сказал. Я не хотел, чтобы Уэллс решил, что я сошёл с ума.
    - И что он вам сказал? – спросил я.
    - Много интересного, - ответил Холмс. – Мы потом это обсудим. А сейчас я хочу выслушать Анну.
    - С чего начинать? – спросила Анна.
    - Начните с самого начала, - улыбнулся я.
    А Холмс произнёс:
    - Расскажите, сколько вам лет, из какой вы семьи, где вы жили и где нашли машину времени.
     

    27
     

    - Мне – восемнадцать лет, - сообщила Анна. – Я родилась в России в 93-м году.
    - В 1993-м году? – спросил Холмс.
    - Конечно! – сказала Анна.
    Холмс улыбнулся:
    - Если вы кому-нибудь ещё скажете, что вы родились в 93-м году, любой подумает, что вы имеете в виду 1893-й год и утверждаете, что вам – всего восемь лет!
    - Понятно! – засмеялась Анна. – Я родилась в 1993-м году в городе Н-ске.
    - Это где? – спросил я. – Россия – большая.
    - Это – в Сибири, - объяснила Анна.
    Я засмеялся:
    - В Сибири? Анна! Вы выросли на каторге, вот и не смогли пройти мимо шкатулки миссис Найт!
    - Я взяла деньги в долг! – воскликнула Анна.
    А Холмс сказал:
    - Ватсон! Не приставайте вы к ней с этой шкатулкой! Пусть рассказывает дальше.
    - У нас – не каторга! – возмущённо заявила Анна. – Наш город называют столицей Сибири! Это – огромный город! И мне он нравится!
    - Вы не о городе, а о себе рассказывайте! – сказал Холмс.
    - У моего отца небольшой бизнес, - продолжила Анна. – Он занимается недвижимостью.
    - Он строит дома или продаёт? – спросил Холмс.
    - Он помогает людям продать или купить квартиру, - объяснила Анна. - У него своя риэлтерская фирма. Мама не работает. Бабушка – на пенсии. Я училась в школе с языковым уклоном. Мой основной язык был - французский, а второй – английский. И ещё я занималась французским с репетитором. В позапрошлом году мы с мамой на всё лето летали во Францию.
    - На чём вы туда летали? – спросил я. – На воздушном шаре? Как у Жюля Верна?
    - Мы летали на самолёте, - ответила Анна.
    - А как он выглядит и как действует? - спросил я.
    Анна минут пятнадцать пыталась нам объяснить, что такое - самолёт, и даже нарисовала его на листке бумаги. Талантом художника девушка явно не обладала, но Холмс сказал:
    - Я сохраню ваш рисунок. И я надеюсь, вы мне потом ещё много чего нарисуете! А сейчас я предлагаю продолжить рассказ.
    - Хорошо, - ответила Анна. – Я вам ещё объясню, что такое сотовый телефон и телевизор.
    На объяснения ушло минут двадцать, а коллекция Холмса пополнилась ещё четырьмя рисунками Анны. На одном рисунке был телевизор, а на трёх – сотовые телефоны разных видов.
    - Сделаем так, - сказал Холмс. – Я и Ватсон вооружимся бумагой и карандашами и, если услышим непонятное слово, запишем его. Вы, Анна, спокойно рассказывайте. А мы не будем вас прерывать. И все вопросы зададим потом – после вашего рассказа.
    - Согласен, - сказал я.
     

    28
     

    Когда я начал писать этот рассказ, я думал, что надо сделать краткие комментарии к непонятным словам, которые произносила Анна. Но мы с Холмсом решили не публиковать данный рассказ ранее 14 мая 2011 года. И поэтому я не буду расшифровывать непонятные слова. В 2011 году эти слова будут понятны каждому. Постепенно Анна многое нам объяснила о будущей жизни. Хотя Холмс часто её укорял, что она плохо объясняет. Понимаете? В будущем Анна пользовалась разной техникой, но не знала принципа работы многих машин, и не могла рассказать Холмсу, как они были устроены!
    Я не буду подробно записывать нашу беседу с Анной, потому что, мы с Холмсом иногда всё-таки прерывали нашу гостью и просили объяснить какие-то непонятные моменты. А сейчас я не хочу отвлекаться на эти наши реплики и объяснения Анны. Тем более, что иногда Анна не могла подобрать английские слова даже для известных понятий. И мы все вместе пытались разобраться в том, что Анна имеет в виду… А к её акценту я уже привык. И он мне даже стал казаться довольно милым.
    Думаю, читатели, живущие в будущем, и так знают, что за сто десять лет было две мировые войны и много более мелких войн. А в 1961 году в космосе побывал первый человек – Юрий Гагарин. И с тех пор многие летали в космос. Но, думаю, вы и сами это помните…
    Поэтому изложу только саму историю путешественницы во времени.
     

    29
     
    История Анны

    
    Анна продолжила:
    - Забыла сказать. Зовут меня Анна Дымченко. Я уже сказала, что позапрошлым летом я была во Франции. А прошлым летом я тоже летала во Францию. Но в этот раз - не на всё лето, потому что у меня было мало свободного времени - я как раз окончила школу и поступила в университет.
    - В Сибири есть университет? – заинтересовался я.
    - У нас в городе много университетов! – ответила Анна.
    - У вас девушки тоже учатся в университетах? – спросил я. – Удивительно!
    - Конечно, учатся! – ответила Анна. – Это у вас женщины до сих пор порабощены!
    - У нас никто не порабощён! – возмутился я. – У нас – цивилизованная страна!
    - Ватсон! – улыбнулся Холмс. – Анна подозревает, что вы поработили свою жену и обращаетесь с ней, как с рабыней в гареме!
    - Глупости! – сказал я.
    Анна засмеялась.
    А я подумал, что не надо было Холмсу в присутствии девушки шутить на такую скользкую тему, как гаремы и рабыни!
    - Ватсон! – сказал Холмс. - Мы же договорились не мешать Анне! Не прерывайте её!
    Я промолчал.
    И Анна продолжила:
    - Я училась в университете. Изучала иностранные языки. Основным языком у меня опять был французский, а вторым – английский. И я почти окончила первый курс, но тут наступила пятница, 13-е! Нет! Надо вернуться чуть назад. У меня есть подружка. Её зовут Оксана. Она недавно с парнем познакомилась. С Лёшкой. И в День Победы Оксанка позвала меня на салют.
    - День победы над кем? – спросил Холмс. – И когда он бывает?
    - День Победы над фашистами, - объяснила Анна. – Мы их победили 9 мая 1945 года. День Победы отмечают каждый год 9-го мая. А я рассказываю про этот год. Значит, День Победы был 9 мая 2011 года. А салют – это как огромный фейерверк.
    - Холмс! – сказал я. – Мы же договаривались не перебивать Анну. И не отклоняться от повествования!
    - Я её и не перебивал! – ответил Холмс. – Я только узнал дату. Вы, Анна, когда будете рассказывать, называйте точные даты и время, когда происходили события. Анна! Рассказывайте дальше!
     

    30
     
    История Анны (продолжение)
     

     В День Победы Оксанка позвала меня на салют. Она недавно познакомилась с парнем. С Лёшкой. И сказала, что он придёт с другом. Погода была противная, но мы, всё-таки, поехали на площадь Ленина. Это – центральная площадь Н-ска. Салют был в 22 часа. Но мы встретились Лёшкой и Максом примерно за час до салюта. Когда мы приехали, парни уже ждали нас. Лёшка оказался невысокого роста. А Макс был высокий и симпатичный. Он показался мне прикольным. Макс произвёл на меня хорошее впечатление. Но лучше бы я с ним никогда не знакомилась! Из-за него всё и случилось! Макс сказал, что учится на программиста. Он был уже на четвёртом курсе университета. А Лёшка учился в одной группе с Максом. И ещё Макс подрабатывал лаборантом в каком-то научном институте в Академгородке. Академгородок – это всемирно известный научный центр у нас в Н-ске…
    Мы посмотрели салют. Была плохая погода, но народа было много. Потом мы ушли с площади и ещё посидели в одном кафе. Мы с Максом обменялись телефонами.
     

    31
     

    - Зачем вы обменялись телефонами? – заинтересовался я. – Это что – такой ритуал в знак дружбы?
    - И чей телефон был дороже? – спросил Холмс.
    К этому времени я уже понял, как выглядит сотовый телефон, и знал, что люди будущего везде носят с собой эти переговорные устройства. Кстати, нам бы с Холмсом они тоже не помешали бы! Удобная вещь!
    - Мы не обменивались самими телефонами! - сказала Анна. – Мы обменялись только номерами телефонов, чтобы можно было звонить друг другу. Макс продиктовал мне свой номер, я тут же позвонила Максу, и у него в мобильнике сохранился мой номер.
    - А мобильник – это что? – спросил я.
    - Это – другое название сотового телефона, - ответила Анна.
     

    32
     
    История Анны (продолжение)
     

    После кафе все проводили меня до дома. А потом парни ушли провожать Оксанку. А потом мы обменивались с Максом СМС-ками. А 11-го мая мы ходили с ним в кино.
    А в пятницу, 13-го Макс мне позвонил и сказал:
    - Я хочу пригласить тебя к себе на работу. Я покажу тебе очень интересную вещь! Давай, встретимся в семь вечера на Речном вокзале.
    Я знала, что у Макса нет машины. И поняла, что нам придётся ехать в Академгородок автобусом или маршруткой. Конечно, лучше, когда у парня есть машина! Но Макс мне нравился. И я согласилась.
    - Ладно, - сказала я Максу. – Я сегодня учусь до четырёх. Успею ещё съездить домой…
    Наверное, где-то в полдевятого вечера мы оказались около научного института. Не буду сообщать его название, потому что я не имела права туда заходить. А Макс не имел права меня туда приглашать.
    Макс на улице позвонил по сотовому и сказал:
    - Это Макс. Мы пришли.
    Минуты через две дверь института открылась.
    - Быстрее заходите! – сказал парень, открывший дверь.
    Мы с Максом вошли в институт, а парень закрыл за нами дверь. Я слышала, как он возился с замками.
    - Знакомьтесь, - сказал Макс. – Это – Анна. А это – Витька. Он – мой друг.
    Витька был высоким и очень худым. Он был в серой камуфляжной форме. На груди над карманом виднелась небольшая надпись «охрана».
    - В институте никого нет? – спросил Макс.
    - Нет! – ответил Витька.
    - А почему? – спросила я.
    Витька сказал
    - Новый директор недавно выпустил приказ – в пятницу, в субботу и в воскресенье - ровно в девятнадцать ноль-ноль институт закрывается и сдаётся под охрану. Сейчас в здании никого нет! Никто вам мешать не будет!
    Витька громко засмеялся и сказал:
    - Но ты Макс, это… Вы тоже там долго не задерживайтесь! Вы в одиннадцать, по-всякому, уходите. Это – типа – закрытый объект.
    - Да, знаю я! – резко сказал Макс. – Ты ключ от лаборатории давай!
    Когда мы пошли по лестнице на второй этаж, Витька крикнул нам вслед:
    - Приятно провести время!
    - Не обращай на него внимания! – сказал Макс.
    - А ты что, часто водишь сюда девушек? – небрежно спросила я.
    - Никого я сюда не вожу! – сказал Макс. – У меня и девушки-то нет! Пусть Витька думает, что хочет! А я хочу тебе показать великое изобретение! Оно страшно засекречено! И Витька о нём не знает! И никто не должен знать! А то мой шеф меня убьёт! Причём, убьёт в буквальном смысле! Он хочет за это изобретение Нобелевку получить! Ты никому не проболтайся о том, что увидишь!
    - Не бойся! Не проболтаюсь! – сказала я.
     

    33
     

    Мы вошли в лабораторию. И Макс включил свет и закрылся изнутри на замок.
    Лаборатория оказалась обычной лабораторией. Я увидела столы, заваленные разными деталями, два компьютера и какую-то аппаратуру. В центре комнаты был объект, больше всего похожий на кабинку лифта с открытыми дверями.
    Макс подошёл к этому лифту и торжественно объявил:
    - Ты присутствуешь при величайшем открытии человечества! Это – машина времени!
    - Не верю! – сказала я. – Ты прикалываешься!
    - Клянусь, чем хочешь! – заявил Макс. – Это – машина времени! И никто не знает, как она работает! Даже мой шеф!
    Мы подошли  к машине времени. Я в неё заглянула. Внутри она была точно, как лифт. На стене остались кнопки с нумерацией от 1 до 9 и кнопки «вызов» и «стоп». Но кроме этого, в лифте была дополнительная панель с кнопками и рычажками и небольшой откидной столик, как в поезде.
    Я иронически спросила:
    - Машину времени что – из лифта сделали?
    - Какая разница, из чего! – ответил Макс. – Лишь бы работала! Ты думаешь, раньше первые изобретатели собирали свои изобретения из готовых деталей? Они тоже использовали то, что под руку попадалось!
    Я всё-таки не верила Максу, что это – настоящая машина времени!
    - А она оказалась настоящей! – засмеялся Холмс.
    - Оказалась! – печально сказала Анна и продолжила:
    - Я сначала решила не показывать Максу, что я ему не верю, и сказала:
    - А почему, никто не знает, как она работает? Твой-то шеф должен знать! Если он её изобрёл, он должен понимать, как она работает!
    Макс сказал:
    - Ты точно никому не проболтаешься?
    - Я же обещала! – ответила я.
    - Тогда слушай! – сказал Макс. – Это очень запутанная история. Машину времени изобрёл не мой шеф, а профессор К.. Не буду называть его фамилию. Раньше он заведовал этой лабораторией. Он был гением! Но, говорят, он был настоящим параноиком! Он всё время боялся, что его изобретения украдут. И поэтому старался важные разработки держать в тайне от других людей. И только после того, как профессор  получал патенты на свои изобретения, он публиковал статьи о своих исследованиях. Несколько лет назад случился скандал. Я тогда ещё здесь не работал. Профессор К. уехал в командировку. Перед отъездом он опечатал свой стол и два металлических ящика, в которых хранил детали. На ящиках были замки, а на дверце стола – нет. Профессор работал тогда над каким-то видом плазменного резака. Но не в этом дело! Когда профессора не было, одному сотруднику понадобилась ручка. Он что-то записывал, а ручка закончилась. Сотрудник не стал обращать внимания на нитку с пломбой и открыл стол профессора, чтобы найти ручку. В этот же момент из стола пошёл ядовитый газ, сотрудник попал в реанимацию, но остался жив. Короче, можно сказать, что параноик-профессор заминировал свой стол паралитическим газом. Скандал удалось замять. Профессор отделался выговором. Но сказал: «Теперь все свои незаконченные изобретения я буду делать так, что при попытке их вскрыть, они будут саморазрушаться! Может быть, Ивану Петровичу и понадобилась ручка, а может быть, он - шпион, подосланный иностранными спец. службами с целью похитить мои открытия! Если ко мне придёт следователь, я буду утверждать, что в лаборатории произошёл несчастный случай. Я скажу, что я хранил баллончик с газом для научных целей, и очень сожалею, что любопытный Иван Петрович халатно воспользовался баллончиком против самого себя! Так я скажу следователю. А, вы, запомните! Если кто-то ещё будет трогать мои приборы, вы их просто разрушите! Я никого не собираюсь пугать. Но при саморазрушении приборов могут пострадать и люди, хотя я никому не хочу причинить вреда! А если вы разрушите мои новые изобретения, вы потом будете выплачивать их стоимость! А их цена – миллионы евро! А в моральном смысле – мои изобретения бесценны!»
    Я с опаской посмотрела на лифт и спросила:
    - Машина времени может взорваться?
    - Нет, - успокоил меня Макс. – Она абсолютно безопасна, если не пытаться её вскрыть! А мы её вскрывать не будем! Не бойся! Мы постоянно включаем машину времени и экспериментируем с ней. Слушай дальше! Год назад я начал здесь работать и ещё застал профессора К.. Он тогда как раз закончил свою машину времени, но я об этом не знал. Мой шеф – профессор О.. Я тоже не буду называть его фамилию. Он помогал профессору К. в исследованиях. Профессор К. поручал моему шефу проводить разные опыты по переносу микрочастиц во времени и в пространстве. Профессор К. начал с микрочастиц. Мой шеф помогал профессору К. в его экспериментах, но не знал, как устроена машина времени. Осенью профессор К. исчез. Дома он сказал, что собирается на рыбалку. А на рыбалку он всегда ездил только один. Профессор ушёл с рюкзаком и удочками. И с тех пор никто его больше не видел.
    - Может быть, он испытывал машину времени на себе и улетел в будущее? – засмеялась я.
    - Я тоже об этом думал, - серьёзно сказал Макс.
    Честно говоря, рассказ Макса произвёл на меня впечатление. Ещё пять минут назад я была уверена, что Макс меня разыгрывает. А сейчас начала сомневаться. Я думала: а вдруг это и, правда, машина времени? Я находилась в пустом таинственном институте, в лаборатории, напичканной электроникой. И машина времени уже не казалась мне совершенно фантастической идеей!
    А рядом стоял Макс и лихорадочно говорил:
    - Я много думал об этом! И понял! Или профессор К. улетел на машине времени. Или его убил мой шеф – профессор О.!
    - Не может быть! – воскликнула я.
    - Может! – ответил Макс. – Мой шеф так мечтает получить Нобелевскую премию, что мог убить профессора К., чтобы завладеть его изобретением!
    - Ты меня пугаешь! – сказала я.
    - Не бойся! – ответил Макс. – Стопроцентно я не уверен. Может быть, профессор К. сейчас спокойненько живёт себе в будущем и на выходные летает на курорты в другие галактики!
    Я засмеялась.
    А Макс сказал:
    - Я тебе сейчас покажу, как работает машина времени.
    Макс нажал какую-то кнопку внутри кабины лифта. И кабина осветилась ярким светом.
    - Яркий свет! – сказала я. - Вы и лампочку заменили в лифте?
    - Это всё сделал профессор К., - ответил Макс. – Мы не рискуем вскрывать оболочку машины времени!
    - Где мне встать? – спросила я.
    - Мы оба зайдём в кабину, - сказал Макс. – Это не опасно. Но ты должна оставить снаружи сотовый телефон и часы, если они у тебя на батарейке, а не механические. Вот сюда положи – на стол.
    В метре от лифта был стол, на котором почти не было валяющихся деталей. Я положила на стол свои часы и сумочку, в которой было около двух тысяч рублей. Макс положил рядом свой сотовый.
    - А ваша машина – не радиоактивная? – забеспокоилась я. – Она не опасна для здоровья?
    - Она - абсолютно безопасна! – успокоил меня Макс. – Не бойся!
    Я достала из кармана свой сотовый и тоже оставила его на столе.
    Мы с Максом вошли в кабину машины времени.

    
    34
     

    - Ничего здесь не трогай! – воскликнул Макс. – Я сейчас!
    Он выскочил из машины времени. И кинулся к дальнему столу. Потолок у кабины был, а дверей у этого лифта не было вообще. И я не волновалась о том, что двери захлопнутся, и я останусь заблокированной в лифте.
    Макс вернулся секунд через пять и сказал:
    - Я принёс рис.
    Макс раскрыл ладонь. Он держал штук десять длинных рисинок.
    - Смотри! – сказал Макс. - Я положу одно рисовое зёрнышко на этот столик. И сейчас мы отправим зёрнышко на сотню лет в прошлое! Вот видишь – шкала? Она отмеряет время. «Ноль» - это настоящее. В «минус» - отсчитывается прошлое. В «плюс» - идёт будущее. Можно отправлять и в прошлое, и в будущее. Но для броска в будущее требуется много энергии. Поэтому мы сейчас с тобой в будущее ничего отправлять не будем. Мой шеф, конечно, не такой параноик, как профессор К.. Но вдруг кто-нибудь заинтересуется, кто это тратит так много энергии в нерабочее время в закрытом на ночь институте! Я слышал, как этот новый директор выговаривал моему шефу, что наша лаборатория потребляет очень много электроэнергии. А мой шеф ответил, что будет тратить энергии ровно столько, сколько захочет… Кстати, почти никто не знает, что у нас есть машина времени… А вот эта шкала – мощность. Здесь деления от одного до пятидесяти. Видишь – рычажок? Нам хватит «единички». Ставлю рычажок напротив единички! Шеф не разрешает выставлять мощность больше двадцати. Он боится, что машина времени перегорит. А ты знаешь, что восстановить её мы не сможем!.. Смотри! На этом экране – карта мира.
    Макс включил экранчик размером с открытку. На экране появилась карта.
    - Ну, куда закинем зёрнышко? – спросил Макс. – Выбирай!
    - В Париже я была! – сказала я. – И в Египте была! Давай, отправим рисинку в Лондон!
    - Договорились! – засмеялся Макс.
    Он взял с пульта небольшую указку и вплотную поднёс её к экрану, направив куда-то на Англию.
    - Ты уверен, что выбрал Лондон? – спросила я.
    Сейчас мне опять показалось, что Макс меня разыгрывает.
    - Уверен! – ответил Макс и объявил: - Внимание! Путешествие во времени начинается! Я выбрал Лондон сто лет назад! Всё очень просто! Надо нажать всего одну кнопку. Вот эту – зелёную! Смотри на зёрнышко! Внимание!
    Вокруг рисинки на мгновение появилось какое-то свечение. И рисинка исчезла!
    - Ну, как? Круто? – спросил Макс. – Это – великое изобретение! Ты ощущаешь крутизну момента?
    - Честно говоря, - не очень, - призналась я.
    Макс высыпал все рисинки на столик и спросил:
    - Хочешь, сама отправить их в прошлое?
    - Хочу! – ответила я.
    Я нажала зелёную кнопку, вокруг рисинок возникло свечение, и они исчезли.
    - Круто! Правда? – воскликнул Макс. – Подожди!
    Он выскочил из лифта и почти сразу же вернулся с живым дождевым червём в руке.
    - Убери червяка! – попросила я. – Я их не люблю!
    Макс засмеялся:
    - Сейчас я спасу тебя от червяка! Мы запульнём его в прошлое на сто лет назад! Пускай червяк кормит английских рыбок!
    Наверное, Макс был прирождённым экспериментатором! Сейчас вид у него был как у какого-нибудь ненормального учёного в американских комедиях. Глаза у Макса горели! На лбу выступил пот. Макс казался настоящим психом, увлечённым своей наукой! И при этом я не чувствовала опасности!
    Шерлок Холмс не выдержал и сказал:
    - Наверное, Макс специально заманил вас в лабораторию в качестве подопытного кролика! Вы сильно сопротивлялись перед отправкой в прошлое? Макс связал вас или просто угрожал пистолетом?
    - Сейчас всё расскажу, - печально сказала Анна. – Осталось совсем немного.
    - Мы догадались, - сказал Холмс.
     

    35
     

    Анна продолжила:
    - Макс выглядел, как псих. Он влетел в лифт. Дождевого червяка Макс кинул на столик, с которого мы отправляли в прошлое рисовые зёрнышки.
    Червяк противно извивался на столике.
    А я спросила:
    - Ты уверен, что это машина времени?
    Макс удивлённо уставился на меня и ответил:
    - Конечно, уверен! А что ещё, по-твоему, это может быть?
    - Не знаю, - ответила я. – В принципе, это может быть всё, что угодно! Например, плазменный резак, о котором ты говорил. Вокруг рисинок возникало свечение, а потом они исчезали. Может быть, мы с тобой не отправили рис в прошлое, а просто уничтожили его плазменным резаком?
    - Ты когда-нибудь видела плазму? – спросил Макс.
    - Нет, - ответила я.
    Червяк продолжал противно извиваться.
    - Это – точно не плазменный резак! – заявил Макс.
    - Я и не утверждаю, что это – обязательно плазменный резак! – сказала я. – Это может быть и чем-то другим! Я не спорю! Я вижу, что рис пропал! Но я не знаю, появился он в прошлом или нет!
    - Появился! – сказал Макс. – Это точно – машина времени!
    - Тогда скорее отправляй в прошлое этого червяка! – сказала я. – Видеть его уже не могу!
    - Слушаюсь! – засмеялся Макс и нажал зелёную кнопку на панели управления.
    Вокруг червяка возникло свечение. И он исчез.
    Макс был в восторге.
    - Видела? – крикнул он. – Ты видела? Круто! Правда?
    - Интересно! – согласилась я. – Но мне уже пора домой.
    Макс выскочил из лифта и сказал:
    - Хорошо! Сейчас пойдём домой. Ещё один эксперимент! И всё! Помнишь, где шкала мощности?
    - Да, - ответила я.
    - Добавь-ка мощности до двойки! – приказал Макс. – Я сейчас притащу ещё одно прекрасное создание! И мы его тоже запульнём в прошлое!
    Я присмотрелась к шкале, аккуратно передвинула рычажок к цифре «два», услышала, что Макс приближается, и оглянулась.
    Он стоял в метре от лифта и протягивал ко мне руку, в которой шевелился гигантский паук! Думаю, вместе со своими мохнатыми лапами паук был не меньше двенадцати сантиметров!
    Если червяков я не люблю, то пауков – ужасно боюсь! А таких гигантских пауков я раньше видела только по телевизору!
    Короче, Макс протягивал мне паука и говорил:
    - Смотри, какой красавец! Сейчас закинем его подальше в прошлое!
    А в тот момент я ещё не убрала руку с рычажка.
    Я закричала:
    - Убери паука!
    Я дёрнула рукой, которой передвигала рычажок. И рычажок сдвинулся на самый край шкалы в ту сторону, где была отметка «пятьдесят»! Свечение в лифте сразу усилилось. И возникло какое-то гудение. И ещё, наверное, начались перегрузки, как у космонавтов, потому что я почувствовала страшную тяжесть. А откуда-то издалека я услышала крик Макса:
    - Уменьшай мощность! Машина может перегореть! И не трогай зелёную кнопку! Уменьшай мощность!
    Я хотела ответить, что я не в состоянии трогать кнопки, но у меня не было сил говорить.
    Сквозь какой-то туман я видела Макса. Он размахивал руками, но я не могла различить, держит он паука или выронил его на пол.
    Я точно не дотрагивалась до зелёной кнопки!
    Я, вообще, ничего не трогала!
    А потом была вспышка. И я вырубилась.
     

    36
     

    А потом я очнулась.
    Мне было очень плохо!
    Я лежала прямо на земле, на траве, в каком-то лесу.
    - Любопытно, - сказал Холмс. – А если бы Анна перенеслась в прошлое  не под дерево, а прямо в то место, где растёт дерево? Интересно, произошёл бы взрыв или нет!
    - К счастью, этого не случилось! – сказала Анна и продолжила:
    - Мне тогда было плохо, но я всё помнила – и про Макса, и про машину времени.
    Я поняла, что машина работает!
    Несколько минут я просто лежала на траве.
    Были непонятные сумерки.
    Я не могла сообразить, вечер сейчас или раннее утро. Потом оказалось, что был вечер.
    Мне удалось подняться. Я старалась идти. Но сил не было. Мне приходилось садиться прямо на землю и отдыхать.
    Вскоре я обнаружила тропинку и пошла по ней.
    Не знаю, сколько времени я была в лесу.
    А когда я вышла из леса, уже совсем стемнело.
    Тропинка расширилась и превратилась в дорогу. Я шла по ней. И тут начался дождь.
    Я позвонила в первый же дом, который попался на моём пути.
    Холмс кивнул:
    - Дальше мы знаем. Около одиннадцати вечера вы подошли к дому. И это оказался дом миссис Найт.
    - В котором вы украли шкатулку, - сказал я.
    - Да, не воровала я ничего! – воскликнула Анна. – Сколько можно повторять?
    - Но из-за вас арестовали бедную девушку! – сказал я.
    - Я расскажу, что я думала, - сказала Анна. – Тогда вечером мне было плохо. Каролина одолжила мне своё платье. Кстати, я до сих пор не могу привыкнуть к тому, какая кошмарная одежда в вашем времени!.. Короче, ночью я проснулась. Самочувствие было вполне нормальным. И я стала обдумывать, как попросить у Каролины немного денег в долг, чтобы доехать до Лондона, снять комнату и продержаться первое время, пока я не найду работу. Я думала об этом, но понимала, что Каролина меня совсем не знает. Спасибо за то, что она оставила меня в доме до утра. Я бы на месте Каролины не дала денег незнакомой девушке! И я решила не просить Каролину, а самостоятельно поискать в доме какие-нибудь деньги. Вскоре я нашла шкатулку, написала записку и пошла на станцию. Я понимала, что если денег окажется мало, я смогу продать кольца и серёжки. Поймите! Я была в безвыходном положении! Без денег! Без знакомых! В чужой стране! В чужом городе! В чужом времени! Я надеялась, что хозяйка Каролины не вызовет полицию! Я была уверена, что в ближайшем будущем я устроюсь на работу и смогу вернуть шкатулку с деньгами!.. Утром я надела Каролинино платье, а шкатулку завернула в свои брюки и футболку. Сумку или пакет я не нашла. Точнее, я не очень-то и искала. Я боялась, что Каролина проснётся и увидит меня. Со свёртком я пришла на станцию и купила билет до Лондона. На станции было довольно много людей в старинной одежде. И на меня никто не обращал внимания.
     

    37
     

    - Что вы мне теперь посоветуете? – спросила Анна.
    - Как вы знаете, я говорил с Гербертом Уэллсом, - произнёс Холмс. – Он много думал о путешествиях во времени, когда писал свой роман. Я, например, спросил Уэллса, как он думает, может ли человек из будущего изменить течение мировой истории и порвать нити времени. Уэллс сказал, что впервые слышит термин «нити времени», но идея ему понятна. И он считает, что человек из будущего – очень опасен!
    - Вы что хотите сказать? – испуганно воскликнула Анна. – Что опасного человека надо убить?
    - Нет, конечно! - ответил Холмс. – Если путешественник во времени уже попал к нам, его убийство может вызвать такие же непредсказуемые последствия, как и любой его неосторожный поступок! Анна! Я ещё раз всё обдумаю, а потом скажу, что вы будете делать дальше.
    - И зачем вы только поехали с этим Максом! – сказал я.
    - Я и сама об этом думаю! – сказала Анна. – Да ещё и день невезучий оказался – пятница, 13-е. Я когда-то видела такой фильм. Он так и называется: «Пятница, 13-е». Но я не думала, что и в жизни – это опасное число.
    - Посмотрите на неё, Ватсон! – сказал Холмс. – За сотню лет девушки, явно, не стали умнее! Она верит в несчастливое 13-е число, а сама отправляется с незнакомым парнем в неизвестно какую лабораторию!
    - Макс был знакомым! – ответила Анна.
    - Я помню, - сказал Холмс. – Вы познакомились с ним 9-го мая, потом видели его 11-го, говорили с ним по этим вашим сотовым и уже 13-го поехали с ним неизвестно куда!
    - Но я же видела, что Макс – нормальный парень! – воскликнула Анна.
    - Многим жертвам их убийцы сначала казались хорошими людьми! – сказал я.
    - Вы не боялись, что вы придёте в лабораторию, а Макс окажется Джеком-потрошителем? – спросил Холмс.
    - Но Макс был весёлым! – сказала Анна. – Он всё время шутил!
    Я засмеялся:
    - Вы думаете, преступники никогда не шутят?
    Анна робко сказала:
    - Но мы же с Максом поехали не куда-нибудь в лес! Мы пошли в научный институт!
    - Где не было никого кроме Макса и его друга – охранника! – добавил Холмс.
    - Анна! – сказал я. – Вы можете считать, что вам повезло! Вы попали в прошлое! Но вы живы и здоровы!
    - Анна, - сказал Холмс. – Вы хотя бы знаете, как полное имя этого Макса?
    - Нет, - удручённо сказала Анна.
    - А кто его родители, и где он живёт? – спросил Холмс.
    - Нет, - сказала Анна. – Но я знаю, где он учится!
    - А вы проверили эту информацию? – улыбнулся Холмс. – Макс вам сказал, что учится на четвёртом курсе какого-то университета. Но вы не можете знать, действительно ли он там учится! Или вы съездили в университет и убедились, что у них учится именно этот Макс?
    - Не съездила, - вздохнула Анна.
    - А маме своей вы сказали, что поехали в лабораторию вместе с Максом? – спросил Холмс.
    - Нет, - ответила Анна. – Мамы не было дома. А бабушке я сказала, что мы встречаемся с Максом в семь вечера и, наверное, сходим куда-нибудь в кафе или в кино…
    - Вы наврали своей бабушке! – воскликнул я.
    - С ней по-другому нельзя! – убеждённо сказала Анна. - Она у меня любит впадать в панику. Она начала бы выяснять, куда мы идём, да зачем, да кто там будет… Она паникует на пустом месте!
    - Теперь она паникует не на пустом месте! – сказал я. – Теперь у неё пропала внучка! Вы – её единственная внучка?
    - Единственная, - тихо ответила Анна.
    - Но я придумал, как вам помочь! – сообщил я.
    - Как? – спросила Анна с надеждой в голосе.
    Я встал и подошёл ближе к столу.
    Холмс молча смотрел на меня.
    Я был счастлив, что у меня появилась ценная идея.
    - Анна! Вы сказали, что вы читали рассказы о Шерлоке Холмсе, - произнёс я.
    - Читала! – кивнула Анна.
    - Вот какая у меня идея! – сказал я. – Не важно, кто у вас считается автором рассказов – я или Конан Дойль. Сейчас проверим, совпадают ли рассказы, которые я написал, с теми, которые читали вы. Ну, например, вы знаете историю «Этюд в багровых тонах»?
    - Да, - кивнула Анна.
    - А «Пёструю ленту» читали? – спросил я.
    - Да, - сказала Анна. – Там про змею. И ещё – «Союз рыжих» читала и другие рассказы.
    - Всё совпадает! – сказал я. – Я решил. Я напишу рассказ «Путешественница во времени», где изложу вашу историю. И в рассказе я напишу, что Анна Дымченко из города Н-ска 13-мая 2011 года не должна ехать с Максом в научный городок. Я вас предупрежу в своём рассказе! Если вам он не попадётся на глаза, то кто-нибудь из ваших родных или знакомых его прочитает и обязательно предупредит вас! И тогда вы не зайдёте в машину времени и не провалитесь в прошлое! Здорово я придумал?
    - Прекрасно! – воскликнула Анна.
    Неожиданно она подбежала ко мне и обняла меня за шею.
    Наверное, она забыла, что я – женатый человек.
    - Спасибо! – воскликнула Анна и разомкнула объятия. – Скорее! Пишите рассказ!
    Она подбежала к креслу, в котором сидел Холмс, и засмеялась:
    - Я знала, что вы мне поможете! Сейчас доктор Ватсон напишет рассказ! В будущем я его прочитаю! Я всегда любила читать! И ваши рассказы мне тоже нравились! Я всегда читала больше всех в классе! И тогда я заранее буду знать, что мне нельзя ехать в Академгородок! И я не провалюсь в прошлое!
    Я был счастлив, что помогу Анне. Она была хорошей девушкой. А в том, что она взяла шкатулку, она искренне раскаивалась!
    Анна продолжала радостно смеяться.
    А Холмс спокойно сказал:
    - Ватсон не будет писать этого рассказа!
    - Что? – переспросила Анна.
    Она уже не смеялась.
    - Почему, Холмс? – спросил я.
    - Мы с Уэллсом считаем, что шутки со временем не кончатся добром! – сказал Холмс. – Вы видите, что Анна уже провалилась в прошлое. И знаем, что в её будущем мы считаемся литературными героями, а не реальными людьми. А если мы предупредим Анну в рассказе, и она не провалится в прошлое, значит всех этих событий, которые сейчас происходят, просто не могло существовать! Анна уже провалилась в прошлое, и мы сейчас с ней разговариваем. Ватсон! Если вы напишете свой рассказ, вы создадите парадокс времени, о котором мы говорили с Уэллсом. В этом случае, Анна не провалится к нам, а мы исчезнем, как реальные люди, и превратимся в литературных персонажей! Вы просто нас убьёте своим рассказом! Или, возможно, исчезнем не только мы, а весь наш мир, если мы находимся в параллельном мире, как сказала Анна.
    - Значит, меня нельзя спасти? – спросила Анна.
    Я видел, что она сдерживается, чтобы не заплакать.
    А Холмс сказал:
    - В будущее вы точно не попадёте! И не мечтайте! Но мы можем послать весточку вашим родителям! Ватсон! Пишите свой рассказ, а потом запечатайте его в конверт и предайте вашему душеприказчику. И обязательно дайте указание, что конверт нельзя вскрывать, а рассказ нельзя публиковать ранее 14 мая 2011 года.
    - Вы думаете, мои родители прочитают этот рассказ? – спросила Анна. – Бабушка у меня очень любит читать!
    - Думаю, они прочитают! – сказал я. – А если не они, так их знакомые прочитают. А потом сообщат о вас вашей семье.
    Холмс сказал:
    - Я надеюсь, мы не создадим парадокс времени, если скроем рассказ от публики до 14 мая 2011 года. Тогда Анна не будет заранее предупреждена. И 13-го мая спокойно провалится в прошлое. И тем самым, мы не порвём нити времени!
    - Доктор Ватсон! – воскликнула Анна. – Вы, пожалуйста, напишите, чтобы бабушка и родители не волновались! Что у меня здесь – всё нормально! Напишете?
    - Напишу! – улыбнулся я.
    - А может быть, надо закрыть рассказ от публики где-нибудь до 2050-го года, - задумчиво сказал Холмс.
    - Нет! Не надо! – воскликнула Анна.
    - Поймите, - сказал Холмс. – Мы не знаем, что произошло дальше в будущем! Что там происходит 14 мая 2011 года и позже? Может, машина времени перегорела и окончательно сломалась, а может быть, она работает. Это первое. И ещё мы не знаем, что случилось с Максом. Если он не пострадал, интересно, что он сказал охраннику, когда уходил из института! Пришёл с девушкой, а уходит – один! А если машина времени взорвалась, на месте взрыва, наверняка, работает полиция. И в любом случае, родители уже ищут Анну. Может быть, в 2011 году рановато публиковать этот рассказ?
    - Нет! – воскликнула Анна. – Не рано! И чем быстрее его напечатают, тем лучше! Моей бабушке – 81 год, а вы хотите, чтобы она ждала публикации рассказа до 2050-го года! Я не спорила, когда вы сказали, что нельзя печатать рассказ раньше 14-го мая! Я поняла, что рассказом мы можем разрушить мир! Или погубить лично вас! Я не хочу, чтобы вы погибли, как люди, и превратились в литературных героев! Я не хочу вашей гибели! Но 13-го мая я уже провалюсь в прошлое! И кольцо времени замкнётся! И 14-го мая рассказ будет безопасен! Мистер Холмс! Разрешите вскрыть рассказ 14-го мая 2011 года! Рассказ утешит моих родителей! Ну, пожалуйста! Мистер Холмс!
    Я подумал, что Анна и Холмс так спокойно говорят о каких-то нитях и кольцах времени, как будто путешествия во времени стали обычным бытовым явлением.
    - Хорошо! – сказал Холмс. – Пускай, рассказ будет закрыт до 2011 года, а не до 2050-го! Анна! Я это делаю только из уважения к вашей бабушке! Надеюсь, я не совершаю ошибку! И в 2011 году рассказ, действительно, будет уже безопасным!

    
    38
     

    Прошло около недели. Я каждый вечер заезжал к Холмсу.
    Анна понемногу осваивалась в нашем времени. Холмс уже разрешил ей выходить самостоятельно из дома и делать покупки. Каждый день Анна и Холмс разговаривали. Анна старательно рисовала предметы из будущего и рассказывала о своём времени.
    Как-то Холмс сказал:
    - Анна! Я очень рад, что в прошлое провалились именно вы! Но, думаю, что от Макса я получил бы намного больше полезной информации! Очень жаль, что вы в своём времени не интересовались точными науками!
     

    39
     

    Прошло ещё два дня.
    В воскресенье вечером я заехал к Холмсу.
    Миссис Хадсон сказала, что его нет дома. Но Анна – дома.
    - Как вам она? – спросил я.
    - Очень приятная девушка! – ответила миссис Хадсон.
    А когда я постучался в квартиру, Анна крикнула:
    - Входите! Открыто!
    Я вошёл и замер на пороге.
    Передо мною стояла Анна. Но вы и представить себе не можете, в каком виде она была!
    Она оказалась в чёрных брюках и в светло-синей мужской рубашке!
    Вы знаете, что я – доктор. Среди моих пациентов есть как мужчины, так и женщины. И я видел много раздетых женщин. И они меня давно не смущали. Но, признаюсь, что брюки на девушке меня смутили. В первый момент я был так шокирован, что не мог найти подходящих слов.
    Но Анна совсем не была смущена.
    - Доктор Ватсон! – воскликнула она. – Рада вас видеть! Шерлок Холмс скоро придёт.
    Я, наконец, сумел заговорить.
    Я сказал:
    - Вы что - раздели Холмса и забрали его одежду?
    Но это, конечно, была шутка. Я прекрасно видел, что эти брюки и рубашка не могли принадлежать Холмсу. Холмс был выше Анны. И к тому же, Анна была очень стройной девушкой. Одежда, которая сейчас была на Анне, могла бы подойти только юноше, а не взрослому мужчине – Шерлоку Холмсу.
    Анна засмеялась и сказала:
    - Это мои вещи, а не Холмса!
    Я улыбнулся и произнёс:
    - Вижу, что Холмсу были бы малы эти вещи! Я смотрю, Холмс за вами плохо следит! Вы опять кого-то ограбили? То вы уносите шкатулку у старухи! То раздеваете мальчиков и забираете их одежду!
    Анна тоже улыбнулась:
    - И не надоело вам вспоминать шкатулку? Эти вещи я купила! Вы же знаете, что свои брюки я пожертвовала для экспериментов. А сегодня я пошла в магазин мужской одежды и выбрала то, что мне понравилось. Продавщице я сказала, что мне надо купить одежду для брата. Я сказала, что он живёт в деревне, мы с ним – двойняшки и очень похожи, и поэтому я буду примерять вещи на себя. Дорогой доктор Ватсон! Хочу вам сказать, что в вашем времени - вполне приличная мужская одежда! Я купила эти лёгкие брюки и ещё одни. И ещё несколько рубашек. И теперь я чувствую себя вполне комфортно. А то я всё время мучилась в вашей женской одежде!
    - В моей женской одежде! – засмеялся я. – Анна! Вы что-то путаете! Я не ношу женскую одежду! Это вы носите мужскую!
    Анна тоже засмеялась:
    - Я имела в виду не то, что вы ходите в женской одежде! Я говорила «ваша женская одежда» – в смысле «женская одежда вашего времени»! Вы посмотрите! Я ещё новые туфли купила! Кстати, тоже итальянские!
    Анна выставила ногу, и я увидел белые изящные туфли.
    - Смотрю, туфли-то у вас, всё-таки, женские, - сказал я и спросил. – У вас в будущем все женщины носят брюки?
    - Многие, - ответила Анна. – Точнее, у нас каждый одевается, как хочет. Иногда я могу ходить в брюках, иногда – в юбке. Как захочу!
    - А что скажет Холмс, когда вас увидит? – спросил я.
    Анна засмеялась:
    - Он уже меня видел. И сразу сказал: «Значит, теперь мне можно будет забрать туфли из будущего, раз появились новые!» Но свои туфли я ему пока не отдала!
     

    40

    
    Вскоре пришёл Холмс.
    - Привет! Шерлок! – сказала Анна.
    - Привет! – ответил Холмс.
    Я спросил:
    - Анна! Вы называете Холмса просто Шерлоком?
    Анна засмеялась:
    - Конечно! Я же – его сестра! Вы не забыли? Мне, например, нравится, что вы зовёте меня Анной! А миссис Хадсон упорно называет меня «мисс Дымченко», хотя мне не нравится, когда меня зовут по фамилии! Доктор Ватсон! Я хотела устроить совещание. Я всё собираюсь пойти работать. Хочу тоже зарабатывать свои деньги, чтобы не только тратить деньги Шерлока! У кого-нибудь есть идеи?
    Холмс сказал:
    - Торопиться с работой не стоит! Я способен одеть и прокормить одну сестру!
    - Между прочим, к вопросу об одежде! - сказал я. – Холмс! Как вы относитесь к тому, что Анна носит брюки?
    - Лично мне – всё равно, - сказал Холмс. – Дома пусть ходит, как хочет. Но на улице в таком виде показываться нельзя! Мы живём не в сибирской тайге! Лондон – это Лондон! Улица – не карнавал! Я не хочу, чтобы люди говорили, что у меня ненормальная сестра, которая разгуливает по городу в мужской одежде!
    - Послушайте! – сказала Анна. – Когда одежда была в магазине, она была мужской. Но я купила эту одежду! Теперь эта одежда – моя! Я – хозяйка этой одежды! И значит, эта одежда – теперь женская!
    - Анне не откажешь в логике! – засмеялся Холмс. – Согласен! Пускай, эта одежда – женская. Но мы живём в обществе и должны считаться с какими-то общепринятыми нормами!
    Анна вздохнула:
    - Я же говорила, что женщины у вас порабощены! А вы отрицали! Рабыня не может выйти на улицу без паранджи! А я не могу показаться на улице в брюках!
    - А она права! – засмеялся Холмс. – Женщинам у нас не так хорошо живётся, как мужчинам! Только сами женщины обычно этого не замечают!
    Анна откинула рукой свои длинные чёрные волосы и спросила:
    - Кто-нибудь придумал мне работу?
    - А чем бы вы хотели заниматься? – спросил я.
    - Пока не знаю, - ответила Анна.
    Я посмотрел на Анну. Я уже немного привык к тому, что она в брюках. И я понял, что она нарядилась в них не для бравады. Брюки не казались на ней карнавальным костюмом. Анна выглядела естественной в мужской одежде.
    - Я бы мог узнать у кого-нибудь в больнице… - сказал я. – Там всегда требуются сиделки. Вы бы хотели ухаживать за больными?
    - Нет! Что вы? – воскликнула Анна. – Это – очень тяжёлая работа!
    - Машинисткой работать вы, конечно, тоже не сможете, - сказал Холмс.
    - Для этого я плохо знаю английский язык, - сказала Анна.
    - А печатать на машинке вы умеете? – спросил я.
    - На компьютере, конечно, приходилось что-то печатать, но я по-русски там писала, - ответила Анна. – Наверное, и на машинке смогла бы печатать. Но только - по-русски. Или, в крайнем случае, по-французски. Может, мне переводчицей стать? С русского или с французского.
    - Как вам сказать? - заметил я. – Если бы вам приносили работу на дом, вы бы, конечно, могли переводить. Но я не уверен, что такую работу просто найти. Такой работы мало!
    Тут вмешался Холмс:
    - Ватсон хочет сказать, что реально найти только работу переводчика, который сопровождает какого-нибудь иностранца-путешественника. И переводчиком, в таком случае, бывает мужчина. Вы, например, не сможете сопровождать француза в его поездке по Англии! Француз не поверит, что девушка-переводчица – только переводчица! А мы с Ватсоном не будем ездить рядом с вами и охранять вас от посягательств этого француза! Представляете, Ватсон! Вы ни на шаг не отстаёте от француза и каждые пять минут твердите: «Она – только переводчица!»
    А я сказал:
    - А вы, Холмс, подходите к французу с другого фланга и повторяете: «И к тому же, она – моя сестра!»
    Анна засмеялась:
    - Может, мне учить детей?
    - Учительницам очень мало платят, - сказал Холмс.
    - А если давать частные уроки, как репетитор? – спросила Анна.
    - Тут, как повезёт, - ответил я. – Надо, чтобы нашлись состоятельные ученики.
    Анна сказала:
    – Нет! Я передумала! Не хочу учить детей! У меня нет педагогических способностей! Может, мне стать певицей? У меня хорошо получается петь в «караоке».
    - Спойте что-нибудь, - предложил Холмс.
    Анна не заставила себя упрашивать. Она вышла на середину гостиной и запела что-то по-русски. Я понял, что в брюках Анна выглядит не просто естественно, но и элегантно.
    Голос у Анны был приятный.
    - А вы можете петь громче? – спросил я.
    Она запела громче.
    - Всё, - сказала она. – Это - максимальный звук. Плохо, что у вас нет микрофонов!
    Мы с Холмсом переглянулись.
    - Нам понравилось! – сказал Холмс.
    - Браво! – сказал я.
    - Не обижайтесь! Но для театра - голос слабоват, - решил Холмс. – А петь в ресторанчике среди пьяниц – это не для моей сестры!
    Анна сказала:
    - Может, пойти работать продавщицей в магазин?
    - Там тоже мало платят, - заметил Холмс. – Подождите! Вспомнил! Одна моя богатая клиентка недавно говорила, что ищет горничную.
    - Я никогда не пойду в служанки к госпоже! – гордо заявила Анна.
    - А может, вам стать цветочницей? – спросил я. – Будете торговать цветами!
    - В магазине или на улице? – спросила Анна.
    - На улице, - ответил я.
    - Нет! Не хочу, - сказала Анна. – Лучше поступлю в магазин. Буду торговать одеждой или обувью.
    Мы перебрали ещё несколько вариантов работы, но все их забраковали.
    - Анна! У вас нет необходимости хвататься за первую попавшуюся работу! – сказал Холмс. – Со временем что-нибудь придумаем!
     

    41

    
    В четверг утром посыльный принёс мне записку от Холмса. Он приглашал меня пообедать в один клуб.
    В час дня мы встретились с Холмсом в клубе и заказали еду.
    - Как поживает Анна? – спросил я, хотя вчера вечером её видел.
    Холмс сказал:
    - Я хочу избавиться от Анны!
    - Что? – спросил я. – Что это значит – «избавиться»?
    - Ничего плохого! – ответил Холмс. – Но она мне начинает надоедать! Анна живёт в моей квартире уже две недели! Я хочу, чтобы она куда-нибудь уехала, но пока не решаюсь ей об этом сказать!
    Холмс замолчал, потому что нам принесли еду.
    Как только мы опять остались наедине с Холмсом, я спросил:
    - У вас с Анной что-то случилось?
    - Ничего! – хмуро заметил Холмс. – Но я привык жить один. Анна начала меня утомлять.
    - Холмс! – воскликнул я. – Не надо утверждать, что вы – какой-нибудь отшельник! Мы с вами жили в одной квартире. И я, по-моему, вас не утомлял! Анна не требует много денег и внимания!
    - Это она не требует внимания? – воскликнул Холмс. – Каждый день она говорит: «Шерлок! Сходим куда-нибудь!» Я уже ходил с ней в два музея, в ресторан и в театр! И ещё мы ездили кататься за город!
    - Я знаю, - сказал я. – Но что в этом плохого?
    - Ничего, - уныло сказал Холмс. – Но я уже откладываю ради Анны какие-то дела, которые не требуют срочного вмешательства!
    - Не думаю, чтобы Анна специально мешала вашей работе, - сказал я. – Она с огромным уважением относится к вашему таланту!
    - Она мне и не мешает! – сказал Холмс. – Наоборот, старается мне помогать.
    - Я не понял! – сказал я. – То вы говорите, что она надоела! То говорите, что она не мешает!
    - Ватсон! – мрачно сказал Холмс. – Я сегодня вечером приглашаю вас с женой в театр! Анна хочет познакомиться с вашей женой. Только вы, как всегда, придерживайтесь обычной версии – что Анна – моя кузина из России.
    - Я ни слова не сказал жене про Анну, - заметил я. – А жена меня уже спрашивала, почему в последнее время я каждый день езжу на Бейкер-стрит! Я отвечал, что мы расследуем одно очень запутанное дело.
    - Так и есть! – сказал Холмс.
    - Мне будет жаль, если Анна от вас уедет, - признался я.
    - Мне самому будет жаль! – отозвался Холмс.
    - Ну, и пусть продолжает жить у вас! – сказал я. – Постепенно привыкнете, что вы живёте не один!
    - Ладно! Я объясню, в чём дело! – сказал Холмс. – Я теперь выгляжу, как женатый человек. Мы всё время ходим куда-то с Анной! Её надо постоянно развлекать! Она не хочет сидеть дома! Она требует внимания! По-моему, миссис Хадсон подозревает, что Анна мне – никакая не сестра! А кроме этого я вижу, что Анна в меня влюбилась! Надо срочно её выгонять!
    Я засмеялся:
    - Холмс! Странная у вас реакция на то, что девушка в вас влюбилась! А вы уверены?
    - Уверен! – сказал Холмс. – Она уже сама готовит мне еду!
    Я посмотрел на свой бифштекс, но сразу же перевёл взгляд на Холмса.
    - Ну, возьмите и женитесь на Анне! – сказал я.
    - Нет! – отрезал Холмс.
    - А почему? – спросил я. – Анна – редкая девушка! И красивая, и умная! И вас полюбила! И помогает вам в экспериментах! Что вам ещё надо? Не каждая бы с интересом смотрела на ваши химические опыты! Вы никогда больше не встретите такой девушки! В-общем, делайте ей предложение и женитесь!
    - Нет! – сказал Холмс.
    - А почему? – спросил я. – Я же вижу, что она вам тоже нравится! Вы сейчас пытались меня убедить, что это Анна заставляет вас с ней везде ходить. Но я знаю ваш характер. Если бы вы не хотели идти куда-то с Анной, вы бы просто сказали ей «нет»! Холмс! Подумайте! Может, Анна специально послана вам судьбой?
    - Я только об этом и думаю! – сказал Холмс. – Может, и, правда, она послана мне судьбой?
    - Ну, вот видите! – обрадовался я. – Тогда прямо сегодня делайте ей предложение! Или сначала я сам могу поговорить с Анной! Хотите?
    - Нет! – сказал Холмс.
    - Но почему? – спросил я. – Я вам верю, что Анна в вас влюблена. Значит, отказа не будет. Или вы опасаетесь, что Анна будет считать, что вышла за вас замуж из чувства благодарности, а не по любви!
    - Нет! – сказал Холмс. – Я уверен, что она по любви согласилась бы выйти за меня замуж! Ватсон! Вы меня не поняли! Не буду скрывать, что Анна мне тоже небезразлична. Хотя я не могу сказать, что я в неё влюбился!
    - Если она вам небезразлична, этого уже достаточно для женитьбы! – заявил я. – Я и не ждал, что увижу вас когда-нибудь в образе пылкого влюблённого! У вас слишком рациональный склад ума! Вы не способны посвящать женщине все свои мысли и чувства!
    - Это точно! – хмыкнул Холмс.
    - Ну, и что вас смущает? – спросил я. – Почему вы не хотите жениться? Может быть, вы не можете простить Анне, что она взяла шкатулку у миссис Найт?
    - Нет! – улыбнулся Холмс.
    А я спросил:
    - Или вас смущает, что она поехала в лабораторию к малознакомому молодому человеку? Но Анна – ещё очень юная! Не надо строго её судить!
    - Подождите, Ватсон, - сказал Холмс. – Эти мелочи меня не смущают. Но в последние дни я много думаю о том, что Анна послана мне судьбой!
    - Ну, и прекрасно! – сказал я.
    - Подождите! – ответил Холмс. – Я постоянно нахожусь в одной квартире с девушкой, которая в меня влюблена! Да, она красивая! Да, она мне нравится! Но я смотрю на Анну и думаю, что она опаснее, чем целый королевский флот! Я её боюсь!
    Я начал смеяться и сказал:
    - Никогда не думал, что вы боитесь женщин!
    - Я их не боюсь! – воскликнул Холмс. - Но, вы, Ватсон, по-моему, забыли, кто такая Анна! Вы видите только её оболочку! Вы забыли, что она – путешественница во времени? И возможно, неслучайно судьба послала её именно ко мне. Когда я рядом с Анной, я тоже попадаю под её обаяние. Но я, в отличие от вас, всегда помню, кто она такая! Ну, хотите Ватсон, я её сегодня поцелую? И в эту же секунду мы с вами погибнем! Мы просто растворимся в воздухе! И вместо нас появятся литературные герои с нашими именами!
    - Я не хочу исчезнуть! – воскликнул я. – Я был военным врачом. Я был готов к смерти. Но я не хочу раствориться в воздухе ради поцелуя!
    Холмс невесело засмеялся:
    - Анна недавно вспоминала про русскую рулетку. Это, когда человек закладывает в барабан один патрон, а затем раскручивает барабан и стреляет себе в голову, не зная, будет выстрел или нет! Ситуация с Анной чем-то напоминает русскую рулетку.
    - Получается какой-то кошмар! – сказал я.
    - Точно! – кивнул Холмс. – В один день я подумаю: а что, если я поцелую Анну, погибну я или нет? Может, от одного поцелуя ничего не будет? Может, попробовать? Может, сыграть в русскую рулетку? Только на кону будет стоять не одна моя жизнь, а целый мир! А в другой раз я решу рискнуть человечеством и жениться на Анне! Мне, может, и в этот раз повезёт. А, может, и нет! Я не думаю, что удастся безнаказанно шутить с нитями времени! Тем более, мы знаем очень неприятный факт – в будущем у Анны мы исчезли как реальные личности, и превратились в книжных героев!
    - Вам нельзя жениться на Анне! – заявил я. – И вообще, вам нужно держаться от неё подальше!
    - Я об этом и говорю! – печально отозвался Холмс. – Я неделю назад отправил два письма. Я хочу найти для Анны подходящую работу подальше от Лондона. Сегодня или завтра, надеюсь, будут ответы. А если с этими вариантами ничего не получится, рассмотрим какие-нибудь другие…
    - Вам трудно будет расстаться с Анной? – спросил я.
    - Трудно, - ответил Холмс. – Но другого выхода просто не существует! Ватсон! Вы только Анне не говорите, что я её боюсь!
    - Конечно, не скажу! – воскликнул я.
    - Вечером увидимся в театре! – сказал Холмс.
     

    42
     

    На следующий день – в пятницу, но не 13-го числа – я собирался к Холмсу.
    - Очаровательная у него кузина! – сказала мне жена. – И я вижу, что она влюблена в Холмса! Может быть, скоро нас позовут на свадьбу!
    Я ответил:
    - Холмсу нельзя на ней жениться! Она же – его сестра!
    - Троюродная, а не родная! – сказала жена. – Мистер Броунс, например, женат на троюродной сестре!
     

    43
     

    В субботу днём посыльный принёс записку от Холмса: «Срочно приходите».
    Вскоре я был на Бейкер-стрит.
    - Наконец-то, Ватсон! – сказал Холмс.
    Ещё на пороге я услышал рыдания Анны.
    - Холмс! – воскликнул я. – Вы довели Анну до слёз!
    Анна сидела в кресле Холмса и безутешно плакала. Анна опять была в чёрных брюках. Но на этот раз рубашка на ней была не синяя, а светло-зелёная.
    - Она не хочет уходить! – сообщил Холмс.
    - Я понял, - сказал я. – Анна! Не надо плакать!
    - Шерлок меня выгоняет на улицу! – сквозь слёзы воскликнула Анна. – Ему на меня наплевать! Все знают, что мы в ответе за тех, кого приручили! А Шерлок меня приручил, а теперь выкидывает на улицу! Он подло со мной поступил! Он обещал мне быть братом и другом! А теперь выгоняет!
    - Я не верю, что Холмс выгоняет вас на улицу! – сказал я.
    - Я её и не выгоняю на улицу! – сообщил Холмс. – Анна хотела работать, и я нашёл ей хорошее место.
    - Он хочет отправить меня в Индию! – сообщила Анна.
    - Вы будете секретарём у профессора Уилфридса, - сказал Холмс. – Он – очень достойный человек! Через три дня он возвращается в Индию и возьмёт вас с собой. Вы будете жить прямо в его семье! Анна! Я старался найти место, которое пришлось бы вам по душе. Я же не предлагаю вам место горничной у жены профессора! Я знаю, что вы никому не хотите прислуживать!
    - Я готова работать! – сказала Анна. – Но неужели, вы не можете найти мне работу в Лондоне? Наверняка, и в Лондоне есть профессора, которым требуется секретарь!
    Анна перестала плакать.
    - Я придумала! – сказала она. – Шерлок! Я могу быть твоим секретарём! Я буду тебе помогать распутывать самые сложные преступления! Хорошо?
    - Нет! – заявил Холмс.
    - Я пойду умоюсь! – сказала Анна.
    Мы с Холмсом остались вдвоём.
    - Ну, и что с ней делать? – спросил Холмс.
    Я промолчал.

    
    44
     

    Холмс сказал:
    - Вчера Анна была недовольна тем, что я не взял её с собой в клуб. Я ей сказал, что женщин туда не пускают. И Анна опять говорила, что женщины у нас – как рабыни! И называла это дискриминацией женщин…
    Я сказал:
    - Может быть, удастся уговорить Анну поехать в Индию?
    - И не надеюсь! – сказал Холмс.
    И тут посыльный принёс для Холмса письмо.
    Посыльный ушёл, а Холмс прочитал письмо и сказал:
    - Это ответ на второе моё письмо. Может быть, Анна согласится хотя бы на эту работу!
    В этот момент вернулась Анна и сказала:
    - Шерлок! Ты не будешь меня больше выгонять из дома?
    - Я нашёл вам ещё одно место! – ответил Холмс.
    - Ты, всё-таки, хочешь меня выгнать? – воскликнула Анна. – Если ты не хочешь, чтобы я была твоим секретарём, я найду другую работу в Лондоне! Я начну зарабатывать деньги, и мне не надо будет никуда уезжать!
    - Поймите! Анна! Вам надо уехать! – сказал Холмс. – Мы не можем больше оставаться рядом! Я не хотел об этом говорить! Но скажу, так как не знаю, как вас ещё убедить! Анна! Если бы вы не пришли из будущего, я бы на вас женился! Но мы можем создать парадокс времени! И я погибну, как человек, и стану литературным героем! Вы же не хотите моей гибели! Правда?
    - Не хочу я ничьей гибели! – воскликнула Анна. – Ладно! Я уеду, если ты так ставишь вопрос! Я пожертвую своим счастьем! Но в Индию я не хочу! Есть что-нибудь поближе? Я могу уехать из этой квартиры, но жить в Лондоне!
    Холмс взмахнул письмом:
    - У меня – хороший вариант! Это – не Индия, а Франция!
    - Париж? – спросила Анна.
    - Нет. Не Париж, - ответил Холмс. – Это - небольшой городок недалеко от Парижа. У меня есть одна знакомая. Она – настоятельница католического монастыря в Аубасине.
    - Ты хочешь упрятать меня в монастырь? – воскликнула Анна. – Ты с ума сошёл!
    Я промолчал, но подумал что это – хорошая идея. Если Анна станет монашкой, она будет вести замкнутый образ жизни, и, возможно, она не порвёт нити времени необдуманными поступками! Но я не верил, что Анна согласится стать монашкой!
    - Подождите, Анна! - сказал Холмс. – Не волнуйтесь! Я не хочу, чтобы вы жили в монастыре. Но эта настоятельница – очень милая женщина. И однажды я ей помог. У вас, Анна, до сих пор нет документов. Я уже планировал купить вам фальшивые документы. Я знаю людей, которые занимаются такими фальшивками. Но сейчас вопрос с документами уже решился. Настоятельница монастыря вам поможет. И документы будут не фальшивые, а самые настоящие. А вы с этого момента считайте себя не русской, а француженкой.
    - К счастью, я прекрасно владею французским языком! – мрачно сказала Анна.
    - Вот видите, как всё удачно получается! – сказал Холмс. – Вы поедете во Францию. А я буду писать вам письма и помогать деньгами! Договорились?
    - Ладно! – кивнула Анна. – А откуда у настоятельницы монастыря лишние документы?
    Холмс объяснил:
    - При монастыре есть сиротский приют. Там жила одна девушка. Год назад она бесследно исчезла. Полиция её искала, но не нашла. Но настоятельница не стала отдавать её документы в полицию. Сейчас вы приедете во Францию, настоятельница передаст вам документы пропавшей девушки и заявит в полицию, что та девушка нашлась. Той девушке сейчас как раз бы исполнилось восемнадцать лет. То есть, даже возраст совпадает! Удачно? Правда?
    - По-вашему, я должна прыгать от счастья до потолка? – горько спросила Анна.
    А Холмс сказал:
    - Запомните! Теперь ваш год рождения будет - 1883-й! Настоятельница написала, что в приюте осталась сестра пропавшей девушки. Настоятельница убедила эту сестру, чтобы та признала вас пропавшей сестрой. И эта девушка даже не потребовала денег за молчание. Она сказала: «Может быть, моя сестра жива. И может быть, ей тоже кто-нибудь поможет в чужом краю!» Никто, кроме настоятельницы не знает, что вы - русская. И никто никогда не должен знать, что вы – из будущего!
    - А если пропавшая девушка вернётся? – спросил я.
    - Тогда придумаем что-нибудь новое! – ответил Холмс. – Девушка целый год не возвращается. Может, она уже никогда не появится!
    - Я всё равно скоро перееду в Париж! – заявила Анна. – Маленький городок – не для меня! И запомни, Шерлок! Я уезжаю во Францию только ради тебя! Я не хочу твоей гибели!
    - Я знаю, - сказал Холмс.
    Я опять поразился моральной силе, которая была заложена в этой хрупкой изящной девушке!
    А Холмс сказал:
    - В монастыре вы жить не будете. И в приюте – тоже.
    - А что мне надо будет делать? – спросила Анна.
    - Вы будете работать в швейной мастерской, - сказал Холмс. – Согласны?
    - Согласна! – ответила Анна. – Я вообще-то, никогда не увлекалась шитьём. В будущем я всегда могла купить, что захочу. Но здесь – в вашем времени - такая ужасная одежда, что есть, над чем поработать! Для начала надо укоротить юбки!
    - Вы думаете, хозяйка мастерской разрешит вам укорачивать юбки? – засмеялся Холмс.
    - Шерлок! – воскликнула Анна. – А если я уеду, ты не забудешь меня?
    - Никогда! – сказал Холмс.
    - А ты будешь мне писать часто-часто? – спросила Анна.
    - Буду! – ответил Холмс.
    - А ты обещаешь, что иногда мы будем с тобой видеться? – спросила Анна. – Хотя бы – раз в год! В Париже или в Лондоне!
    - Хорошо, - кивнул Холмс.
     

    45
     

    - Мне идти собирать вещи? – грустно спросила Анна.
    - Зачем уезжать прямо сейчас? – спросил Холмс. – Можно поехать и завтра, и через неделю.
    - Анна! – сказал я. – Мне будет вас не хватать!
    - Послушайте! – сказал Холмс. – Есть ещё один важный момент. И я даже не знаю, как о нём сказать! Но это придумал Герберт Уэллс, а не я. Когда мы с ним обсуждали парадоксы времени, он сказал, что девушка из будущего очень опасна!
    - Я это помню! – мрачно сказала Анна. – Я – опасна, и поэтому отправляюсь в ссылку во Францию! И ещё я никому не должна говорить, что я – из будущего!
    - И не только это! – произнёс Холмс. – Анна! Герберт Уэллс уверен, что вам нельзя иметь детей!
    - Вы, всё-таки, хотите отправить её в монастырь? – спросил я.
    - Нет! – сказал Холмс. – Но ей нельзя иметь детей! И возможно, нельзя выходить замуж!
    - Шерлок! – воскликнула Анна. – Ты придумал это из ревности! Я чувствую, что ты меня любишь! И сейчас действуешь, по пословице: «ни себе – ни людям!» Ты сам не можешь на мне жениться, потому что боишься погибнуть. Но ты ревнуешь меня к другим мужчинам, и запрещаешь мне выходить замуж и иметь детей! Да, кто ты такой, чтобы мне что-то запрещать?!
    - Холмс! – сказал я. – Любая девушка мечтает о детях! Анна – такая красивая! Ты хочешь, чтобы она всю жизнь была одинокой?
    - Не я этого хочу! – ответил Холмс. – Анна! Вы – уникальная девушка! И вы способны меня понять! Вам нельзя иметь детей! Это придумал не я, а Герберт Уэллс! Но я с ним согласился. Если у Анны родится ребёнок, он может поехать в Россию и там жениться на русской девушке. И Анна может оказаться своею собственной прабабушкой! Возникнет новый парадокс времени! И все мы погибнем – в том числе, и Анна!
    - У Маркеса есть книга - «Сто лет одиночества», - сказала Анна. – А ты, Шерлок, приговорил меня к более крутому одиночеству! Мало мне того, что я отброшена в прошлое на сто десять лет назад! Мало того, что я никогда не увижу свою семью! Так ты, Шерлок, ещё и запрещаешь мне создать свою личную семью! А что ты будешь делать, если я тебя не послушаюсь? Я - не твоя рабыня! Если захочу, я выйду замуж и рожу ребёнка!
    Холмс криво улыбнулся и сказал:
    - Анна! Вы – русская! Я вижу, вы хотите сыграть в русскую рулетку! Рискните! Попробуйте! Может быть, вам повезёт! Но, скорее всего, как только ваш ребёнок появиться на свет, мы все погибнем! А возможно, погибнет и весь наш мир вместе с вашим ребёнком! Понятно?
    - Я-то всё поняла! – крикнула Анна. – Но для чего ты мне об этом рассказал? Ты специально мне это рассказал, потому что ревнуешь меня! Лучше бы я ничего не знала! Тогда бы я родила ребёнка! И может быть, ничего бы не случилось! А теперь ты отравил мой мозг своими идеями! Наверное, ты прав, что мне нельзя иметь детей! Но что мне делать? Я – одна в этом мире! Ты меня выгоняешь! А я хочу найти мужчину, который будет меня защищать и оберегать! Ты понял?
    - Анна! – сказал Холмс. - Я вас не брошу! Я всю свою жизнь буду вам помогать!
    - И на мою помощь вы всегда можете рассчитывать! – произнёс я.
    - Спасибо, - сказала Анна. – Но я говорила не об этом!.. Я пойду собирать вещи. Решение принято! Я не хочу затягивать прощание. Уеду прямо сегодня! Пиши, Шерлок! Кстати, какая сейчас обстановка на границе с Францией? Меня пропустят во Францию без документов? Или Шерлоку придётся покупать мне временные фальшивые документы?
    Холмс сказал:
    - Анна! Мы решим все вопросы! Не волнуйтесь! И вы поедете завтра, а не сегодня! Хорошо?
    - Ладно! – сказала Анна.
    - Я хочу завтра прийти на вокзал и проводить Анну! – печально произнёс я. – Вы мне обязательно сообщите, во сколько будет поезд!
    - Анна! – сказал Холмс. – Я поеду с вами во Францию. И провожу вас прямо до места. Хочу всё проконтролировать и убедиться, что вы благополучно добрались до швейной мастерской!
    Анна слабо улыбнулась:
    - Спасибо и на этом!
    А я сказал:
    - С этого дня вы – француженка! Интересно, какое теперь у вас будет имя?
    - Так я же его знаю! – сказал Холмс. – Новое имя Анны настоятельница сообщила мне в письме. Только я его с первого раза не запомнил. Сейчас прочитаю.
    Холмс достал письмо из конверта и сказал:
    - Анна! Запоминайте своё новое имя: Габриэль Бонёр Шанель!
    - Что? – воскликнула Анна. – Вы хотите сказать, что теперь я – Коко Шанель?
    - Нет! – сказал Холмс. – Не Коко Шанель, а Габриэль Бонёр Шанель!
    - Это – одно и то же! – сказала Анна. – Плохо, что в своём времени я почти ничего не знала о Коко Шанель! Если бы я предполагала, что так всё получится, я бы заранее изучила её биографию!
    - О ней было известно в будущем? – спросил Холмс. – Что вы о ней знаете? Она – реальный человек или литературный герой?
    - К сожалению, я почти ничего о ней не знаю! – сказала Анна. – Но она – реальный человек! Она была модельером. И добилась того, чтобы женщины начали носить удобную одежду! И, по-моему, это она ввела моду на короткие юбки!
    - Получается, что Шанель - это вы! – воскликнул Холмс. – Вам сразу не понравилась здешняя одежда!
    - И ещё Шанель создала духи «Шанель», - сказала Анна. – А больше я о ней ничего не знаю!
    - А дети, семья у неё были? – заинтересовался я.
    - Я не знаю, - ответила Анна.
    - Послушайте! – произнёс я. – Анна! Вы только сразу не вводите в моду мужские брюки! Не забывайте про парадоксы времени!
    Холмс кивнул:
    - Надо, чтобы ваши новинки казались естественными! Не торопитесь, Анна! Действуйте постепенно! А ещё лучше, если по важным вопросам вы всегда будете советоваться со мной!
    - Шерлок! – ответила Анна. – От тебя не дождёшься хороших советов! Ты меня ревнуешь и поэтому запугиваешь и запрещаешь мне иметь детей!
    - Анна! Это вы в меня влюбились и всё время пытаетесь меня соблазнить! – заявил Холмс.
    - Я, пожалуй, пойду, - сказал я. – Меня ждут пациенты!
    - Обязательно приходите завтра на вокзал! – воскликнула Анна. – Кто знает, когда мы снова увидимся?
     

    46
     

    Увиделись мы уже в Париже.
    Да. Анна перебралась в Париж. Но теперь все зовут её – Коко Шанель.
    Она передаёт своей бабушке и родителям в городе Н-ске, что у неё всё благополучно. Не волнуйтесь за неё!
    А сейчас, когда я дописал этот рассказ, я запечатаю его до 2011 года.
    Но я хочу написать ещё один рассказ об Анне. О том, как сложилась её жизнь во Франции. И этот второй рассказ я запечатаю до 2013 года.
     

    47
     
    Новый комментарий нотариуса
     
    Уважаемый редактор!

    Когда вы будете публиковать рассказ доктора Ватсона, пожалуйста, напечатайте в конце данный комментарий.
    Это очень важно!
    Прошу не печатать моё имя и город проживания. Пусть просто значится – «нотариус» - и всё.
    Изложу суть событий.
    Как вы знаете, 14 мая 2011 года конверт доктора Ватсона был вскрыт в присутствии двух свидетелей.
    Потом я прочитала рассказ из конверта.
    Я сразу поверила доктору Ватсону. Я знала, что он – очень порядочный и серьёзный человек. Он не был склонен к розыгрышам. Я многое знала о его жизни. Я даже была на его могиле!
    В рукописи Ватсон упомянул и второй рассказ, но в нашей нотариальной конторе нет второго конверта доктора Ватсона. Возможно, конверт хранится у какого-нибудь другого нотариуса.
    Я сразу же передала рукопись своему референту, сказала, чтобы она набрала текст на компьютере и чтобы постаралась не делать опечаток.
    После этого я села к соседнему компьютеру и вышла в Интернет. В «поисковике» я сначала написала «Шерлок Холмс», а потом – «доктор Ватсон». Информации о них было очень много! Я не стала всё подряд читать. Я увидела, что основные факты их биографий я и так знаю. Особенно хорошо я знала биографию доктора Ватсона.
    Понятно, что часто в Интернете тоже бывают ложные факты и клевета об известных людях. И эта клевета перекочёвывает из статьи – в статью. Но сейчас меня не интересовали мелкие детали, которые могли оказаться сплетнями и клеветой. Меня интересовало главное: ещё раз убедиться, что вскрытие конверта, принадлежавшего реальному человеку – доктору Ватсону, – не привело к исчезновению этого человека и превращению его в литературного героя.
    Интернет позволил мне убедиться, что Холмс и Ватсон – реальные люди. Я поняла, что нити времени не были разорваны!
    То, что я прочитала рассказ Ватсона, похоже, никак не повлияло на нашу реальность!
    Потом я нашла информацию о Конан Дойле. Он тоже был реальным человеком, но нигде не значилось, что он что-то написал о Холмсе. Среди его работ были перечислены: «Затерянный мир», «Белый отряд», пьеса «Ватерлоо» и другие произведения.
    И, наконец, я написала в «поисковике» «Коко Шанель». Появилось много ссылок. Но они, практически, повторяли одну и ту же информацию.
    Она сводилась всего к двум строчкам:
    «Коко Шанель - настоящее имя Габриэль Бонёр Шанель (1883 – 1971), создала духи «Шанель № 5», парфюмер.»
    В одной заметке было добавлено: «Правами на духи «Шанель № 5» обладает внучка Коко Шанель».
    В другой заметке я увидела чёрно-белую фотографию. Фотография была явно старинная и, к тому же, - плохого качества. На такой мелкой фотографии черты лица трудно было различить. Но у девушки на фотографии были длинные чёрные волосы! Наверняка, это была Анна!
    Я подумала: «В заметке упоминается внучка Шанель. Значит, Анна не послушалась Холмса. И родила ребёнка. Интересно, кто был отцом ребёнка! У Холмса в биографии точно не значилось ни жён, ни детей…»
    Я вышла из Интернета и задумалась.
    Мне стало не по себе!
    Холмс опасался, что обнародование рассказа в 2011 году может тоже повлечь за собой парадоксы времени!
    Ватсон с Холмсом закрыли рассказ до 2011 года.
    А теперь судьба рассказа была в моих руках!
    Я думала.
    Получалось, что прямо сейчас семья Анны разыскивает пропавшую дочь, а в одной из лабораторий Н-ского Академгородка есть машина времени. Но, скорее всего, она разрушилась при переходе Анны в прошлое!
    Мне не было поручено разыскивать родителей Анны. И я не буду их искать, – решила я.
    Но я должна была выполнить волю доктора Ватсона и организовать публикацию рассказа! Я – нотариус. Но сейчас мне хотелось нарушить свой долг и спрятать рассказ Ватсона минимум лет на десять!
    Я думала.
    Если я отправлю рассказ редактору, то кто-нибудь разыщет родителей Анны или этого Макса из лаборатории. И возможно, это порвёт нити времени!
    Без рассказа Ватсона события развивались бы по одной линии: если машина времени не поломалась, никто бы даже не узнал о путешествии во времени. Если бы Макс о нём и рассказал, то только охраннику, но уж никак не своему шефу! А если машина времени сломалась, то Макс, тем более, ни в чём не захочет признаваться!
    Если я спрячу рассказ Ватсона, так всё и останется.
    А если я организую публикацию рассказа, то шеф Макса и семья Анны узнают о переходе во времени, нити времени порвутся, и дальнейшие события начнут развиваться совсем по-новому!
    И Холмс с Ватсоном исчезнут, как реальные личности, и превратятся в вымышленных персонажей!
    Я думала.
    Рассказ существует – это факт.
    И может быть, для того, чтобы нити времени не порвались, я как раз должна опубликовать рассказ.
    И в этом случае, если я его не опубликую, кольцо времени не замкнётся и мир изменится!
    А если рассказ просто уничтожить?
    Я представила, как поджигаю рукопись, и в тот же момент множество людей исчезают с лица Земли!
    Уничтожать рассказ точно нельзя!
    Надо решить, отправлять его редактору или пока спрятать!
    Кстати, мой референт в эту минуту перепечатывала рассказ на компьютере!
    - Никому не говори об этом рассказе! – приказала я. – Это – служебная тайна!
    - Хорошо, - ответила референт.
    Я знала, что на неё можно положиться.
    Я думала про Холмса и Ватсона.
    Они закрыли рассказ на сто лет.
    Но, тем самым, эти двое сильных мужчин переложили именно на меня ответственность за судьбу нашего мира!
     
    Утром 16-го мая рассказ был перепечатан.
    Я спрятала подлинник в сейф и снова вышла в Интернет.
    Всё было в порядке: Холмс и Ватсон – реальные люди, а Коко Шанель – создатель духов. По-моему, в мире ничего не изменилось.
    А рассказ прочитали уже двое – я и мой референт.
     
    Днём 16-го мая я приняла решение опубликовать рассказ доктора Ватсона.
    Я подумала: «Надеюсь, этим я не порву нити времени, о которых говорил Шерлок Холмс!»
    Я выслала редактору рассказ по Интернету. Вместе с рассказом был мой небольшой комментарий.
     
    Сегодня, когда я пишу эти слова, – вторник, 17-е мая 2011 года.
    Только что я вышла в Интернет.
    Но там всё очень изменилось!
    Похоже, из-за того, что я выслала рассказ редактору, возник парадокс времени! Похоже, я всё-таки порвала нити времени!
    Надо было спрятать рассказ ещё лет на пятьдесят!
    Если верить Интернету, теперь Холмс и Ватсон – литературные герои. Их придумал Конан Дойль! У него оказалось множество произведений про Шерлока Холмса, но «Затерянный мир» и пьеса «Ватерлоо» тоже упоминаются среди его работ.
    Я сказала своему референту:
    - Небольшая проверка эрудиции! Как, по-твоему, Шерлок Холмс и доктор Ватсон – реальные люди или придуманные герои?
    - Конечно, реальные люди! – быстро ответила сотрудница. – Нет! Подождите! Конечно, они - литературные герои! Про них написал Конан Дойль! Забавно! В первый момент я была уверена, что они когда-то реально существовали! Похоже, это шутки моего подсознания! Наверное, в детстве я верила в Шерлока Холмса и в эльфов… И поэтому в первую секунду я ответила так, как подсказало моё подсознание!
    Я кинулась к сейфу, предчувствуя, что не найду рассказа! Так как Ватсон теперь считается вымышленным персонажем, то как он мог написать реальный рассказ?
    Но к моему удивлению, подлинник рассказа Ватсона сохранился в закрытом сейфе! И конверт тоже сохранился!
    Понятия не имею, что это значит!
     
    Я закрыла сейф с рассказом на два замка и вернулась к компьютеру.
    Осталось узнать, какая информация есть в Интернете о Коко Шанель! О ней и раньше-то было немного написано – всего две строчки. Я опасалась, что сейчас пропала и эта информация, и Коко Шанель (она же - Анна) просто исчезла из реальности!
    На этот раз «поисковик» выкинул мне множество ссылок на статьи о Коко Шанель. Я «провалилась» в одну статью, в другую, в третью… И я поняла, что нити времени порвались, и мир переменился!
    Я сразу же увидела несколько чётких фотографий Коко Шанель. Мне Коко Шанель показалась печальной и задумчивой. У неё были чёрные волосы, но на двух фотографиях они оказались довольно короткими. Вы сами сможете найти её фотографии в Интернете.
    Я начала читать статьи и убедилась, что Коко Шанель – это Анна, которая так и не смогла вернуться в наше время!
    Чтобы и вы в этом убедились, я сейчас просто «надёргаю» цитат из Интернета.
    Сегодня – 17 мая.
    И вот что сегодня написано о Коко Шанель:
    «Коко Шанель - настоящее имя Габриэль (или Габриель) Бонёр Шанель (1883 – 1971). Родилась в 1883 году, хотя утверждала, что родилась на 10 лет позже - в 1893 году»
    Комментарий нотариуса: Холмс её предупреждал, что если она будет говорить: «год рождения - 93-й», все поймут, что это – 1893-й.
    Ещё цитаты:
    «Коко Шанель – реальная, настоящая, живая женщина – была всегда очень скрытной и таинственной и создавала миф о себе, который не раскрывала до конца. Она прятала свой возраст, свое родство, место своего рождения, происхождение своей семьи, образование и даже связи с мужчинами…»
     «Шанель пришлось провести целых семь лет в сиротском приюте при католическом монастыре в Аубасине. Здесь Коко овладевает швейным мастерством. В 18 лет Коко начинает работать в местной швейной мастерской…»
    «В 18 лет Коко устроилась продавцом в магазин одежды…»
    «В свободное время она пела в кабаре. Она любила исполнять песенку «Коко», после чего и получила свое прозвище Коко, закрепившееся на всю жизнь. Коко не блистала в качестве певицы, но была очень привлекательной. Один офицер был очарован ею, когда увидел её выступление. Она переехала к нему в Париж, но вскоре ушла к английскому промышленнику…
    В 1910 году, благодаря финансовой помощи мужчин, она открыла свой первый магазин в Париже…»
    «Она много говорила о своей состоятельной семье, о воспитании, о дворцах, о замечательном детстве в удивительном городе… И всё это было полной ложью!»
    Комментарий нотариуса: Кому-то проще всего было написать о том, что воспоминания Коко были ложью! Этот человек и не пытался разобраться в ситуации! А вы представьте себе одинокую девушку, заброшенную в прошлое и навсегда оторванную от семьи и друзей! И этой девушке запрещают иметь даже воспоминания о родном мире, утверждая, что это – ложь!
    Новая цитата:
    «Детство и период ее юности покрыты тайной. Она создавала свою легенду собственными руками, добавляя факты, сбивая с толку биографов. Габриэль отбросила, как ненужный хлам, 10 лет своей жизни и, осознав это, почувствовала, что у нее теперь гораздо больше времени... Своей судьбой она доказала: будущее не вытекает из прошлого, в любой момент можно собственную карьеру начать и построить заново...»
    Комментарий нотариуса: А эта цитата, по-моему, прямо намекает на то, что Шанель провалилась в прошлое из будущего!
    Ещё цитаты:
    «Мода этого времени совершенно не подходила Шанель. Кутюр 1900-х годов – это платья, страшно неудобные для повседневной носки... Шанель всегда говорила, что ей они были неудобны…
    Коко сделала себе короткую стрижку...
    Известно, что Коко Шанель избегала рассказывать о своей биографии, и ей всячески приходилось менять ее…
    Она – яркий талант… легендарная женщина… великий кутюрье…
    Основательница самого известного и шикарного модного дома…
    У неё было много любовников…
    Она заложила традицию бессменной элегантности, не поддающейся влиянию времени...
    Идеи, которые Шанель воплотила в начале XX века, оказались поистине революционными: она освободила женщин от удушающих корсетов, длинных пышных юбок, экстравагантных шляп и замысловатых украшений...
    Она предложила женщинам короткую стрижку, юбки в складку, женские брюки и блейзеры, простые блузки рубашечного покроя...
    Она постоянно что-то изобретала...
    Она была удивительно работоспособна и энергична…
    Она создала духи «Шанель № 5»...
    Шанель всегда восхищалась русскими…
    В создании духов ей помогал русский эмигрант Эрнст Бо...
    В 1920-м она познакомилась с известным русским композитором Игорем Стравинским - эмигрантом из России. Коко на первое время предоставила ему свои апартаменты...
    У неё был роман с Великим князем Дмитрием Павловичем Романовым - двоюродным братом последнего русского царя... Великий князь перезнакомил Шанель с представителями самых громких фамилий из числа русских эмигрантов...
    Шанель давала русскому Дягилеву крупные суммы денег для поддержания его балетной труппы… Дягилев сказал: «Коко – единственная из женщин, на которой я бы, не задумываясь, женился хоть сейчас…»
    Шанель была знакома с такими знаменитостями, как Пикассо, Ренуар, Грета Гарбо, Марлен Дитрих, Черчилль, Сальвадор Дали...»
    Комментарий нотариуса: А про Шерлока Холмса и доктора Ватсона ничего не написано, так как они исчезли из реальности!
    Ещё цитаты:
    «Она объявила: «Я изобрела маленькое черное платье»...
    Она стала одной из знаковых фигур ХХ века…
    Коко сказала, что привыкла делать одежду удобную для женщин, что большинство модельеров – это мужчины, и они делают очень неудобную одежду. Критикуя их, она предложила модельерам-мужчинам поносить одежду, которую они сами сделали, и убедиться, насколько это тяжело...
    Она очень любила мужскую одежду…
    Дамы, пришедшие к ней в гости, сначала были крайне удивлены, увидев Шанель на коне в мужских брюках. Но позже, за ужином они признали, что брюки и женщина — очень хорошее сочетание. В один день Шанель превратилась для жительниц близлежащих имений в законодательницу моды…»
    И ещё цитаты:
    «Интересно, что у неё всегда было большое количество романов и интриг, но все они так и не закончились чем-то серьёзным. Замужем она не была. Детей у Шанель не было. Предложения ей делали довольно часто. Однажды герцог Вестминстерский попросил ее руки, на что она с характерной для нее иронией ответила: «На свете тысячи всяких герцогинь, но лишь одна Коко Шанель»…
    Шанель была то неотразимо кокетлива, то чрезвычайно резка, прямолинейна, даже цинична. Она казалась окружающим целеустремленной, уверенной в себе...
    Она стала знаменитой не только благодаря своей деятельности в мире моды, но и многочисленным любовным романам с представителями высшего света…
    Она сказала: «Мне плевать, что вы обо мне думаете! Я о вас не думаю вообще!»…
    Влияние Коко на высокую моду было настолько сильным, что её - единственную из истории моды - журнал «Тайм» внёс в список ста самых влиятельных людей XX века…
    Она создала массу новинок, но, прежде всего, образ женщины, который до нее никто и представить себе не мог...»
     
    Комментарий нотариуса:
    Наверное, хватит цитат!
    Если хотите, сами находите и читайте статьи о Коко Шанель…
    Я вижу, что Коко Шанель – это точно Анна!
    А вы убедились в этом?
     
    Честно говоря, меня волнует, что вчера в Интернете было совсем мало информации про Коко Шанель, а сегодня всё изменилось! И вчера в заметке упоминалась внучка, а сейчас написано – детей не было!
    Понятно, что произошёл парадокс времени!
    И я сейчас всматриваюсь в фотографии Коко Шанель и думаю: «Что чувствовала она в мире прошлого? И каким стойким характером надо обладать, чтобы не просто вписаться в чужой мир, но и изменить его?»…
    Может быть, среди читателей есть специалисты по парадоксам времени? И они смогут понять, почему у меня сохранилась память о том, что Холмс и Ватсон – реальные люди, и почему не исчез подлинник рассказа Ватсона!
    А, может быть, кто-нибудь кроме меня тоже помнит о том, что Холмс и Ватсон когда-то реально жили в Лондоне?
    Или кому-то кажется, что совсем недавно у него были какие-то родственники и друзья, а сегодня они выглядят лишь воспоминаниями из полузабытых книг или фильмов!..
    Лично я не могу оценить результаты возникших парадоксов времени! К тому же я – не специалистка!
    Из-за рассказа Ватсона порвались нити времени. И есть опасность, что сейчас наш мир находится в нестабильном состоянии, и очередное кольцо времени ещё не замкнулось! И я не представляю, какие последствия это может вызвать!
    Но всё-таки, хочется верить, что перемены уже закончились и ситуация стабилизировалась. Может быть, нити времени не будут больше рваться!
    Из-за парадоксов времени в мире исчезло минимум два человека – Холмс и Ватсон, и появилась одна выдающаяся женщина – Коко Шанель – она же Анна.
    Ещё цитата:
    «Прелесть Коко Шанель заключалась в ее особенной красоте, оригинальном, тонком уме и выдающемся характере, где любовь к свободе сочеталась с беспрестанной тягой к одиночеству…»
    И почти никто не знал, что в жизни Коко Шанель была одна искренняя безответная любовь – Шерлок Холмс…
     

    К о н е ц

  Время приёма: 22:06 18.05.2011