19:23 29.08.2019
Отпечатан тираж 39-ого выпуска.
Заказы отправляйте Татьяне Левченко (ака Птица Сирин).
Или на reglav @ rbg-azimut.com
Поздравляем писателей и читателей с этим событием.


17:23 11.08.2019
Вітаємо переможців 50-ого конкурсу!

1 Юлес Скела am017 Річку перескочити
2 Shadmer am018 Интересная жизнь
3 Панасюк Сергій am002 Краплі дощу


   
 
 
    запомнить
     
Регистрация Конкурс фентезі Приём рассказов

Автор: Солярис Количество символов: 53584
18 Тьма-10 Финал
рассказ открыт для комментариев

i006 ХРУСТАЛЬНЫЕ НЕБЕСА


    

    1.
    - Пятнадцать секунд до запуска двигателя, - сообщила Искра обычным буднично-деловым тоном. – Даю обратный отсчет времени. Десять, девять, восемь…
    Пять человек в кабине космического корабля приготовились к старту.
    Командир корабля Станислав Макарьев положил ладонь правой руки на сенсор переключения управления. На всякий случай. Если вдруг… И допустим, что Искра сама не справится с этим «если вдруг», и ему, человеку, придется помогать бортовому компьютеру с искусственным разумом.
    Врач и экзобиолог Тань Жи Лин сглотнула образовавшийся в горле ком, и покосилась на лунный шар за стеклом иллюминатора. «До свиданья, старушка Луна, - легкая улыбка скользнула по нервно сжатым губам. – Прошло уже сто лет, как люди впервые прогулялись по твоим просторам. Теперь нам суждено пойти дальше. Туда, за холодный и мрачный Плутон…»
    Чеслав Сэмюэль Волянецкий всем своим видом излучал олимпийское спокойствие. Бортовые системы космического корабля «Прометей» - тьфу, тьфу, чтобы не сглазить! - работают нормально. А что еще нужно пилоту для маленького пилотского счастья? Чеслав поерзал спиной, поудобнее устраиваясь в кресле-ложементе.
    «Запустится с первой попытки или нет? – физик Красимир Боев, напротив, был напряжен, как натянутая струна. – Если нет, все труды последних лет гималайскому медведю под хвост. Под хвост, которого у медведя нет… Гиперпространственный двигатель должен быть абсолютно надежен. Иначе это не двигатель, а черт знает что!»
    Киберинженер Колпана Шарма прикрыла глаза и про себя читала текст молитвы. Она была абсолютно уверена в надежности ее Искры. Это был лучший компьютер с искусственным разумом, созданный в их институте за последние годы. Если не подведет компьютер – не подведет и весь корабль. Значит, настоящая опасность может  прийти только откуда-то извне, из этого черного, бездонного и страшного космоса. А что лучше всего защищает от неизвестной опасности, как не обычная молитва? Даже если ты – доктор философии и Нобелевский лауреат…
    - …Три, два, один! – Искра сделала паузу на почти неуловимое мгновение и все тем же абсолютно спокойным голосом произнесла:
    - Запуск основного двигателя! Старт!
    - Поехали! – Макарьев едва успел бросить в эфир традиционное стартовое слово, как мир вокруг перестал существовать.
    Кабина корабля вывернулась наизнанку, расползлась в стороны, растянулась и равномерным слоем охватила Вселенную. Это было очень странное ощущение: осознать себя чем-то, во что заключены бесчисленные миллиарды сияющих звезд и россыпи миллионов галактик.
    «Мы сейчас похожи на огромное яблоко, - подумал Чеслав Сэмюэль Волянецкий, рассматривая Вселенную со стороны. Мысли были предельно ясными, но ползли со скоростью улитки. – Корабль и наш экипаж – это яблочная кожура. А все мироздание, звезды и галактики, – это мякоть».
    Тань Жи Лин Вселенная представилась огромной движущейся черной лентой, искрящейся бесчисленными огоньками небесных светил. Тань поняла, что она лишь тоненькая ниточка в этой змеящейся среди бесконечности спирали.
    Красимир Боев улыбался во весь рот и больше всего боялся чихнуть: уж очень забавно кружились золотистые пылинки звезд около его вытянувшегося на сотни парсеков носа.
    «Я существую, следовательно, я мыслю. Я мыслю, следовательно, я существую, - сказала себе Колпана Шарма. – Если существую я, то существует и Вселенная. Потому что я же должна из чего-то состоять, правда? Я состою из этой Вселенной!»
    «Сенсор управления сейчас, наверное, где-то в районе Туманности Андромеды, - решил Макарьев, осматривая окружающий мир. – А где же гипердвигатель? Вот он, родимый! Спрятался в скоплении квазаров! Шалунишка! Раз, два, три, четыре, пять… Я иду искать!»
    «…Шесть, семь, восемь, - Искра продолжила счет секунд, которые прилетали откуда-то из межгалактических пространств. – Непонятные ощущения… Разве провода могут быть треугольными и течь в электричестве?»
    Мир вертелся внутри растянувшегося корабля, перетекал от борта к борту, змеился расходящимися и спутывающимися лентами…
    Это состояние вселенского хаоса длилось несколько миллиардов лет. Или всего один миллион лет? А может быть, ровно год? Пару секунд? Или всего лишь ничтожную долю самой маленькой части секунды?
    Вселенная вдруг извернулась в немыслимом пируэте и снова окутала собой корабль, поглотила его, вогнала в обычные размеры. И отхлынула, словно морская волна от каменистого берега, ушла снова за прозрачные стекла иллюминаторов.
    Красимир Боев сделал глубокий вдох и закашлялся. Было приятно снова ощутить себя человеком нормальных размеров.
    Тань Жи Лин сжимала и разжимала пальцы на руках. Это простое движение почему-то доставляло ей огромное и ни с чем не сравнимое наслаждение.
    «Я, наверное, со стороны выгляжу сейчас совершенно по-дурацки, - всполошилась Колпана Шарма. – Нужно немедленно добраться до каюты, умыться и подправить макияж!»
    - Мы прибыли в конечный пункт, ребята! – радостно сообщил Станислав Макарьев, скользнув взглядом по панели информационной индикации, которая услужливо зажглась на пульте. – Остановка «База «Харон»!
    - Я уже давно собирался слетать к Плутону! – Чеслав Сэмюэль Волянецкий щелкнул замком под подбородком, сдвинул на лоб стекло гермошлема скафандра и принялся расчесывать большим пальцем правой руки свои густые седые усы. – Ну, что у нас там, за окошком? Где Харон?
    Он повернул голову влево и потянулся к иллюминатору.
    И в это мгновение Искра взвыла сигналом аварийной тревоги.
     
    2.
    - Тьма, - сообщил Чеслав Сэмюэль Волянецкий, выглянув в иллюминатор. – Тьма кромешная…
    - Ребята, кажется, невесомость исчезла, - взволнованно произнесла Колпана Шарма. – Мы в каком-то гравитационном поле!
    Станислав Макарьев молча достал из нагрудного кармана леденец в пестрой обертке и слегка подбросил его вверх. Конфета описала в воздухе параболу и упала ему на колени.
    Красимир Боев не спеша отстегнул ремни безопасности и неуклюже выбрался из ложемента. Осторожно ступая по стенке кабины управления, внезапно ставшей полом, подошел к боковому обзорному окну и констатировал:
    - За бортом темень. Ничего не видно. Хоть глаз выколи!
    Пять человек в кабине космического корабля с удивлением таращились вокруг. Случилось нечто странное.
    - База «Харон», вызывает «Прометей», - Станислав Макарьев чуть подался вперед и пробежался пальцами по сенсорам систем связи на пульте. – База «Харон», ответьте!
    Динамик издал короткий мелодичный звук, и Искра звонким голосом сообщила:
    - Командир, связь с базой «Харон» отсутствует. Полное молчание по всем каналам. Я включила постоянный экстренный вызов.
    - Хорошо, - Макарьев рассеяно кивнул. – Если ответят – сигнал немедленно сюда. В дешифрованном виде, разумеется.
    - Кто-нибудь может толком объяснить, что случилось? – Тань Жи Лин нетерпеливо заерзала в кресле. – Где мы?
    Красимир Боев неопределенно пожал плечами:
    - После включения двигателя мы должны были попасть в гиперпространство… А потом вынырнуть за Плутоном, недалеко от базы «Харон». Но, по-моему, наш «Прометей» оказался где-то в другом месте!
    - Искра, прошу дать подробный анализ внешней среды, - голос киберинженера Колпаны Шарма прозвучал совершенно спокойно. Макарьев бросил на нее заинтересованный взгляд и получил в ответ ободряющую улыбку.
    Искра  отозвалась немедленно:
    - Сила тяжести – единица. Никаких объектов в пределах видимости нет. Полная темнота.
    - Ничего нет? – антрацитово-черные брови Красимира Боева взметнулись вверх. – Совсем ничего?
    - Ничего, - подтвердила Искра. Макарьеву почудился в ее словах легкий нервный смешок. – Совершенно ничего, Красимир. Абсолютная пустота.
    - Искра, прошу уточнения, - Колпана чуть повысила голос. – Какая степень чистоты вакуума?
    Пауза длилась секунду.
    - Не могу определить, Колпана, - Искра не скрывала удивления. – Вокруг «Прометея» - абсолютная пустота. Степень чистоты вакуума - высочайшая.
    - Что, совершенно нет никаких излучений? – на лице Боева обозначилось выражение полной растерянности.
    - Никаких, Красимир, - молниеносно ответила Искра. – Нейтрино нет. Реликтовое излучение отсутствует. Прохождение радиосигналов в окружающей корабль среде – свободное.
    - Это не наша Вселенная, - Красимир присел на мягкую обшивку кабины корабля и вытянул ноги. – В нашей Вселенной невозможны зоны с полным отсутствием излучений… Невозможны даже теоретически…
    - Мы могли просто оказаться в какой-то хорошо экранированной области пространства, - возразил Чеслав Волянецкий, разглаживая усы. – Какая-нибудь плотно закрытая внепространственная кастрюля, которая совершенно не пропускает излучений…
    - Искра, у пространства, в котором мы сейчас находимся, есть границы? – Боев задумчиво почесывал пальцами лоб. – Какие-то пределы, что ли…
    - Границ нет, Красимир. Вокруг нас – полное и безграничное ничто.
    - Так, - Макарьев откинулся в кресле и потянулся. – Веселенькая ситуация, ребята… Пришли туда, не знаю куда… Нашли то, не знаю что…
    - Единственное, что можно утверждать с уверенностью, - Волянецкий невесело усмехнулся. – Солнца, планет и звезд в здешних краях нет.
    - Может быть, мы попали в черную дыру? – робко предположила Тань Жи Лин.
    - Нет, - Боев тряхнул головой. – В черной дыре должны быть совершенно иные физические условия. Мощная концентрация излучений, например… Нет, нет, даже в качестве гипотезы черная дыра полностью исключается!
    - Красимир, а если мы сейчас все-таки еще в гиперпространстве? – яркие губы Колпаны тронула улыбка. – Всех его свойств человечество пока толком не знает…
    - Абсолютно исключено, Колпана, - энергично возразил физик. – В гиперпространстве не может быть направленных гравитационных полей. А мы находимся в постоянном и стабильном гравитационном поле…
    - Которое еще к тому же очень удобно ориентировано, - Волянецкий лукаво подмигнул Боеву и пояснил:
    – Мы не повисли вниз головами и не легли на бок. «Прометей» занял максимально удобную для экипажа позицию.
    Макарьев удивленно округлил глаза и уставился на пилота:
    - Ты хочешь сказать, что…
    - Именно это я и хочу сказать, ребята, - Волянецкий не дал ему договорить. – Мы находимся в какой-то искусственно созданной среде с приемлемой для нас гравитацией и удобно в ней сориентированы. У тьмы за бортом «Прометея» есть создатели, Стас. И они разумны. Разумные порождения тьмы.
    - Космический разум в действии, - Боев скептически фыркнул. – Коварные инопланетяне перехватили «Прометей» во время полета в гиперпространстве! Чушь, Чеслав, чепуха несусветная!
    - Красимир, ты можешь предложить другую версию? – Чеслав Волянецкий в упор взглянул на физика. – Излагай! А с моей точки зрения, наличие здесь земной гравитации и удобная ориентация «Прометея» - лучшее доказательство разумности той силы, которая затащила корабль в эту безбрежную пустоту!
    Звонко ударил гонг из динамиков, и Искра сообщила:
    - Пустота за бортом исчезла. Светает.
     
    3.
    - Светает, - подтвердил Волянецкий, снова выглянув в иллюминатор.
    - Свечение по всему окружающему пространству, - сказал Боев, стараясь изнутри кабины корабля заглянуть за края оконного стекла.
    - Искра, сделай анализ окружающей среды, - деловито распорядилась Колпана. – Где находится источник света?
    - Сделано, Колпана, - прошелестел в ответ голос из динамиков. – Источника света нет. Мгновенно изменилась вся окружающая среда. Большое количество фотонов направлено на «Прометей» со всех сторон пространства. Излучение есть только в той части спектра, которая воспринимается человеческим глазом.
    - Свет из ниоткуда, - констатировала Тань Жи Лин, опасливо косясь на иллюминатор. – Так не бывает.
    - Еще одно доказательство искусственного происхождения того места, в котором мы сейчас находимся, - Волянецкий не скрывал своего удовлетворения.
    - «Бог рек: «Да будет Свет!» - задумчиво произнес Макарьев. – И задворки Вселенной осветились…
    - Излучение вокруг корабля стабилизировалось, - сообщила Искра. – Яркость соответствует средней яркости Солнца в облачный день.
    Красимир Боев выглянул в окно. «Прометей» утопал в молочно-белом и совершенно однородном по плотности тумане.
    - Искра, из чего состоит окружающая среда? – поинтересовался Макарьев.
    - Пространство равномерно заполнено беспорядочно движущимися фотонами. Световое давление равно солнечному на расстоянии одной астрономической единицы от поверхности Солнца.
    - Как в околоземном пространстве, - довольно кивнул Волянецкий. – И это четвертое доказательство искусственного происхождения окружающего нас мира. Его создателям явно известны параметры излучения Солнца в районе нашей Земли.
    - Искра, есть ли границы у среды, окружающей «Прометей»? – спросил Боев, пропустив мимо ушей научные выводы пилота.
    - Среда безгранична, Красимир. По-видимому, еще и бесконечна… Внимание, резкое изменение обстановки! Среда стала ограниченной!
    - Что значит «стала», Искра? – тонкие черные брови Колпаны удивленно поползли вверх.
    - Мгновенное появление границ. Под «Прометеем» – плоскость. Над «Прометеем» – еще одна плоскость. Вектор гравитации теперь строго перпендикулярен нижней плоскости. Расстояние между плоскостями – ровно сто метров.
    - …Что в точности соответствует наибольшему поперечному габариту нашего «Прометея», - продолжил Волянецкий с легкой ехидцей. – Все верно. Пол и потолок. Пятое доказательство искусственного происхождения этой среды. А стены здесь есть?
    - Стен нет, - ответила Искра. - Плоскости уходят в бесконечность параллельно друг другу. Выполняю измерения… Дополнительная информация: обе плоскости имеют кривизну. Верхняя - выпуклая, нижняя – вогнутая.
    - Не зги не видно, - Боев пристально смотрел в окно. – Вокруг «Прометея» – словно стена из плотного белого тумана.
    - Излагаю гипотезу, - сказала Искра. – «Прометей» сейчас находится между стенками двух вложенных один в другой шаров. Диаметр шаров приблизительно равен диаметру Солнечной системы на расстоянии Плутона.
    Макарьев удивленно присвистнул:
    - Ничего себе шарики!
    - Стены шаров непрозрачны для прохождения сигналов по всему электромагнитному спектру, - дополнила информацию Искра. – Глухо, как в танке, Стас. Связи с Землей и базой «Харон» по-прежнему нет.
    - Нас поймали в невидимый сачок и зачем-то поместили между двух гигантских шаров, - Волянецкий присел на краешек своего кресла-ложемента.
    - А если мы сейчас попробуем выбраться из этого сачка? – Макарьев вопросительно взглянул на пилота. – Включим планетарные двигатели маневрирования и осторожно пойдем вдоль стенок. В этих шариках где-то наверняка есть дыры. Внутренние и внешние выходы. Или можно вообще рвануть с места через гиперпространство. Куда-нибудь обратно, в нашу Вселенную.
    - Перед маневром хорошо бы узнать, где все-таки сейчас находится наша Вселенная, - заметил Боев, массируя пальцами лоб. У него почему-то разболелась голова. – Честно говоря, я пока совершенно не представляю метрику окружающего пространства, Стас.
    - Фиксирую изменение длины и направления внешнего излучения, - Искра прервала их размышления. - Свет теперь идет от верхней и нижней плоскости.
    Боев стремительно вернулся к окну и удивленно охнул:
    - Шар-потолок приобретает голубой оттенок, а пол становится желтоватым, похожим на цвет сухого песка. Очень быстрое изменение цвета среды.
    - Оба потока излучения стабилизировались, - подытожила Искра. – Соответствуют яркости земного неба в солнечный день.
    - Бездонное ясное небо и бесконечный песчаный пляж, - прокомментировал Волянецкий, выглянув в иллюминатор. – И дымка на горизонте в придачу.
    - Искра, какое расстояние от пола до неба? – поинтересовался Макарьев.
    - Прежнее, Стас. Ровно сто метров. Высота неба – это оптическая иллюзия.
    - Искра, постарайся дистанционно определить физические параметры вещества, из которого состоят пол и потолок, - дал новую вводную Макарьев.
    Пауза длилась несколько секунд.
    - Что-то странное, командир, - наконец, произнесла Искра. – Отдаленно похоже на кристаллическую структуру с необычными свойствами. Дистанционно практически не зондируется.
    - Скажи-ка, «Прометей» сейчас опирается на пол? – Макарьев заинтересованно чуть подался вперед.
    - Нет, Стас. Мы висим между полом и потолком. Состояние среды вокруг корабля прежнее. Это вакуум, заполненный направленным излучением фотонов.
    - От стекла смотрового окна до поверхности пола – примерно два метра, - сказал Красимир Боев. – Я очень хорошо вижу пол. Это абсолютно ровная желтоватая поверхность. Очень гладкая.
    - Ну-ка, попробуем все-таки чуть-чуть полетать под этими голубыми небесами и над песчаными пляжами, - Макарьев положил руки на сенсорную панель пульта управления. – Пока только на планетарных двигателях…
    Он коснулся пальцами сенсора запуска двигателей маневрирования, и в то же мгновение пульт полыхнул россыпью ярко-алых огней.
    - Тревога! – в голосе Искры прозвучали металлические нотки. – Внезапная потеря связи с двигательным отсеком.
    - Неисправность системы? – Макарьева проглотил невесть откуда взявшийся в горле ком.
    - Нет… - Искра замешкалась. – Стас, я просто его не чувствую…
    - Внешний обзор корабля на центральный экран, - приказал Макарьев.
    На экране над пультом появилась слегка размытая картинка хвостовой части «Прометея». В торцевой части корабля виднелось большое розовое пятно округлой формы.
    - Визуально двигатель на месте, - голос Искры звенел тревогой. – Торцевая часть двигательного отсека наполовину погружена в розовый шар, имеющий в диаметре примерно пятьдесят метров.
    - Откуда взялся этот шар? – Макарьев, прищурив глаза, рассматривал изображение на экране.
    - Возник мгновенно, Стас. При попытке начать маневрирование произошло блокирование двигательной установки.
    - Произошло блокирование… - задумчиво повторил Макарьев. – Заметьте, ребята, я еще даже не успел включить двигатель.
    - Хозяева этого мира нас слышат, - предположил Волянецкий. – И хорошо понимают нашу речь.
    - Я думаю, что теперь уже нет сомнений – мы имеем дело с разумной силой, - Макарьев устремил вопрошающий взгляд на экзоконтактера.  Тань молча кивнула, соглашаясь с его выводом.
    - Что же, попробуем кое-что другое, если не получается летать, - Макарьев потер пальцами лоб. - Искра, подготовь к экстренному запуску малый исследовательский зонд.
    - Принято, командир. Люк технического шлюза открыт. Зонд готов. Даю обратный отсчет времени. Десять, девять, восемь…
    Голос искусственного разума корабля прервался.
    - Искра? – позвал Макарьев. – Что случилось?
    - Остановка процедуры запуска, Стас. Отказ системы управления зондом. Он не отвечает на сигналы.
    - Второй зонд к запуску, - распорядился Макарьев. Волянецкий заметил, что на лбу командира выступили мелкие капли пота.
    - Готовность второго зонда – единица, - сказала Искра. – Вывожу его на стартовую позицию… Стоп по процедуре запуска! Стас, снова отказ системы управления зондом.
    - Это бесполезно, Станислав, - Волянецкий раздосадовано махнул рукой. – Те, кто нас поймал, ограничили нашу способность двигаться пределами «Прометея». По-видимому, мы пленники…
     
    4.
    - У нас есть оружие, - напомнил Боев. – Спаренная бортовая пушка. Лучевые пистолеты, в конце концов…
    - «Врагу не сдается наш гордый «Варяг»? – Волянецкий скептически фыркнул. – С дробовиком против танка – вот истинная цена нашего вооружения, Красимир!
    - Обездвиживание «Прометея» - это еще не проявление открытой агрессии, - заметила Тань. – Может быть, нас сейчас просто изучают…
    - Угу, - Чеслав Сэмюэль выпятил подбородок. – Муху поймали сачком, зафиксировали на предметном стекле и изучают строение лапок под микроскопом! А потом ее, может быть, препарируют… Кстати, Красимир, - он снова обратил свой взор на физика, - а в кого вы собираетесь пулять из нашего спаренного орудия? Я не вижу на горизонте ни одной стоящей цели. Вокруг пустота…
    - Не совсем так, Чеслав, - мягко вклинилась в разговор Искра. – Фиксирую появление нового объекта вне корабля. Объект только что появился на нижней плоскости окружающего пространства на расстоянии ровно один километр от «Прометея». Размещение – справа на девяносто градусов от продольной оси корабля.
    - Картинку – на экран! – быстро приказал Макарьев. – С увеличением!
    На центральном мониторе появилось изображение ярко-зеленого покатого холма, хорошо различимого на желтовато-песочной поверхности пола. Холм рос, постепенно выпучивался вверх, поднимаясь к голубому небу.
    - С момента своего появления объект сразу начал расти вверх, - прокомментировала Искра. – Скорость роста – около пятидесяти метров в минуту.
    - Может быть, это какое-то растение? – предположила Колпана. – Отдаленно напоминает очень толстый стебель.
    - Вряд ли это что-то живое, - возразила Тань Жи Лин, всматриваясь в картинку на экране. – Слишком уж однородным выглядит этот зеленый «ствол». И скорость роста очень велика для растения.
    - Что мы знаем о внеземных растениях? – Боев скептически ухмыльнулся. – Кроме хлипкой биосферы на ледяной Европе, нам до сих пор не попадалось практически ничего…
    Зеленый холм продолжал вытягиваться вверх. Не прошло и пары минут, как он коснулся «небесного потолка».
    - Объект стабилизировался, - сообщила Искра. – Это геометрически правильный цилиндр зеленого цвета. Диаметр около десяти метров. Провожу дистанционный анализ… Материал обладает теми же свойствами, что и стенки шаров сверху и снизу. Неизвестная околокристаллическая структура.
    - Небо и землю соединила зеленая труба, - Волянецкий, прищурив глаза, рассматривал объект на экране. – Совершенно гладкая и однородная.
    - Цилиндр начал расширение в стороны, - Искра снова дала максимальное увеличение изображения на экране. Было хорошо видно, как по обе стороны цилиндра из его поверхности начали вырастать расходящиеся влево и вправо зеленые плоскости.
    - Искра, начинай постоянный мониторинг объекта, - распорядился Макарьев. – Хозяева этого мира опять что-то задумали…
    - Плоскости движутся со скоростью примерно девять и восемь десятых метра в секунду, охватывая «Прометей» слева и справа.
    - Девять и восемь десятых метров в секунду – это очень похоже на ускорение свободного падения в гравитационном поле Земли, - подметил Боев. – Еще одно доказательство, что создатели этого мира хорошо знают земные условия… Чеслав, вы правы!
    - Возможно и простое совпадение, - пожала плечами Тань Жи Лин.
    - Командир, у меня есть гипотеза, объясняющая происходящее, - сказала Искра. – Наш корабль ограничивают в пространстве окружностью радиусом один километр.
    - Для нас строят загон, - мрачно изрек Волянецкий. – С непроницаемыми стенками приятного зеленого цвета.
    Плоскости стремительно бежали вокруг корабля, и вскоре круг действительно замкнулся.
    - Ну, вот туманный горизонт скрылся за зеленым заборчиком, - с нервным смешком констатировал Красимир. – Нас окончательно заперли в замкнутом объеме! Ребята, я надеюсь, никто не страдает клаустрофобией?
    - Теперь мы находимся внутри цилиндра, диаметр которого два километра, а высота – около ста метров, - поразмыслив, сказала Колпана Шарма. – Выпуклостью потолка и вогнутостью пола можно пренебречь.
    - Можете со мной не соглашаться, - Чеслав нахмурил седые брови, - но мне эта конструкция вокруг «Прометея» здорово напоминает тюремную камеру. Несмотря на цветные потолок, пол и стены.
    - Или попытку внешнего разума создать ограниченную зону для непосредственного контакта, - решительно возразила Тань. – Чеслав, еще рано делать окончательные выводы!
    - Произошло резкое изменение окружающей среды, - голос Искры напряженно зазвенел из динамиков. – Вакуума больше нет. Пространство вокруг корабля заполнено газовой смесью. Состав и давление смеси полностью соответствуют земной атмосфере на уровне моря. Выполняю бактериологический анализ.
    Пауза длилась несколько мгновений.
    - Среда полностью стерильна.
    - Нам явно создают комфортные условия для жизни, - прокомментировала Тань Жи Лин. – Возможно, это приглашение выйти из корабля.
    - И выйти без скафандров, - заметил Волянецкий. – В атмосфере такого состава мы вполне можем свободно дышать...
    - С выходом из «Прометея» пока повременим, - сказал Макарьев. – Как говорится, еще не вечер… Я пока не вижу необходимости покидать корабль, ребята. Эта искусственная атмосфера может исчезнуть с такой же быстротой, с какой только что появилась.
    - Тогда нам остается только одно, - с сарказмом подытожил Волянецкий, - сидеть и ждать, пока в зеленом заборе отодвинется зеленая доска и к нам пожалуют «зеленые человечки». Или не начнут происходить еще какие-нибудь чудеса.
    - Кажется, нам не придется долго ждать, - Красимир Боев кивнул в сторону обзорного окна. – Смотрите…
     
    5.
    На голубом «небе» расплывалось золотистое пятно овальной формы.
    - О, вот и местное солнышко пожаловало, - фыркнул в седые усы Чеслав. – Немного сплющенное с полюсов, но это вполне терпимо. Можно будет выйти и немного позагорать!
    «Солнышко» тем временем набрякло, превращаясь в гигантскую каплю. Утончаясь, упруго потянулось вниз, и через несколько мгновений коснулось желто-песчаной поверхности пола. По поверхности образовавшегося между потолком и полом мостика стремительно побежали мелкие золотистые волны. Секунду спустя золотистая субстанция застыла, превратившись в соединяющий «небо» и «землю» столб.
    - Расстояние до объекта – ровно сто метров, - сказала Искра. – Его диаметр около девяноста сантиметров.
    - Нас собираются окружить еще одной стеной? – недовольно сморщив нос, осведомился Волянецкий. – А немного ли будет стен на единицу пространства, коллеги?
    - Не похоже, - Боев ткнул пальцем в окно. – Смотрите, столб изгибается.
    Верхняя часть золотистого цилиндра отделилась от неба и круто загнулась вниз, образовывая арку над желто-песчаным полом.
    - О, вот и что-то напоминающее ворота! – обрадовался Волянецкий. – По-моему, нам пора ждать радушных хозяев!
    Словно в подтверждение его слов внутри арки полыхнуло и тут же погасло яркое сияние. Под золотистой подковой появилась человеческая фигура.
    - Ну, вот и долгожданный гость пожаловал! – недобро ухмыльнулся Чеслав. – Надзиратель нашей тюремной камеры…
    - Искра, дай максимальное увеличение, - Макарьев привстал из пилотского кресла, внимательно всматриваясь в черты незнакомца под аркой.
    Появившееся из ниоткуда существо только на первый взгляд было копией человека. Узкие прорези темных глаз были чуть длиннее человеческих и внешними краями немного опускались вниз. Длинный, слегка крючковатый нос незнакомца и вся поверхность лица до линии рта походили на застывшую бело-серую костяную маску, не прикрытую кожей. Рот, напротив, был вполне человеческий, подвижный, с пухлыми розовыми губами, за которыми просматривался жемчужно-белый ряд зубов. Лицо заканчивалось острым подбородком с заметно выделявшейся по центру ямочкой. Уши незнакомца были острее и длиннее человеческих. Брови черными линиями убегали почти до самых висков. Голову венчала аккуратно уложенная копна коротких огненно-рыжих волос.
    Во всем остальном фигура под аркой разительно напоминала человеческую. На незнакомце был одет свободного покроя комбинезон салатного цвета и такого же цвета высокие сапожки.
    - «Здравствуй, милая моя, я тебя дождался, - сдавленным голосом нараспев едва слышно пропыхтел Волянецкий. - Ты пришла, меня нашла, а я растерялся…» Н-да… 
    - По-моему, нам пора формировать делегацию для официальной встречи, - Боев вопросительно поднял бровь и покосился на Макарьева. – И выходить наружу с хлебом и солью…
    - Пока дадим возможность проявлять инициативу нашему гостю, - Макарьев покачал головой. – Для чего-то же он и его соплеменники заперли нас в этой большой цветной бочке.
    Незнакомец под аркой поднял руку и помахал ею в воздухе. Жест был понятен людям, и очень напоминал земное приветствие. Макарьев отметил, что на руках у инопланетянина по четыре длинных пальца.
    - Перед нами гуманоид, но все же не человек, - сказала Тань Жи Лин.
    - Типичный инопланетянин! – саркастически заметил Чеслав. – Именно такими я и представлял наших галактических братьев по разуму!
    - Ребята, у вас не складывается впечатление, что мы участвуем в какой-то театральной постановке? – не скрывая иронии, задала вопрос Колпана. – Цирк! Буффонада! Каскад световых эффектов!
    - Угу, - соглашаясь, закивал Боев. – А теперь вот и клоун пожаловал. Местный коверный шут!
    Он указал подбородком в сторону пришельца, по-прежнему стоявшего под аркой.
    - Поживем-увидим, - Стас неопределенно пожал плечами. – У меня есть предположение, что все фокусы местной вселенной рано или поздно найдут свое объяснение.
    Тем временем существо вышло из-под арки и неторопливо направилось в сторону корабля.
    - Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе, - Боев присел на корточки около обзорного окна. – Наш гость явно хочет пообщаться!
    - А походка у него – совершенно человеческая, - заметил Волянецкий. – Издалека и не поймешь, что перед тобой пришелец!
    Некоторое время люди молча смотрели на идущего в сторону «Прометея» незнакомца.
    Инопланетянин подошел к кораблю и остановился прямо напротив обзорного окна. Поднял голову, растянул губы в улыбке и еще раз помахал рукой. На его длинных пальцах было по четыре фаланги.
    - Явная демонстрация дружеских намерений, - сказала Тань и тихо добавила:
    - С нашей, человеческой, точки зрения, конечно…
    - Будем полагать, что это дружеские жесты и с инопланетной точки зрения, - Макарьев откинулся в кресле, разглядывая незнакомца за окном. – По крайней мере, пока наш гость не докажет обратного…
    Существо за окном зашевелило губами.
    - Искра, звук снаружи – в динамики! – быстро скомандовал Макарьев. – И немедленно аудио и видеозапись!
    В динамиках щелкнуло, и в кабине корабля раздался чуть хрипловатый и гнусавый, но совершенно человеческий голос:
    - Здравствуйте, земляне! Командир Макарьев, не могли бы вы впустить меня на борт «Прометея». У меня есть важное сообщение для всего экипажа.
    Незнакомец говорил на общеземном интерлингве совершенно без всякого акцента.
    - Думаю, таиться нет смысла, - Макарьев окинул быстрым взглядом членов экипажа. – Искра, открой шлюзовой люк.
    - Что будем делать с биологией, Стас? – робко поинтересовалась Жи Лин. – На этом… существе может оказаться куча микробов, опасных для нас. А наши бактерии могут оказаться опасными для него…
    - Не волнуйтесь, Тань Жи Лин, - незнакомец за стеклом снова дружески улыбнулся. – Я полностью стерилен, а ваша микрофлора мне не опасна.
    Волянецкий чертыхнулся и ошарашено прошептал:
    - Он даже знает всех нас по именам…
    - Искра, ты транслировала разговор из рубки за пределы корабля? – тихо поинтересовался Макарьев.
    - С какой стати, Стас? – в голосе искусственного разума сквозило удивление. – Без твоего распоряжения?
    - Значит, он нас слышит даже сквозь стены, - Волянецкий нервно зевнул. – Технологии у них, коллеги, на грани сказки!
    - Открываем все входные люки, - распорядился Макарьев, и снова обратив лицо к окну, спросил:
    - Вас встретить у входа?
    - Не беспокойтесь, - незнакомец совершенно по-человечески тряхнул головой. – Я прекрасно знаком с устройством вашего «Прометея» и смогу сориентироваться в его коридорах.
    - Что и следовало ожидать, - буркнул под нос Волянецкий.
    Незнакомец за окном повернулся и зашагал в сторону открывшегося в борту корабля люка.
    - Даже не верится, - Боев устало потер пальцами глаза. – Мы, наконец-то, вступаем в контакт с инопланетным разумом. Почти сто лет бесплодных поисков – и вот… Братья по разуму!
    - Не спешите с выводами, Красимир, - остудила его пыл Тань. – Контакт – это очень сложная процедура…
    В коридоре послышались гулкие шаги. Люк раскрылся, и в округлый проем, согнувшись почти вдвое, неуклюже протиснулся инопланетянин.
    - Здравствуйте, земляне, - еще раз поздоровался он, окинув людей внимательным взглядом. Зрачки его удлиненных глаз блеснули изумрудно-зеленым отсветом. – Меня зовут Сейагейонь. Вы правы, Чеслав Сэмюэль, я знаю всех членов экипажа «Прометея»  по имени, - пришелец улыбнулся Волянецкому, - поэтому формальности знакомства можно опустить.
    Он сделал секундную паузу и продолжил:
    - Я рад, что мне выпала честь одному из первых вступить в прямой контакт с  лучшими представителями земной цивилизации…
    - Одному из первых, - эхом повторил Макарьев. – Значит ли это…
    Он вопросительно уставился на гостя.
    - Совершенно верно, уважаемый Станислав. Сейчас у Земли находится наш космический корабль со специальной дипломатической миссией на борту. С минуты на минуту начнутся прямые переговоры наших посланцев с Мировым Советом Земли.
    - Переговоры о чем? – Тань Жи Лин, профессиональный контактер в составе экипажа, заинтересованно подалась вперед.
    - О вступлении Земли в сообщество, которое в человеческой терминологии наиболее точно можно именовать словосочетанием «Межгалактический союз цивилизаций».
    - Ого! – Макарьев удивленно присвистнул. – Наш час пробил?
    - Да, время пришло, - совсем по-человечески кивнул пришелец. – Прием Земли в сообщество готовился уже давно.
    - Я так понимаю, что вы уже не раз бывали на Земле? – Волянецкий попытался резко перевести разговор на другую тему. – Тайно и негласно?
    - И мы, и еще многие представители галактического сообщества миров, - подтвердил инопланетянин. – Налажен постоянный мониторинг происходящих на вашей планете событий. Идет их анализ и подробное изучение.
    - Ну, и зачем весь этот шпионаж? – со злой иронией осведомился Макарьев. – Разве нельзя было с самого начала прийти к нам открыто?
    - Слово «шпионаж» имеет негативный подтекст, Стас. Оно подразумевает враждебность по отношению к тому, за кем ведется наблюдение, - гримаса недовольства скользнула по наполовину костяному лицу Сейагейоня. – Мы же просто снимали информацию о вашем развитии, абсолютно ни во что не вмешиваясь. Просто держали руку на вашем пульсе в течение последних примерно ста тысяч лет – с того момента, когда нашим ученым стало совершенно очевидно, что на Земле рано или поздно разовьется человеческая цивилизация.
    - Сто тысяч лет… Хороший срок, - уважительно произнес Волянецкий.
    - Это всего лишь мгновение для Вселенной и объединенных цивилизаций.
    - Что же заставило вас изменить стратегию действий? – поинтересовалась Колпана.
    - Вы, - Сейагейонь широко улыбнулся. – Вы, экипаж «Прометея». Сегодня ваш корабль вышел за пределы защитного кокона, и человек отныне стал частью настоящего звездного мира. Мира, совершенно не похожего на тот, который человечество издавна видело на небе Земли. После того, как вы, Стас, включили гиперпространственный двигатель, и «Прометей» вышел в большой космос, нам уже не имело смысла сохранять инкогнито.
    - О каком коконе вы говорите, Сейагейонь? – Макарьев пожал плечами. – В полете мы не наблюдали ничего похожего на какие-то коконы…
    - Вот это и есть то главное информационное сообщение, ради которого я сейчас здесь, - пришелец повел рукой, и за его спиной прямо из воздуха развернулось вогнутое туманное облако. Сейагейонь не спеша опустился в него и повис в полуметре над полом. – Присаживайтесь и вы, земляне. Мне есть о чем вам рассказать.
     
    6.
    Звездные миры сформировались во Вселенной не одновременно. Были, есть и будут древние и юные галактики, старые и молодые звезды. Где-то появление планетных систем произошло раньше, где-то позже. Вокруг одних солнц уже кружили планеты, а вокруг других все еще конденсировались газово-пылевые облака.
    Возникновение жизни на землях у разных солнц тоже произошло не в один день. На одних планетах уже нежились в теплых лучах центрального светила весьма сложные многоклеточные организмы, а на других мирах – еще плескались океаны с едва начавшей превращаться в мельчайшие живые существа протоплазмой.
    Разумная жизнь во Вселенной всегда развивалась с разной скоростью. На некоторых планетах уже создавали первые атомные звездолеты, а на других – мыслящие существа только овладевали самыми примитивными орудиями труда.
    Самые древние цивилизации Метагалактики уже миллионы лет назад вышли в космос и за несколько сотен тысяч лет освоили всю ближнюю часть Вселенной. Освоили и активно начали заниматься астро-инженерной деятельностью: переделывать целые миры и планетные системы, по-новому группировать звезды и даже кое-где полностью изменять физические законы.
    Но вскоре наиболее передовые цивилизации Метагалактики обнаружили, что сам факт их всекосмической деятельности самым пагубным образом сказывается на развитии молодых цивилизаций – тех, кто только начал делать первые шаги по тернистой дороге познания окружающего мира. Небесные объекты астро-инженерной деятельности были хорошо заметны с поверхности планет, которые населяли молодые цивилизации, и воспринимались даже лучшими из умов этих цивилизаций как необъяснимое космическое чудо. А у космического чуда обязательно должен быть Творец – Бог. Идея существования Божества еще на раннем этапе развития юных цивилизаций получала очевидное и недвусмысленное подтверждение – для этого жителям этих миров нужно было только взглянуть на небо. В результате научный прогресс на молодых мирах резко замедлялся. На сотни и тысячи лет многие цивилизации разумных существ просто стопорились в своем развитии: чтобы прийти к идее множественности миров во Вселенной, понять, что твои глаза видят не божественное чудо, а продукт деятельности разумной цивилизации, нужно было обладать хотя бы базисными представлениями о том, как устроен мир. Но зачем познавать мир, если и так ясно, что его создали живущие на небесах боги?
    Когда «эффект торможения развития» в межгалактических масштабах стал очевиден, старейшие цивилизации космоса, уже связанные к тому времени прочными связями друг с другом, приняли единое и мудрое решение. Любая цивилизация во Вселенной имеет право на свое собственное, индивидуальное и неповторимое развитие. Никто, даже вышестоящий разум, не вправе никоим образом мешать самостоятельному и свободному развитию юных цивилизаций. В том числе, и показывая им результаты своей астро-инженерной деятельности.
    Решение было принято и работа закипела. Вокруг сотен тысяч миров, которые еще можно было уберечь от цивилизационного шока, в срочном порядке сооружались защитные коконы – огромные сферы, которые окружали планетные системы, где существовала юная разумная жизнь. Внутренняя поверхность сфер должна была в течение десятков тысяч лет демонстрировать развивающимся цивилизациям Вселенную в ее «диком», еще неосвоенном разумом виде. Молодые миры получали возможность самостоятельно пройти весь путь познания мироздания, строя свои собственные гипотезы, ошибаясь в теориях и принимая, в конце концов, правильные решения.
    И только когда космические корабли юных цивилизаций добирались до границ своих планетных систем, коконы снимались. Молодые миры вступали равноправными членами в межгалактическое сообщество.
    - Вот так обстоят дела, земляне, - Сейагейонь закончил свой рассказ и окинул людей внимательным взглядом.
    Пятеро космонавтов молчали, потрясенные только что услышанным.
    - Значит, - наконец, нарушил молчание Чеслав Волянецкий, - Земле сотни тысяч лет крутили обычный учебный фильм.
    - Ну, это было не совсем кино, - мягко возразил инопланетянин. – Полностью имитировались все процессы «дикой» Вселенной: реликтовое излучение и квазары, взрывы сверхновых звезд и «черные дыры». Мы иногда даже забрасывали в Солнечную систему настоящие кометы и астероиды из межгалактического пространства. Никакими доступными способами с Земли невозможно было установить, что видимая картина неба – это всего лишь имитация.
    - Мы изучали то, чего не было, - Боев уставился немигающим взглядом куда-то в пространство за окном корабля. – Десятки поколений астрономов и космологов всю жизнь познавали псевдомир. Коперник, Ньютон, Эйнштейн изучали изнутри всего лишь очень сложную детскую игрушку…
    - Нет, Красимир, - Сейагейонь покачал головой. – Вы изучали реальный мир в его девственной первозданности. Чтобы усилить вашу тягу к самостоятельному познанию Вселенной, мы даже блокировали те подсказки о наличии иных цивилизаций, которые издавна существовали среди звездных структур. Вы почувствовали себя единственным разумом во Вселенной и стали намного более ответственно относиться и к себе, и к космической миссии, которая вам выпала – стать основой для создания цивилизации в масштабах всей Метагалактики.
    - А мы спорили до хрипоты, почему же Земля так чудовищно одинока среди бесчисленных миллиардов планет и солнц, - тонкие губы Тань Жи Лин сложились в горькую усмешку. – Гипотеза Исаака Шкловского о нашем одиночестве во Вселенной… Антропный принцип… Боже мой, какими мы были наивными…
    - Вы с честью прошли ваш путь развития, - в голосе Сейагейоня послышались твердые торжественные нотки. – Вы самостоятельно поднялись к звездам без подсказок и помощи иных миров. Отныне земное человечество – равноправный партнер в межгалактическом содружестве. Да, вам предстоит еще многое узнать и ко многому привыкнуть, но вы уже готовы познавать и правильно применять те знания и умения, которые от нас получите.
    - А где мы сейчас находимся, уважаемый Сейагейонь? – спросил Макарьев. Командир корабля сидел, безвольно откинувшись на спинку кресла. – Я имею в виду «Прометей».
    - Между внутренним и внешним экранами околосолнечного кокона, - инопланетянин кивнул в сторону окна. – Голубая плоскость – это внутренняя часть кокона, желтая – внешняя.
    - Мы за кулисами вселенского театра, ребята, - дрожащие пальцы Колпаны нервно теребили собачку замка на куртке летного комбинезона. – Представление закончено и сейчас актеры выйдут на сцену под овации зала…
    - Актеры не выйдут, милая Колпана, - покачал головой Сейагейонь, и по губам его пробежала легкая улыбка. – Вхождение новых миров в межгалактическое сообщество достаточно частая и рутинная процедура. Поэтому особых торжеств не предвидится.
    - Бабочка стала взрослой и ей пора выйти из кокона, - задумчиво произнесла Тань Жи Лин. – Детство человечества закончилось… Пора начинать жить взрослой жизнью.
    - Скорее мы похожи на цыпленка, который разбивает скорлупу и выбирается из яйца, чтобы впервые взглянуть на мир, - Чеслав Волянецкий пальцами подкручивал седые усы. – На настоящий мир…
    - Жила–была планета Земля, - тихо начал Макарьев. – И жили-были на ней люди. А над Землей были прекрасные и далекие хрустальные небеса, на которых ангелы небесные двигали звезды и планеты. И вот однажды поднялись люди по лестнице к небесным сферам и раскололи их. И выяснилось, что за осколками битого стекла совсем другой мир. Совершенно незнакомый…
    - Пан Станислав, - Волянецкий весело фыркнул. – Ты не хочешь податься в писатели? Будешь писать детские сказки. Для совсем еще юных цивилизаций…
    - Скажите, Сейагейонь, - Макарьев повернул лицо к сидевшему в воздушном кресле инопланетянину. – А когда же вы намерены предъявить нам новый мир? Выставить его на всеобщее, так сказать, обозрение…
    - Немедленно, - пожал плечами космический гость. И уловив тени удивления и испуга на лицах людей, добавил:
    – А чего ждать? Наши посланцы около Земли уже объяснили существо вопроса вашему Мировому Совету. Люди готовы увидеть мир таким, каков он есть. Некоторый культурологический шок, конечно, будет, но мы поможем вам с ним справиться. Кокон пора снимать.
    - И как это будет происходить? – живо поинтересовался Боев. – Сколько по времени займет демонтаж ваших астроконструкций?
    - Всего лишь мгновение, - в глазах Сейагейоня мелькнул озорной огонек. – Как у вас на Земле говорят? Алле-оп!
    Он поднял правую руку и щелкнул двумя четырехфаланговыми пальцами.
    - Готово, земляне! – инопланетянин широким жестом указал на обзорное окно. – Ваш новый мир! Во всей красе, так сказать…
    Взоры людей немедленно устремились к окну. Колпана непроизвольно охнула. Нервно кашлянул Волянецкий.
    - Ничего себе… - восхищенно прошептал Боев.
    Голубая и желтая плоскости, зеленый «забор» и золотистая арка исчезли. Ровный мощный поток света лился из-за стекла иллюминатора. Пространство переливалось всеми цветами радуги, и в этом многоцветии угадывались очертания гигантских кубов и спиралей, бесконечных плоскостей и зыбких, постоянно меняющих свою форму фигур. Желтые, белые, синие, красные и даже зеленые огоньки звезд усеивали раскинувшийся в бесконечность ковер небес.
    - Вот так выглядит сейчас наша Вселенная, - сказал Сейагейонь с ноткой гордости в голосе. – Благоустроенный и постоянно развивающийся мир…
    - Впечатляет, - кивнул Макарьев. – Хотя, мягко говоря, не все понятно с первого взгляда.
    - Сейчас я подключу вашу Искру к глобальной информационной сети, - тень сосредоточенности прошла по лицу инопланетянина. – Вот так!
    - Невероятно! – сообщила Искра. – Я и представить себе не могла, что… Стас, здесь просто бездонный объем информации!
    Макарьеву послышалась растерянность в ее голосе.
    - Этот бездонный объем вполне познаваем, - ободряюще улыбнулся гость и с легким пафосом добавил:
    – Вас ждет океан знаний, друзья. И в этом океане вы совсем скоро сможете сами открывать новые острова и материки.
    - А пока нам придется просто научиться плавать, - философски заметил Волянецкий, задумчиво подергивая кончик уса пальцами. – И постараться не захлебнуться в прибрежной волне…
    - Искра уже, кажется, поплыла кролем, - весело хохотнул Боев. – Как дела, ваша разумность?
    Он поднял взгляд к потолку.
    - Плывем помаленьку, - в тон ему отозвался шаловливый голос из динамиков. – Здесь целые кладези новой информации, ребята!
    - Кстати, об Искре, - Сейагейонь повернулся к Макарьеву. – Станислав, в межгалактическом союзе принят целый ряд общих обязательных норм. На Земле и в пределах Солнечной системы вы вольны поступать по собственному усмотрению, но в дальнем космосе… Короче говоря, законодательные нормы теперь уже общего для нас с вами мира требуют, чтобы каждый разум – в том числе, и искусственный, - обладал собственным биологическим телом. Поэтому я хочу представить вам шестого члена вашего экипажа, командир Макарьев.
    Он широким жестом указал на входной люк. Мгновением позже из круглого проема дверей в кабину управления грациозно шагнула чернокожая девушка в стандартном голубом полетном комбинезоне и легких серебристых сапожках.
    - Так, - Макарьев озадаченно почесал затылок. – Если я вас правильно понял, уважаемый Сейагейонь, это…
    - Я – Искра, командир Макарьев, - произнесла девушка и улыбнулась. Голос прозвучал одновременно и из ее уст, и из динамиков внутрикорабельной связи.
    - Очень интересно, - Колпана Шарма стремительно поднялась из кресла и вплотную подошла к девушке. – Это управляемый Искрой биологический робот?
    - Это полноценный человек, дорогая Колпана, - пояснил инопланетянин. – Такой же, как и вы. Только созданный мною искусственно и соединенный с Искрой неразрывной ментальной связью. Искра – это она, она – это Искра. Единое и неделимое существо. Одна цельная личность.
    - И очень даже привлекательная личность, - Волянецкий отправил темнокожей девушке воздушный поцелуй. – Вылитая Наоми Кэмпбелл!
    - Кто такая Наоми Кэмпбелл? – тут же поинтересовался Боев.
    - Довольно известная фото- и киномодель начала нынешнего века, - пояснил Волянецкий и грустно вздохнул:
    – Времен моей туманной юности…
    - Я действительно взял знакомый вам образ, Чеслав Сэмюэль, - кивнул Сейагейонь. – Искра, вам нравится ваша новая внешность?
    - Кое-что можно было бы сделать и получше, - озорная усмешка появилась на смуглом лице девушки, - но в целом я довольна.
    - Пределов совершенства не существует, - пожал плечами Сейагейонь.
    - Очень хорошо! – Макарьев улыбнулся широкой улыбкой и повернулся к стоявшей у входа в рубку управления девушке:
    - Зачисляю вас в состав экипажа космического корабля «Прометей» под именем… Э…
    - Искра Кэмпбелл, - со смехом подсказала девушка. – Мне так нравится!
    - Так и запишем в полетном журнале, - командир корабля рассмеялся, - Искра Кэмпбелл, бортинженер!
    Все дружно зааплодировали.
     – Совсем скоро вы сможете по своему желанию менять ваши тела и овладеете совершенно невероятными с точки зрения нынешнего землянина способностями, - сказал Сейагейонь. - Вот, например…
    Он рывком поднялся из воздушного кресла, подошел к стене кабины и окунул в нее руку. Рука по локоть ушла в обшивку.
    - Свободное проникновение в любую среду, - пояснил инопланетянин. – И способность переноситься на межгалактические расстояния без всяких космических кораблей. И индивидуальное бессмертие. И многое-многое другое.
    - Значит, вы могли бы оказаться внутри «Прометея» даже не входя в шлюзовой люк? - молниеносно сделала  вывод Тань. – Зачем же понадобилась вся эта игра с появлением около корабля и прогулкой перед нашим окном? Все эти театральные эффекты с плоскостями и стенами?
    - Гм, как и в любой сложной управленческой системе, у нас есть и своя бюрократия, и свои строгие правила, которых необходимо придерживаться, - пожал плечами Сейагейонь. Казалось, он немного смутился. – Процедура контакта расписана детально и по шагам. Я не только был обязан ей строго следовать, но и должен был появиться перед вами в строго определенном нашими инструкциями облике…
    Он взмахнул четырехпалой рукой и коснулся пальцами костянистой поверхности своего острого крючковатого носа.
    - Вот такая внешность не должна была вас испугать, и в то же время ясно давала вам понять, что перед вами именно инопланетянин.
    - А как вы выглядите на самом деле? – заинтересовалась Колпана.
    - Ну, не все сразу, друзья, - Сейагейонь шутливо нахмурил брови. – Я вхожу в состав постоянной миссии межгалактического союза, которая будет работать на Земле. Мы довольно часто будем с вами видеться, и я еще надоем вам своим обычным внешним видом…
    - Действительно, коллеги, - согласился с мнением инопланетянина Макарьев, - давайте узнавать не все сразу. Информации столько и она так необычна, что мне хочется ущипнуть себя за руку – не сплю ли я?
    - Коллективная галлюцинация на космическую тему, - Красимир Боев расхохотался. – Стас, если говорить честно, я уже несколько раз щипал себя за руку. Было больно…
    - Значит, происходящее – это не сон, - весело подтвердил Волянецкий.
    - Вот собственно и все, друзья мои, - Сейагейонь развел руками. – Моя ознакомительная миссия завершена. Пожалуй, мне уже пора уходить.
    - А что делать нам? – Волянецкий вскинул седые брови. – Как теперь летать в этом вашем благоустроенном космическом мире?
    - Самым обычным образом. Я, правда, заменил ваш простенький гипердвигатель на более современную модель… Вот тот розовый шар в хвостовой части «Прометея»… Управляется теми же командами, что и ваш прежний двигатель, но может мгновенно доставить вас в любую точку нашей Вселенной.
    - Я уже успела мысленно покопаться в вашем ракетном моторе, Сейагейонь, - радостно сообщила Искра – Наоми. – Это настоящее чудо техники!
    - Обычный космический двигатель, - с легким пренебрежением взмахнул рукой инопланетянин. – Стандартная модель. Она в два счета доставит вас на Землю. Или в любое другое место космоса по вашему желанию…
    Он еще раз окинул экипаж «Прометея» взглядом изумрудно-зеленых глаз и сказал:
    - Мне уже пора, ребята. С вашего позволения, я воспользуюсь для ухода не шлюзовой камерой, а своим обычным способом путешествовать. До свидания, земляне!
    Сейагейонь взмахнул рукой на прощание и растаял в воздухе.
     
    7.
    Некоторое время все молчали. Первым нарушил молчание Волянецкий:
    - Что будем делать, ребята? Летим к Земле?
    - То, о чем нам сейчас рассказал Сейагейонь, - это всего лишь слова, - сказал Боев и хитро ухмыльнулся, - а критерием истины всегда была практика…
    - Это ты к чему? – хмуро поинтересовался Макарьев.
    - Стас, а ты уверен, что картины, которые сейчас видны за окном – это настоящая реальность?
    - То есть? Ты не веришь Сейагейоню?
    - В детстве при окончании одного школьного класса и переходе в следующий, я сдавал в библиотеку учебники со старыми картинками и получал новые учебники с новыми картинками…
    - Ты хочешь сказать… - Стас задохнулся от догадки.
    - Человечество могли просто перевести из первого класса во второй, - Красимир коснулся рукой оконного стекла, за которым жила своей необычной жизнью их новая Вселенная. – В этом классе новые учебные пособия на стенах и новые учебники на партах… Короче говоря, ребята, хрустальное небо может оказаться не одно. Может быть, где-то там, - он неопределенно махнул рукой в сторону пространства за окном, - есть и другие сферы, больших размеров…
    Он замолчал и обратил взор в сторону Макарьева.
    - Как я понимаю, испытания гиперпространственного двигателя потеряли всякий смысл, - Станислав задумчиво наморщил лоб. - На «Прометее» теперь новый ракетный мотор… Который хотелось бы посмотреть в работе… При полетах на очень большие расстояния…
    Он окинул внимательным взглядом коллег по экипажу.
    - Тань?
    - Очень хочется своими глазами увидеть, как живут другие цивилизации, - мечтательно произнесла Тань Жи Лин, подперев подбородок ладонью.
    - Красимир? – Макарьев перевел взгляд на физика.
    - Я бы побывал в тех областях Вселенной, где действуют иные физические законы, - Боев пытливо взглянул в космические дали за окном. – Кубические планеты, боковое и перпендикулярное время…
     - Колпана?
    - Покопаться бы в каком-нибудь галактическом компьютере, - Шарма сладко потянулась, сидя в кресле. – И вообще размяться слегка, прогуляться по пыльным тропинкам далеких планет…
    - Чеслав Сэмюэль?
    - Я так думаю, командир, - пилот почесал пальцем за ухом, - что для полетов на новой инопланетной космической технике будут набирать, в основном, молодежь. А мы, старые космические волки, будем по-прежнему возить гелиевую руду с Луны на заводы около Юпитера… Поэтому грех не использовать нынешний шанс…
    - Искра?
    - Стас, я хочу напомнить, что на борту «Прометея» продуктов питания для экипажа из шести человек хватит на целый год… И мне бы очень хотелось лично пообщаться с другими искусственно созданными разумными существами…
    - Как я понимаю, экипаж принял единогласное решение? – в глазах Макарьева сверкнули веселые огоньки.
      Пять пар глаз ответили ему молчаливым согласием.
    - Ну, что, лучшие представители человечества и полномочные посланники земной цивилизации, поехали? - Макарьев потянулся рукой к пульту и легким шлепком ладони по пусковому сенсору отправил «Прометей» в новую Вселенную.
     
    ***
    - Посланник Сейагейонь, - мысль референта робко проникла в мозг витающего в многомерных пространствах инопланетянина. – «Прометей» вышел в межгалактические просторы…
    - Как я и предполагал, - мнемосфера Сейагейоня заискрилась радостными эмоциями. – Плоды познания сладки и соблазнительны… Эта новая галактическая раса очень нетерпелива и любознательна. И это очень хорошо!
    Он помедлил две сотых миллисекунды, размышляя, и вновь обратился к мыслеформе референта:
    - Вот что… Пошли за ними Невидимого Спутника. Пусть он охраняет их в пути.
    - Понял, посланник, - мысль референта скользнула прочь.
    Очень хорошо, когда маленькие дети стараются познавать окружающий мир сами и отправляются гулять по дорожкам ухоженного сада. Но присматривать за ними все-таки нужно. На всякий случай…

     

  Время приёма: 20:10 12.10.2010