 |
|
| |
10:06 02.01.2026
У нас снова работает форум. И это хорошо.
В ближайшее время обновится список "Аргонавти Всесвіту" і REAL SCIENCE FICTION. Книжек за эти полгода прибавилось изрядно. Заброшенные ветки форума будут удалены, вместо них думаю открыть тему "Будущее Украины". Нет, это не публицистика. Это проза. Фантастика. В теории, на двух языках: рус/укр. На русском, потому что ещё не родился такой путин, который бы мне запретил думать на языке, которому меня научили папа с мамой. И на украинском, потому что путин, который загнал репутацию русского языка под плинтус, увы! - всё-таки родился.
Надеюсь, я найду силы, время и возможность для реализации этого проекта.
12:11 08.06.2024
Пополнен список книг библиотеки REAL SCIENCE FICTION
|
|
|
|
|
|
После ужина все собрались в кабинете профессора Ирокезова Петра Николаевича. Женя натянуто шутил. Было заметно, что он нервничает. Не выдержав, он достал из кармана джинсовых брюк пачку дорогих сигарет. Повертев пачку в руках, Женя потёр её об рукав тонкого тёмно-синего свитера.
- Не стоит курить перед процедурой, - заметил Коля.
- Я не курю, - ответил Женя, доставая из пачки сигарету.
- А что же ты делаешь? - удивился Володя.
Женя молча поднёс сигарету к лицу и вдохнул запах. С минуту он жадно нюхал сигарету, потом порвал её на мелкие кусочки и выбросил в мусорную корзину.
- Оригинально, - пожал плечами Коля. - Давно курить бросил?
- За месяц до знакомства с вами, - убирая пачку в карман, ответил Женя.
- Да что ты говоришь, - усмехнулся Коля.
Они разговаривали ещё несколько минут, в очередной раз обсуждая предстоящее предприятие. Женя старался делать вид, что спокоен, и знал, что это у него плохо получается. Он был возбуждён до предела ещё с самого утра. Пытаясь сосредоточиться, Женя снова оглядел своих спутников.
- А динозавры? - разочарованно протянул Володя, в ответ на чью-то реплику.
- Будут тебе динозавры, - рассерженно вздохнул Ирокезов. - Только недолго.
- Да что ты будешь делать, - вздохнул Володя.
- Что я скажу, то и будешь делать, - машинально ответил профессор.
Женя невольно улыбнулся. Володе Семидьянову было двадцать шесть лет. Тёмно-каштановые слегка волнистые волосы длиной были до плеч. Прямая ровная чёлка закрывала лоб до самых глаз. Круглое лицо, небольшой нос картошкой и пухлые чётко очерченые губы выдавали его страстную эмоциональную натуру. Карие глаза светились любопытством. Он был одного роста с профессором и выше всех остальных. Одет в тёмно-синие джинсы и серую футболку. Обут в кеды. Володя страстно увлекался палеонтологией. О динозаврах мог говорить круглосуточно.
- У меня всё готово, - сообщил Коля, и Женя перевёл взгляд на него.
Коля Багин был самым старшим в группе после Ирокезова. Ростом сантиметра на два ниже Володи. Русые волосы он стриг совсем коротко. Лицо овальное чуть зауженное книзу, нос слегка курносый, ровные немного пухлые губы. На нём были камуфляжные армейские брюки и рубашка больше похожая на гимнастёрку. На ногах армейские ботинки. Коля изучал средневековую Англию. Как правило, всегда был спокоен. Мог легко вспыхнуть, но быстро успокаивался.
- Я выбрала самый безопасный момент, - проговорила Зоя. - Мы попадём на бал.
- Замечательно, - кивнул Пётр Николаевич. - Я тоже кое-что подготовил. Пора идти.
Они вышли из кабинета и пошли по коридору. Женя потихоньку поглядывал на Зою. Она одна была немного ниже него. Её длинные до пояса густые светло-русые волосы были заплетены в косу. Одета в изящное платье из тонкой серебристо-серой ткани. На ногах туфли лодочки из серой замши на небольшом каблучке. Лицо овальное немного удлинённое с прямым носом и небольшим красиво очерченным ртом. Зоя посвятила себя эпохе Екатерины Великой. Иногда Жене казалось, что реальная жизнь её вообще не интересует.
Возглавлявший группу профессор Ирокезов шёл первым. На вид ему было около сорока лет. Худощавый подтянутый мужчина в строгом сером костюме и классических чёрных туфлях. Тёмно-русые волосы аккуратно подстрижены и зачёсаны на левую сторону. Лицо худощавое овальное с выступающими скулами. Тонкий прямой нос. Губы тонкие обычно плотно сжатые.
- Вот и пришли, дети мои, - проговорил профессор, проходя в дверь, которой заканчивался коридор, и включая свет.
За дверью оказалась небольшая вытянутая в длину комната без окон с одной единственной дверью. По правую сторону от двери вдоль стены стояли пять кроватей. Возле каждой кровати располагалась тумбочка с аппаратурой. Так же на каждой тумбочке стоял графин с водой, стакан и флакончик тёмного стекла. Женя знал, что пятую кровать поставили специально для него несколько дней назад. Обычно все работали по одному каждый в своей лаборатории. Групповые сеансы проводились крайне редко.
- Никто ничего не забыл? - традиционно поинтересовался Пётр Николаевич. - Тогда приступаем. Жень, твоя кровать первая.
- Да, хорошо, - взволновано кивнул Женя, садясь на край кровати.
Зоя заняла кровать рядом с ним, дальше расположились Коля и Володя.
- Не переживай, - остановившись рядом с Женей, проговорил профессор. - Постарайся успокоиться перед тем, как заснёшь. Не вмешивайся ни во что, и всё будет в порядке.
- Я узнаю вас там? - спросил Женя.
- Ты поймёшь, что это мы, - успокоил его Ирокезов. - Сейчас я не смогу тебе этого объяснить. Ты просто сам увидишь. Пей таблетку и ложись.
Женя вытряхнул из флакона маленькую серую таблетку и проглотил её, запив водой. Поставив стакан на тумбочку, он лёг на спину головой к стене. Профессор приладил Жене на виски пластинки с электродами и отошёл к своей постели.
Зоя, Коля и Володя уже лежали. Они видели волнение и напряжение Жени, но делали вид, что ничего не замечают. Женя появился в их институте полгода назад. Они успели сдружиться за это время. Им нравился этот невысокий нескладный парень. У Жени были чёрные коротко стриженые волосы и голубые глаза. Лицо овальное, нос курносый, губы бантиком. Такое сочетание придавало ему какое-то необычное очарование. Женя был очень подвижным эмоциональным человеком. Он учился на факультете журналистики и писал дипломную работу. Именно это и привело его в их НИИ.
- Спокойной ночи, - проговорила Зоя, когда профессор тоже лёг в постель.
- Приятных снов, - улыбнулся Коля.
- До скорой встречи, - подхватил Володя.
- Всего хорошего, - вздохнул Женя.
- Спите, дети мои, - заключил Пётр Николаевич.
Закрыв глаза, Женя мысленно вернулся на полгода назад. Он искал тему для дипломной работы. Отец посоветовал ему обратиться к профессору Московского НИИ Истории и Культурологии Ирокезову Петру Николаевичу.
Когда Женя вошёл в кабинет профессора, Ирокезов сидел за столом и что-то писал. Кабинет был небольшой, но светлый. Стены оклеены светло-бежевыми под дерево обоями. Окно находилось напротив двери. Слева от него располагался письменный стол. Сбоку от стола стояли ещё два стула с мягкими спинками. Справа от двери находился небольшой сейф, а за ним металлический шкаф с бумагами и другими носителями информации. Всё это Женя отметил в первые же секунды.
- Доброе утро, Пётр Николаевич, - проходя внутрь, проговорил он.
- Доброе утро, молодой человек, - отложив работу, ответил Ирокезов. - Никак не отвыкну от ручки с бумагой. А вы молодые уже наверно и не держали такого в руках. С чем пожаловали?
- Мне посоветовал к Вам обратиться мой отец Игорь Сергеевич Зайчик, - волнуясь, начал было Женя.
- А, Игорь, - перебил его профессор. - Как же, помню. За одной партой в школе сидели. Он звонил мне вчера, говорил о тебе. А ты значит его сын? И что же привело ко мне сына моего давнего школьного друга?
- Я сейчас заканчиваю институт, - сообщил Женя. - Пишу дипломную работу.
- По какой специальности? - поинтересовался Пётр Николаевич. - Как я понимаю, это каким-то образом связано с моей работой?
- Я учусь на факультете журналистики, - пояснил Женя, переминаясь с ноги на ногу. - Хочу написать дипломную о вашем НИИ.
- В смысле об открытиях, сделанных в последнее время? - откинувшись на спинку мягкого стула, понял профессор. - Да ты присаживайся, не стесняйся.
- Спасибо, - совсем смутившись, кивнул Женя и присел на край стула. - Я сам очень люблю историю. Исчезновение Рауля Валленберга, тайна смерти Декарта и Моцарта, страна Эльдорадо, невероятные палеонтологические открытия. Думаю, люди должны знать, кто и каким образом разгадал эти тайны.
- Ты, вероятно, станешь известным журналистом, - заметил Ирокезов. - Вот только боюсь, что я ничем не смогу тебе помочь.
- Почему? - растерялся не ожидавший такого поворота Женя.
- Не считаю возможным открыть наш способ работы, - прямо заявил профессор. - Он сильно отличается от традиционных исследований.
- Если это совершенно новый способ, его необходимо внедрять, - робко возразил Женя. - Вы не можете скрывать свои разработки от коллег.
- Это невозможно, - повторил Ирокезов. - Есть вещи, о которых люди в своей массе не должны знать.
- Я изучил всю доступную информацию о вашем институте перед тем, как придти сюда, - с пылом заговорил Женя. - Я читал о раскопках Эльдорадо, о палеонтологических находках, о том, как были найдены документы, касающиеся тайн Моцарта, Валленберга, Декарта. Такое впечатление, что ваша группа заранее знала, что и где искать. Как будто вы уже были там и всё видели.
- Да, ты станешь отличным журналистом, - вежливо улыбнулся Пётр Николаевич. - А что, если так и есть? Если мы действительно знали, что и где искать?
- Это невозможно, - задумчиво покачал головой Женя. - Для этого необходимо перенестись во времени и всё увидеть.
- Скажу честно, ты мне понравился, - неожиданно сообщил профессор. - Я вижу, ты действительно любишь историю. И с твоим отцом мы давние друзья. Ты очень хочешь узнать, как были совершены эти открытия?
- Да, конечно, - встрепенулся отчаявшийся было Женя.
- Возможно мы сможем прийти к компромиссу, - вслух размышлял Ирокезов. - Мне необходимо подумать и посоветоваться с сотрудниками. Может, ты даже сможешь написать свою дипломную. Только заранее предупреждаю, не всё увиденное можно описывать. Если ты согласен с этим условием, мы поладим.
- Конечно же под запретом окажется всё самое интересное, - усмехнулся Женя.
- Ну а ты как думал? - улыбнулся в ответ Пётр Николаевич. - Поверь, это делается для блага людей. В своей массе люди, как правило, способны практически любое открытие повернуть себе во вред. Ну, так ты согласен?
- Хорошо, - с трудом сдерживая азарт и стараясь казаться спокойным, ответил Женя. - Я принимаю ваши условия и выдвигаю ответное. Я должен увидеть всё от начала и до конца и по возможности лично испытать.
- По рукам, - кивнул профессор. - Я ещё посовещаюсь с сотрудниками. Если у них не будет возражений, мы временно примем тебя в нашу группу. Приходи завтра в это же время.
Возражений ни у кого не оказалось, и Женя был принят в штат института на полгода. Ему выделили комнату в общежитии тут же на территории НИИ и ознакомили с рабочим режимом. Первая половина дня посвящалась малопонятным тестам и упражнениям по самогипнозу. После обеда он встречался с другими сотрудниками, наблюдал за их работой и по возможности помогал.
В первый день Женя познакомился со всеми сотрудниками, работающими под началом профессора Ирокезова. Их оказалось всего трое Багин Николай, Семидьянов Владимир и Тимофеева Зоя. Женя ознакомился с их работами, но так ничего и не понял. Лишь через несколько дней профессор объяснил ему методы работы. Коля, Володя и Зоя, а так же сам Ирокезов были сновидящими, проживающими во сне реальные исторические события. Именно поэтому они совершенно точно знали, где надо проводить раскопки или искать необходимые документы.
Полгода Женя учился необходимым навыкам. Сегодня ему предстояло первое путешествие в страну сновидений. Азарт и любопытство смешивались с опасениями и даже откровенным страхом перед неизвестностью.
Женя стоял посреди небольшой светлой комнаты. Свет исходил от самих стен. Комната была абсолютно пустой. Через несколько секунд появился Володя.
- У тебя неплохо получается, - с улыбкой заметил он. - Первым прибыл новичок. Позор всем.
- Где мы? - растерянно оглядываясь, спросил Женя.
- Это что-то вроде переходника, - пояснил Володя. - Он используется в групповых сеансах, чтобы вся группа попала в нужное место одновременно. Ты должен был представлять его во время занятий.
- Ну да, нечто подобное я видел, - согласился Женя. - Значит, засыпая, каждый попадает сюда, а уже потом направляется в необходимую ему точку?
- Переходник нужен новичкам или при групповой работе, - ответил Володя. - Например, я и Зоя пользуемся им, а Коля и профессор попадают сразу в нужную им точку. Всё зависит от тренировки и собственных предпочтений. Мне, например, удобнее попасть сначала сюда, сосредоточиться, собраться с мыслями, а не сваливаться сразу в гущу событий.
- Странное состояние, - оглядываясь, проговорил Женя. - Я не ощущаю, что я во сне. Я не сплю, а существую в реальности. Не знаю, как объяснить, во сне тоже не осознаёшь, что спишь, но сон скован сюжетом, а здесь я свободен в своих поступках.
- Да, я понял тебя, - кивнул Володя. - Так и есть. Это не совсем сон. В какой-то степени это реальное перемещение. Только перемещается не тело, а разум, сознание.
Они разговаривали ещё несколько минут. Ирокезов, Коля и Зоя появились одновременно.
- Ну наконец-то, - обернулся к ним Володя. - Я уже хотел вести нашего гостя в свои владения.
- Успеешь со своими динозаврами, - усмехнулся профессор. - Ты всегда торопишься. Сколько раз надо объяснять, мы должны попадать сюда все вместе.
- Хорошо, тогда пойдём все вместе, - улыбнулся Володя.
- Пойдём, - согласился Пётр Николаевич. - Веди, Зой.
- А динозавры? - обижено спросил Володя. - Я первый сюда пришёл.
- Динозавры потом, - отмахнулся Ирокезов. - Сначала Екатерина.
Женя рассеянно слушал их, вспоминая инструктаж профессора. Он не может перенестись просто так в своём обычном виде. Невозможно свалиться из пустоты у всех на глазах. Перемещаясь, сновидящий перевоплощается в кого-либо из реально существовавших персонажей и проживает эпизод как бы в его шкуре. Происходит некоторое раздвоение. Сновидящий перевоплощается не только внешне, но и автоматически перенимает все особенности поведения и речи личности, в которой он воплотился. В то же время его первоначальное мышление сохраняется. Сновидящий осознаёт реальное положение вещей и не забывает кто он и откуда. Он не связан сюжетом и свободен в действиях, поэтому должен строго следить за собой, чтоб не изменить ход истории.
Женя проснулся и с досадой подумал, что ничего не получилось. Он ничего не помнил. В следующее мгновение он вдруг понял, что сидит в карете на мягком сидении. Карету слегка покачивало, снаружи доносился цокот копыт. За окном было темно.
- Эй, любезный, - не раздумывая, высунулся в дверцу Женя. - Долго ещё?
- Никак нет, Ваша Светлость, - откликнулся кучер. - Уже подъезжаем.
- Отлично, - пробормотал Женя сам себе. - Надо будет показаться на балу и быстро откланяться. Если бы не Катерина, вообще бы не ездил на эти танцы.
\"Я князь Потёмкин, - понял Женя. - Странное ощущение. Сразу два человека в одном теле. Где же остальные? Узнаю ли я их?\" Он, насколько это было возможно, оглядел обстановку. Роскошная обитая внутри красным бархатом карета запряжена четвёркой лошадей. Сам он одет в парадный офицерский мундир. Через несколько минут они остановились у подъезда дворца. Выйдя из кареты, Женя-Потёмкин уверенно поднялся по лестнице. Бал был уже в разгаре, но императрица Екатерина Великая ещё не выходила. Женя-Потёмкин прошёл по зале, время от времени перебрасываясь фразами с окликавшими его людьми. Он проходил мимо Григория Орлова, прибывшего с каким-то донесением и ожидавшего выхода императрицы, когда внезапный импульс заставил его оглянуться. Что-то было в этом человеке. Только уже пройдя мимо, Женя понял, что это Коля воплотился в образе Орлова. Можно бы подойти и заговорить, но Потёмкин и Орлов плохо ладили между собой, поэтому лучше воздержаться. Пройдя по зале, Женя отыскал и Володю с профессором, но и к ним подходить не стал. Они его тоже узнали. Между сновидящими сохранялась какая-то связь, и они чувствовали друг друга независимо от событий.
Наконец объявили о выходе императрицы. Она появилась в роскошном платье из золотой парчи. Глядя на неё, Женя вдруг почувствовал Зою. Оглядев гостей, Зоя-Екатерина направилась прямо к нему.
- Сам князь Потёмкин почтил наш бал своим присутствием, - проговорила она. - Что-то Вы, князь, совсем редко стали появляться на балах.
- Что поделать, государыня, - целуя её руку, ответил Женя-Потёмкин. - Дела государственные не оставляют времени на развлечения.
- Хвалю, - милостиво кивнула императрица. - Если бы все так радели о благе государства, Россия бы стала первой страной в Европе. Пожалуй начнём, - она повысила голос. - Музыку.
Заиграла музыка, и все стали танцевать. Склонив голову, Женя-Потёмкин протянул руку Зое-Екатерине.
- Вы совсем забыли о нас, князь, - проговорила императрица, машинально повторяя сложные фигуры танца.
- Вы же знаете, государыня, я совсем не люблю такие развлечения, - склонив голову, ответил Женя-Потёмкин. - Только ради тебя я приезжаю, - страстно продолжил он. - Чтобы увидеть тебя и снова закрыться в своей берлоге.
- Ну так приезжайте чаще, - вспыхнула Зоя-Екатерина. - Я желаю видеть Вас на каждом балу.
- Как пожелаете, - снова склонил голову Женя-Потёмкин. - А сейчас позвольте откланяться. Дела государственные не терпят отлагательства.
- Ступайте, князь, - разрешила Зоя-Екатерина. - Постарайтесь поскорее вернуться.
- Обязательно, - заверил Женя, глядя ей в лицо. - Ты такая красивая, что дух захватывает, но ты так далека от меня. А я хочу быть с тобой. Видеть тебя и не обладать просто невыносимо.
Что-то в глазах императрицы подсказало ему, что Зоя поняла, от кого были эти слова и кому они предназначались. Как только закончился первый танец, Женя-Потёмкин покинул залу. Быстро сбежав по ступеням, он сел в свою карету. Головокружение, начавшееся ещё в зале, быстро усиливалось, и он невольно закрыл глаза.
Всё потемнело и пропало. Женя вновь оказался в пустой светлой комнате. Вся остальные были уже там.
- Шустрый Зайчик, - демонстративно хмуро заметил Коля. - Ты прекрасно освоился, студент.
- Ты о чём? - растерялся Женя.
- О том, что никому из нас не удавалось попасть в шкуру Потёмкина, - пояснил Володя. - Остальное, думаю, не стоит и объяснять.
- Ну вы, блин, даёте, - вмешалась Зоя. - Вот только разборок не хватало. Вы что с цепи сорвались?
- Я извиняюсь, если кого-то обидел, - сжав губы, проговорил Женя. - Лично я не вижу в моём поведении ничего предосудительного.
- Ладно, забыли, - с некоторой досадой отмахнулся Коля.
- Всё нормально, - улыбнулся Володя.
- Вы уверены, что всё нормально? - уточнил Ирокезов. - Может нам лучше вернуться?
- Ни в коем случае, - запротестовал Коля. - Что ж мы, зря готовились?
- Тогда веди дальше, - кивнул профессор.
- А когда динозавры? - возмутился Володя.
- Успеешь со своими динозаврами, - терпеливо ответил Пётр Николаевич. - Динозавры будут после.
- После может не хватить времени, - вздохнул Володя, но его уже не слушали.
В следующее мгновение Женя оказался сидящим в седле на великолепном сером жеребце. На этот раз он быстро пришёл в себя и уловил ситуацию. Он Ательстан - молодой рыцарь из когда-то знатного, а теперь совсем обедневшего саксонского рода. Рядом в крытой повозке сидела его невеста леди Ульрика. С другой стороны повозки ехал отец Ульрики Эдмунд Уотервудский, дворянин из старой саксонской знати. Их сопровождали трое слуг. Они возвращались с городской ярмарки в свой замок. Уже темнело, а до дома ехать оставалось ещё часа два через владения соседа норманна Бриана Солсбери. Они ехали через вековые дубравы, где и днём царил полумрак, а сейчас было уже совсем темно. Ательстан с нежностью посматривал на стенку повозки, скрывающую его невесту. Каким-то неведомым путём Женя понял, что Ульрикой является Зоя, а Эдмундом стал Ирокезов. Осталось найти Колю с Володей.
За очередным поворотом их встретил отряд вооружённых рыцарей.
- Только этого ещё не хватало, - пробормотал Женя-Ательстан и, повысив голос, добавил. - Что за люди преграждают нам путь? Назовитесь и скажите ваши намерения.
- Сначала сам представься, - ответил знакомый голос. - Вы продвигаетесь по моим владениям.
- Бриан Солсбери, - узнал соседа Эдмунд-Ирокезов. - Я твой сосед Эдмунд Уотервудский. Со мной моя дочь Ульрика и её жених Ательстан.
- Бриан Солсбери приглашает соседей под свой кров, - медленно произнёс Солсбери. - Скоро прозвонят в колокол. Вы не успеете доехать до дома.
- Эдмунд Уотервудский благодарит соседа за великодушное приглашение, но предпочитает проследовать в свои владения, - так же размеренно ответил Эдмунд-Ирокезов.
- Солсбери не любят, когда им отказывают, - нахмурился Солсбери. - Вы остановитесь в моём замке, хотите вы этого или нет.
Женя-Ательстан понимал, что их намеренно ожидали здесь. Солсбери давно посматривал на прекраснейшую Ульрику. Значит он всё же решился на бесчестье. Чего ещё ждать от норманнов? Он вытащил меч и вместе с Эдмундом-Ирокезовым проехал чуть вперёд. Слуги сгрудились вокруг повозки.
- Я требую пропустить нас, - громко проговорил Эдмунд-Ирокезов. - По какому праву вы мешаете нам следовать своей дорогой?
- Вы в моих владениях, - откровенно заявил Солсбери. - Считайте это соседской заботой. Ночью опасно в этих лесах. Лучше переночевать у меня в замке. Иначе вы можете нарваться на лесных разбойников. Они совсем обнаглели в последнее время.
- Я догадываюсь, кто является самым главным разбойником в этих землях, - пробормотал Женя-Ательстан.
- Мы благодарны за беспокойство, но всё же предпочитаем проследовать дальше, - сообщил Эдмунд-Ирокезов.
Они двинулись было дальше, но рыцари Солсбери сомкнулись плотной стеной.
- Я приглашал вас по-хорошему, - процедил Солсбери. - Теперь же пеняйте на себя, - он обернулся к своему отряду. - Возьмите этих саксонских болванов. Если будут сильно сопротивляться, можете убить всех, кроме девчонки.
- Норманнский пёс! - взревел Женя-Ательстан, направив коня на него. - Ты сам хуже любого разбойника.
Солсбери молча выхватил меч и бросился на молодого смельчака. Эдмунд-Ирокезов рядом рубился с каким-то рыцарем. Несколько рыцарей окружили повозку и перебили слуг. Зоя-Ульрика оказалась одна среди норманнов. Женя-Ательстан в ярости в очередной раз скрестил меч с Солсбери. Бриан отразил удар и, отведя меч противника в сторону, ударил его левой рукой в тяжёлой перчатке по лицу. Женя-Ательстан почувствовал, как всё поплыло перед глазами. Склонившись к гриве коня, он пытался придти в себя после удара. В этот момент что-то просвистело в воздухе, и в горло Бриана Солсбери вонзилась стрела. Воздух наполнился свистом летящих стрел. Не прошло и минуты, как напавшие на путников рыцари были мертвы. Женя-Ательстан и Эдмунд-Ирокезов настороженно оглядывались по сторонам, держа наготове мечи. Из-за деревьев на дорогу высыпали человек тридцать в одинаковых зелёных камзолах и штанах. На головах у них были головные уборы йоменов. За спиной луки и колчаны со стрелами. На поясе короткие мечи и кинжалы. Они окружили путников и замерли на почтительном расстоянии. Это были вольные стрелки, каких сейчас много практически в каждом лесу.
- Эдмунд Уотервудский благодарит лесных братьев за помощь, - склонил голову Эдмунд-Ирокезов. - Позволят ли нам вернуться домой?
Из толпы вышел один из стрелков. Внешне он ничем особенным не выделялся, но по поведению и по тому, как ему все подчинялись, можно было предположить, что это предводитель.
- Не знаю даже, что сказать, - ответил он. - Обычно мы берём выкуп с пленников. Сегодня мы рассчитывали на богатую добычу, но пришлось от неё отказаться, - он оглядел поверженных рыцарей. - А брать выкуп с соотечественников как-то не по совести. Может мудрый Эдмунд Уотервудский подскажет, как нам поступить?
\"Ну вот и Коля появился, - узнав его, подумал Женя. - А вон и Володя рядом с ним\".
- Не по совести? - переспросил Женя-Ательстан. - Случайно, не с самим ли Славным Робертом мы имеем честь говорить?
- Нет, благородный Ательстан, - покачал головой стрелок. - Я лишь один из подчинённых Славного Роберта.
- Как положено рыцарским кодексом, доспехи и кони поверженных врагов принадлежат победителю, - медленно проговорил Эдмунд-Ирокезов. - Думаю, у рыцарей найдётся достаточно звонких монет, чтоб компенсировать лесным братьям потерю выкупа. Так же я не буду вмешиваться, если лесные братья решат продолжить начатое дело и самим взять выкуп в замке Солсбери. От себя могу добавить, что в благодарность за спасение Эдмунд Уотервудский всегда рад помочь лесным братьям. Уотервуд всегда открыт для путников. Ни один лесничий не тронет вольных стрелков, даже если они перебьют всех оленей. Эдмунд Уотервудский рад принять в своём замке любого из лесных братьев.
- Благосклонность и помощь Эдмунда Уотервудского намного дороже любых монет, - заметил вольный стрелок. - Можете продолжать свой путь. Мы проводим на растоянии, чтоб больше никто не помешал вам добраться домой.
Разбойники расступились и пропустили путников.
- Тебя же предупреждали, - прошептала Зоя-Ульрика, когда они отъехали подальше. - Теперь будет синяк.
Взглянув на неё, Женя понял, что это сказала именно Зоя и именно в его адрес. В следующее мгновение опять всё расплылось перед глазами.
Коля и Володя уже ждали их, когда Женя, Зоя и профессор вернулись в комнату-переходник.
- Вот это Зайчик, - смеясь, проговорил Володя. - И правда, крепкие зубы.
- Которые чуть не повыбивали, - подхватил Коля.
- Ну ты, блин, даёшь, - вспыхнув, закончила Зоя. - Будешь теперь щеголять с переливающейся всеми оттенками фиолетового физиономией.
- Да что за глупости?! - возмутился Женя. - Это же сон! Как синяк из сна может перейти в реальность?
- Да что ты говоришь? - перебил Коля. - Тебе повезло, что у тебя действительно крепкие зубы.
- И уши под шапкой были, - фыркнул Володя. - А то бы оборвали.
- Ладно, что теперь говорить, - вздохнул Ирокезов. - Завтра проснётся и убедится. Да и ситуация тоже была неординарная. Идём дальше. Теперь моя очередь показывать свои владения.
Володя лишь молча закатил глаза. Женя заинтересованно взглянул на профессора. Ему было интересно, что собирается показать сам Пётр Николаевич. Наверное что-то из жизни индейцев, ведь именно из-за этих исследований и был открыт феномен сновидений.
Всё началось лет десять назад, когда изучавший историю и культуру индейских племён Пётр Николаевич Ирокезов путешествовал по кое-где сохранившимся резервациям в Северной Америке. Особенно профессора интересовали племена ирокезов, гуронов и других индейцев Великих Озёр, откуда были выходцами его давние предки. Больше всего его заинтересовало использование в магических ритуалах дикорастущих видов табака. Практически все племена обеих Америк использовали табак в ритуалах, связанных с общением с духами-покровителями и как следствие с ясновидением. Дикорастущий табак являлся достаточно сильным галлюциногеном. Это его свойство было совершенно выведено в культурных сортах. В резервации племени ирокезов профессор жил почти год, изучая верования и ритуалы. Их шаман признал в Петре Николаевиче кровь ирокезов и взял в ученики. Много непонятного и необъяснимого повидал он за этот год.
Большинство индейцев, в том числе и ирокезы, практиковали культ сновидений. Они считали сновидения такими же событиями жизни, как и явь. Точнее у них не было разделения на сон и явь. Перед важными событиями индейцы проводили специальные церемонии с использованием табака и растения датуры и ложились спать. Во сне им якобы являлись духи и показывали, как следует поступить. Будучи учеником шамана, Ирокезов сам прошёл через многие ритуалы, в первую очередь связанные со сновидением. После каждого ритуала профессору снился один и тот же индеец. Иногда он являлся в национальном одеянии племени ирокезов, иногда в обычной современной одежде. Шаман сказал, что это его дух-наставник. Сам Пётр Николаевич списывал всё на галлюцинации от действия табака и дурмана. Но один из снов перевернул все его представления.
Ирокезову приснился дом, где он жил в детстве. Сон очень яркий и подробный. Профессор видел себя совсем младенцем. Рядом с ним была мать и какой-то мужчина. Он заботился и ухаживал за маленьким Петей как за родным. Черты лица и цвет кожи этого мужчины напоминали индейца. Он носил обычную одежду, лишь иногда дома надевал мокасины и вышитую рубашку. Узор на национальной одежде указывал на его принадлежность к племени ирокезов. Потом Ирокезов видел мать в трауре. А затем появился мужчина, которого он всю жизнь называл отцом.
Наутро профессор поведал о своём сне шаману. Тот казалось, ничуть не удивился. Шаман сказал, что знал о принадлежности профессора к их племени. Теперь и сам Ирокезов убедился в этом. Самое удивительное произошло, когда он вернулся домой. Отец Петра Николаевича к тому времени уже умер, а вот мать была ещё жива. Когда профессор рассказал ей о своём сне в резервации ирокезов, она вдруг расплакалась. Оказалось, что Николай Васильевич Ирокезов был её вторым мужем и не являлся отцом Петра Николаевича. Его отцом действительно был индеец. Он погиб вскоре после рождения сына. Они даже не успели пожениться и записать ребёнка на его имя. Николай Васильевич не мог иметь своих детей. Он усыновил маленького Петю и всю жизнь любил как родного. Если бы не этот сон, Пётр Николаевич так никогда бы и не узнал об этой тайне. А когда мать показала фотографию настоящего отца, Ирокезов увидел индейца, сопровождавшего его почти во всех снах в резервации. Сказать, что профессор был потрясён, это ничего не сказать. В шоке он закрылся в своей лаборатории, пытаясь понять, как такое могло случиться. В отличие от большинства людей он не стал приписывать свои сны действию каких-то неведомых духов и тому подобным мистическим проявлениям. Проанализировав всё произошедшее, он стал изучать привезённые с собой образцы табака и датуры.
Кропотливая работа продолжалась несколько лет. Шаман говорил, что все люди в некоторой степени способны стать сновидящими, нужны лишь определённые тренировки и помощь духов табака. Раньше сновидением владели все. Это был единственный способ получать информацию на большом расстоянии. Сейчас появились более совершенные и точные способы связи, и сновидением занимаются лишь некоторые члены племени. Способность к сновидению можно тренировать, как тренируют память или мышление. Так как способности ясновидения часто проявлялись у многих людей в критических ситуациях, Ирокезов предположил, что это одна из функций сознания, присущая каждому человеку, но у многих находящаяся в подавленном состоянии. Значит табак и датура каким-то образом влияют именно на эту функцию сознания. Именно так и оказалось. Профессору удалось выделить из табака неизученное вещество, стимулирующее гипоталамус и шишковидную железу. Это вещество обнаружилось только в двух видах дикорастущего табака. Возможно другие используемые в ритуалах растения тоже содержали подобные вещества, но Ирокезову их обнаружить не удалось. Профессор и его ассистент Николай Багин разработали целую систему воздействия на сознание, включающую в себя упражнения с сознанием и приём строго выверенных доз полученного препарата. Результат превзошёл все ожидания. Они оказались не просто способны видеть, что происходило когда-то давно, а в какой-то степени действительно перемещались в пространстве и времени. Это выяснилось, когда в одном из сновидений Коля поранил руку, и рана появилась у него и в реальности. Через некоторое время их группа пополнилась ещё двумя сотрудниками. Первоначально Пётр Николаевич хотел объявить о своём открытии и привлечь к изучению данного феномена других учёных, но потом задумался.
Если феномен сновидения станет широко известен и доступен обывателям, страну, да и всю планету постигнет катастрофа. Перемещение по своему личному прошлому уж точно доступно любому человеку. А если так, большинство людей просто выпадут из реальной жизни, поселившись в собственных воспоминаниях. Это станет концом цивилизации. Будущее пугает людей, а хорошо знакомое, да ещё и счастливое прошлое наоборот притягивает. В таком аспекте сновидение оказывается подобием наркотика, а значит не должно получить огласку. Именно поэтому об открытии феномена сновидения не было объявлено. Поэтому Ирокезов запретил Жене писать об этом. У самого Жени возникла другая ассоциация. Он вспомнил прочитанную в детстве книгу Кира Булычёва \"Путешествие Алисы\". Среди всего прочего в этом произведении описывалось, как на одной из планет учёный изобрёл таблетки для перемещений во времени, и что из этого получилось. Конечно это детская книга, но когда он задумался над ней всерьёз, получилась весьма жуткая картина.
Женя стоял на берегу прекрасного высокогорного озера, окружённого девственными джунглями. Его окружала толпа индейцев, монотонно певших Песнь Приношения. Женя стоял совершенно обнажённый, рядом крутились два помощника. Один из них обмазывал его тело жидкой глиной. Второй обсыпал поверх глины золотым песком. \"Озеро Гуатавита, - понял Женя. - Ритуал Эльдорадо\".
- Да что ты будешь делать, - еле слышно проворчал помощник с глиной. - Это не Зайчик, это монстр какой-то.
- Я же не нарочно, - так же тихо ответил Женя, узнав Володю.
С золотым песком управлялся Коля.
- Да что ты говоришь? - заметил он. - Если ты, не настраиваясь, так попадаешь, что будет, когда наберёшь опыт?
Через несколько минут Женя был с ног до головы покрыт глиной и золотым песком. Даже волосы были промазаны глиной и обсыпаны золотом. Помощники взяли его за руки и провели к стоявшему у берега плоту из редкого красного дерева. На плоту уже была нагружена груда золота и изумрудов высотой в человеческий рост и ждали четыре вождя. Пение тем временем становилось всё громче. Женя шагнул на плот. Он был правителем этой области, и все вожди ему подчинялись. В одном из вождей Женя узнал Петра Николаевича. Другим, как ни странно оказалась Зоя. На этот раз она воплотилась в мужском образе. Женя встал точно в центре плота. Вожди взяли длинные шесты и оттолкнулись от берега. Плыть пришлось довольно долго. Наконец плот остановили почти на самой середине озера. Вожди принялись сбрасывать золотые изделия и крупные изумруды в воду. Женя подошёл к краю плота и, немного помедлив, спрыгнул с него. Глубоко вдохнув, он медленно погрузился в воды озера. Он должен продержаться на глубине как можно дольше, чтоб всё золото успело смыть водой. Женя провёл руками по телу и прополоскал волосы, затем так же медленно всплыл. Его появление над водой было встречено громкими криками. Вожди помогли Жене подняться из воды и развернули плот к берегу.
На этот раз видение исчезло быстрее, чем раньше. Вся группа снова оказалась в светлой пустой комнате.
- У нас мало времени, - сообщил Ирокезов.
- Ну я же говорил, - вздохнул Володя. - И как же динозавры?
- Я не устал, - заметил Женя. - Может мы ещё успеем?
- Если недолго, то успеем, - кивнул профессор.
- Тогда идём, - заторопил Володя.
- А кем мы там станем? - насторожился Женя.
- Сами собой останемся, - ответил Володя. - Тогда не было разумных человекообразных. Идём скорее.
Они стояли на скале возвышавшейся над росшим у подножия горы лесом. Лес в основном состоял из гигантских папоротников, среди которых уже распространялись гинковые и магнолиевые деревья.
- Вон смотрите, - проговорил Володя. - Вон там слева стегозавр.
- Вот это громадина, - восхищённо выдохнул Коля.
Всмотревшись, Женя увидел недалеко от скалы нечто огромное зеленовато-коричневое. Динозавр был около восьми метров в высоту и метров двадцать в длину. Округлая выгнутая спина и длинный толстый хвост украшены острыми костяными выростами и широкими треугольными пластинами. Длинную шею венчала неожиданно маленькая для такой туши голова.
- Этот вид динозавров примечателен одной особенностью, - продолжал тем временем Володя. - Его головной мозг имеет объём равный объёму грецкого ореха и весит 70 грамм.
- Ничего себе, - изумился Женя. - Как же эта махина вообще может существовать?
- Дело в том, что у стегозавра есть ещё одна мозговая полость, - с улыбкой пояснил Володя. - Она располагается в крестце у основания хвоста.
- С ума сойти, - засмеялся Женя. - Вот значит кто силён задним умом. Оказывается, на самом деле существуют нижние полушария мозга.
- Пора возвращаться, - вмешался Пётр Николаевич.
- Ну вот, на самом интересном месте, - усмехнулся Женя.
- В другой раз, - пожал плечами Ирокезов.
- Для меня другого раза уже не будет, - расстроено вздохнул Женя.
- Слишком много впечатлений для первого раза, - напомнил Пётр Николаевич. - Возвращаемся.
Женя открыл глаза и на этот раз на самом деле проснулся. Он лежал в постели на спине в тёмной комнате. Люди на других постелях зашевелились, зажёгся свет. Женя осторожно снял прикрепленные к вискам пластинки и сел, свесив ноги на пол.
- Можешь положить на тумбочку, - посоветовал профессор.
Все дружно заговорили. Женя последовал совету и положил пластинки на тумбочку. Голова гудела от боли. Перед глазами мелькали виденные ночью картины.
- Ну как путешествие? - поинтересовался Володя. - Как самочувствие?
- Замечательно, - обернувшись, ответил Женя. - Только голова почему-то болит.
- Ну вы, блин, даёте, - глядя на него, выдохнула Зоя.
- Красиво, - кивнул Володя. - У меня бы тоже голова болела.
- Крепко тебя приложил этот Солсбери, - заключил Коля. - Тебя же предупреждали.
- Да хватит прикалываться, - возмутился Женя. - Не может синяк из сна перейти в реальность.
- Как придёшь в свою комнату, посмотри в зеркало, - предложил Ирокезов. - Всем разойтись по комнатам и до завтрака привести себя в порядок. Сегодня была большая нагрузка, особенно для новичка.
Вернувшись в отведённую ему комнату, Женя действительно первым делом подошёл к зеркалу. Вся правая сторона лица заплыла и приобрела синеватый оттенок. На лбу возле виска вспухла большая шишка темно-фиолетового почти чёрного цвета.
- Ну ничего себе, - скривился Женя, доставая сигарету с жадностью вдыхая знакомый запах. - Придётся недели две дома отсиживаться.
При мысли о доме стало как-то грустно. Он успел привязаться к новым знакомым. Порвав и выбросив сигарету, Женя прошёл в ванную. Умывшись, он осторожно обработал шишку и выпил обезболивающую таблетку. Потом немного полежал в постели. К завтраку боль вроде утихла. Переодевшись в тонкие брюки и светло-синюю футболку, Женя спустился в столовую. Все уже сидели за столиком.
- Какой красавчик к нам идёт, - улыбнулась Зоя. - Все цвета радуги.
- Да, так у нас ещё никого не разукрашивали, - кивнул Коля. - Хорошо, что у тебя лошадь не пугливая оказалась.
- Она просто не оборачивалась, - садясь с ними за столик, натянуто кивнул Женя.
- Ну как путешествие? - поинтересовался Ирокезов.
- Слов нет, - качнул головой Женя. - Эмоций через край. Никогда не думал, что такое возможно. Честно сказать, мне очень жаль, что уже всё закончилось, и надо возвращаться домой.
- Заходи в гости, - предложил Володя.
- Мы всегда рады тебя видеть, - согласилась Зоя.
- Я тоже всегда рад вас всех видеть, - улыбнулся Женя. - Мне бы очень хотелось ещё хоть раз отправиться в такое путешествие.
- Хочешь стать сновидящим? - неожиданно посерьёзнел профессор.
- В каком смысле? - не понял Женя.
- В смысле стать сотрудником института, - уточнил Ирокезов. - Сновидящим ты уже стал.
- Ты очень сильный сновидящий, - пояснил Коля. - Да и подружились мы за это время. Перебирайся к нам, как закончишь свою учёбу.
- Мы можем взять тебя лаборантом, - продолжил Пётр Николаевич. - Отучишься заочно на историческом, и тогда уже станешь полноправным участником группы.
- Мне надо подумать, - растерялся Женя. - Я совершенно не ожидал такого предложения.
Прошло полгода. Женя написал дипломную работу на задуманную тему. Группу профессора Ирокезова он описал как ясновидящих - людей с уникальными способностями, недоступными простому смертному. Женя успешно закончил учёбу и начал искать работу. Вот только всё чаще ему вспоминались приключение в НИИ Истории и Культурологии. Он скучал по приобретённым там друзьям. Наконец однажды утром Женя проснулся и сразу же засобирался в знакомый институт. Ему там ничуть не удивились.
- Мы ждали тебя, - пояснил Ирокезов.
- Ни один из нас, побывав в стране сновидений, не смог от неё отказаться, - продолжил Коля.
- Мы рады твоему возвращению, - улыбнулась Зоя.
- Добро пожаловать, - радостно кивнул Володя. |
|
|
|
Время приёма: 10:13 14.04.2007
|
|
| |
|
Рассказ закрыт для комментариев